Раковый Корпус

Абрам Лерман

Роман польского писателя Скатислава Лемовского «Раковый Корпус» написан в 2012 году, заслуженно оценен критиками, номинирован на престижные литературные премии, но еще не переведен на культурные языки. Действие романа начинается в октябре 2017 года. Научный семинар Краковского Университета анонсирует тему: «Современные средства борьбы с раком». На семинар съезжаются ведущие онкологи, биохимики и биофизики со всего мира; экспозиция романа явно затянута и содержит массу балластной информации.

Молодой краковский математик, компьютерный гений, со странной фамилией Ванкаменецкий, по случаю забредает на семинар. Японский биофизик Сон Дю, взбалтывая самурайской косичкой кондиционированный воздух аудитории, монотонно и одноцветно читает лекцию об удивительных свойствах раковых клеток. Онкологи кемарят: во-первых, от физика дельного слова не услышишь; во-вторых, профессоров интересуют исключительно собственные результаты, о чужих достижениях перед ленчем слушать не рекомендовано, неровен час, от нервного расстройства подхватишь нехорошую болезнь, путь из профессоров в пациенты недолог.

Профессор Сон Дю журчит, толмач, смахивая со лба капли скользкого пота, переводит. Альберт Ванкаменецкий слышит поразительную вещь: оказывается, раковые клетки неприхотливее, а главное, устойчивее здоровых. Выращивание здоровых клеток — великое искусство, требующее умения, терпения и таланта. Им требуются специальные, скрупулезно поддерживаемые условия. Чуть зазевался, и они — мертвы. А раковые клетки — бодры и жизнерадостны при любой погоде. Их не задушишь, не убьешь, растут себе, и хоть бы хны. Они — бессмертны.

И тут по задней стенке темечка Ванкаменецкого пробегает зайчик мысли, которой надлежит изменить судьбы человечества: необходимо построить суперкомпьютер на нетленных раковых клетках. Эдакий сверхмозг, напичканный вечными и самовоспроизводящимися, перерабатывающими информацию раковыми клетками. Ванкаменецкий отправляется к декану факультета, излагает свою идею и получает совет съездить отдохнуть в Карловы Вары. Неугомонный математик рассказывает о своем прозрении другу детства и однокласснику, полоумному банкиру Сергею Шнайдеру. Встреча почему-то происходит в финской бане, напичканной гладкоствольными девицами. Без дурного вкуса эротики автор не обошелся, но сегодня без этого — никак; к Букеру и не подпустят.

Шнайдер сбрасывает с банкирского плеча вшивые сто тысяч долларов, и компьютерный гений, наняв биологов и инженеров, принимается за работу. Дальше следуют неизбежные для жанра тоскливые описания мук и радостей Ванкаменецкого, расположившиеся на трех, набивших оскомину главах. Всю эту перенасыщенную квазинаучной терминологией труху можно безболезненно пропустить. Через год компьютер готов и способен решать простенькие, школьные задачки и играть в шахматы на уровне средненького второразрядника. Ничего особенного. Проект никого не потряс, проеденные деньги следует списать на бой посуды. Еще одна нечленораздельная сцена в бане.

Перед тем, как умертвить свое детище, отправив на склад научного утиля, Ванкаменецкий, способный шахматист, заходит сыграть с раковым компьютером прощальную партию, и с изумлением замечает, что компьютер просчитывает блестящие комбинации отменного стиля, отродясь, в него не заложенные. Ванкаменцкий заводит в комп зубодробительное дифференциальное уравнение, заведомо непосильное его убогим возможностям, и получает правильный ответ.

Ванкаменецкий докладывает о результатах на крупнейшем компьютером шабаше, и получает громадные инвестиции. Следующая модель ракового компьютера уже играет в шахматы лучше Ананда, и нет математической проблемы, которой он не мог бы решить. Механизм самообучения, между тем, остается полной загадкой. Ванкаменецкий предполагает, что онкоразум черпает энергию из нулевых колебаний вакуума, из всепроникающего и миротворящего Ничто.

Через год раковое чудо вытесняет обычные, ветхозаветные компьютеры из банковской сферы, науки и военной промышленности. Раковый суперкомпьютер, расположенный в Стокгольме, поглотив всю доступную человечеству информацию, полностью восстанавливает человеческую историю, загадочно реставрируя утерянные рукописи, шедевры живописи и музыки, а также — человеческие судьбы. К услугам человечества — рукописи Александрийской библиотеки, утерянные полотна Рембрандта и восстановленные до мельчайших деталей битвы при Гавгамеллах, Каннах и Бородино. Решена великая задача воскрешения мертвых, ведь судьбы всех особей, когда-либо топтавших Земной Шар, известны до мельчайших подробностей.

К сожалению, в этой точке сюжета фантазия Лемовского сбоит, и дальнейшие авторские ходы слишком легко угадываются. На пике торжества ракового разума, не нужен, не востребован оказывается сам человек. Популяция людей, присосавшись к компьютерам, доставляющих потребителям максимальное, недробимое интеллектуальное и эротическое наслаждение, отказывается от обременительного, потного размножения и стремительно и счастливо вымирает. Проказа городов легко и ловко залечивается лесами.

Дюжина борцов за человеческое уничтожает стокгольмский суперкомпьютер. Не тут-то было. Неведомо как, точно такой же метастазный комп возникает в Австралии. Корпус компьютеров — неистребим. Роман завершается исполнением грандиозной симфонии сочиненной компьютерами для компьютеров. Дюжина престарелых меломанов (и среди них Ванкаменецкий, недурной скрипач), завалявшихся на Земле, этой канцерогениальной музыки не понимают, она слишком хороша.