Авраам Левин: CША между выборами 2012 и 2014 годов

 160 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Уинтстон Черчилль, непревзойденный мастер точных и выразительных формулировок, некогда заметил: «Соединенные Штаты всегда находят самое лучшее решение, но, — добавил он, — только после того, как они перепробуют все остальные». Остается надеятся, что очередь до таких лучших решений дойдет раньше, чем окажется слишком поздно.

CША между выборами 2012 и 2014 годов

Авраам Левин

Итоги выборов 2012 года в США были парадоксальны. Парадоксальны потому, что избиратели, большинство которых (81%) в опросах выражали недовольство и ситуацией в стране и считали, что она движется в неправильном направлении, тем не менее проголосовали за оставление президента-демократа на второй срок и увеличили поддержку его партии. Обозреватели почти единодушно объяснили этот парадокс тем, что республиканская партия под давлением консервативных активистов из «партии чаепития» заняла позицию, откровенно враждебную афро-американскому и испано-язычному меньшинствам, настроила против себя избирателей-женщин, предложила резко сократить расходы на программы медицинской помощи старикам и неимущим. Некоторые аналитики предложили более обобщающую формулу: современные республиканцы — партия вчерашнего дня, не понимающая и не желающая принимать Соединенные Штаты такими, какими они стали сегодня. Их социальная база сходит со сцены, но они этого не хотят признавать. Попытка вернуть страну на сто с лишним лет назад — в 90-е годы позапрошлого века, в эпоху баронов-грабителей, обречена на провал. Отмечалось также, что, заменив традиционный американский прагматизм идеологической догмой, противники Обамы оттолкнули значительную часть здравомыслящих избирателей. Обозреватель Вашингтон Пост Дэвид Игнатиус писал, что республиканцы в палате представителей «так одурманены своей идеологией, что гoтовы спустить нацию под откос» (Washington Post 2.28.2013).

Со всем этим нельзя не согласиться. Однако, как представляется, ситуация сложнее и трагичнее. Оптимистические восклицания торжествующего победу президента не должны вводить в заблуждение. Трагичный итог этих выборов в том, что ни один из кандидатов ни в оценке нынешнего положения страны, ни в своей программe на будущее не упоминал о главной проблеме, лежащей в основе нынешнего неблагополучия. Экономика страны все глубже втягивается в системный кризис. Симптомы очевидны. Во-первых, небывалый в истории для мирного времени государственный долг и рекордные долги домохозяйств. Во-вторых, все более глубокие рецессии и все более длительные сроки восстановления после них. До 1990 года занятость после всех послевоенных рецессий восстанавливалась за 6 месяцев. После рецессии 1990 года на это потребовалось уже 15 месяцев, в следующей — 39 месяцев, а после последней, при нынешних темпах, уйдет не менее 5 лет. В качестве причин последней рецессии обычно называют безответственность банков, неоправданное облегчение получения кредита на покупку домов. Это тоже верно. Но несомненно, что эти лежащие на поверхности факторы имеют более глубокие корни. Нельзя списать данную рецессию и на традиционное психологическое объяснение — осторожность в тратах, бережливость потребителей и инвесторов. Реально главная причина в том, что потребителям, за счет покупок которых реализуется 70 процентов Совокупного Национального Продукта, нечего ни тратить, ни сберегать. Как справедливо писал Кейнс, эффективный спрос (потребительский спрос, соотвествующий предложению рынка) — главное условие нормального состояния и роста экономики. Между тем, разрыв между предложением и платежеспособностью спроса за последние десятилетия, особенно с начала нового столетия, все более углублялся.

Для нормального беcкризисного развития экономики необходимо, чтобы рост производительности труда сопровождался адекватным ростом доходов потребителей. С 1947 года, примерно, до 1973 года это условие соблюдалось. И производительность труда и медианный семейный доход выросли одинаково — более, чем вдвое. Экономическое положение страны было тогда соотвественно вполне благополучным. Она смогла без напряжения выполнить огромную программу дорожного строительства при Эйзенхауре, выдержать войны в Корее и Вьетнаме, гонку вооружений в холодной войне, грандиозную космическую программу. С середины семидесятых годов рост семейных доходов стал все более отставать от роста производительности труда, а с конца 90-х годов разрыв стал катастрофическим. В 1999 году производительность труда выросла на 200 процентов к уровню 47 года, а доходы всего на 170 процентов. К 2011 году производительность выросла более чем до 300 процентов, между тем, рост доходов сперва прекратился, а с 2007 года даже произошло падение. Медианный семейный доход в 1912 году составил немногим более, чем 51000 долларов, то есть упал на 15 процентов по сравнению с 2007 годом. И это при том, что за те же 10 лет ликвидный капитал корпораций удвоился и вырос на триллион долларов, а доход компаний, входящих в статистику Standard and Poor, на одного рабочего вырос с 378 тыс. долларов в 2007 году до 420.000 в 2011 году. Никогда за послевоенные годы доля заработной полаты в пациональном доходе не была так низка как сейчас. В 1947 году оплата труда составляла 65 процентов в доходе несельскохозяйствеенного сектора экономики. В 2013 году она упала до 57 процентов. Это на 8 процентов ниже, чем средниий показатель 22 развитых стран. Недавнее обследование показало, что американцы в возрасте от 39 до 44 лет с семьей из четырех человек зарабатывают сейчас на 28 процентов меньше, чем их родители в этом же возрасте. Медианная зарплата работника физического труда (синего воротничка) сейчас ниже, чем в 1964 году.

Никогда в послевоенные годы не достигал такого размера разрыв в доходах между самыми богатыми и основной массой населения. В 70-е годы доля дохода 10 процентов самых богатых составляла 33.3 процента, к 2011 году она выросла до 48 процентовПо данным федеральной резервной системы медианный актив американской семьи, включая стоимость дома за вычетом моргиджа (ипотеки) составляет 77300 долларов. У 10 процентов самых богатых — около 1б2 миллиона. Такого розрыва не было с 20-х годов прошого века, с кануна Великой депрессии.  На долю одного процента самых богатых сейчас приходится вдвое большая доля дохода, чем 30 лет назад. В то время как доход среднего американца с 1979 года по 2005-й с учетом инфляции увеличился на 21 процент, доход одной десятой процента богатeйших вырос на 400 процентов. А вот самые последние данные. С 2009 по 2012 год доход одного процента самых богатых вырос на 31 процент. В то же время доход 40 процентов наименее обеспеченных за это время упал на 6 процентов. За чертой бедности сейчас находится на 2.5 процента больше американцев, чем в канун последней рецессии.

Консервативные экономисты утверждают, что увеличение дохода богатых экономически оправдано, так как ведет к росту инвестиций. Однако падение до самого низкого уровня за последние 50 лет доли заработной платы в национальном продукте сопровождается таким же падением доли инвестиций. В частности, с 2007 по 2012 год прибыль корпораций выросла на 35 процентов и за это же время рост инвестиций в строительство предприятий и оборудование составил всего 2.6 процента.

В шестидесятые годы в американской социологии доминировало утверждение, что в США исчезают классовые различия и классовые противоречия, что страна превращается в общество единого среднего класса. Сейчас, напротив, отмечатся вымывание среднего класса и возрождение классовых противоречий. В районах, населенных беднотой, сейчас живет 1/3 семей. В 1970 году в таких районах жило только 15%. Как показал недавний опрос, проведенный Pew Research Found, две трети рецепиентов считают, что конфликт между богатыми и бедными является бóльшим источником напряжения в обществе, чем расовые и национальные противоречия. Естественно, что при сохранении такой тенденции, без резкого роста доходов основной массы населения, то есть среднего класса, стране грозит катастрофа, которую невозможно предотвратить традиционными мерами стимулирования экономического роста (снижением ставки учетного процента, понижением налогов).

Причины того, что доходы основной части американских семей росли медленней, чем росла производительность труда, а у значительной части населения даже сокращались, консервативные экономисты и обозреватели обычно сводят к глобализации и техническому прогрессу. Действительно, промышленные компании на протяжении последних десятилетий перенесли значительную часть производства в страны с дешевой рабочей силой, а оставшиеся на предприятиях рабочие места во все большей степени замещаются автоматами. Заработная плата в сфере обслуживания, к которой теперь относится основная масса рабочих мест в стране, в среднем на 20 процентов ниже, чем в промышленности. Однако авторы, которых принято называть либералами, поддерживающие демократическую партию, подчеркивают особое значение резкого ослабления профсоюзов. Только тем, утверждают они, что работники не могут бороться с руководителями корпораций, получающими небывало высокие прибыли и личные доходы, можно объяснить, почему не повышается зарплата тех миллионов, чьи рабочие места на смогли быть экспортированы. Действительно, тридцать лет назад профсоюзами был защищен каждый третий работающий по найму. Теперь — только каждый десятый. И эта доля продолждает уменьшаться. В 2012 году членов профсоюза среди заводских рабочих было на четыре процента меньше, чем в 2010. Владельцам и высшим менеджерам компаний при поддержке республиканских губернаторов и законодателей удалось сократить долю членов профсоюзов в частном секторе до 6,6 процента работников.

Академик Тарле, объясняя ослабление экономических позиций Великобритании в конце XIX века, указывал на два основных фактора. Во-первых, перенесение промышленного производства из метрополии в колонии с их дешевой рабочей силой (переход от экспорта товаров к экспорту капитала). Во-вторых, основанную на роли фунта стерлингов как мировой валюты высокую доходность финансовых операций, дающих доход больший, чем промышленные инвестиции. Следствием дешевизны рабочей силы и ухода капитала из промышленности на биржу стало падение интереса к техническим нововведениям. Если заменить фунт стерлингов долларом, эта характеристика вполне подходит к современным Соединенным Штатам. Цитата из статьи лауреата Nобелевской премии Пауля Кругмана 2011 года может показаться иллюстрацией к вышелшей в 1928 году книге Тарле:

«Мало кто на Уоллл Стрит и в советах директоров корпораций верят в то, что американское процветание и динамизм требуют сохранения и обновления производства….. Финансовый бум покрывает падение производство так же, как потребительский долг вытесняет заработок производителей».

Известен термин «голландская болезнь». С таким же основанием можно говорить об «английской болезни». Доход от финансовых операций является источником примерно 70 процентов прибыли американских корпораций. Отсюда и отмеченннное выше падение доли инвестиций в национальном доходе.

В начале 20-х годов Генри Форд разко поднял заработную плату рабочих на своих предприятиях, чтобы сделать их покупателями его продукции. Современные американские корпорации на такое не способны. Важнейшая причина этого в том, что современная корпоративная собственность всё в большей мере утрачивает главное преимущество частной собственности — заинтерсованность владельца в долговременных результатах деятельности. Нынешние акционеры фактически превратились в кратковременных арендаторов. Шестьдесят лет назад акции, зарегистрированные на Нью-Йоркской бирже, оставались в одних руках в среднем на протяжении 7 лет. Теперь — только в течение 6 месяцев. В 50-е годы 90 процентов акций были в руках индивидуальных владельцев. Теперь из доля не превышает 35 процентов. Остальное принадлежит инвестиционным фондам, которые непосредственно не могут следить за деятельностью всех компаний, в которые вложены их капиталы. Члены советов директоров компаний, формально являющиеся представителями интересов акционеров, по всеобщему мнению, в большей степени зависят от высших менеджеров компаний, чем высшие менеджеры от директоров. Таким образом, именно эти высшие менеджеры вырабатывают политику компаний и руководят всей их деятельностью Размер бонусов, составляющих главный вид вознаграждения наемных руководителе корпораций, определялется курсом акций на бирже. Их первоочередной задачей является обеспечить высокую прибыль в текущем квартале — показатель, от которого зависят колебания курса. Поэтому, как отмечают исследователи, повсеместно наблюдается падение интереса к долговременному планированию, долговременным инвестиционным проектам. Нововведения, которые выбрасываются на внутренний и мировой рынок, рождаются такими молодыми компаниями, как Apple, Google, Facebook, контроль за которыми сохраняют до сих пор их основатели.

Социализм в устах консервативных американских ортодоксов — жупел, которым пугают обывателей. Они объявляют социалистической очень умеренную программу медицинского страхования, введенную Обамой. Между тем, игнорируется распространение худшего порока социалистической экономики — показательного фетишизма, то есть ориентации высших руководителей предприятий на показатели, отражающие кратковременные результаты, в жертву чему приносятся долговременные задачи. Дело Энрона показало перенесение на американскую почву явлений, знакомых всякому, работавшему в СССР, — фальсификацию отчетности, подкуп аудиторов, оценку задач не по их реальной значимости, а по сиюиминутной выгодности, легкости достижения и простоте учета.

США остаются самой мощной экономикой мира. Доллар сохраняет позицию ведущей мировой валюты. Производительность труда американского работника выше, чем в других развитых странах. Именно здесь изобретения, которые делаются гениальными одиночками в собственных гаражах, быстрее всего превращаются в товары, завоевывающие мировой рынок. Пороки, которыми страдает экономика и общество США могут быть устранены разумной налоговой реформой, повышением минимума часовой оплаты труда, возрождением рузвельтовского профсоюзного законодательства, законами, регулирующими деятельность финансовых и промышленных компаний.

Наиболее дальновидные экономисты и политики понимают необходимость перемен и их должное содержание. Но для реализации такой программы надо убедить в ее необходимости массового избирателя, преодолевая ожесточенное сопротивление могущественных групп, интересы которых в этом случае будут ущемлены. В этих условиях огромное значение будут иметь выборы 2014 года.

Как показывают дебаты и результаты голосований в обеих палатах Конгресса, резко свернувшая к консерватизму нынешняя республиканская партия выражает интересы тех общественных групп, которые либо не понимают необходимости реформ, либо, исходя из корыстных интересов, противятся им. Нерегулируемые спекуляции на финансововой бирже, разрыв доходов между сверхбогатым меньшинством и остальным обществом в годы правления республиканских президентов привели к катастрофе 1929 года, из которой страну сумел вытащить «Новый курс» Фрнаклина Рузвельта и его партии. Программа нынешнего консервативного крыла республиканской партии грозит повторением той же катастрофы. У демократов нет разработанной программы всеохватывающих необходимых реформ, Но они, во всяком случае, готовы двигаться в нужном направлении.

Уинтстон Черчилль, непревзойденный мастер точных и выразительных формулировок, некогда заметил: «Соединенные Штаты всегда находят самое лучшее решение, но, — добавил он, — только после того, как они перепробуют все остальные». Остается надеятся, что очередь до таких лучших решений дойдет раньше, чем окажется слишком поздно.

Библиография

World Almanac and book of facts. World almanac books N.Y 2001-2012

The World Bank Open Data and Statistic.

IMF Data and Statistic.

Кейнс Джон Мейнард Общая теория занятости, процента и денег. Гелиос АРВ, 2002.

Gasparino Charles. Sellout, NY, 2009, 553 p.

Stout Lynn, The Shareholder Value Myth, Cornell University. 2013

Pisano Gary P., Shih Willy C. Restoring American Competitiveness // Harvard Business Rewiew. July–August 2009.

Lorsch Jay W. What Good Are Shareholders? // Harvard Business Review Jul 24, 2012

Krugman Paul. The Social Contract. N Y Times, Sep 22, 2011
Krugman . Paul. Rich Man’s Recovery N Y Times, Sep 18, 2013

Joseph Stiglitz: The Price of Inequality./ , W.W. Norton & Company, Inc. 2012

Тарле Е..В Европа в эпоху империализма М., 1928

Левин А.Я. Психология управленипя и покаательный фетишизм. //Психологические механизмы организации поведения и леятелтьности человека во времени. Нижний Новгород 1990

Nocera Joe. Down With Shareholder Value//NY Times 02.18.2012

Whoriskey Peter. Breakway Wealth. The “lake Wobegon effect” lifts CEOs’ pay // Washington Post October 04. 2011

Klein Joe Why Bain Matters It is not the tax returns. It’s short- term profits vs. long-term investment // Time July 30 2012 p.19

Meyerson Harold A Very exclusive recovery // Washington Post April 11, 2012
Meyerson Harold Redistributing wealth upward // Washington Post 09.26.012

Johnston David Cay. Everyday Armageddon // Newsweek Nov 26-Dec 3 2012 pp.30-33

Irwin Neil. What exactly is dragging down U.S. economy // Washington Post, Oct 30, 2011

Mazarr Micchael J. The risk of ignoring Strategic Insolvency) Washington Post 09.18.2013

Print Friendly, PDF & Email

5 комментариев к «Авраам Левин: CША между выборами 2012 и 2014 годов»

  1. В опубликованной в Вашингтон Пост статье Гарольд Мейерсон (Harоld Meyerson. Capitalism that works. The Washington Post 07.17.2014)
    сопоставляет модели капитализма в США и Германии. Американские корпорации, следуя принципу, провоглашенному Фридманом , видят свою единственную цель в обогащении своих акционеров. Поэтому все усилия направляются на повышение стоимости акций и рост сюиминутной прибыли за счет всех других активов. Корпорации не тратят средства на повышение квалификации работников, срезают затараты на исследование и разработки новых видов продукции, отказываются от создания долговременных планов развития, Вместо этого деньги тратятся на покупку собственных акций для роста их стоимости. Они переводят произвдство в страны с дешевой рабочей силой, а свои главные квартиры в госдарства с низкими налогами. хотя основную прибыль получают от продажи продукции в США. Здесь самыая низкая регулируемость экономики и минимальный охват прфсоюзами наемных работников., самый высокий разрыв между мединной зарплатой и доходом высших менеджеров, ведущая роль в экномике финансовых корпораций (Уолл Стрит). В Германии, как и в других странах Северной Европы самый высокий уровень охвата наемных работниов профосоюзами, их представители принимают участие в принятии ключевых, решений, высокие затраты на обучение работников и самая высокая квалификация персонала. Медианная оплата на треть выше, чем в США. В результате Германия занимает первое место в мире по положительному торговому балансу с профицитом в 257 миллиардов долларов, а США — 193 место с дефицитом в 381 миллиард.

  2. >США остаются самой мощной экономикой мира. Доллар сохраняет позицию ведущей мировой валюты. Производительность труда американского работника выше, чем в других развитых странах. Именно здесь изобретения, которые делаются гениальными одиночками в собственных гаражах, быстрее всего превращаются в товары, завоевывающие мировой рынок. Пороки, которыми страдает экономика и общество США могут быть устранены разумной налоговой реформой, повышением минимума часовой оплаты труда, возрождением рузвельтовского профсоюзного законодательства, законами, регулирующими деятельность финансовых и промышленных компаний.

    О.К. Давайте повысим зарплаты. Повышение зарлаты неминуемо увеличит цену на американскую продукцию. Население купит еще больше китайского товара. Американская продукция останется нереализованной. Посему повышение зарплаты приведет к бегству капитала. При повышении налогов та же самая схема.
    Усиление профсоюзов обернется увеличением зарплаты и см выше.
    Автор не понимает самых простых вещей.

  3. Дорогая Элла, соглашаться конечно не стоит, вся статья состоит из добросовестной констатации фактов и абсолютно беспочвенных рекомендаций.

    Не зря он ссылается на Кругмана — идеолога социализма в медиа и университетских кругах. Он эдакий «Кругман» от либеральствующих русскоязычных кругов.

    Справедливости ради должен сказать, что Кругман – нобелиат по ЭКОНОМИКЕ в дебатах с Билом Орайли – прекрасным журналистом но отнюдь не идеологом беспредельного капитализма – будучи краснобаем, каких мало, быстро скатывался от аргументации в ругань. Ну не выдерживает вся эта прекраснодушная болтовня проверки на вшивость здравым смыслом. Даже если начинает свой запев с закидывания читателя грудой реальных фактов.

    Не надо быть экономистом, чтобы простейшим методом инженерных оценок, доступным домохозяйке с арифмометром, безусловно доказать, что Кругманы загонят страну в катастрофу, дай им раззудеться, как они надеялись со здравоохранением. Но не решат ни одной проблемы.

    К стати, наш автор не упомянул, что внедрение нового здравоохранения, а это 1/7 всего народного хозяйства его просто разрушило. Вот только вчера был круглый стол, где подводились итоги пяти лет этого подвига, и где СЕО страховой компании и консультантша для бизнесов по этой части (так сказать ответчики), отвечали людям, чью жизнь они разрушили (мне лично понравилась одна доктор на пенсии), что надо только подождать несколько лет и появятся «изумительные продукты» их деятельности.

    Словом, как говорила моя покойная мама – мы рече, мы рече, мы шушкэцах – говорили, говорили, а так при пустых руках и остались.

  4. Верно подмечено очень тревожное явление — потеря интереса к долгосрочным решениям и инвестициям. Можно ли надеяться, что все вокруг озабочены сиюминутной выгодой, а в результате чудом построится общество всеобщего благоденствия! Только с помощью очень розовых очков! Параллели с Великобританией 19 века впечатляют.
    Исправьте, пожалуйста, Пауль Кругман на Пол Кругман

  5. Не знаю, стоит ли соглашаться с автором по поводу рекомендаций выхода из положения. Но очень интересна, на мой взгляд, оценка роли «третьей формы собственности». И кстати, непонятно, чем тут поможет возрождение профсоюзов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *