Александр Левинтов: Райки с брусникой

 199 total views (from 2022/01/01),  1 views today

… бабушка доставала свои варенья: земляничное (мы сами собирали эту землянику, маленькие — двухсотграммовыми плоскими баночками из-под крымского черешневого компота, большие — пол-литровыми банками), вишенное (с косточками и приятной горчиной) и моё самое любимое, райки с брусникой, прямо с черешками. Эти маленькие яблочки с терпкой мякотью другие называли и ранетками, и китайскими, но бабушка звала их только райскими — и мы представляли себе рай садом с яблонями, усыпанными меленькими румяными райками…

Райки с брусникой

Александр Левинтов

Вся наша огромная и дружная семья, 16 душ, каждую субботу собиралась у бабушки Ольги Михайловны за большим овальным столом (тогда в ходу были эти раздвижные обеденные столы), занимавшим, вместе со стульями и досками на них, практически всю 25-метровую комнату второго этажа барака на углу Первомайки и Второй Парковой. Часто бывали и другие — из числа родни, пензенских земляков или знакомых. Как это оно всё умещалось, не понимаю. Разумеется, это была складчина — по сталинской десятке с каждой супружеской пары.

Всё начиналось с обжигающе горячего, жирного, густо наперченного бульона в гранёных стаканах с увесистыми подстаканниками. К бульону полагались печёные пирожки: с мясом, с капустой, с рисом и яйцами, с зеленым луком. Мягкие, полные, высокие, пышные. Бабушка была родом из зажиточной пензенской семьи мельников, а потому знала толк в выпечке, в высокой выпечке — такой уже нигде и никогда.

Четверо взрослых мужчин степенно выпивали пол-литра водки, перелитой загодя в граненый графин синего кобальта и настоянной бабушкой на лимонных корочках, скрученных в субтильные спиральки. Пили из рюмок того же кобальта. Женщинам полагалась неполная рюмка на всё застолье: «ой, зачем мне так много налили?!», и они пригубливали свою дозу крохотными глотками. Мы пили ситро, грушёвку или лимонад, очень умеренно, под разговор «детям много пить вредно». На столе стояла неизменная селедка, с хвостом и головой, из которой торчали усами два пера зеленого лука, а зимой — репчатого. Конечно же, был и бабушкин винегрет — винегрет как винегрет, но ведь бабушкин. Не сразу, а как кульминация всплывала варёная картошка: когда открывалась крышка, то поднимался белый витиеватый картофельный дух, от которого невольно сглатывалась слюна. К картошке обычно шли котлеты, домашние, естественно, толстые, не чета магазинной худобе, сочные, в манной панировке, ужасно горячие, поэтому их полагалось сначала мельчить вилкой и только потом есть — в этом сочетании с картошкой не знаешь, что вкусней, но вкусно именно само сочетание. Было на столе и ещё что-нибудь, кажется, баночка шпрот, настоящих, не то, что потом стали называть шпротами, а на самом деле — мелкая салака или даже полунищенская килька. Но если ничего больше не помнится, значит, и не было. Уж мы бы запомнили.

Обед сопровождался долгими и умными беседами и жаркими спорами: о русской культуре, поэзии, музыке, о школьном образовании и о природе. Эти беседы вспоминались мною потом, когда читал «Пир» Платона, замечательно зафиксированную и сохраненную для предстоящей всемирной истории картину совместного возлежания (по-гречески — симпозиума, именно так и называется это произведение на всех цивилизованных языках) с винопитием и обсуждением чего-нибудь очень важного, например, любви.

Мы, дети, должны были помалкивать, пока нам на шестнадцатилетие не подарят наручные часы и право голоса за столом, но где-то в середине застолья нами, детьми, давался концерт кто во что горазд. Я обычно читал стихи: Кольцова, Суркова, Лермонтова, Никитина, поэтов особо любимых дедушкой Сашей: и он был моим самым любимым в семье, и я был самым любимым внуком у него.

После этого мужчины дружно выходили на улицу покурить, поспорить насчёт футбола или только недавно появившегося канадского хоккея, женщины шустро убирали со стола и тут же накрывали чайный стол, собственно, ради которого мы, восемь человек детей, и не разбегались и вели себя самым примерным образом.

Женщины независимо от возраста дули чай из чашек, а, точнее, с блюдечек. Мы, мужчины, пили из стаканов с подстаканниками, обжигаясь, но терпя.

Сахар был пилёный, не рафинад и не песок, упаси господи. Бабушка сама заранее щипчиками дробила целую сахарницу: в накладку считалось барством, пили чай вприкуску, один, максимум два крохотных обломка на стакан или чашку.

К чаю подавались конфеты — только для детей, сладкий пирог: моя мама замечательно пекла яблочный пирог с косым переплётом из теста.

Еще, неизвестно откуда, бабушка доставала свои варенья: земляничное (мы сами собирали эту землянику, маленькие — двухсотграммовыми плоскими баночками из-под крымского черешневого компота, большие — пол-литровыми банками), вишенное (с косточками и приятной горчиной) и моё самое любимое, райки с брусникой, прямо с черешками. Эти маленькие яблочки с терпкой мякотью другие называли и ранетками, и китайскими, но бабушка звала их только райскими — и мы представляли себе рай садом с яблонями, усыпанными меленькими румяными райками…

Всё прошло, и много нашего народа перемёрло. И ничего мне уже не надо, только вазочку варенья из райков с брусникой, и чтобы бабушка и дедушка были живы.

Print Friendly, PDF & Email

21 комментарий к «Александр Левинтов: Райки с брусникой»

  1. Этот рассказ — подарок всем нам. Спасибо Вам, Александр! Мазeлтов, и — до 120!

  2. Уважаемый Александр,
    всего самого доброго к 70-летию.
    Шана това уметука!

  3. Еще раз спасибо за поздравления и теплые слова. Всё-таки это здорово, когда эмоции и читателя, и писателя резонируют

  4. Поздравляю, уважаемый Александр, с днём рождения. С удовольствием читаю всегда Ваши тексты. До 120-ти.

  5. Дорогой Александр! С опозданием, но все же поздравлю Вас с днем рождения. Здоровья и счастья, которое только закрепляется воспоминаниями детства о райских яблочках (думаю, что знаю этот сорт, но таком случае после первых морозов они еще вкуснее).

  6. Саша, долгие лета тебе! Должна всем сказать, что ты умеешь не только вкусно описывать еду, но и делать ее вкусной в реальной жизни. Вспоминаю с тоской те пиры, которые ты устраивал и на природе, и у себя дома в Монтерее.

  7. Разволновавшись, забыла вас поздравить.
    Живите долго. Желаю вам оставить по себе такую же память, какую оставила вам ваша семья.

  8. Спасибо, рассказ пронял — до слёз просто.
    Дедушка мой до моего рождения не дожил, бабушка умерла почти в сто один год. Я была её любимой внучкой. Хочу, чтобы она была жива.

  9. празднуется день рождения Рабиновича. Все желают ему 120 лет жизни. В конце застолья слово берет сам Рабинович:
    — спасибо за пожелания, но я хочу умереть в 119 лет
    — ????
    — тогда все скажут: «Рабинович безвременно скончался»

    Спасибо всем за поздравления и теплые слова. Всем всего самого наидобрейшего.

    1. «… бабушка звала их только райскими — и мы представляли себе рай садом с яблонями, усыпанными меленькими румяными райками…
      Всё прошло, и много нашего народа перемёрло. И ничего мне уже не надо, только вазочку варенья из райков с брусникой , и чтобы бабушка и дедушка были живы .»
      ::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::
      Читал друзьям по телфону Ваш рассказ , концовку дочитать не смог; потрясающе , а , вроде бы , — всё просто и так знакомо. И так же — почти никого не осталось (как в старой песне : «. . ни друзей , ни врагов , моя жизнь затерялась средь зыбучих песков » , — такая старая смешная песенка ). Спасибо Вам.

  10. Самые сердечные поздравления с днем рождения ! Что сказать, 70 — это круглая дата, и за нее есть смысл выпить, и пусть, уважаемый автор, следующие 50 лет вашей жизни пройдут не менее плодотворно !

  11. Да уж — подгадано точно. С днём рождения и округлостью даты! С полнотой жизни между датами! Как раз у меня вечер — время поднять и выпить за то, чтобы жизнь была долга и добра, чтобы были желания и силы на их воплощение. И, как много лет уже, с надеждой на встречу не только в виртуале.

  12. Превосходно. Посоветовал бы Виктору Гопману включить этот текст в его собрание «О кушаниях и пробках».

  13. Если честно, друзья, это — подарок самому себе на семидесятилетие. Редактор подгадал правильно.

  14. Чудесно написано, выпукло, даже пар от картошки ощущается и слюнки от селедки текут.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *