Олег Векслер: Первая, очень странная русская революция 1825 года и „Наше Всё“

 502 total views (from 2022/01/01),  3 views today

После провала восстания поэт перешел в лагерь охранителей, испрашивал у царя через шефа жандармов Бенкендорфа разрешения на женитьбу на Наталье Гончаровой и потом смиренно терпел адюльтер своей супруги с царем, позволяя себе лишь робкие иносказательные намеки…

Первая, очень странная русская революция 1825 года и „Наше Всё“

Олег Векслер

Строго говоря, это был, конечно, заговор, причем далеко не первый в своем роде, но с участием столь большого количества лиц, что его с натяжкой можно назвать и «революцией», хотя и весьма странной.

1. Странность №1: верхи не только не могли, но и не хотели править. Александр I править устал, его братья Константин и Николай править не хотели и откровенно боялись. Страх их имел вполне реальные причины: их отца и деда удавили гвардейцы. Гвардия распоясалась. Александру I приходилось подолгу уговаривать и того, и другого принять на себя бразды правления.

Ситуация в связи с этим сложилась трагикомическая: 27 ноября военные, как и сам Николай I, присягали сбежавшему в Варшаву Константину, не испрашивая на то его согласия (сам Александр, «кочующий деспот», так вообще последние годы практически не бывал в столице, опасаясь покушения, но активно ничего не предпринимая). Хотя, согласно оставленному Александром тайному манифесту, престол должен был достаться Николаю. Но военный губернатор Петербурга граф Милорадович отговорил Николая брать корону, а тот и сам рад был отказаться. 2,5 недели Константин, что называется, ни мычал, ни телился, не принимал корону, но и не отказывался от нее публично. За эти две недели бунт окончательно и созрел.

2. Не только в эти две недели, но и в предшествующие им годы власть не сделала ровным счетом ничего, чтобы помешать восставшим. Тайные общества и масонские ложи росли как грибы после дождя. «Дождем» были европейские походы Александра, во время которых дворянство насмотрелось на европейские вольности.

Жандармское отделение графа Бенкендорфа было создано Николаем лишь после подавления восстания. Но доносы, разумеется, писались и без него. Александр читал их, но смотрел на них сквозь пальцы, тайные общества не разгонял и никого не арестовывал. Почему? Тому есть два объяснения: либо он втайне сочувствовал реформаторам, либо боялся их. Он ведь тоже не забыл, как удавили его отца и деда. Поэтому второе объяснение куда более реалистично. Настоящее самодержавие в России началось (точнее, возобновилось) лишь после 1825 года.

3. Одни лидеры восстания, как Пестель, собирались убить царя и царскую семью, другие, как Рылеев, — выслать ее в Форт Росс (который нынешняя Госдума собирается потребовать у Америки «взад»), третьи — оставить царя на троне, заставив его принять Конституцию. У восстания было множество голов, постоянно между собой дискутировавших и ссорящихся, но не было главной головы — предводителя. «Нам вождя не доставало — настоящих буйных мало…». Граф Н. Трубецкой, которого восставшие назначили диктатором, на Сенатскую не явился, очевидно, струсил. Т.е., имея множество смелых офицеров, победивших Наполеона, диктатором назначили нерешительного человека или даже труса.

4. Мечтая освободить народ, руководители восстания беззастенчиво врали солдатам о целях восстания. Никто народу не сказал, что хочет его освободить и отменить крепостное право.

Вместо этого сочинили жалкую ложь о том, что настоящий царь — Константин, а жена его — Конституция, и этого настоящего царя хотят лишить законной власти. Народ повелся, солдаты орали: «Да здравствует Константин и жена его Конституция!». Хотя вообще-то настоящее имя жены великого князя должно было бы быть известно. Про саму же конституцию, равно как и про планы созвать Всенародный собор (Учредительное собрание), отменить крепостное право, провозгласить равенство всех перед законом, демократические свободы (прессы, исповеди, труда), ввести суд присяжных, обязательную военную службу для всех сословий и выборность чиновников народу решили не говорить вовсе.

5. Поведение восставших непосредственно в день восстания 14 декабря, когда взбунтовавшиеся полки тупо стояли на Сенатской и практически даже не пытались взять Зимний, пока Николай не послал за подмогой (хотя и он сам мог бы сделать это заранее).

Сначала дождались прибытия верного царю Саперного батальона, отбившего одну легкую атаку, которую и атакой-то назвать нельзя. «Толпа лейб-гренадер, предводительствуемая офицером Пановым, шла с намерением овладеть дворцом и в случае сопротивления истребить все наше семейство», писал Николай в воспоминаниях. Увидев солдат Саперного батальона, гренадеры развернулись и побежали обратно на Сенатскую. Вскоре подоспел батальон верных царю преображенцев. На Сенатской же в это время к мятежному Московскому полку присоединились двухметровые гренадеры и гвардейский Морской экипаж (всего восставших военных было больше 3 тысяч). Полиция испуганно бездействовала, явно выжидая, чья возьмет. Рабочие, строившие Исаакиевский собор, присоединились к мятежникам, продолжавшим тупо стоять на Сенатской. После пары попыток уговорить их (которые предприняли историк Карамзин, два митрополита, генерал Милорадович и младший брат Николая Михаил), Николай просто расстрелял их картечью.

6. Главными «вешателями» революции стали именно те, на кого революционеры возлагали основные надежды и кого мечтали привести к власти: граф Сперанский и адмирал Мордвинов (позднее они стали членами суда над декабристами, а Сперанский, известный реформатор начала александровского правления, сосланный Александром в ссылку на 6 лет, даже возглавил этот трибунал и вынес 36 смертных приговоров, из которых Николай милостиво утвердил всего лишь 5 (причем из этих пяти в событиях на Сенатской принимали участие только трое: лидеры Северного общества Рылеев и Каховский и руководитель Южного общества Пестель), при этом суд во главе со Сперанским и Мордвиновым требовал не повешения зачинщиков, а куда менее гуманного четвертования).

7. Власть совершенно разучилась вешать. Но это не странность, а, скорее, курьез. При первой попытке рухнул помост, полковник Пестель и подпоручик Бестужев-Рюмин остались висеть, а поэт Рылеев, убийца Милорадовича Каховский и герой Отечественной войны подполковник Муравьев-Апостол попадали вместе с эшафотом, ударяясь о лестницы и скамейки.

Муравьев-Апостол, не участвовавший в петербургских событиях, а поднявший вместе со своим застрелившимся позже братом и с подпоручиком Бестужевым-Рюминым восстание Черниговского полка в Киевской губернии через 2 недели после восстания в Петербурге, сказал, вновь поднимаясь на эшафот: «Проклятая земля, где не умеют ни составить заговора, ни судить, ни вешать!»

8. Последовавшую после 14 декабря реакцию русское общество неожиданно восприняло с большим воодушевлением: наконец-то у нас появилась настоящая сильная рука, лидер нации!

То, что в тот день было убито почти 1300 человек, царю зачли в актив. Это сейчас мы хорошо знаем эту особенность российского общества, которое ненавидит либеральных и либеральничающих правителей вроде Хрущева, Ельцина и Горбачева и обожает диктаторов вроде Сталина и Путина. А тогда все это было еще, видимо, в новинку. Вообще можно провести некоторые осторожные параллели между переходом власти от Александра к Николаю и от Бориса к Владимиру.

А что же „Наше Всё“?

До того он писал весьма смелые, острые и тираноборческие стихи:

Приди, сорви с меня венок,
Разбей изнеженную лиру…
Хочу воспеть Свободу миру,
На тронах поразить порок.

Питомцы ветреной Судьбы,
Тираны мира! трепещите!
А вы, мужайтесь и внемлите,
Восстаньте, падшие рабы!

Увы! куда ни брошу взор —
Везде бичи, везде желе́зы,
Законов гибельный позор,
Неволи немощные сле́зы;
Везде неправедная Власть
В сгущённой мгле предрассуждений
Воссела — Рабства грозный Гений
И Славы роковая страсть.

Самовластительный Злодей!
Тебя, твой трон я ненавижу,
Твою погибель, смерть детей
С жестокой радостию вижу.
Читают на твоём челе
Печать проклятия народы,
Ты ужас мира, стыд природы,
Упрёк ты Богу на земле.

Получив письмо Пущина, Пушкин даже собрался было принять участие в восстании, выехал из Михайловского, где находился в ссылке, но, как рассказывали его друзья, на дороге ему попался поп (по другим сведениям, дорогу ему перебежал заяц), и Пушкин, будучи суеверен, возвратился обратно, решив, что «не будет добра». Если бы он приехал в Петербург, то поспел бы к восстанию 14 декабря, и едва ли можно сомневаться в том, что принял бы в нем участие.

Д.Н. Кардовский. Пушкин среди декабристов в Kаменке

После провала восстания поэт перешел в лагерь охранителей, испрашивал у царя через шефа жандармов Бенкендорфа разрешения на женитьбу на Наталье Гончаровой и потом смиренно терпел адюльтер своей супруги с царем, позволяя себе лишь робкие иносказательные намеки, что не одобряет такого поведения, например, в «Сказке о золотом петушке» (хотя в письмах жене откровенно бушевал). Идеологическое направление его творчества тоже изменилось самым радикальным образом, и вот он уже пишет свой «фак» «гнилой гейропе», одобренный и рекомендованный лично Николаем, в котором оправдывает подавление польского восстания:

И ненавидите вы нас…

За что ж? ответствуйте: за то ли,
Что на развалинах пылающей Москвы
Мы не признали наглой воли
Того, под кем дрожали вы?
За то ль, что в бездну повалили
Мы тяготеющий над царствами кумир
И нашей кровью искупили
Европы вольность, честь и мир?..

Вы грозны на словах — попробуйте на деле!
Иль старый богатырь, покойный на постеле,
Не в силах завинтить свой измаильский штык?
Иль русского царя уже бессильно слово?
Иль нам с Европой спорить ново?
Иль русский от побед отвык?
Иль мало нас? Или от Перми до Тавриды,
От финских хладных скал до пламенной Колхиды,
От потрясенного Кремля
До стен недвижного Китая,
Стальной щетиною сверкая,
Не встанет русская земля?..
Так высылайте ж к нам, витии,
Своих озлобленных сынов:
Есть место им в полях России,
Среди нечуждых им гробов.

В верноподданическом духе пишутся «Полтава» и «Арап Петра Великого», никакого отзвука о восстании нет и в «Евгении Онегине». Только в стихотворении «Андрей Шенье» власти уловили легкий намек, но написано оно было еще за полгода до восстания, а после Пушкин горячо доказывал Бенкендорфу, что никаких аллюзий там и в помине нет, как говорится, «все совпадения случайны», и ему поверили.

«Видел я трех царей: первый велел снять с меня картуз и пожурил за меня мою няньку; второй меня не жаловал; третий хоть и упек меня в камер-пажи под старость лет, но променять его на четвертого не желаю; от добра добра не ищут».

Во как. Желание «на троне поражать порок» растаяло без следа.

Посланий бывшим близким друзьям-декабристам вроде Пущина и Кюхли во глубину сибирских руд Пушкин почти не писал и знаков солидарности с ними практически не подавал. Почему? Боялся или просто разошелся с ними идеологически? Ведь не секрет, что царь простил его при условии, что он станет его агитатором. И Пушкин стал им. Написал стихи «В надежде славы и добра», процитированные выше «Клеветникам России», записку о воспитании молодежи и т.д. Что же до восстания, то теперь он описывал его как «русский бунт, бессмысленный и беспощадный»:

«Все это были разговоры между лафитом и клико, куплеты, дружеские споры… И не входила глубоко в сердца мятежная наука… Все это было только скука, безделье молодых умов, забавы взрослых шалунов».

«Толпа жадно читает исповеди, записки etc., потому что в подлости своей радуется унижению высокого, слабостям могущего. При открытии всякой мерзости она в восхищении. Он мал, как мы, он мерзок, как мы! Врете, подлецы: он и мал и мерзок — не так, как вы — иначе»,

— писал Пушкин Вяземскому. А оказалось, что разница все же невелика.

Читайте по теме: Микки Вульф: Коллаж о “черной заразе”

Print Friendly, PDF & Email

39 комментариев к «Олег Векслер: Первая, очень странная русская революция 1825 года и „Наше Всё“»

  1. О.В.
    15 Ноябрь 2014 at 1:16 | Permalink

    Так кто же, по-Вашему, был руским философом во времена Пушкина?
    ————————————————
    Не припомню ни одного имени. Щас, сбегаю в Вики…
    https://ru.wikipedia.org/wiki/wiki/Русская_философия
    Мда… Это еще тот анекдот! У них уже и «Поучение» Владимира Мономаха в филозофиях! А дальше еще смешней: любой, кто изучал европейскую схоластику в православных семинариях, шишлится в философах.
    \»Нестяжатели\» и \»жидовствующие\» тут как тут.
    \»….Лишь в начале XIX века появляется оригинальная или самобытная русская философия. У её истоков стоял Петр Чаадаев, который задается вопросом о смысле России как отдельной цивилизации. В остальном он повторяет старые идеи о механистическом устройстве мира и провиденциальном характере истории. \»
    (В статье \»Механицизм\» Чаадаева почему-то нет ни в основателях, ни в последователях, ни в представителях)
    И без славянофилов никуда! И Тютчев стал философом! Ура! Ой, и Л.Толстой туда же!
    Вот те на! Задумался о смысле России, о политике — пожалуйте в философы. В СССР, следует полагать, таких философов были миллионы и миллионы (если считать по одной кухонной посиделке в неделю), не считая преподавателей диамата и истмата (они философы по должности).
    Ага! Наконец-то дотянулись до В.Соловьева — \»центральной фигуры русской философии\».
    Сильна матушка-Расея умами, и уже 1000 лет сильна, прям так со времен Мономаха и пошла философить. Надо полагать, парижские схоласты питались киевской мудростью.
    Я — пас! Анекдоты я люблю, но тут уж слишком много букофф. Хотя… настроение поднялось, грех жаловаться.
    Кстати, Бердяев в \»Истории русской философии\» писал, что нет русской философии, но русские философы есть. Но это так, к слову. 🙂

    1. Сильвия
      15 Ноябрь 2014 at 2:25 | Permalink

      Не припомню ни одного имени. Щас, сбегаю в Вики…
      https://ru.wikipedia.org/wiki/wiki/Русская_философия
      Мда… Это еще тот анекдот! У них уже и «Поучение» Владимира Мономаха в филозофиях! А дальше еще смешней: любой, кто изучал европейскую схоластику в православных семинариях, шишлится в философах.
      \”Нестяжатели\” и \”жидовствующие\” тут как тут.
      \”….Лишь в начале XIX века появляется оригинальная или самобытная русская философия. У её истоков стоял Петр Чаадаев, который задается вопросом о смысле России как отдельной цивилизации. В остальном он повторяет старые идеи о механистическом устройстве мира и провиденциальном характере истории. \”

      Вот те на! Задумался о смысле России, о политике – пожалуйте в философы. В СССР, следует полагать, таких философов были миллионы и миллионы (если считать по одной кухонной посиделке в неделю), не считая преподавателей диамата и истмата (они философы по должности).

      #################################################################

      Сильвия, ей-Богу, я с Вас постепенно угораю.
      Начали Вы с утверждения, что Чаадаев был гораздо гениальней «автора побасенок» Пушкина, затем заявили, что Чаадаев — вовсе не философ (хотя Вики Вам строго указало, что не только философ, но и основатель русской философии), и, наконец, кончили тем, что уподобили его миллионам русских кухонных болтунов. Получается, что Пушкин был еще глупее этих кухонных болтунов. Поздравляю Вас..

  2. О.В.
    14 Ноябрь 2014 at 0:41 | Permalink

    Речь шла о том, что Сильвия услышать не захотела: Пушкин был стопроцентно русским человеком, уловителем, носителем и выразителем русского коллективного бессознательного. И потому получилось так, что он, стремившийся к свободе, как никто, вдруг стал агитировать за тиранию и сильную руку.
    ————————————————
    Для начала все-таки необходимо доказать, что \»русское коллективное бессознательное\» —
    это стремление к свободе под защитой \»сильной руки\». Я могу только привести в пример точно такое же желание многих израильтян в начале 80-х: от свободы никто не собирался отказывать, но уж очень многие публично ратовали за \»сильную\» власть (прямо по рецепту Путина). Я к тому, что такое явление характерно не только для русских, но зависит и от характера эпохи и, возможно, от временной усталости нации, не рвущейся взять на себя ответственность/отдохнуть от нее и переложить ее на \»сильную личность\». А в России за такой \»отдых\» и ратовать не приходилась — сильная власть всегда была под рукой и приходила без приглашения. 🙂
    Представить себе Пушкина \»агитирующего за тиранию\» все-таки не смогу, до такого он не доходил. Могу себе представить иное — возрастной консерватизм, подобное случилось и со стареющим П.Вяземским. Уваров, в молодости либерал, пошел куда дальше Пушкина и дошел, став притчей во языцех.

    1. Сильвия
      14 Ноябрь 2014 at 2:58 | Permalink

      О.В.
      14 Ноябрь 2014 at 0:41 | Permalink

      Речь шла о том, что Сильвия услышать не захотела: Пушкин был стопроцентно русским человеком, уловителем, носителем и выразителем русского коллективного бессознательного. И потому получилось так, что он, стремившийся к свободе, как никто, вдруг стал агитировать за тиранию и сильную руку.
      ———————————————–
      Для начала все-таки необходимо доказать, что \”русское коллективное бессознательное\” –
      это стремление к свободе под защитой \”сильной руки\”.

      Что же тут доказывать? Вся русская история — пример тому, какой эпизод ни возьми, хоть восстание декабристов, хоть ВОСР, хучь кумиров народных — Ивана III, Ивана Грозного, Сталина, Путина, да кого угодно. Пока стреляет, вешает, пытает на дыбе — всем хорош. Как либерал, так ненависть и бунт.

      Я могу только привести в пример точно такое же желание многих израильтян в начале 80-х: от свободы никто не собирался отказывать, но уж очень многие публично ратовали за \”сильную\” власть (прямо по рецепту Путина).

      А вот не надо приводить израильский пример, ибо ситуация совершенно не сравнима. Израиль действительно живет в окружении врагов и позволяет себе при этом быть с ними до предела либеральным. В такой ситуации тяга к сильной руке совершенно естественна. Русским она нужна не для победы над врагами, которых самдержавная власть создает себе сама, а для закабаления себя и других народов.

      Представить себе Пушкина \”агитирующего за тиранию\” все-таки не смогу, до такого он не доходил.

      По-моему, я достаточно привел примеров, больше не хочу, увольте.

      Могу себе представить иное – возрастной консерватизм, подобное случилось и со стареющим П.Вяземским. Уваров, в молодости либерал, пошел куда дальше Пушкина и дошел, став притчей во языцех.

      При чем тут Пушкин, проживший 37 лет? Какой тут может быть возрастной консерватизм? И почему этот квасной возрастной консерватизм начался аккурат с разгрома всех свобод и прихода авторитарного полицейского режима? Почитайте внимательно, что Николай говорил о Пушкине и как он его использовал. Сравните с тем, что он говорил про Лермонтова (например, про его смерть на дуэли: «Собаке — собачья смерть»).

      1. О.В.
        14 Ноябрь 2014 at 5:11 | Permalink

        Вся русская история – пример тому, какой эпизод ни возьми, хоть восстание декабристов, хоть ВОСР, хучь кумиров народных – Ивана III, Ивана Грозного, Сталина, Путина, да кого угодно. Пока стреляет, вешает, пытает на дыбе – всем хорош. Как либерал, так ненависть и бунт.

        Потому что русский народ при столь длинной истории деспотических режимов практически незнаком с режимом либеральным. И тем не менее, в царствование Александра 1 никто не требовал сильной руки, хотя Александр в сравнении с отцом ввел, для того российского времени, чуть ли ни сверх-либерализм. Да и Николай 1 начал ужесточать не сразу, а только с 1830-х, а Пушкину было тогда 26-27. Вообще, много Вы знаете либеральных периодов российской истории, с которыми народ боролся?

        А вот не надо приводить израильский пример, ибо ситуация совершенно не сравнима. Израиль действительно живет в окружении врагов и позволяет себе при этом быть с ними до предела либеральным.

        Так ведь ощущение окружения врагами может быть и надуманным, что сейчас мы прекрасно наблюдаем при Путине.

        При чем тут Пушкин, проживший 37 лет? Какой тут может быть возрастной консерватизм? И почему этот квасной возрастной консерватизм начался аккурат с разгрома всех свобод и прихода авторитарного полицейского режима?

        Не чувствуете Вы время. В каком возрасте А.Болконский появляется перед нами? С потухшими глазами, в политические споры не ввязывающийся?… А ему нет и тридцати! Возраст в 37 лет того времени — это возраст очень даже сложившего, уравновешенного опытом и ответственного человека. Е.Онегин в 26 (?!) лет «дает уроки в тишине», что меня всегда поражает каждый раз по-новой, ибо мною он воспринимается, как минимум, старше 30-ти. В Средние века в Европе средний возраст умерших был что-то около 26 лет и никто не утвеждал, что тогда умирали молодыми. У каждого времени свои возрасты молодости и старости. А «квасной патриотизм» Пушкин проявил, можно сказать, случайно, из-за польского восстания 30-х, и самому Пушкину было уже за тридцать, и, сколько помнится, он уже был женат (уже не прыгал поверх стульев).

        1. Сильвия
          14 Ноябрь 2014 at 14:04 | Permalink

          Потому что русский народ при столь длинной истории деспотических режимов практически незнаком с режимом либеральным.

          Европа до поры, до времени тоже не была знакома. Но познакомилась — и приняла.

          И тем не менее, в царствование Александра 1 никто не требовал сильной руки,

          Еще как требовал. Почему, Вы думаете, Трубецкого избрали диктатором?

          хотя Александр в сравнении с отцом ввел, для того российского времени, чуть ли ни сверх-либерализм.

          Нет, Сильвия, он ничего не «вводил». Царем его сделала гвардия, он был царем милостью военных и страшно боялся собственной армии (может быть, и войну с Наполеоном ради этого замутил).

          Да и Николай 1 начал ужесточать не сразу, а только с 1830-х, а Пушкину было тогда 26-27.

          Что именно он начал ужесточать с 30-х? Декабристов он сослал в 1826-м, III отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии создал в июне 1826 года. Тогда же поставил Бенкендорфа и во главе III отделения, и во главе Пушкина, и во главе комитета по преобразованию еврейского быта. Когда Пушкин отклонялся от правильного пути к «добру», генерал писал ему вежливые письма, после которых не хотелось ни жить, ни дышать.

          Вообще, много Вы знаете либеральных периодов российской истории, с которыми народ боролся?

          Немного, но они были. В частности, при Александре II, которого русский народ пытался убить чаще, чем всех остальных царей, вместе взятых. И не успокоился, пока не добился своего, с помощью полиции и его собственного сына.

          Так ведь ощущение окружения врагами может быть и надуманным, что сейчас мы прекрасно наблюдаем при Путине.

          Оно может быть и надуманным, но в случае Израиля оно НЕ надуманное

          Не чувствуете Вы время. В каком возрасте А.Болконский появляется перед нами?

          Ни в каком. Болконский — выдумка писателя Толстого, и там не больше исторической правды, чем с персонажем Наполеоном. Кстати, сам Толстой в возрасте Пушкина периода Декабрьского восстания только-только начал писать и был еще юнкером.

          С потухшими глазами, в политические споры не ввязывающийся?… А ему нет и тридцати! Возраст в 37 лет того времени – это возраст очень даже сложившего, уравновешенного опытом и ответственного человека.

          Да, но Пушкину-то в конце 1825 года было всего 26 лет!

  3. Сильвия
    13 Ноябрь 2014 at 17:01 | Permalink

    О.В.
    13 Ноябрь 2014 at 15:08 | Permalink

    Поехал до весны продавать урожай? На дровнях обновляя путь и торгуясь c приказчиками? Блеск!! 🙂
    =====================================
    Ой, как смешно! Чудно же Вы ознакомлены с техникой ведения с/хозяйства и времяпреповождением владельцев усадьб в долгие зимние вечера.

    #########################################################

    Ладно, я сдаюсь и принимаю Вашу точку зрения: помещик Пушкин поехал в столицу к 14 декабря чисто из скуки и хозяйственных надобностей, увидел на дороге зайца и вернулся, решил, что в Петербурге будет еще скучнее, чем в Михайловском. Довольны?

  4. О.В.
    13 Ноябрь 2014 at 15:03 | Permalink
    Не ломлюсь. Сильвия, Вы бы хоть эту мысль до конца дочитали.
    ====================================
    Все дочитала, но сейчас даже добавлю к своему. Пушкин не был ни гениальным, ни “гениальнейшим из русских людей” своего времени, Пушкин никогда и никем не воспринимался и не воспринимается как интеллектуал своего времени, в отличие, например, от Чаадаева. Пушкин мог понять, о чем говорит Чаадаев, но сам до такого никогда не додумался, свидетельством чему его “Клеветникам России”. Пушкин был только острумен, т.е. обладал острым умом, что тоже на дороге не валяется.

    Нет, Сильвия, не дочитали. Мысль моя вовсе не заключалась в том, был ли Пушкин гениальным/гениальнейшим или не был, а совершенно в другом, напрямую Пушкина не касающемся. Что касается Чаадаева, то он был философ (далеко не лучший даже из российских философов), а Пушкин — поэт (один из лучших, если не самый лучший). Чаадаев был гениальней, только если принять за аксиому, что философ всегда гениальней поэта. Но в этом-то я сильно сомневаюсь. Юлий на днях приводил тут замечательную цитату о философах и джиннах, которую я в точности не запомнил, но смысл которой могу передать другой цитатой: «все мозги разбил на части, все извилины заплел, и канатчиковы власти колют нам второй укол!». Вот это — типичный философ-схоласт, как и большинство их.

    Но Пушкин был гениальным поэтом и только такое определение, на мой взгляд, совершенно точно и на поколения описывает его. Добавлю еще более скоромное: Пушкин даже не был гениальным прозаиком. Гениальными прозаиками России, т.е. теми кто создал язык прозы, до сих пор (уже 200 лет!) воспринимаемый нами как “правильный”, были Карамзин (Записки русского путешественника) и Лермонтов в “Герое нашего времени”.

    Тут мы можем спорить до хрипоты, были ли «Повести Белкина» и «Капитанская дочка» гениальны или нет, но смысла в этом споре будет примерно столько же, сколько в споре, что вкуснее, арбуз или свиной хрящик. Гораздо интересней было бы поспорить как раз о том главном, что Вы не увидели в моем ответе или не захотели увидеть, и совсем не про Пушкина.

    1. О.В.
      13 Ноябрь 2014 at 21:28 | Permalink
      Мысль моя вовсе не заключалась в том, был ли Пушкин гениальным/гениальнейшим или не был, а совершенно в другом, напрямую Пушкина не касающемся.

      В чем в другом?

      Что касается Чаадаева, то он был философ (далеко не лучший даже из российских философов), а Пушкин – поэт (один из лучших, если не самый лучший).

      Никаким философом Чаадаев не был, а просто был хорошо образованным человек, способным проанализировать полученные знания и свести (построить) их в систему освоения национальной истории.

      Тут мы можем спорить до хрипоты, были ли “Повести Белкина” и “Капитанская дочка” гениальны или нет

      Я и не спорю, но только выражаю, подчеркнуто, собственное мнение. «Капитанская дочка» — прелестная вещь, хороша еще и потому, что писана языком осьмнадцотого века, а не современным (даже времен Пушкина) языком (Пушкин осваивал Вальтера Скотта). Не забыть только, что буквально в тот же год или годом раньше вышел «Ледяной дом» Лажечникова — роман полный интриги и читающийся как написанное современным автором. «Капитанская дочка» сильна уроками литературы в школе, интересно было бы представить, как она бы соревновалась с «Ледяным домом» без наших школьных «литераторш». («Повести Белкина» + «Пиковая дама» — набор заурядных анекдотов/побасенок, рассказанных профессионалом, не более. )

      Гораздо интересней было бы поспорить как раз о том главном, что Вы не увидели в моем ответе или не захотели увидеть, и совсем не про Пушкина.

      И что это, которое мне так и не удается разглядеть?

      1. Сильвия
        14 Ноябрь 2014 at 2:23 | Permalink

        В чем в другом?

        Хосподи! Вот вся фраза целиком: «Пушкин был не только гениальнейшим из русских людей, но и плотью от плоти народной, как в хорошем, так и, увы, в плохом. Что русское рабство и любовь к вельможному сапогу были ему отнюдь не чужды. Русские умеют бунтовать только против либеральной власти. Тиранической власти они не просто покоряются, они ее искренне любят, вот в чем беда! Это называется любовь к Сильной руке. Первое состояние по-пушкински называется “русский бунт, бессмысленный и беспощадный”, а второе – “народ безмолствует”. Как только тиран уходит и вожжи отпущены, толпа отыгрывается на его либеральном преемнике. И русская история, как пушкинский кот из Лукоморья или как Сизиф, много веков фланирует между этими двумя полюсами, оба из которых крайне далеки от свободы и вольности…»

        Никаким философом Чаадаев не был, а просто был хорошо образованным человек, способным проанализировать полученные знания и свести (построить) их в систему освоения национальной истории.

        Вот те на, это что-то новенькое… Откройте любой словарь и узнайте, что он был философ и публицист, его главное произведение называлось «Философические письма».

        “Капитанская дочка” сильна уроками литературы в школе, интересно было бы представить, как она бы соревновалась с “Ледяным домом” без наших школьных “литераторш”. (“Повести Белкина” + “Пиковая дама” – набор заурядных анекдотов/побасенок, рассказанных профессионалом, не более. )

        Ну, Достоевским Пушкин определенно не был, Чеховым и Гоголем тоже (хотя «Вечера близ хутора» тоже можно при желании назвать «набором побасенок»). Хотя проживи он еще лет 10, наверняка написал бы и очень сильную прозу, я уверен в этом, стихи после 40 пишутся обычно плохо. Но язык в «Повестях Белкина» был новаторским, до него так не писали. Хотя не буду упорствовать, пусть лучше скажет специалист, Мина Полянская. В детстве мне это на примерах объясняла мать, у которой одно из образований — литературно-музыкальное.

        1. >Ну, Достоевским Пушкин определенно не был

          И хорошо, что не был.

          >Чеховым и Гоголем тоже (хотя «Вечера близ хутора» тоже можно при желании назвать «набором побасенок»). Хотя проживи он еще лет 10, наверняка написал бы и очень сильную прозу, я уверен в этом, стихи после 40 пишутся обычно плохо. Но язык в «Повестях Белкина» был новаторским, до него так не писали. Хотя не буду упорствовать, пусть лучше скажет специалист, Мина Полянская. В детстве мне это на примерах объясняла мать, у которой одно из образований — литературно-музыкальное.

          Прекрасный писатель Пушкин. Думаю, что Гоголь у него учился. И Лермонтов. Что-то в рассказе Тамань очень пушкинское.

        2. О.В.
          14 Ноябрь 2014 at 5:25 | Permalink

          Вот те на, это что-то новенькое… Откройте любой словарь и узнайте, что он был философ и публицист, его главное произведение называлось «Философические письма».
          ——————————————————-
          Сильный аргумент — грех смеяться. Обратите внимание на использование в обществе того времени термина «филоЗофствование».

          1. Сильвия
            — 2014-11-14 15:06:19(76)

            О.В.
            14 Ноябрь 2014 at 5:25 | Permalink

            Сильный аргумент — грех смеяться. Обратите внимание на использование в обществе того времени термина «филоЗофствование».

            #####################################################

            Буква «зю» — из немецкого, по-немецки философ — «филоЗОф». Больше эта буква ни на что не намекает.
            Так кто же, по-Вашему, был руским философом во времена Пушкина?

      2. P.S. К слову: Лермонтов, на мой скромный взгляд, был не очень-то русским писателем и поэтом. У него была другая планида и другое развитие, едва ли не противоположное. Мне кажется, он был одним из первых экзистенциалистов.
        А вот другие поэты после Октября в точности пошли «неверной дорогой» Пушкина: Блок, Брюсов, Есенин…

  5. Перефразируя: Пушкин, конечно, великий человек, но зачем стулья ломать?!
    Обсуждение эссе Векслера ломанулось куда-то не туда. Впечатление, что сводятся очень странные счёты. Типа: мне наделали в кастрюлю, а я вот возьму и нагажу в духовку…
    Уважаемый Олег — интересный острый автор и аналитик, прекрасный стилист, хорошо информирован…
    С удовольствием читаю его статьи и постинги.
    Кому нужны скандалы в обсуждениях?

  6. Обычный хамский ответ полузнайки, каких много в сети. Пушкина Вы не унизите. Вы можете унизить только себя такими опусами.

    1. Александр, не рассстраивайтесь понапрасну — от Пушкина не убудет.

    2. Привожу весь диалог:

      Александр Рашковский
      13 Ноябрь 2014 at 7:08 | Permalink

      Зачем же Вы такое о Пушкине? Что других объектов нет для выкручиваний?

      #############################

      О.В.
      Какое “такое”? Что именно не соответствует действительности?

      Александр Рашковский
      13 Ноябрь 2014 at 16:29 | Permalink

      Обычный хамский ответ полузнайки, каких много в сети.

      ##########################################

      Хамский? Какое из слов было хамским, «Какое “такое” или «Что именно не соответствует действительности?»?

      Видно невооруженным глазом, что трамвайное хамло из российской глубинки любым способом хочет вызвать скандал. Когда вежливо реагируют на его первый высер, он тут же выдает второй. Что ж, в таком случае диалог, естественно, невозможен, остается только послать тролля на три буквы. Вы правы, Борис Эфраимович, тут просто залезают с ногами и сводят счеты, не приведя ни одной цитаты, спорить не с чем.

  7. Зачем же Вы такое о Пушкине? Что других объектов нет для выкручиваний?

    1. Александр Рашковский
      13 Ноябрь 2014 at 7:08 | Permalink

      Зачем же Вы такое о Пушкине?

      #############################

      Какое «такое»? Что именно не соответствует действительности?

  8. М.П.
    13 Ноябрь 2014 at 2:21 | Permalink

    Согласна с Сильвией.
    А кроме того, “Самовластительный злодей” – эти слова обращены к Наполеону.

    Формально — да. Но, дорогая Мина Иосифовна, мы же не дети. Мы же знаем, что

    — ода эта была запрещена (а зачем ее запрещать, если она направлена только против Наполеона, официального врага власти), что Пушкин за нее (в том числе) серьезно поплатился;
    — что написана она была под явным влиянием Радищева и его оды \»Вольность\», и что Руш использовал не только название Радищева, но там есть и немало аллюзий или прямых заимствований из радищевской оды, а Радищев доказывал право народа на казнь царя-тирана, так что не зря Екатерина засадила его пожизненно в казематы;
    — что строки \»Тираны мира, трепещите!\» и \»Хочу воспеть свободу миру, на тронах поразить порок\» относятся отнюдь не к одному Наполеону;
    — что строка из другого произведения (по-моему, из \»К Чаадаеву\»?) \»Мы ждем с томленьем упованья минуты вольности святой\» прямо говорит о том, какой именно вольности жаждал поэт к тому времени, как Наполеон был уже пару лет как заточен на острове св. Елены;
    — что тогдашние декабристы, как и последующие поколения революционеров воспринимали эти стихи как призыв к восстанию.

    Если Вам этих пяти доводов мало, то я приведу еще несколько, в том числе эпиграммы на Аракчеева, архимандрита Фотия и на самого Александра I.

    Когда ему принесли списки членов Северного и Южного общества, он, якобы сказал: “Не мне их судить”. Но что совсем не “якобы” это то, что в 1822 году именно Александр Павлович запретил тайные общества в России. Причём, запретил прочно – вплоть до Советской власти.

    Ага, запретил — так, что они продолжали плодиться, цвести и пахнуть! Ибо декабристы плевать хотели на все его запреты, и никаких реальных действий за этим запретом не последовало. И вовсе не потому, что Александр был либералом, а потому что он боялся! Боялся как огня восстаний и переворотов, боялся кончить как отец и дед и потому не бывал в Петербурге, разъезжая по стране до самой смерти, и вместе с ним дрожали, как осиновые листья, все три его брата, категорически не желавшие принимать корону.

    А вот в Советское время, как это ни звучит парадоксально, они объявились ( это отдельная очень интересная тема) . Но вернёмся к тайным обществам ” дней александровых прекрасного начала” . Пушкин был членом общества “Зелёная лампа” в одном доме на Театральной площади. Я до сих пор не знаю, что это было за общество. По некоторым сведениям – оно, как будто, тоже тайное.

    Оно было создано \»Союзом благоденствия\» — однозначно декабристской организацией, обсуждавшей, например, формы будущего правления и использовавшей литературные и просветительские общества для пропаганды своих идей.
    Кроме того, Пушкин, по всей видимости, участвовал в деятельности Северного общества вместе с Грибоедовым.

    Франкмасоны были настолько распространены до запрещения их императором, что вошли в литературу. У Пушкина в «Е.О.»: «Он фармазон! Он пьёт одно стаканом красное вино!» Фармазон здесь – франкмасон, что означает вольнодумец. Тема очень сложная, требует детального изучения. Я бы не взялась. Но если бы взялась, то уделила внимание не Пушкину, а Пестелю, который в случае победы собирался весь иудейский народ изгнать в Палестину – вот , кто в географии разбирался.

    Да, я в курсе, что Пестель был весьма злобным антисемитом. Но я не \»взялся за тему\», а хотел всего лишь осветить пару интересных для меня аспектов под собственным углом зрения.

  9. Как это водится у автора, замечательно написано и очень легко читается.
    Прекрасный глубокий анализ событий, интереснейшие детали.
    Пушкин не был сверхчеловеком и пылким революционером, зато довольно мелким помещиком, окончившим Лицей, которому всегда не хватало денег. Тот, кто побывал в селе Михайловскoм и погулял по дому и по усадьбе, знает это. Когда к нему приезжали гости из соседних поместий, нередко выбегал через заднюю дверь, прыгал на коня и скакал прочь. Бедность не порок, но таким образом поэт хотел избежать приёмов у себя. Больше он сам любил разъезжать по гостям. Кстати, привычка многих художников.
    Пушкин безусловно гений, но надо его принимать таким, каким он был: русским человеком своего самодержавного времени.

    1. Спасибо, Борис Эфраимович.
      Я в общем-то хотел выразить одну, но пламенную мысль, что Пушкин был не только гениальнейшим из русских людей, но и плотью от плоти народной, как в хорошем, так и, увы, в плохом. Что русское рабство и любовь к вельможному сапогу были ему отнюдь не чужды. Русские умеют бунтовать только против либеральной власти. Тиранической власти они не просто покоряются, они ее искренне любят, вот в чем беда! Это называется любовь к Сильной руке. Первое состояние по-пушкински называется «русский бунт, бессмысленный и беспощадный», а второе — «народ безмолствует». Как только тиран уходит и вожжи отпущены, толпа отыгрывается на его либеральном преемнике. И русская история, как пушкинский кот из Лукоморья или как Сизиф, много веков фланирует между этими двумя полюсами, оба из которых крайне далеки от свободы и вольности…

      1. О.В.
        13 Ноябрь 2014 at 4:21 | Permalink

        Я в общем-то хотел выразить одну, но пламенную мысль, что Пушкин был не только гениальнейшим из русских людей, но и плотью от плоти народной, как в хорошем, так и, увы, в плохом.
        ——————————————-
        Вы ломитесь в открытые двери: Пушкин сам написал об этом «Пока не требует поэта к священной жертве Апполон…»

        1. Сильвия’s Gravatar Сильвия
          13 Ноябрь 2014 at 12:19 | Permalink

          Вы ломитесь в открытые двери: Пушкин сам написал об этом “Пока не требует поэта к священной жертве Апполон…”

          ###################################

          Не ломлюсь. Сильвия, Вы бы хоть эту мысль до конца дочитали.

          1. О.В.
            13 Ноябрь 2014 at 4:21 | Permalink
            Я в общем-то хотел выразить одну, но пламенную мысль, что Пушкин был не только гениальнейшим из русских людей, но и плотью от плоти народной, как в хорошем, так и, увы, в плохом.

            О.В.
            13 Ноябрь 2014 at 15:03 | Permalink
            Не ломлюсь. Сильвия, Вы бы хоть эту мысль до конца дочитали.
            ====================================
            Все дочитала, но сейчас даже добавлю к своему. Пушкин не был ни гениальным, ни «гениальнейшим из русских людей» своего времени, Пушкин никогда и никем не воспринимался и не воспринимается как интеллектуал своего времени, в отличие, например, от Чаадаева. Пушкин мог понять, о чем говорит Чаадаев, но сам до такого никогда не додумался, свидетельством чему его «Клеветникам России». Пушкин был только острумен, т.е. обладал острым умом, что тоже на дороге не валяется.
            Но Пушкин был гениальным поэтом и только такое определение, на мой взгляд, совершенно точно и на поколения описывает его. Добавлю еще более скоромное: Пушкин даже не был гениальным прозаиком. Гениальными прозаиками России, т.е. теми кто создал язык прозы, до сих пор (уже 200 лет!) воспринимаемый нами как «правильный», были Карамзин (Записки русского путешественника) и Лермонтов в «Герое нашего времени».

      2. Это называется любовь к Сильной руке. Первое состояние по-пушкински называется “русский бунт, бессмысленный и беспощадный”, а второе – “народ безмолствует”.

        Олег, поскольку вы здесь в роли пушкиниста, то позволю себе заметить, что «любовь к Сильной руке» — это ваша интерпретация ремарки «Народ безмолствует». И она противоположна пушкинской. У Пушкина в этом безмолвии — решительный отказ народа подчиниться «сильной руке». Это — молчаливый ПРОТЕСТ. Перечитайте финал «Годунова» и обратите внимание на контекст.

        1. Александр Избицер
          14 Ноябрь 2014 at 0:45 | Permalink

          “Народ безмолствует”. … У Пушкина в этом безмолвии – решительный отказ народа подчиниться “сильной руке”. Это – молчаливый ПРОТЕСТ.
          ————————————
          Совершенно верно.

  10. Согласна с Сильвией.
    А кроме того, «Самовластительный злодей» — эти слова обращены к Наполеону. Ода «Вольность» — экспромт, написан по окончании Лицея в 1917 году у Александра Ивановича Тургенева в его особняке, находившемся напротив Михайловского замка, где убит был Павел Первый, и в самом деле – дань моде.
    Александр Первый личность сложная ещё по причине неустойчивого характера. Его имя , как известно, окружено легендами: якобы сам был членом тайного общества ( греческого!) » Гетерия» и, более того, тайно его возглавлял.
    Когда ему принесли списки членов Северного и Южного общества, он, якобы сказал: «Не мне их судить». Но что совсем не «якобы» это то, что в 1822 году именно Александр Павлович запретил тайные общества в России. Причём, запретил прочно — вплоть до Советской власти. А вот в Советское время, как это ни звучит парадоксально, они объявились ( это отдельная очень интересная тема) . Но вернёмся к тайным обществам » дней александровых прекрасного начала» . Пушкин был членом общества «Зелёная лампа» в одном доме на Театральной площади. Я до сих пор не знаю, что это было за общество. По некоторым сведениям – оно, как будто, тоже тайное. Франкмасоны были настолько распространены до запрещения их императором, что вошли в литературу. У Пушкина в «Е.О.»: «Он фармазон! Он пьёт одно стаканом красное вино!» Фармазон здесь – франкмасон, что означает вольнодумец. Тема очень сложная, требует детального изучения. Я бы не взялась. Но если бы взялась, то уделила внимание не Пушкину, а Пестелю, который в случае победы собирался весь иудейский народ изгнать в Палестину – вот , кто в географии разбирался

  11. Ничего конкретного о тайных обществах А.Пушкин не знал, т.к.никто из их участников и не посвящал поэта в эти тайны, не знал программ (их было несколько и немало отличных друг от друга, п.4 в статье крайне неточен в этом отношении), о плане на 14 декабря Пушкину тоже ничего было неизвестно, а поехал он в столицу наугад и уж, конечно, не для участия в восстании (по крайней мере он никогда не высказался прямо, что был готов принять в нем участие — все слова вокруг да около). А если почитать трехтомник Кунина (если я не искажаю фамилию) о жизни Пушкина с колыбели и до смертного часа, основанного на прямом и полном цитировании писем и воспоминаний современников, то мне, по крайней мере, совершенно понятно, почему Пушкин не попал даже под серьезное подозрение комиссии по расследованию — Пушкин воспринимался окружающими поэтом талантливым, но человеком очень даже легкомысленным, т.е. ненадежным в делах тайных.
    Его ранние «вольнолюбивые» стихи были только данью молодости и республиканско-классическому воспитанию, полученному в Лицее.

    1. Сильвия
      12 Ноябрь 2014 at 22:16 | Permalink

      Ничего конкретного о тайных обществах А.Пушкин не знал, т.к.никто из их участников и не посвящал поэта в эти тайны, не знал программ (их было несколько и немало отличных друг от друга, п.4 в статье крайне неточен в этом отношении), о плане на 14 декабря Пушкину тоже ничего было неизвестно

      Да уж конечно! См. мой ответ Мине Полянской.

      о плане на 14 декабря Пушкину тоже ничего было неизвестно, а поехал он в столицу наугад

      Поехал в столицу наугад аккурат к декабрьскому восстанию? Вы сами-то верите в такие совпадения?
      Разумеется, все он знал, т.к. получил письмо от Пущина, одного из самых близких своих друзей. И с Рылеевым был очень и очень недурно знаком (и переписывался, как и с Бестужевым), и с Кюхлей, и участвовал в заседаниях Северного общества (см. иллюстрацию к статье) и «Зеленой лампы».

      1. О.В.
        13 Ноябрь 2014 at 4:32 | Permalink

        Поехал в столицу наугад аккурат к декабрьскому восстанию? Вы сами-то верите в такие совпадения?
        Разумеется, все он знал, т.к. получил письмо от Пущина, одного из самых близких своих друзей. И с Рылеевым был очень и очень недурно знаком (и переписывался, как и с Бестужевым), и с Кюхлей, и участвовал в заседаниях Северного общества (см. иллюстрацию к статье) и “Зеленой лампы”.
        ———————————————————
        А как Вам такой расклад: с наступлением зимы русский помещик, при соответствующем финансовом уровне, уезжает до весны в столичный город. Не знаю, как это подходит итальянским помещикам, но для английских, например, это было естественно. 🙂
        А переписывались все со всеми — это были люди одного круга, одного сословия, причем высших его страт, да притом сосредоточенные в юности, в военной и других службах на минимальном географическом пятачке (Петербург-Москва) при минимуме общеобразовательных и культурных учреждений на этом пятачке.
        «Зеленая лампа» — тайное сообщество? Увольте!

        1. Сильвия
          13 Ноябрь 2014 at 12:14 | Permalink

          А как Вам такой расклад: с наступлением зимы русский помещик, при соответствующем финансовом уровне, уезжает до весны в столичный город. Не знаю, как это подходит

          Поехал до весны продавать урожай? По дровням обновляя путь и торгуясь c приказчиками? Блеск!! 🙂

          “Зеленая лампа” – тайное сообщество? Увольте!

          Ладно, уговорили, увольняю 🙂

          1. О.В.
            13 Ноябрь 2014 at 15:08 | Permalink

            Поехал до весны продавать урожай? По дровням обновляя путь и торгуясь c приказчиками? Блеск!! 🙂
            =====================================
            Ой, как смешно! Чудно же Вы ознакомлены с техникой ведения с/хозяйства и времяпреповождением владельцев усадьб в долгие зимние вечера. 🙂

  12. «Учёный, сверстник Галилея, был Галилея не глупее. Он знал, что вертится Земля. Но у него была семья». А у Пушкина, кроме семьи, было и сознание его предназначения. Он хотел, чтобы мы, «будущие невежды», знали о нём. И спасибо, что не сгинул на каторге, что сделал себе карьеру не стоянием на Сенатской, что сумел написать то, что всегда помним. И всё же — «в мой жестокий век восславил я свободу». А когда в России век не был жестоким? К примеру -осудим ли еврея, уберегшегося от погрома крестиком на шее?

    1. Елена Бандас
      12 Ноябрь 2014 at 11:54 | Permalink

      “Учёный, сверстник Галилея, был Галилея не глупее. Он знал, что вертится Земля. Но у него была семья”. А у Пушкина, кроме семьи, было и сознание его предназначения. Он хотел, чтобы мы, “будущие невежды”, знали о нём. И спасибо, что не сгинул на каторге, что сделал себе карьеру не стоянием на Сенатской, что сумел написать то, что всегда помним.

      Елена, но ведь все эти доводы (отчасти кроме семьи) относятся не только к Пушкину после 14 декабря 1825 года, но и после! Понимаете? Конечно, человек может «поумнеть» и «образумиться», но с Пушкиным это произошло не после прихода Вольности, а после отмены всех и всяческих вольностей и наступления реакции и полицейского государства! Чувствуете, к чему я клоню? Это Вам не напоминает многих перестроечных разоблачителей, Говорухиных, Захаровых, Хазановых, Митковых и иже с ними?

    2. Елена Бандас — «. . .у Пушкина, кроме семьи, было и сознание его предназначения. Он хотел, чтобы мы, “будущие невежды”, знали о нём. И спасибо, что не сгинул на каторге, что сделал себе карьеру не стоянием на Сенатской, что сумел написать то, что всегда помним. И всё же – “в мой жестокий век восславил я свободу”. А когда в России век не был жестоким? К примеру -осудим ли еврея, уберегшегося от погрома крестиком на шее?» — — Вот здесь , IMHO , сорри, и находится тот ключик , которым открываются (или — не открываются) разные дверцы. Сужу только по комментариям , никого не хочу обидеть (разжигаю только свой примус).
      ОВ НЕ ПРИЕМЛЕТ тех компромиссов , тех «крещений» боевых , с кот многие давно согласились ( и проделали — в разнообразнейших формах , приняв те сомнительные правила , в которые сейчас — и сию минуту — играет подавляющее большинство). Отсюда и некоторые перехлёсты-переборы.Ва-банк Автор играет , никаких заначек и подсказок не приемлет. И правильно делает.
      В противном случае , не было бы того ОВ и того Портала , кот мы имеем.Другой был бы Портал.
      «…да все это было еще, видимо, в новинку. Вообще можно провести некоторые осторожные параллели между переходом власти от Александра к Николаю и от Бориса к Владимиру…» — наверное , ведь все мы видим разницу между „Нашим Всё“ и «соловьями генштаба». Нет ни в России , ни в Украйне ни Гоголей , ни Салтыковых-Щедриных , ни Чехова , ни Шевченко , ни — даже Короленко. Промелькнули зарницами И.Бабель, И.Бродский, Ю.П.Казаков … желающие — добавьте — на свой вкус… Более того — жила-была в 50-60-70-ых Ю.Мориц , да вся давно вышла.
      “Все это были разговоры между лафитом и клико, куплеты, дружеские споры… И не входила глубоко в сердца мятежная наука…Все это было только скука, безделье молодых умов, забавы взрослых шалунов». “Толпа жадно читает исповеди, записки etc., потому что в подлости своей радуется унижению высокого, слабостям могущего. При открытии всякой мерзости она в восхищении. Он мал, как мы, он мерзок, как мы! Врете, подлецы: он и мал и мерзок — не так, как вы — иначе”, — писал Пушкин Вяземскому. А оказалось, что разница все же невелика.»
      Вот здесь — не могу согласиться. Разница велика , очень велика разница между «надменными потомками и А. С. Пушкиным. Во всём.
      «Но Пушкин был гениальным поэтом и только такое определение, на мой взгляд, совершенно точно и на поколения описывает его. Добавлю еще более скоромное: Пушкин даже не был гениальным прозаиком. Гениальными прозаиками России, т.е. теми кто создал язык прозы, до сих пор (уже 200 лет!) воспринимаемый нами как “правильный”, были Карамзин (Записки русского путешественника) и Лермонтов в “Герое нашего времени”.»
      Нет , дорогой Олег, у Гения — всё гениально , и Кап дочка , и Повести Белкина , всё. . . Относительно — «создал язык прозы» — Вы правы , но ведь «создателей» меньше , чем гениев , верно?
      БЭА — «Пушкин безусловно гений, но надо его принимать таким, каким он был: русским человеком своего самодержавного времени.»
      И на этом ,согласившись с БЭА — полностью , повторюсь : Олега Векслера так же надо принимать таким , какой он есть. Литератором-бойцом , способным на то , к чему немногие готовы в наш , так непостижимо быстро меняющийся век , — на бескорыстные поиски и самоотдачу.
      Всё остальное — увлечённость ,» быстрота и натиск» — простительны.
      Так же , надеюсь , как и моя пафосность и весь мой длинновастый и почти запоздалый комент.

      1. Алекс Биргер
        14 Ноябрь 2014 at 0:10 | Permalink

        Врете, подлецы: он и мал и мерзок — не так, как вы — иначе”, — писал Пушкин Вяземскому. А оказалось, что разница все же невелика.”
        Вот здесь – не могу согласиться. Разница велика , очень велика разница между “надменными потомками и А. С. Пушкиным. Во всём.

        Спасибо, Александр, за остальное, но в данном случае речь не шла о сравнении Пушкина с потомками. Речь шла о том, что Сильвия услышать не захотела: Пушкин был стопроцентно русским человеком, уловителем, носителем и выразителем русского коллективного бессознательного. И потому получилось так, что он, стремившийся к свободе, как никто, вдруг стал агитировать за тиранию и сильную руку.

        “Но Пушкин был гениальным поэтом и только такое определение, на мой взгляд, совершенно точно и на поколения описывает его. Добавлю еще более скоромное: Пушкин даже не был гениальным прозаиком. Гениальными прозаиками России, т.е. теми кто создал язык прозы, до сих пор (уже 200 лет!) воспринимаемый нами как “правильный”, были Карамзин (Записки русского путешественника) и Лермонтов в “Герое нашего времени”.”
        Нет , дорогой Олег, у Гения – всё гениально , и Кап дочка , и Повести Белкина , всё

        Это Вы цитировали не меня, а Сильвию 🙂

  13. Написано живо. Читается легко. Любопытны современные параллели. Жалко сломавшегося Пушкина, но, слава Богу, что он не доехал. Спасибо, Олег.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *