Надежда Кожевникова: Служебный роман

 161 total views (from 2022/01/01),  2 views today

Надежда Кожевникова

Служебный роман

Скажу сразу, к любовным романам я отношусь одобрительно, поощрительно. Состояние влюбленности не только приятно переживать, но и вспоминать. Но вовсе необязательно, чтобы роман завершался браком. Поэтому надо уметь красиво расставаться. Хотя, конечно, во всем нужна мера, вкус.

Искусство расставаний тоже своего рода дар. И, например, в творческой, артистической среде просто необходимый. Иначе люди, принадлежащие к такой среде, испытывали бы постоянный дискомфорт. Опасаюсь задеть тех, кто придерживается строгой морали, но я к их категории не принадлежу, нисколько о том не сожалея.

А вот как реагировать на измены, тут я не эксперт. Но у меня вызывают уважение пары, прежде всего женщины, жены, способные измену если не простить, то мужественно, благодаря своему уму, такту преодолеть, и тем спасти семью.

Моя симпатия к чете Клинтонов, возросла после пережитого ими, включая дочь Челси, скандала, обсуждаемого всей мировой общественностью. Но они сумели сберечь, защитить и собственное достоинство, и семейные узы, что на самом деле дороже всего.

Столь же доблестно проявила себя жена Миттерана Даниэль, с безупречной выдержкой приняв, если не в объятие, то под крыло, незаконнорожденную дочь своего мужа Франсуа Мазарин. Это высокий класс, присущий неординарным личностям, сознающим обязательства, налагаемые на них особым статусом, при котором любой промах не простим.

Теперешний скандал, нарастающий вокруг генерала Дэвида Петрэуса, президентом Обамой воздвигнутым на серьёзнейший в государстве пост главы ЦРУ, вызывает ряд вопросов, выходящих за рамки банального адюльтера.

Начнем с выбора Обамой армейского генерала, пусть с отличным послужным списком, но чьи боевые заслуги вряд ли соответствовали тому роду деятельности, где подразумеваются иные качества, иной склад ума. Ну что ли большая изощренность, гибкость, опыт лавирования и прозорливость.

Раскрытие связи генерала с Полой Бродуэлл смущает не столько подобным фактом, сколько недальновидностью, неуклюжей, какой-то даже провинциальной, возможных последствий.

Но если вдуматься, что есть армейская служба. Первое, что там требуется – стоять на вытяжку перед старшим по званию, по принципу: ты начальник, я дурак, или же я начальник ты дурак, что неукоснительно соблюдается на всех этапах карьеры. Генеральскому чину предшествует, извините, мозолистая задница, испытавшая удары начальственного сапога. А что с менталитетом, выдрессированном в безоговорочном послушании, исполнении любого приказа. Армейская дисциплина не допускает никаких отклонений, ни мнения собственного, ни личной инициативы. Те, кто подобного гнета не выдерживает, отметаются в военном сословии как брак. Генерал Петрэус дослужился в такой атмосфере до генеральского звания.

А закалка специфического существования в гарнизоне, изоляция, отрыв от реалий, обыденных радостей, огорчений, соблазнов, доступных большинству из нас, не претендующих ни на льготы, ни на почести, связанными с субординацией, регалиями, ношением нарядной формы, вызывающего у кого-то экстаз, типа классического: и в воздух чепчики бросали.

С Полой Бродуэлл у Петрэуса много возникло общего, родственного. Она сама закончила элитное учебное заведение, готовившего кадры для деятельности, куда женщины принимались ну с очень строгим отбором. Десять процентов, в сравнении с соискателями мужчинами. То ест она супер-женщина. И красивая, нельзя не признать. Моложе генерала на двадцать лет. Да, бывает, почему бы и нет? Хотя мой муж, с которым живу почти сорок лет, обронил замечание, у меня не вызвавшее энтузиазма: если встретил женщину, ту, которую всегда ждал, то разводись и женись на ней.

Ага, как только, так сразу. Но в своей семье я числюсь испорченной, богемной, дочка тут в ладе с отцом. Так ведь неправда, я всего лишь трезва. И снисходительна к тому, что украшает празднично нашу жизнь. И мне так повезло, что мои романы никакой горечи не оставляли. Я жадно, алчно вбирала, защищенная броней равнодушия, недоверия к тем, кто так щедро меня одаривал. И это было правильно. Я еще не созрела, чтобы сама отдавать.

По моим представлениям, что никому не навязываю, мой спутник по жизни мог иметь любую профессию, но военные как претенденты исключались априори. Помню с детства, что когда мой отец выказывал некое недовольство нашей мамой, что случалось очень редко, то произносил такую фразу: ты, Витусик, выказываешь вкусы, повадки типичной генеральской жены. И мама от гнева бледнела, оскорбленная подобным сравнением, как она считала, унизительным.

А что, собственно? В первом браке была замужем за летчиком-полярником, героем Советского Союза, Мазуруком, жила в Доме на набережной, в шестикомнатной квартире, откуда ушла в коммуналку к моему отцу. Но её негодование было абсолютно искренним, натура вспыльчивая: мол, что ты мне в нос суешь то, прошлое, я всё забыла, а ты снова! Отец, разумеется, просил прощения, хотя наша мама не забывала ничего.

И как-то рассказала мне эпизод, весьма характерный и для её природы, и для тех нравов. Мазурук, ослепленный, обласканный славой, почетом, устремился куда-то, сославшись на срочную, деловую встречу с коллегой. И наша мама, еще юная, но уже бестия, после его ухода сообразила взять с его письменного пресс-папье, и подставила к зеркалу выявленный на промокательной бумаге текст: жди, дорогая, бегу к тебе. Вот кому следовало работать в ЦРУ, нашей маме, а не олуху Петрэусу.

А если всерьёз, то огорчительно, да и просто опасно, когда само важное, тайное, судьбоносное и для нации, и для мира, вручается вот такому человеку, как Петрэус, запутавшегося в интригах двух баб. И в чьих же мы в руках, от кого зависит наше будущее, и детей, и внуков?

Вот это действительно- страшно.

Print Friendly, PDF & Email

23 комментария к «Надежда Кожевникова: Служебный роман»

  1. Скадал — это «легенда» ухода генерала, он не стал «крышевать» Обаму по Ливии.

  2. Но если вдуматься, что есть армейская служба. Первое, что там требуется – стоять на вытяжку перед старшим по званию, по принципу: ты начальник, я дурак, или же я начальник ты дурак, что неукоснительно соблюдается на всех этапах карьеры. Генеральскому чину предшествует, извините, мозолистая задница, испытавшая удары начальственного сапога. А что с менталитетом, выдрессированном в безоговорочном послушании, исполнении любого приказа. Армейская дисциплина не допускает никаких отклонений, ни мнения собственного, ни личной инициативы. Те, кто подобного гнета не выдерживает, отметаются в военном сословии как брак. Генерал Петрэус дослужился в такой атмосфере до генеральского звания.

    Извините, а сколько лет вы прослужили в армии США?

  3. Приятная новелла, мне представляется, в античном стиле. Читается легко.
    Вспомнил гениальное высказывание доньи Фелиппе из одного знаменитого мексиканского сериала, кажется, «Богатые тоже плачут».
    — Ах, эти мужчины! Они такие ветренники! А женщины — сущие демоны!

  4. Написано замечательно. Мне были любопытны рассуждения женщины об измене, когда разум останавливает перед крайними решениями. Вспомнились некоторые нюансы женской логики. По-моему, это у Стендаля. Муж застал жену на месте преступления. Она сразу перешла в наступление и говорит что-то вроде: » Я вижу, что ты меня разлюбил. Ты больше веришь тому, что видишь, чем тому, что я говорю».

  5. В первом браке была замужем за летчиком-полярником, героем Советского Союза, Мазуруком, жила в Доме на набережной, в шестикомнатной квартире,

    Уважаемая Надежда! (надеюсь, не фамильярно? С отчеством — как-то казенно)
    Эти строки пробудили воспоминания. Четверть века назад шел я как-то по Кузнецкому и увидел на доме табличку с названием журнала. Решил зайти и предложить что-нибудь из своих юмористических опусов.
    Меня встретила Ирина, и мы начали обсуждать мои творения.
    Видимо, ей было в то время одиноко в той редакции, а, может, и вообще, она прониклась ко мне доверием и во время наших встреч (их было штуки три) много рассказывала о своей жизни, об обоих мужьях (Ефремова, думаю, тоже можно отнести) и т.д. Помню рассказ о вселении вашей мамы и Мазурука в конце тридцатых в Дом на набережной. Комендант показал им план квартир и сказал: «Вот те, что перечеркнуты, свободны. Выбирайте из них». Тогда из Дома брали многих. Описывала также (не помню, в какой связи) сценку лет через тридцать — Мазурук с балкона смотрит на вашего шофера, несшего в машину судки с обедом.
    Рассказывала и о своих попытках написать для Ленфильма сценарий о полярных летчиках. Но, говорит, как ни старалась, у меня все 37-ой получается, это студии не подходит.
    Вы не пробовали найти и использовать как-то этот материал? Ведь ей отец, наверняка, рассказывал много интересного.

    1. Ну конечно, уважаемый Левин, я этот материал использовала. И не раз.Мама вселялась в Дом на набережной в отсутсвии Мазурука. В этом доме пустовали целые этажи, репрессии шли полным ходом. Ирина, моя старшая сестра, там жила в раннем детстве, потом в семье Кожевникова, на полном его содержании, несмотря на вроде как удачные замужества. Ефремов, Липатов ну и прочие. Она была ярким, одаренным человеком, но вот беда — понятие дисциплины для неё отсутствовало. Спонтанно могла что-то сделать, ну трудиться, рано вставать и хотя бы убрать за собой постель — нет, это не могла и не хотела. Мы с ней были абсолютные антиподы.У меня есть текст «Моя сестра», стоит на сайте, вошел в одну их книг, и там, спустя много лет, осознала драму Ирининой судьбы, вообщем-то сироты. А прежде меня бесила её ленность, расслабленность, эдакая томность и постоянная занятость исключительно одной проблемой: любовной.Прототип моей повести » Елена Прекрасная» — Ирина. Ефремов так, проходная фигура. Но она,единственная из всех там персонажей- прототипов не держала на меня никаких обид. Очень жаль, до слез жаль, что такой не только талантливый, но и по сути добрый, отзывчивый человек при отсутствии стержня сам сокрушил себя.

      1. И еще для Вас, уважаемый Левин. Ирина со своим отцом, Мазуроком, виделась считанные разы, хотя от Дома на Набережной до Лаврушинского было минут десять пехом. Но Мазурук не простил, не забыл ухода нашей матери к моему отцу. И дочь свою отверг. Тот самый менталитет, военный , прямолинейный, жесткий.
        Но та же Ирина остроумно живописала мне беседу по телефону с Мазуруком, впавшим в лютой гнев по поводу эпизода из моей повести » Елена Прекрасная», возмутившись, как она сокровенная могла растрепать сестре- писаке.
        На что Ирина ответила: папа, Надя ведь всё это выдумала, а ты поверил, ничего подобного не было, но она писатель, сочинитель выдумщик, и если тебе показалось, ты поверил,что это в самом деле было, то значит сумела это сделать правдиво. И мы с ней обе хохотали. У меня была сестра исключительного чутья, ума, но к сожалению мы с ней разошлись. Собственнно, вот о чем я теперь пишу, с грустью об утраченном. Прежде всего о тех людях.

      2. И в завершении темы, уважемый Левин, наша мама никак не заслуживала солдафонского к ней отношения даже героя советского союза, ХЕНЕРАЛА. У нас в роду и отец, и мой дед женщину, жену, чтили высоко. Мой дед, в ссорах с моим отцом, знал, кто ему всегда окажет поддержку. Это мама переселила деда на дачу, когда он после глупого, поспешного брака на авантюритстке, лишился всего. Хотя именно она заставила отца хлопотать, чтобы дед получил жилплощадь в том же, доме, где жили мы.
        Если есть гениальные женщины, свой дар вложившие в семью, без претензий на что либо еще, так это моя мать. И я у неё в неоплатном долгу.

        есть

  6. Надежда Вадимовна, может быть, все-таки стоит навести справки, прежде чем делиться своими размышлениями на тему, которая вам не слишком знакома ?

    Вот абзац, взятый вашей из статьи:

    если вдуматься, что есть армейская служба. Первое, что там требуется – стоять на вытяжку перед старшим по званию, по принципу: ты начальник, я дурак, или же я начальник ты дурак, что неукоснительно соблюдается на всех этапах карьеры. Генеральскому чину предшествует, извините, мозолистая задница, испытавшая удары начальственного сапога. А что с менталитетом, выдрессированном в безоговорочном послушании, исполнении любого приказа. Армейская дисциплина не допускает никаких отклонений, ни мнения собственного, ни личной инициативы. Те, кто подобного гнета не выдерживает, отметаются в военном сословии как брак. Генерал Петрэус дослужился в такой атмосфере до генеральского звания.

    Теперь — несколько, так сказать, сопутствующих обстоятельств:
    1. В американской армии пощряются инициатива и способность думать своей головой.
    2. Система чинопроизводства такова, что на каждом этапе карьеры офицер вынужден учиться. Степени бакалавра или даже магистра хватает далеко не всем, в армии есть и люди с докторской степенью.
    3. Генерал Петреус продвигался по службе с замечательной скоростью — например, он командовал элитной 101-й воздушнодесантной дивизией, и очень отличился в Ираке в позиции военного губернатора — даже сумел наладить приличные отношения с шиитами. Он командовал в Афганистане, потом был ответственным за так называемое Центральное Командование (весь Индийский Океан, и т.д.) и командовал всеми союзными войсками в Ираке.
    У него магистерская степень в Военной Администрации и докторская в межуднародных отношениях, полученная в Принстон, .oн автор нескольких теоретических работ, связанных с ведением так называемой «ассиметричной» войны. В 2011 его номинировали на должность директора ЦРУ. Сенат утвердил со счетом 94 — 0.

    Но вы, НВ, наверное, знаете лучше ?

    1. Борис Тененбаум
      — Wed, 14 Nov 2012 23:06:55(CET)
      >Надежда Вадимовна, может быть, все-таки стоит навести справки, прежде чем делиться своими размышлениями на тему, которая вам не слишком знакома ?

      >Теперь — несколько, так сказать, сопутствующих обстоятельств:

      Ах, дорогой коллега. Кому нужны все ваши доводы. Тут любовь, измены, генералы. Успех рассказа у публики обеспечен. Такое вроде собачего хвоста на сцене за ним ним и следят. И больше ни за чем. Писал же Дорошевич:

      — Я думаю, — осторожно сказал г. Станиславский, — я думаю: не выпустить ли, знаете ли, дога. Для обозначения, что действие всё-таки происходит в Дании?
      — Дога?
      Мистер Крэг посмотрел на него сосредоточенно.
      — Дога? Нет. Может идти пьеса Шекспира. Играть — Сальвини. Но если на сцене появится собака и замахает хвостом, публика забудет и про Шекспира, и про Сальвини и будет смотреть на собачий хвост. Пред собачьим хвостом никакой Шекспир не устоит.
      — Поразительно! — прошептал г. Вишневский.
      — Сам я, батюшка, тонкий режиссёр! Но такой тонины не видывал! — говорил г. Станиславский.

    2. Уважаемый Борис, я знаю, скажем, не лучше, но иначе. В американускую армию молодые люди, к счастью, идут не насильно, а добровольно. Но там обещаны и выполняются довольно серьёзные льготы, привилегии. Прежде всего образование, а университетское, тем более престижное, в США стоит очень дорого, несравнимо с Европой. Отнюдь не все могут его оплатить. А отслужив в армии его получают бесплатно, но с условиями, которые тоже нужно соблюдать. Скажем, отец моего зятя, в семье которого лишних денег не водилось, то есть было их минимально, закончил Колумбийский университет, получив там медицинское образование, он по специальности кардиолог. Но ему пришлось с женой и маленьким ребенком отправиться в гарнизон, базирующийся в Германии, то есть ФРГ, где условия райскими не назовешь.
      Кроме того, военная пенсия дается весьма хорошая и получаемая раньше, чем у штатских. Что же касается магистерской степени, то это всего лишь кандидатская по совестким правилам, докторской здесь не существует. Доктор — это кандидат наук. У нашей дочери тоже есть магистирская степень в области финансов после окончания Стерн бизнес скул. Но она сама, прололжая работать в банке, заплатила сто тысяч с лишним за обучения в Стерн бизнес скул после университета МакГилл в Канаде, за которое платили мы, её родители. Диплом МакГилл признается и в США, и в Европе, и в Канаде. А Фрацузский Лицей в Нью-Йорке тоже частный, платный, но после его окончания она была принята в университете сразу на второй курс.
      Вот такие уточнения.

      1. Ладно, Борис, всё прочее проехали, но Вы что не знали что такое магистерская степень, что военнослужающим дается бесплатное университетское образование? И какая чудовищнная глупость было вторжение американских войск и в Ирак, и в Афганистан? А что мало было опыта там англичан и советских?
        Вы читали очерки Ларисы Рейснер, жены Раскольникова, когда он был Афганистане послом? Если нет, рекомендую. А до того бесполезно о чем либо еще рассуждать. Как полагаю, и не будем.

  7. Дело не в том, что женщины чего-то там не могут простить, а в том, что талантливый человек на протяжении десятков лет не в состоянии сочинить другой лейтмотив и продолжает петь о 6-комнатной квартире, маме, папе даже тогда, когда берётся за тему, отношения к фамильной саге не имеющей. И кстати, то, что «у руля» — мусульманин, волнует гораздо больше, чем все тексты Кожевниковой и измены Петреуса вместе взятые. Так что не надо вкладывать свои мысли в чью-то голову. Вам нравится эта статья — наслаждайтесь, если не замечаете, что текст этот написан человеком, который явно не читает англоязычную прессу, а основывает свои выводы исключительно на русских пересказах.

    1. И для Аллы. Лестно, лестно, конечно, что Вы так глубоко и длительно знакомились с моими сочинеями. Но достаточно было бы открыть мой вебсайт, он есть и на ГУГЛ, и на сайте Беркочича, чтобы понять: мой жизненный опыт не ограничивается Переделкино. Я много ездила и по стране, и по разным странам. Четырнадцать месяцев прожила в беднейшей их стран Гаити, где мой муж возглавлял делегацию Международного Красного Креста и где на эвакуацию предоставлялось при экстренных обстояьтельствах полчаса. Об это моя провесть » Колониальный стиль», опубликованная в журнале » Континет», а потом и в книжке.
      Короче, мне посчастливилось много увидеть, оценить, осмыслить.
      Ну а что касается русскоязыхных источников, на русские сайты не хожу и у нас нет русскоязычного телевидения, Как-то обходимся, уж извините.

  8. Дорогая Надежда, как всегда, люди, настроенные недоброжелательно, видят не то, что Вы написали, а что-то совсем другое. Они как бы не замечают Ваш посыл: страшно, что судьба целых стран и даже мира зависит от людей, которые даже свою личную жизнь не могут организовать. Как часто последнее время мы узнаем, что мужчины, занимающие видные посты, рушат свои даже, может, не карьеры, а жизни, из-за женщин! Да и женщины, замешанные в «деле» , тоже вызывают удивление: как можно так рисковать своей репутацией? Я не говорю уж об адюльтере, но демонстрировать информированность там, где не надо? Писать письма с угрозами сопернице? Обращаться в ФБР с просьбой защитить? Мягко говоря, не очень умно.
    Но, как нам известно из истории, к сожалению, так было, есть и так будет.

    1. Дорогая Фаина, количества недоброжелателей объективно соразмерны со многими факторами. Я никогда не отрицала и не отрицаю, что во многих обстоятельствах мне везло. И дело не только и не столько в материальном благополучии, а прежде всего в семейном климате, атмосфере, где на меня никто никогда не оказывал давления. А норов у меня с детства был строптивый. Но те же традиции воспитания и наша дочь получила. И мы с мужем видим результаты. Дочь наш друг. Что может быть важнее. Тоже повезло? Дочь- очень качественный материал, природа, гены сказались. А ведь можно биться, усердствовать, советовать, наставлять — и нуль.

  9. А по-моему — прелестное маленькое эссэ! Оно не сообразуется с «общественным мнением Трубного рынка», как бессмертно выразился когда-то наш учитель математики в ЦМШ Самуил Каменкович. Дамы, так молниеносно откликающиеся на написанное женщинами, конечно во всезнании и в своей абсолютной и объединённой категоричности. От Клинтона им «страшно». Было. А от мусульманина у руля правления Америки сегодня- нисколько.Так видится из этих отзывов. Но главное — «непростительное» происхождение автора! Ах,ах! Просто ужасно! И роман Гроссмана папа «отнёс прямо в КГБ», и вообще -одно слово номенклатура. Всё это из серии старого анекдота — «Так моё дело — сказать!» Ну, что же…Не всем было там быть и не всем не быть. А по-существу видится всё это всё же точно в плане «общественного мнения Трубного рынка»: Клинтон — развратник! Ах ,чёрт возьми эту, как её там…А ведь молодая была. Да была. Теперь у генарала любовница — это основа скандал! То, что во многих источниках рассказывалось о том, что Обама байсексуал — не так важно /предвижу истрические выкрики — «Источники! Страницы! Названия изданий!» Не дам. Ищите, если интересно./ Посла убили в Ливии! Мелочь… Забыто. А вот любовница Петреуса оказывается «опытная шлюха». Да и та, молодая, тоже, наверное была опытная. Просто обидно! Все такие опытные. А что во Франции смеялись над всей Америкой и её ханжеской моралью, этого дамы, надо полагать, не заметили в истории с Клинтоном. Да и давно это было…Всего не упомнишь. А я получил удовольствие от этого маленького эссэ. Для меня оно не видится рассказом. А вот некоторые отзывы действительно написаны «в плане бреда». Очень точное выражение. В этом прелесть свободной и открытой всем «общественным мнениям» трибуны.

  10. Уважаемая Надежда Вадимовна!
    Уже много лет слежу за Вашим творчеством — сначала в «Лебеде» а сейчас у Берковича — с радостью и интересом читаю Ваши эссе близкие мне интонацией и благородством. На портале Е.М. Берковича встречаются люди самых разнообразных воззрений и мировоззренческих позиций: от ослепительных мракобесов (простим им сей грех) до подвижников штучной пробы. Но мне хотелось бы, чтобы именно на этом портале Вы, человек недюжинного таланта, обрели свой литературный дом: уютный и теплый.
    С искренним почтением,
    Марк Авербух

    1. Спасибо, Марк, но мне кажется, что именно разность позиций, мировозрений полезна. Вне зависимости от оценок и даже откровенной неприязни что-то всегда просачивается и дельное. У меня была хорошая школа, обучившая к критическим отзывам относиться лояльно, с интересом. Так и только вырабатывается выносливость, необходимая и в жизни, и в профессии. Хотя на таком фоне понимание единомышленников особенно ценишь. Спасибо.

  11. Странный рассказ. Кого, собственно, интересуют сердечные дела генерала. А вот, что интересно это как развивается его дело, вернее политические события на фоне — атака на консульство в Бенгази и то, что последовало за ней — и связь дела с данными событиями. Вот это материал для триллера. Может когда и будет такой написан.

  12. Текст подошёл бы к разделу ЮМОР, но никак не Политика. По-видимому, тема Петреуса — ещё один предлог для упоминания о «семейных ценностях» Кожевниковых, о которых никто бы уже давно не помнил, если бы не старания Надежды Вадимовны.

  13. Написано «в плане бреда». «Но если вдуматься, что есть армейская служба. Первое, что там требуется – стоять на вытяжку перед старшим по званию, по принципу: ты начальник, я дурак, или же я начальник ты дурак» — это о продвижении по службе в Американской Армии. Не слабо, а? Раз до генерала дослужился, как Петреус — значит законченный идиот. Такой вердикт генералам нашим вышел от до невозможности «богемного» автора.. Великий Паттон по прозвищу «Old Blood and Guts» в гробу переворачивается. А автору что? Автору нравятся ловкие, с харизмой бонвиваны в правительственных аппаратах, а не какие-то там «провинциальные» генералы, которые, мало, что лицом не вышли, так еще и интрижку красиво, по-европейски завертеть не могут.

    В 90-х, автору, понимаете ли вы, не было «страшно», что «важное, тайное, судьбоносное и для нации, и для мира, вручается такому человеку, как Клинтон. Может быть ветренный автор остался в неведении, что услужливая практикантка, сидя под столом, помогала Президенту избавиться от напряжения в чреслах как раз в то самое время, когда он говорил с нашими туповатыми генералами в Косово, где тогда, по совпадению, гибли наши простоватые на любой мало-мальски богемный вкус солдаты. А может быть автор не сознает, что Клинтон был не только шарман и душка, но по совместительству еще и Commander in Chief — или, чтобы адаптировать понятными автору словами — самый главный генерал над всеми генералами. Говоря об отставке Петреуса надо говорить о конспирации и cover up в Бенгази. Но не в этом случае. Ведь автору не до «этих глупостев». Автор хочет говорить «о странностях любви». И говорит.

    Текст уже кончался, а про Переделкино, номенклатару, или, на худой конец любимую свер-породистую собаку — ни слова. Я даже встревожилась. А для чего писалось тогда? Но, нет. Пронесло, славатегосоди. Вот и Дом на Набережной, и шесть комнат, и летчики-полярники, Герои Советского Союза и остроты номенклатурного папы — все главное оставлено на конец. Видимо, чтобы держать читателя в напряжении.

  14. «…Моя симпатия к чете Клинтонов, возросла после пережитого ими…»
    — тут имеем явную подмену понятий.
    Одно дело «любовь на любовь», а совсем другое — обычный разврат.
    Поэтому женщине, делившей мужа с опытной(!) шлюхой, я бы не стал симпатизировать и, тем более, доверять ей важнейший государственный пост.

    И я бы не стал выносить «на люди» нечто своё или мамино личное. Зачем?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *