Борис Рублов: Два рассказа о любви

 326 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Борис Рублов

Два рассказа о любви

 

Безумная любовь (фанатичка)

 

Впервые я увидел эту девушку в бывшем магазине грампластинок, который теперь специализировался на продаже компакт-дисков и видеокассет.

Возле стеллажа, просматривая оперные поступления, я услышал странный разговор. Женский окающий голос спрашивал, ожидается ли новый комплект записей Владимира Высоцкого.

Ответ продавщицы был обычным: «Наведывайтесь»

Голос не унимался:

— Понимаете, девушка, меня не будет в Москве три недели. Диски могут разобрать!

— Что же я должна делать? – сварливо спросила продавщица.

— Нельзя ли принять у меня заказ. Я наклею марку на открытку.

— Заказов не принимаем.

—  Ну, пожалуйста, для меня это очень важно.

— Что ты за цаца такая, чтобы делать для тебя исключения?

—  Я жена Володи Высоцкого.

Наступила тишина, я обернулся и увидел у прилавка миловидную девушку лет двадцати,  стандартную (таких можно встретить во время любой прогулки), с ладно скроенной фигурой, завитками льняных волос под беретом и широко открытыми голубыми глазами. Вместе с тем в ней чувствовалась напряжённость, скрытый вызов, готовность дать отпор. Но все молчали, и, попрощавшись, она с огорчением вышла из магазина.

— Эту фифу я вижу уже не в первый раз, — с презрением прошипела долговязая тощая продавщица, покрутив пальцы возле виска. – Девке едва за двадцать, она родилась, когда Володя  уже покоился на кладбище. Выходит, он приходит к ней с того света?

Девушка в задумчивости присела на скамейку напротив магазина. Ветер ласкал её растрёпанные волосы. В глазах застыла тоска и безнадёжность.

Я не выдержал:

— Могу вас порадовать. На днях  прочёл в рекламе о выпуске в системе МП-З компакт-диска с песнями Высоцкого.

— Боже, — какое счастье! — воскликнула она — Пожалуйста, расскажите  подробнее. Что это значит, МП-З, это очень дорогой диск?

— Нужно иметь компьютер или специальный проигрыватель.

— Придётся на него заработать,-  с огорчением сказала девушка.- Не так просто быть женой Высоцкого, но Володя мне поможет. Вы не представляете, как  тяжело жить, когда окружающие относятся к тебе с насмешкой и презрением, но я не могу скрывать любви к Володе и нашей с ним связи. Представляете, всего три года назад, я  приехала из Вологды  поступать в кулинарный техникум и ничего не знала о Высоцком!

На практику меня послали в столовую в здании Театра на Таганке. С этого момента всё началось-поехало. Сперва я посмотрела на халяву спектакль про Володю, потом  весь отпуск — две недели — провела в его музее. Бесплатно мыла там полы. Из музея меня турнули за то, что я выколола глаза Марине Влади на афише. Вызвали милицию, но я смогла скрыться.

Сейчас подрабатываю уборщицей в Театре на Таганке. Не раз пробиралась в Володину грим-уборную, где ещё сохранился его запах. Удалось украсть остаток красок, которыми он гримировался, две старые афиши. Завалившийся женский носовой платок с монограммой, наверно от любовницы, я сожгла. Век буду благодарна, если поможете  мне достать новый диск. Только вот невезуха — тётка в Вологде помирает. Надо помочь старухе отойти, как говорят, в мир иной. Она много для меня сделала. Так, может вы, дорогой человек, купите второй диск Володиных песен для меня? Деньги я потом верну.

— Мне нужно знать ваше имя и адрес!

— Зовите меня на «ты», я ведь молодая. А  любителю Высоцкого отгадать моё имя не проблема. Вот вам подсказка.

Девушка сняла и положила на скамейку свой плащик и закатала левый рукав блузки. На тонкой руке был вытатуирован портрет Высоцкого.

— Принимаете подсказку?

— Валя, что ли? — неуверенно спросил я.

Она вся засветилась и готова была от радости броситься мне в объятия:

— Помните: «… Я ношу в душе твой светлый образ, Валя. A Алёша выколол твой образ на груди».

Иной раз мне говорят: «Может, ты Милка, что жила со всей Ордынкою?»  Не бойся, мой Володичка. Твоя жена пока никем не тронутая, целомудренная. Вот он мой адрес. Телефона только нет. Еще раз спасибо.

На записке значилось: «Большой Каретный».

2

Диск я смог купить только через год  и попробовал навестить Валю.

Дверь за двумя засовами  открыла молодая женщина, с высокой грудью и раздавшимися бёдрами. Мы не сразу узнали друг друга. Валя провела меня в узкую и длинную, как гроб комнату чудом уцелевшей коммуналки.

На узком подоконнике — герань, на окне — занавески в разводах.  Стены  увешены афишами и фотографиями Высоцкого.  На портрете с ним у Марины Влади  выколоты глаза. Проследив за моим  взглядом, Валя сказала:

— Плохи мои дела, Шурик, — потеряла я себя. Не сберегла  чистоту для Володички. В наказание он  ко мне  по ночам во сне являться перестал. Обольстил и завалил меня в постель один актёр с Таганки. Купил за новый диск и проигрыватель, за контрамарки на юбилейные вечера Володи, за две рукописи, украденные из его архива. Этот совратитель, змей хитрый догадался, как добраться до моей  постели. Предложил погасить в комнате свет и  громко включить проигрыватель дисков Высоцкого. Ничего у нас тогда с ним не вышло. Но на следующую ночь он принёс плеер и надел мне наушники. Как только Володины песни вошли в меня, я обо всём на свете позабыла. Так обманом он меня взял.

Потом мы пили с Валей водочку, закусывая, как Володя брусникой. Захмелев, она начала жаловаться на одиночество, приставания мужчин, тоску по Володе,  унижения и насмешки, которым подвергается их любовь. Потом, подойдя ко мне вплотную, сказала, что хотела бы меня отблагодарить:

— Ты, Шурик, открыл для меня новый мир Володиных песен. Терпеть не могу первого полюбовника за то, что  из ревности ругает Володю. Мол,  был алкоголиком,  наркоманом,   и росточка малого, с меня. Это правда? А что бабник, так он и не скрывал, когда пел:

— Я теперь свои семечки сею, на чужих Елисейских полях. И ёжику в тумане ясно, что не только там. — Ты,  Шурик человек учёный, наверно, как пел Володя, «доцент с кандидатом», не то, что поганая театральная шушера, которая меня обхаживает.

Она села ко мне на колени, обняла правой рукой за шею, а левой прерывисто тяжело задышав, начала расстегивать мою рубашку. Я отстранился, и она сразу сникла:

— Простите меня, непутёвую  жену. Честно говоря, мне теперь даже безразлично с кем. Я на диск для плеера записала три песни «для подготовки», а четвёртой ставлю свою заветную:

«Я поля влюблённым постелю,
Пусть поют во сне и наяву,
Я дышу — и, значит, я люблю
Я люблю — и, значит, я живу».

Как только он затянет своим голосом: «влюблёёённым…», я впадаю в блаженство и никого мне больше не надо.

«Я не чиста теперь, как снег зимой, сквозь пальцы просочился яд измены…»

— Это про меня Володичка писал:

«Я надеялся в тайне,
Что тебя не листали,-
Но тебя, как в читальне,
Очень многие брали».

Обхватив пальцами льняные волосы и склонившись над столом, Валя горько заплакала. Слёзы ручьём стекали на белую скатерть. Она казалась совсем юной, незаслуженно наказанной судьбой девочкой, и я ласково погладил её вздрагивающие от рыданий плечи. Валя подняла залитое слезами лицо, взяла меня за руку и вдруг спросила:

— Шурик, а что такое «энергетика?». Это слово, каждый день я слышу в театре, когда тайком пробираюсь на репетиции и прячусь в задних рядах.

— Думаю, что речь шла о воздействии актёра на зрителей.

— Значит Володины песни тоже энергетика?

— Несомненно, ты сама привела пример воздействия на тебя песни о влюблённых.

Когда мы тепло прощались с Валей, я не думал, что категоричность моего ответа повлияет на судьбу этой молодой женщины.

3

Через полгода после нашей встречи в телефонной трубке раздался взволнованный  окающий голос :

— Простите меня, Шура. Это Валя Высоцкая. Мне удалось поменять фамилию. У меня неприятности. Подзалетела я.

Слово это у женщин имеет разный смысл, но в данном конкретном случае  сказанное сразу стало понятным.

Мы договорились   встретиться на следующий день в недорогом кафе на Большой Дорогомиловской, где я иногда  обедал. На всякий случай со мной были все имеющиеся деньги, сумма которых, к сожалению, не достигала и сотни баксов.

Возле кафе я увидел округлившуюся фигуру  женщины  в чёрном плаще и косынке,   из-под которой выбивались светлые кудряшки.

— По-видимому, ситуация сложная, если она в  чёрном, — подумал я. Может, у неё кто-то из близких умер?

Увидев меня, Валя просияла, и мне стало стыдно своего иронического отношения к фанатичной взбалмошной молодой женщине.

Я помог ей снять плащ – срок родов был не за горами.

-Мне пришлось потревожить вас, Шурик,- речь идёт  о его судьбе, — сказала Валя, показав на свою округлившуюся  талию.- Доктор обещал, что родится мальчик.

Дальше последовал долгий сбивчивый рассказ:

«Среди  постылых ухажёров у меня вроде был друг, театральный фотограф. Потом выяснилось, что никакой не друг, и не враг, просто так, очередной любовник. Всех их,  кобелюк, как увидели мою талию,  ветром сдуло. Ну, да  чёрт с ними.  Костя знал Володю много лет и часто его снимал на сцене и в жизни. Он принёс мне сотню фоток, чтобы их продать на кладбище и подзаработать. Среди них был молодой Володя с первой женой Люсей Абрамовой и сыночком Аркашей. Я как его увидела — слёзы ручьём. Ночами не сплю, плачу. Мне бы такого, но чтобы от Володи».

— Костя мне говорит,- ты что, очумела? Он же на Ваганьковом!

-Тут я вспомнила про энергетику Володиных песен и поделилась своим планом с Костей.

— Хорошее дело, Валя, давай попробуем, — сказал он. — Классный проигрыватель и наушники я тебе принесу. — Но сама понимаешь, у меня жена, двое детей. Третьего я материально не осилю, но помочь тебе готов. Люби меня под музыку, как ты бы любила его.

Валя горестно задумалась. Морщинка прорезалась на её высоком лбу. Появились тёмные круги под глазами.  Сдув, опустившийся до глаз светлый локон, она продолжала:

-Короче,  в поликлинике мне сказали, что идёт четвёртый месяц.  Я сходила в храм Богородицы, приняла крещение. Посещаю молебны. Даже для себя вариант молитвы придумала. Вначале, как обычно: «Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя твоё……», но после важных для меня слов  про хлеб насущный, прощение долгов наших, добавляю – «не вводить меня в искушения, избавить от лукавого, послать от Володи здорового сыночка».

Про себя я твёрдо решила — дождаться родов и выяснить, от Володи ли мой ребёнок. Если от кого другого — сдам маленького в детдом, а сама порешу себя. Мне жизнь без его кровиночки не нужна.

Взгляд молодой женщины стал суровым, и выглядела она измотанной похудевшей, но полной решимости осуществить задуманное:

— Я, Шурик, к Вам обратилась за советом, как к человеку образованному. Каким образом можно установить отцовство? Говорят, есть специальный анализ, но врачи-кровососы должны взять кровь у  младенца. Как подумаю об этом, вся холодею. А дальше что? У Володички кровь не возьмёшь! Говорят можно взять слюну, пот или волос. Но где их достать? Одна знахарка сказала, что ей для этого достаточно одной фотки. Этого добра у меня пруд пруди, но можно ли ей верить? А вдруг обманщица, а у меня вопрос жизни или смерти! Пожалуйста, дорогой человек помогите мне советом.

От денежной помощи Валя категорически отказалась. Мы договорились встретиться с ней через неделю.

Я понял, что влип. Судьба безумной молодой женщины не на шутку взволновала меня. Что делать? Уговоры, увещевания не помогут. Нужна спасительная неправда, ложь во благо жизни. Нужен опыт, которым я не был умудрён. Жалко Валю, но подспудно росло раздражение против неё. Как  просто ей было распорядиться судьбой беззащитного ребёнка, зреющего в  утробе. Правда, своё невинное дитя она не обрекала на смерть, но проявляла равнодушие к его дальнейшей судьбе! Знала бы она, как оказаться подкидышем!

«Ты меня подобрал на камнях мостовой,
Куда выброшен я был родною семьёй

 Как последний щенок / Ты нашёл и помог, и спас…»

Всю ночь мне снились сцены из знаменитого мюзикла, но, чтобы будущий ребёнок не стал беспризорным, надо было спасать его мать.

4

Прошла неделя после встречи с Валей, но придумать убедительного обмана я так и не мог. Придётся обращаться к актёру Таганки Аскольду, выслушивать его насмешки, циничные расспросы о моей связи с молодой женщиной. Он  начнёт издеваться над её нелепой мечтой.

Для смелости я выпил в соседнем бистро стакан шампанского на разлив и, не закусывая, ввалился в его квартиру на Скатертном переулке.

Аскольд, как ожидалось, разразился нотациями: «Милостивые господа, произошло необычное событие. Шура напился. Друг Аркадий, не говори красиво — я и без объяснений всё понял. Тебя облапошила девица и убедила, что ты отец её незаконного ребёнка.

Пришлось рассказать Аскольду всю правду. Он вздохнул с облегчением.

— Слава Богу, дружище, с твоим пониманием долга и чести быть бы тебе сначала окольцованным, а потом рогатым. Единственный способ выхода из положения  (твоего, а не её) — знахарка. Недавно на ТВ рассказывали про некую прорицательницу, которая связывалась с поликлиникой, узнавала диагноз своих будущих жертв и давала им толковые советы, как ты понимаешь, не даром.  Кстати, кто будет финансировать акцию? Ну, понятно. Ты же у нас человек состоятельный. Значит, мне нужно знать «фио» твоей пассии,  адреса её и женской консультации. Мои услуги, как всегда бесплатны».

Я попытался заплетающимся языком его поблагодарить, но Аскольд лёгкой подножкой свалил меня на постель и укрыл пледом. Сквозь сон я услышал его последнее наставление:

— Запрещаю тебе пока встречаться с девушкой. Просто сообщи ей адрес знахарки, когда он будет нам известен.

На следующий день, чертыхаясь Аскольд отправился  на встречу с прорицательницей Ярославной. Позвонил в дверь — долго не открывали, рассматривали через глазок. Потом раздалось кудахтанье — сейчас, сейчас. Дверь открыла молодая симпатичная пышка с высоким бюстом и вздёрнутым носиком. «Как же узнала — видела Вас в телевизоре. Милости просим. Чем могу быть полезна? Можно погадать на ладони, чтобы могли моё умение «апробировать». Захихикала.

В этот момент зазвонил то ли телефон, то ли будильник.

— Пардон-пардон — много клиентов.

Хотелось взять её за подбородок, слегка потискать, но не больше. В комнате зашторены окна. Плакат со знаком Зодиака. Куклы, карты — всё как положено. Что-то необычное — полка с компакт-дисками. Значит за стеной скрыт компьютер. Видно старенький — после включения долго не подавал звукового сигнала. Вернулась, развернула мою ладонь.

«Холостяк. Дамы донимают, переживаете, любви пока нет — сплошной секс. Музыкальны. Золотой голос. Психика неустойчивая. В Бога не верите, но сектант»

— Нашла толкование моего имени в Интернете, — подумал Аскольд.

— Про себя, милая, я и так всё знаю. Мне бы поговорить с тобой об одной даме.

5

Когда через месяц мы встретились с Валей, живот её увеличился, но выглядела она счастливой. Исчезли круги под глазами, лицо разгладилось, а при улыбке симметрично появлялись две ямочки на щеках. Думаю, что Высоцкий не прошёл бы мимо такой очаровательной женщины.

Валя радостно затарахтела, перемешивая слова благодарности со сбивчивым рассказом,  и пару раз  делала попытки меня поцеловать:

«После нашей последней встречи настроение у меня было — хоть в петлю. Появлялись удручающие видения. Например, вроде иду  я по Таганке, а в потоке машин Володя Высоцкий за рулём. Я кидаюсь к нему навстречу. Гудки. Скрежет тормозов. Падаю. Постовой перерывает движение. Володя поднимает меня с мостовой. Что с тобой, девочка. Обнимает, а вместо лица у него постылая пьяная рожа одного из моих любовников…

Потом, когда вы, Шурик, позвонили, мне стало спокойнее. Целительница Ярославна — женщина не старая, симпатичная, сама из рода врачевателей, живших в «Речи Посполитой», это где теперь Польша. Понравилось мне, что магия у неё не чёрная, а белая и деньги она берёт только за талисманы, обереги, лекарства, церковью  освящённые.  Ярославна велела мне раздеться догола, бросила нижние вещи в огонь, чтобы отошла скверна. Приказала не носить больше монашеского наряда, мол, это противоречит вере. Потом  меня осмотрела, послушала с трубкой, попоила настоем из трав, и мы приступили к разговору.

Как было договорено с ней заранее, я принесла фотки десяти разных мужчин, а среди них и Володин портрет. (Здесь я и знахарку проверила – на фотках разные мужики, в том числе и Вы, да и Высоцкий  выглядел так, что не сразу  узнаешь).

Потом от напитков я опьянела. Ярославна уложила меня на лежанку. Фотки все перемешала и говорит:

— Как проснёшься, посчитай. Отец твоего ребёночка седьмой сверху.

А у меня так сердце забилось, что и сон  не берёт. Встала, босиком подошла к столу, руки дрожат, боюсь сбиться со счёта. Дошла до семи — глаза  от страха зажмурила. Открываю — он, мой Володичка.  Ярославна тут как тут. Если есть сомнения — сама перетасуй фотки, глаза закрой, а седьмую выложи в центр. Опять выпал Володя. Счастье то, какое!

Потом Ярославна мне говорит. Ребёночек твой хороший. Мальчик. И срок беременности указала точно, неделя в неделю, как в поликлинике…

 

После этого разговора связь с Валей прервалась. Телефона она не имела, а меня три года не было в Москве. От Ярославны Аскольд узнал, что у Вали родился хороший мальчик, и  она счастлива.

 

В один из свободных майских дней , погуляв по любимому мной Арбату, я купил билет в кинотеатр «Художественный», где давали фильмы с участием Высоцкого. Днём зрителей в зале было немного. Начался фильм «Опасные встречи», и в соседнем ряду раздался знакомый голос:

— Смотри, смотри, Вовочка, это твой папа.

После окончания сеанса я постарался первым выйти из зала. Через пять минут, ослеплённая вечерним солнцем вышла нарядная Валя, держа за руку симпатичного мальчика. Сходство его с маленьким Володей Высоцким из фотографий музея было несомненным, но, как известно, часто  малыши напоминают друг друга…

 

Влюблённый генетик

 

Молодой, но уже известный учёный, Лев Зверозомб-Зубовский  был сыном и внуком генетика.  Родившись в Новосибирске, где родители работали в научном городке, маленький Лёва с юных лет прослыл вундеркиндом. В три года на радость родителям без единой запинки произносил трудно выговариваемое слово — «дезоксирибонуклеиновая кислота» и,  когда его ставили на стул, мог одним штрихом мела на доске  нарисовать двойную спираль – знаменитую молекулу наследственности.

От родителей он унаследовал маленький рост, подвижность сперматозоида и пылкую влюбчивость, проявлявшуюся еще в детском садике.

Вернувшись в самом начале перестройки вместе с родителями в Москву, он в стенах Московского университета изучил основы генетики, а учёную степень получил в  одном из генетических центров США.

Карьеру в России Лёва начал в столичном институте молекулярной биологии. Там  же его потянуло к бизнесу, и он организовал частную лабораторию по установлению родственных связей человека на основе генетических исследований.

Заказчиками его стали юристы, врачи, криминалисты, военные организации – все, кто нуждался в тесте на ДНК для точной идентификации человека, его родственников, или останков.

Как эксперт Лёва быстро добился успеха за границей и заработал  сотни тысяч долларов за участие в раскрытии трёх сенсационных дел — разоблачении серийного убийцы, получении наследства дочерью знаменитого киноактёра и  за обнаружение тела погибшего в горах известного альпиниста.  Но, несмотря на стремительный рост клиентуры и гонораров богател молодой учёный медленно, поскольку львиную долю доходов тратил на разработку новых идей, а остаток на женщин – подарки, дорогие рестораны, загородные кемпинги и катание на лыжах в Давосе.  У Льва было всего три костюма, две пары туфель, три дюжины галстуков, оживлявших его скромные наряды,  а из недвижимости — двухкомнатная квартира в Москве на Воробьёвых горах. Личную машину он разбил, заглядевшись на красотку  во время парковки, и теперь пользовался служебным BMW.

Свою склонность к высоким женщинам Лёва  воспринимал как неотвратимость  судьбы. Его дед и отец считали, что влечение маленьких мужчин к крупным женщинам, и наоборот – генетическая особенность, позволяющая поддерживать  нормальный рост в человеческих популяциях.

Прошло время, и тест на ДНК своей тривиальностью уже не удовлетворял молодого учёного. Он стремился к новым идеям и источникам прибыли. Его увлекла недавно открытая  возможность передачи генетической  информации от животного или человека к растению. Представьте себе, что из крови или спинномозговой жидкости старика берут живые клетки, которые вместе со стимуляторами вводят в ткань растения. Они приживаются, начинают размножаться, их ДНК  распространяется по листьям и плодам. Проходят годы, человек-донор умер, но его гены в листьях, цветах и плодах живут вечно. Значит, если не душа, то частица плоти от тленья убежит, и своим присутствием в зеленеющей кроне станет олицетворять живую близость с покойным.

Новый тип кладбища с «живыми» памятниками учёный решил назвать «трансгенным». Была, правда,  одна червоточина  религиозного плана: погост —  освящённое крестом место успокоения душ. Не нарушит ли их вечный покой шелест зелёных крон с частицами плоти, воплощёнными в молекулах ДНК?

Однако оригинальная идея вызвала интерес во всём мире, посыпались заказы, было закуплено современное оборудование, и работа в фирменной лаборатории  закипела.

Всё было бы хорошо, если б не встреча Лёвы с журналисткой Магдой, сотрудницей известной газеты, приехавшей из США, чтобы взять у него интервью.

Вначале они встретились в офисе, потом Лёва пригласил томную красавицу в своё гнёздышко на Воробьёвых горах, потратив около тысячи баксов  на косметический ремонт, уборку квартиры и заполнение утробы холодильника закусками и винами.

Начало вечера оказалось удачным. Неглупая  журналистка со степенью магистра очень заинтересовалась работами Лёвы, особенно идеей «трансгенного кладбища».

Её горящие  глаза, красный рот с вывернутой изнанкой, томный взгляд, улыбки, зыбкость бёдер, водопад яркой материи с цветами или облегающие наряды, даже подмигивание (для самых нерешительных) – вульгарный набор сексуальных приманок – не оставлял равнодушным ни одного поклонника. Она редко обнажала плечи, но умело использовала отполированные загаром длинные ноги, постоянно выставляемые напоказ.

Высокий профессионализм Магды в любовных делах мешал маленькому ловеласу первому перейти к активным действиям: комсомольско–наскокистый метод тут решительно не подходил. Перед ним были не привычные женщины — высокие советские баскетболистки, грудастные акселератки-лаборантки, юные кокетливые актрисы или носатые стюардессы рейса: Москва-Тбилиси, не успевавшие стягивать с себя короткие юбки. Он боялся, что Магда его опозорит на глазах ехидного  московского «бомонда». Подумаешь, известный генетик.  Не кинопродюсер, не олигарх, даже не мафиози! Имело значение  и несоответствие в росте – 185, против 166.

Когда-то тогда ещё юная Лёвина мама в перерывах между работой в генетической лаборатории, читала своему несмышлёнышу стихи про влюблённого зайчишку:

«Сердце тает льдинкой. Как шепнуть на ушко, если он дробинка, а слониха – пушка?» (В.Инбер).

После интервью и выпивки он оробел и впервые не  знал, с чего начать.

Неожиданно смугло-кофейная кокетка задала непонятный вопрос:

— Лео, а могли бы вы  include (включить) ДНК в яблоню?

— Почему в яблоню? Мы работаем с другими растениями.

Но, увидев огорчение на белозубом лице мулатки, он поспешил сказать, что теоретически такая интродукция возможна.

Потом они  выпили, и Лёва встал, добавляя в виски содовую; в этот момент, оставаясь спокойной, Магда как крокодилица антилопу стала душить его в объятиях.  На диване они провели полночи, а под утро уд-отворенная  мулатка, потягиваясь, томно произнесла:

— У меня к тебе просьба, мой мальчик. Я хочу, чтобы ты взял у меня клетки и включил их в яблоню. Потом мы высадим это дерево на моём ранчо в Калифорнии.

— А что потом?- спросил с тревогой Лёва.- Ты собираешься умереть?

— Наоборот, глупенький, — мы всегда будем вместе, и я рожу тебе смуглого ребёночка. То, что было сегодня — это  только advance (аванс).

 

Когда на следующий день Лёва предложил изучать трансгенный перенос на яблоне, сотрудники поняли, что шеф спятил. И так исследования  на «ура-патриотической» берёзе и лирически грустных иве плакучей и кипарисе не клеились – а тут вдруг веселящая душу яблонька – и куда шеф котится? Ясно, что мысли его далеки от науки; ранее открытый, даже распахнутый, он  теперь запирается кабинете и часами названивает новой пассии по мобильнику.

Через неделю после первой встречи Лева  услышал в трубке её чарующий бархатно-низкий голос:

— How are you, my dear friend? Is it OK with apple-tree? (Как дела, дорогой, с яблонькой?).

— Это во много раз сложнее, чем родить ребёнка, — вспылил генетик.

Магда его успокоила, назначила свидание в  ресторане, а ночь они провели в  дорогом отеле.

Последующие её звонки становились всё более редкими, но после свиданий Магда не уставала напоминать про яблоню – его держали на поводке и ограничивали в любви, хотя весьма практичная журналистка не оставляла заботы о Левином международном имидже. Взятое у него интервью было  продано в  разные страны, и число заказчиков, готовых выложить деньги за получение живых памятников давно превысило сотню.

Известно, что если вместо одной положить в больницу пять рожениц, скорость появления младенцев на свет  не возрастёт. Умственные усилия шефа и многочасовые опыты сотрудников не давали результатов:  дела в лаборатории шли хуже некуда.  Но Льва больше всего тревожило охлаждение к нему  Магды.  Он стал  плохо питаться, не спал по ночам, и чувствовал себя на грани нервного срыва. Во время участившихся ночных кошмаров ему мерещились измены красавицы-мулатки.

Среди груды книг у изголовья  постели, позволявших преодолеть  бессонницу,  оказалcя  сборник итальянских миниатюр 13 века под названием «Новеллино». Там его внимание привлёк рассказ, в котором речь шла  о яблоне.

Слепой муж отчаянно ревновал и не отпускал от себя ни на шаг молодую жену. Тогда она договорилась с любовником встретиться на ветках раскидистой старой яблони. Оставив у ствола  дерева тоскующего ревнивца-мужа  и сбросив одежды, они  предавалась любовным утехам, а на голову супруга дождём сыпались спелые плоды…

Дойдя до этого места, Лёва пришёл в неистовство. Так вот чего добивалась от него калифорнийская красавица. Он представил себе, как эта Ева, стоя в обольстительной позе возле дерева, с лёгкостью (при её-то росте!) раздаёт мужчинам яблочки, каждое из которых содержит её гены. Ей  не требуется дьявол-искуситель. Она сама змея, возбуждающая будущих любовников.

Кошмарный сон прервал ночной звонок Магды:

— Я соскучилась и хочу тебя прямо сейчас, — прошептал томный голос.

От радости сердце его застучало как молоток, подскочило давление, онемели руки и ноги, и Лёва понял, что сегодня любить ему строго противопоказано. Но, перестав быть мужчиной, можно навсегда потерять Магду. Поднявшись с постели, он начал лихорадочно высыпать на тумбочку все имеющиеся таблетки – виагру, оргазекс, аспирин, витамины; сгрёб всё в стакан, налил минеральной воды, залпом выпил и через пять минут едва успел позвонить в больницу Склифосовского.  Его с трудом откачали и отправили в шестое отделение к старому другу – психиатру Соломону Абрамовичу.

Капельницы, инъекции, новейший зарубежный препарат и даже сострадательное вмешательство медсестры Клавы в бельевой комнате – не дали эффекта. Но доктор был посвящён в его сердечную тайну, и во время вспомнил о существовании смугло-кофейной  Магды.

Красавица на глазах всей больницы вынесла генетика на руках, положила на заднее сидение Кадиллака, вылетела в США  и поселила Льва на  ранчо в Калифорнии.

Прошло три года. Гости Магды издали видели в гамаке генетика  с ноутбуком, а рядом на детской площадке резвилась рыженькая смуглая девочка. Генетика в жизни Льва победила, но не надолго…

Он узнал, что жена напропалую ему изменяет и решил с ней развестись.

Их последняя встреча произошла в Калифорнии. Основательно потрёпанный Лев приехал попрощаться с дочерью, которая повисла у него на шее и с плачем не хотела отпускать.

Душа его кипела ненавистью и злобой, но чем он мог  отомстить Магде? Их брак не был оформлен; он оставался гол как сокол с единственным достоянием — надеждой  генетическое кладбище.

Ему с трудом хватило денег на возвращение из Калифорнии в свою лабораторию в Москве. Организованные шесть лет назад исследования вяло продолжались. Но где найти спонсора для темы, которая может либо принести Нобелевскую премию, либо закончится финансовым провалом и судебным преследованием?

 

Тяжкие раздумья были прерваны письмом богатой кладбищенской фирмы из Калифорнии, предлагавшей пять миллионов долларов США за внесение закодированных препаратов ДНК в завязи яблонь.

Стало понятным, откуда ветер дует и кто заинтересован, чтобы на могилах вместо плакучих ив и кипарисов зрели яблоки. Что ж, деньги не пахнут, а запах цветущих яблок привлекает не только птиц и пчёл, но и многих русских людей, в том числе поэтов и писателей – достаточно заглянуть в Интернет. Да и сами сотрудники лаборатории по весне млели на садовых участках, вдыхая ароматы молодой яблоневой листвы, покрытой молочно-розовой пеной буйного цветенья, а иногда под покровом трав и опавших лепестков совершали свальный грех. Лучше нету того цвету, когда яблоня цветёт….. вся душа твоя играет, вся душа твоя  поёт.

Да и осень – пора созревания яблок — по ночам собирала души усопших, правивших вместо тризны осенний бал.

Ещё до формирования плодов генетики специальными шприцами вносили в завязи спирали ДНК, взятые у засекреченных доноров, среди которых была и Магда. Коварная красавица мечтала обольстить всех посетителей своей будущей могилы.

 

Пролетело почти двадцать лет. Лаборатория генетика превратилась в мощный институт, заказчик исправно платил деньги, а созданное им в районе Рублёвки трансгенное кладбище оберегали прах усопших богатых людей.

Однажды в кабинет шефа, ставшего академиком без стука ворвалась секретарша и сообщила, что  Магда погибла в автомобильной катастрофе – сорвалась на крутом повороте с обрыва.

Зверозомб-Зубовский дал задание немедленно послать телеграмму с соболезнованием и хотел встретиться с дочерью, но коварная секретарша скрыла её фамилию и адрес. Позже выяснилось, что его дочь удочерил новый муж Магды, живущий в округе Лонг Бич.

По правде говоря, генетик в последние годы старался выбросить из памяти неверную жену, да и прелестная  доченька, рыжий птенчик, не успел свить гнезда в отцовском сердце.

 

Неожиданно пришло заказное письмо из Калифорнии с отметкой «вручить персонально с заверенной подписью получателя». Из  письма выпала фотография молодой девушки с распущенными  бронзовыми волосами, глубокими карими глазами и курносым славянским носиком. Катрин! — без сомнений это была его дочь!

«Мой любимый неласковый папочка, — у вас с Магдой были непростые разборки, но она нас обоих любила. Рассказывала, что ты большой учёный, умный человек и наверняка получишь Нобелевскую или какую–нибудь  другую важную премию. Лично я думаю, что у тебя для мамы  не хватало гормонов (много забирала наука?). Но та же проблема была у десятков её поклонников – мама была доброй, но вампиристой, и старалась брать всю пыльцу с каждого цветка на своём пути.

Насколько понимаю, и ты, слишком щедро раздаривал свои семена, и лишь одно ваше совместное вложение принесло достойный плод – родилась я.

В первое время я без матери очень страдала. Как поёт моя любимая Рене Флеминг: «Oh, what will I do without you?“ * (Что я буду делать без тебя?»

Я не получила ни одного ответа на посланные мной письма, но сейчас случай особый – через две недели исполняется годовщина маминой смерти, а она в завещании оставила тебе солидную сумму для завершения исследований с яблоней  Очень прошу почтить её память и прилететь в Калифорнию.

Твоя дочь Катрин Мак Эплс».

Письмо дочери очень разволновало Льва. Первым делом он уволил секретаршу, не передавшей ему письма дочери. Потом заказал билеты и вылетел в Калифорнию.

Дочь – смуглянка с бронзовой головой и курносым носиком потрясла его своей красотой – у неё были сверкающие карие глаза матери,  сочные губы, фигура топ-модели и постоянная лукавая улыбка. Отцу пришлось встать на цыпочки, чтобы её обнять.

Дом, в котором она жила с отчимом, оказался копией какого-то итальянского палаццо – его построил архитектор из Сиены.

Отчим – двухметровый амбал с длинными руками, короткими ногами, удлинённым лошадиным лицом и морщинистой шеей, прикрытой стоячим воротником с бабочкой, несмотря на элегантный фрачный костюм, напоминал неандертальца. В округе, где он жил его прозвали Минотавром за любовь к женщинам.

К удивлению генетика, вместо низкого  баса у отчима Кати был теноровый голос. Он постоянно смеялся и прикладывался к бутылке. В прошлом выпускник Гарварда, известный вратарь студенческой команды, он сколотил огромное состояние торговлей недвижимостью и организацией конкурсов красоты.

За столом Катя перемигивалась с молодым художником; он написал очень похожий портрет Магды и поставил в парке её раскрашенный бюст.

По дороге в парк дочь рассказала, что Люччано уже два года не возвращается в Сиену, чтобы не оставлять её наедине с похотливым Минотавром. Они приняли меры предосторожности – установили в её спальне и трёх других комнатах скрытые видеокамеры. На подаренном ей перстне – пульт управления; стоит нажать драгоценный камень – заработают камеры, и «папеньке» не отвертеться: выложит миллионы за сексуальные домогательства.

— Ты его называешь «папенькой»? – ревниво спросил Лев.

Это слово очень его разжигает, и скоро он попадёт в капкан, а я соберу деньги на приданное и выйду за Люччано. Правда, он староват – 24 года и, между нами говоря, как архитектор, не Браманте, но домишко и памятник сделал клёво.

Катя с  отцом, обогнув парк, вышли к большой цветочной клумбе, постоянно орошаемой   струями воды из пасти  каменных лягушек.

На противоположной стороне клумбы две стоящие друг против друга глыбы каррарского мрамора образовывали подобие вазы, сквозь отверстие в ней был виден бюст Магды из темно-фиолетового гранита. Портретное сходство каменного лица увеличивали карие глаза; зрачки  цепко следили за посетителем, а на розовых губах  замерла улыбка.

С тыльной стороны памятника просматривалась узкая полоса яблоневого сада. Широкие кроны с весны до осени одевались в зелёно-желтый наряд листьев, сквозь которые казались игрушечными наливные яблочные шарики. По весне во время цветения яблочный аромат перекрывал навязчивые запахи парковой хвои; а зелёно-желтые цвета плодов краснели, как лица впервые согрешивших девушек; осенняя прохлада долго хранила в саду медовый запах созревших яблок.

Во время вечернего коктейля Лев, поощряемый Минотавром, крепко выпил;  он блуждал по лабиринту парковых алей – прибежищу миллионера и заблудших девушек. Повисший над землёй красный фонарь заходящего солнца указал ему на выход из парка и привёл к бюсту Магды. Небо потемнело, и вечерний ветер учинил яблопад; весело щебетали птицы; полакомившись опавшими плодами, гонялись друг за другом кролики и мини-свинки. Блики меркнувшего света оживили каменное лицо памятника, и и ему показалось, что губы Магды растянулись в улыбку: — не побрезгай, подними и съешь яблочко, — загробным голосом попросила она.

Опустившись на жёлто-розовый ковёр, он не сразу выбрал спелый плод; но лишённая рук Магда направляла его нетрезвые действия, приговаривая:

— Посмотри, — яблочко справа напоминает «смайлик» — растянутый ротик и пару пятнышек глаз!

Пока он ел, она не унималась:

— Я дала тебе всё, что могла: родила дочь, сделала известным и богатым. Зачем было затевать против меня Троянскую войну? Невинную яблоню, названную «деревом греха» мы с тобой превратили в «древо жизни». Ты мечтал о кладбищах с памятниками – символами, а я подсказала тебе способ переноса любви, а значит, и жизни.

Вечер кончился, наступила ночь, и дочь с трудом нашла среди опавших яблок пьяного отца.

На следующий день, провожая его, она принесла в аэропорт плетеную корзинку яблок:

— Это мамин подарок. Ты пробыл с ней в саду до утра, и теперь грустишь:

«What will I do without you? My hounted heart!» ( Что мне делать без тебя со своим раненным сердцем?»

— Самое румяное  я вложу в карман твоего плаща, — сказала Катя, обнимая отца.

 

Возвращаясь домой в первом классе на диване роскошного лайнера, Лев перебрал с напитками и безуспешно пытался  утолить жажду содовой водой. Однообразные вздыбленные горы перисто-кучевых облаков навевали тоску. С опаской он вытащил из кармана яблоко и неторопливо наслаждался сочностью и ароматом плода. Пейзаж за окном стал меняться. Сначала между тучами протянулся безоблачный коридор; красный закат вызолотил дорогу, по которой к нему пришла Магда; улеглась рядом, и сладостная радость обладания смешалась для него с тоской разлуки…

Просыпаясь, он мучился вопросом, растут ли в Калифорнии яблоки?

Print Friendly, PDF & Email

8 комментариев к «Борис Рублов: Два рассказа о любви»

  1. М-да…
    Уважаемый Борис, о музыке и об искусстве у вас получалось лучше.

  2. Уважаемые дамы! Вы придираетесь, а надо улыбнуться. Несомненно автор имел в виду именно такой результат.

  3. Странным образом описание «красавицы Магды» рождает ассоциацию с какой-то «Медузой-Горгоной» или инопланетным монстром-оборотнем, типа «Чужого».
    «Горящие глаза, красный рот с ВЫВЕРНУТОЙ ИЗНАНКОЙ», зыбкие бёдра…
    Такая не поцелует, а ЗАСОСЁТ, и переварит в своей «вывернутой изнанке».

  4. Прочтите 10-15 таких «рассказов» и смело можете писать такой-же.

  5. Мне понравилось. Только попалось несколько грамматических и синтаксических ощибок, которые легко заметить и поправить.

  6. «Ну а действительность еще шикарней…». Название фильма «Опасные встречи» в первом рассказе, видимо, для усиления темы синтетики («Короткие гастроли» могли бы посмотреть герои второго рассказа).

  7. Вы правы, Соня. Знаете, чему я завидую тут: самонадеянности. Нда…

  8. Надуманно до того, что неловко читать. А прямая речь героини вообще выдает автора с головой. Так пишут протоколы заседаний. Живые люди так не разговаривают. Мелкое: тот, кто употребляет в своей речи «халява» и «турнули», обычно воздерживается от нарядного слова «обольстил». О сюжете первого рассказа умолчу. Оставлю его на совести автора.

Обсуждение закрыто.