Владимир Янкелевич: Реквием по «большим батальонам»

 294 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Всё меняется… Неизменным во все тысячелетия человеческой истории остаётся только стремление использовать войну как радикальный способ решения проблем и споров.

Реквием по «большим батальонам»

Владимир Янкелевич

«Бог всегда на стороне больших батальонов»
маршал Жак д’Эстамп, Фридрих II Великий
«В армиях персов было слишком много людей и мало солдат»
Геродот

Всё меняется. Меняются лица в больших кабинетах и их «красные линии», меняются вооружения армий, границы государств и их политическое устройство… Неизменным во все тысячелетия человеческой истории остаётся только стремление использовать войну как радикальный способ решения проблем и споров.

Когда-то война велась палками и камнями, сейчас — самой современной техникой и силами элитных подразделений, но война, и в незапамятной древности и сегодня, сейчас, в те самые минуты, когда я пишу эти строки, и в ту самую минуту, когда вы их читаете, война как всегда, по-прежнему — постоянная и неизменная часть человеческой каждодневной повседневности. Война — всегда трагедия, но она не оставляет выбора: “Do or Die” («сделай или сдохни»), “Win or Die” («победи или умри»).

Бой — это единственный способ одержать победу в бою

О бое и поговорим.

Лет 15-20 назад была популярна идея “Remote Warfare” — удаленной войны, пышно называемой ещё «революция в военном деле». Суть этой «удаленной войны» — ведение боевых действий без соприкосновения с противником, с основной ставкой на нанесение ударов с моря и воздуха, примерно так, как сегодня США воюют с ISIS.

Вроде бы ничего невозможного в этом нет. Появились глобальные системы наблюдения, высокоточное оружие, беспилотные ударные средства… Для чего, в таком случае, «ботинки на земле»? Пусть там местные «повстанцы» с неправильной властью разбираются, а мы их удаленно поддержим… С помощью длительных массированных ударов издалека можно любого противника лишить экономики и армии, в любом регионе планеты, а когда нет авиации и тяжелых вооружений, да и к тому же нечего кушать, воинственность как-то сходит на нет.

Заговорили о начале новой эры в военном деле, но эта эра оказалась не такой, какой её представляли, эра надежд не оправдала.

Оказалось, что в новых войнах XXI-го века, когда современным вооруженным (до зубов и выше) силам противостоят нерегулярные бандформирования и война, казалось бы, должна закончиться не начавшись, в этих неравных противостояниях важнейшие преимущества регулярных войск вполне возможно существенно уменьшить или вообще свести на нет. Боевики оценили фактор военного превосходства Запада и предприняли меры по его нейтрализации. В ход идет всё: подземные тоннели, живые щиты, размещение пусковых установок ракет во дворах школ и больниц… Собственные, охочие до сенсаций медии, орды своих же «полезных идиотов», «борцов за мир» и «правозащитников», становятся эффективным оружием противника, собственные нормы права и морали, не позволяющие стрелять в «мирных жителей», защищают противника лучше любой брони. Что же делать?

Банальная истина: «лев не умеет ловить крыс». Слон — тем более. Грохочущие металлом танковые армады бессильны против рассыпающихся среди местного населения и от оного неотличимых боевиков. Никаких бюджетов не хватит запускать крылатую ракету за миллион долларов, чтобы одна палатка завалилась, один ослик пал смертью храбрых.

Приведу пример, как бывший моряк. На корабле всегда поселяются крысы. Травить их нельзя, они забиваются в щель и там дохнут. Найти их потом невозможно, но и находиться на таком корабле тоже невозможно. Есть только один способ — убивать их: непрерывно, изо дня в день, одну за другой, всегда. Не слушать тех, кто говорит, что «всех не перебьёшь, не надо и стараться». Надо. Главное — не останавливаться: день за днём, методично, всегда…

Вот с боевиками так и надо воевать, и именно поэтому для такой работы нужен спецназ. Спецназ «доставал» их достаточно — например в Тунисе, но тогда на повестке дня стояла и конвенциальная война. Сейчас соотношение конвенциальных и спецопераций изменилось, соответственно и изменилась роль спецназа, она стала гораздо более важной (что собственно, и отражается в решениях Генштаба ЦАХАЛа).

Классическая война XX века становится всё менее вероятной формой применения военной силы. И идея, что боестолкновениям нет места, как-то ушла не попрощавшись. Оказалось, что место боестолкновениям очень даже есть, они возникают достаточно быстро, и тогда резко возрастает спрос на «настоящую» войну, в её жёстком, контактном смысле.

Основная угроза сегодня — хорошо вооруженные, оперативно взаимодействующие боевые группы мятежников и террористов. Нерегулярные вооруженные формирования, особенно в горных или пустынных районах, например на Синае, или в плотной городской застройке, например в Газе, могут быть почти неуязвимыми для высокотехнологичных средств вооруженной борьбы, на которые рассчитывали идеологи “Remote Warfare”.

Боевики тем и отличаются, что сливаются с местным, как бы мирным населением, бороться с ними бомбовыми ударами можно, даже и уничтожить кого-нибудь, но как только налёт закончится, они снова вылезут из щелей, и всё начнётся сначала.

Вариантов нет — нужно понять и принять новый характер войны, и готовиться к ней.

Есть два основных, параллельных направления подготовки — разработка новой боевой техники, ещё более высокоточного оружия и принципиальное изменение роли и функций отдельно взятого солдата. Как показала практика, рассматривать сухопутные войска как эдакие вспомогательные формирования «удаленной войны», очень и очень преждевременно.

Взгляды командований ведущих стран Запада на применение вооруженных сил в современных конфликтах на сегодня совпадают. Они рассматривают в качестве основного участника будущих боевых действий небольшие по численности автономные соединения и части коммандос, объединенные распределенной системой управления, связи и наблюдения, получающие достаточные данные разведки об обстановке в районе боя, предназначенные для борьбы с противником, уклоняющимся от прямых боестолкновений.

Каждое небольшое подразделение, каждый отдельный солдат практически должны быть способны действовать в качестве автономной боевой единицы, выполнять поставленную задачу с бóльшей степенью самостоятельности, чем обычные (прежние) армейские части, принимая решения по обстановке на месте.

Задача интегрирования коммандос в единую систему управления, связи, наблюдения и разведки, обеспечивающая их оперативное перенацеливание на внезапно возникающие в зоне конфликта задачи, сегодня решена технически, но естественно, в этом направлении идет интенсивная работа.

В развитие этих идей в Великобритании была принята «Перспективная концепция наземных операций» о применении спецназа, названного «группами быстрого реагирования», а в США — концепции «распределенных операций».

Франция активно ищет способы более эффективного реагирования на весь комплекс угроз и вызовов, характерных для современных конфликтов, опираясь на австралийско-британские разработки. Командование германского Бундесвера, после изучения нескольких проектов концепций, приняло решение усиленно готовить для участия в современных военных конфликтах лишь специально назначенные соединения спецназа. Подобный путь избрало и руководство ВС скандинавских стран.

Тихо, без шумихи и медийной трескотни в вооруженных силах развитых стран проводится грандиозная работа: не только и не столько даже (пере)оснащение новейшими вооружениями, хотя в этом направлении ни на миг не останавливаются исследовательские и конструкторские разработки, но концептуальная перестройка, отход от принципов, главенствовавших в военной доктрине в течение нескольких столетий, — отказ от «больших батальонов», от огромных, забиравших всех взрослых мужчин линейных армий, побеждавших преимущественно числом, а не умением (апофеоз этой концепции — гигантские сражения Первой и Второй мировых войн). Относительно слабо вооруженный и плохо обученный солдат, да и младший офицер массовой армии, по сути — «пушечное мясо», расходный материал (в советских боевых уставах расчётные «сроки выбытия» исчислялись для разных военно-учётных специальностей от нескольких недель до одного-двух дней от прибытия на фронт до гибели или тяжёлого ранения), такой солдат уступает место высококвалифицированному военному специалисту, прекрасно вооружённому и экипированному. Огневая мощь и техническая оснащённость, степень ответственности и масштаб решаемых боевых задач одного современного коммандоса куда больше мощи, оснащения и масштаба стрелкового отделения. И стоит он куда дороже, и на подготовку его требуется уйма времени. Таким профессионалом не будешь разбрасываться, это тебе не «расходный материал». Радикально меняется облик современной армии, её мощь возрастает уже не за счёт численности, а за счёт качества воинов.

Израиль решает такие же задачи

Израиль решает такие же задачи, только они для него гораздо более чувствительные.

Иран в условиях эмбарго на поставки оружия и экономической блокады смог вооружить Хизбаллу так, что её ракетным арсеналам сегодня могут позавидовать многие страны, иранское оружие регулярно перехватывалось Израилем, уничтожалось, но не всё и не всегда.

В ближайшее время шестёрка переговорщиков снимет с Ирана санкции, что существенно увеличит его финансовые возможности, вести войну ему станет проще, а возможность поставлять оружие своим союзникам в ближневосточном регионе — так этому никакое эмбарго никогда и не мешало. Тем более, что международное сообщество в полном составе благословило отмену оружейного эмбарго, пусть и с определенной, якобы, задержкой.

«Соглашение предусматривает, что Иран продолжит поставки оборонительных вооружений своим союзникам в регионе для борьбы с терроризмом и экстремизмом», — сказал источник в иранской делегации. Можно подумать, что Иран когда-то эти поставки прекращал.

«Доверить Ирану борьбу с террором, — отметил Доре Голд, — это всё равно, что пригласить поджигателя в пожарную команду».

Счастливый (для Ирана) итог переговоров. Глава МИД Ирана Мохаммад Джавад Зариф доволен

Еще бы главе иранского МИДа не радоваться. Бенефициаром в любом случае будет Иран. С Асадом или без, но Сирия станет иранской, денег у Ирана со снятием санкций станет больше, руки в поставках оружия будут развязаны, а значит — война на пороге.

Начальник Генштаба ЦАХАЛа Гади Айзенкот объявил о создании в Армии обороны Израиля бригады спецназа, из четырех элитных подразделений. В новую бригаду войдут «Маглан» — диверсионный спецназ, предназначенное для действий за линией фронта, подразделение для контрпартизанских действий «Эгоз», «Дувдеван» — элитное секретное спецподразделение спецназа израильской армии, входит в территориальную дивизию Иудеи и Самарии; «Римон» — элитный спецназ пехотной бригады «Гивати».

У каждого подразделения своя история, своя специализация. Их действия станут известны когда-нибудь, но пока это секретные сведения. Есть только некоторые отрывочные данные.

«Маглан» — спецподразделение, созданное в 1986 году для выполнения заданий за линией фронта. Оно было создано в середине 80-х годов XX века на базе разведывательных батальонов десантной бригады и бригады НАХАЛ.

По некоторым источникам, специализацией подразделения является противотанковая и диверсионная деятельность за линией фронта с использованием тактических ракет «поверхность-поверхность» большой дальности «Нимрод».

An IAI Nimrod anti-tank laser homing missile at the 2007 International Paris Air Show at the Le Bourget airport
Ракета «Нимрод» израильского концерна IAI на Международном парижского авиасалоне в аэропорту Ле Бурже в 2007 году

Ракета «Нимрод» обеспечивает нанесение ударов по бронетехнике, кораблям, бункерам, скоплениям живой силы без входа в зону действия огневых средств противника. Возможно как прямое наведение, так и наведение по лазерному лучу. Цель подсвечивается лазерным лучом наводчиком-оператором с расстояния до 26 км, что обеспечивает ведение огня по целям вне зоны видимости а также с закрытых позиций. Подсветка цели ведётся в течение только 2-3 секунд на конечном (управляемом) участке траектории полёта ракеты, это и является задачей спецназа.

В ЦАХАЛе основным носителем «Нимрод» являются модифицированные вертолёты CH-53. Дело в том, что CH-53 — наиболее распространённое средство доставки израильских коммандос.

Во время Второй ливанской войны в бою около деревни Марун а-Расс подразделение первым в ЦАХАЛе столкнулось с системой замаскированных бункеров и подземных ходов «Хизбаллы». «Маглан» участвовал в охоте на пусковые установки и уничтожил около 40 пусковых установок и 150 ракет. Некоторые средства информации сообщали об участии подразделения в охоте за «СКАДами» во время операции «Буря в пустыне» в Ираке.

Подразделение было награждено знаком отличия начальника генштаба за участие в операции «Нерушимая скала».

«Эгоз» — элитное подразделение спецназа ЦАХАЛа, созданное в 1956 году, специализируется на контр-партизанских действиях. Его дважды расформировывали и заново воссоздавали.

Последнее восстановление произошло в конце 1994 — начале 1995 годов. Его бойцы уничтожили боевиков больше, чем любое другое подразделение ЦАХАЛа.

Курс подготовки в «Эгоз» включает овладение маскировкой, ориентирование на местности, различные методы нападения, контр-террористические техники, курс прыжков с парашютом, тактическую разведку и другие курсы, в том числе строго секретные.

Бойцы ЭГОЗ на местности — попытайтесь отыскать (не меньше трёх)

«Дувдеван» — элитное и особо секретное спецподразделение спецназа израильской армии в подчинении генерального штаба, основано в 1987 году, сразу с началом первой «интифады». Другие названия этого отряда — «Подразделение-217» и «Мистаарвим», что означает на иврите — «под прикрытием», естественно — под видом арабов.

«Мистаарвим» в действии

Круг задач, первоначально поставленных перед этим подразделением, был довольно узким: поиск, арест, ликвидация террористов и освобождение заложников в местах компактного проживания палестинцев в Иудее, Самарии и в секторе Газа.

Бойцы «Мистаарвим» действуют, маскируясь под арабов. Маскируется всё: оружие, машины, средства связи и наблюдения. Такая маскировка имеет давнюю историю, ещё со времен Британского мандата, когда евреям запрещалось создавать отряды самообороны.

В годы первой «интифады» бойцами подразделения было проведено более 70% всех операций по аресту палестинских боевиков. Ну а поскольку служба в «Дувдеване» предполагает постоянное пребывание среди враждебно настроенного населения и всевозможные стычки практически неизбежны, то много времени уделяется освоению приемов рукопашного боя.

В подразделении несёт службу единственная женщина — полевой врач в звании капитана.

На счету «Дувдеван» — три знака отличия начальника генштаба и несколько знаков отличия командующего округом и командира бригады.

Подразделение спецназа «Римон» (Граната) создано в 2010 году для ведения войны в пустыне, в том числе и для борьбы с египетскими контрабандистами

Интересно происхождение названия подразделения.

Это название было присвоено подразделению за операцию, в рамках которой ее бойцы обнаружили крупный схрон ручных гранат. Вместо того, чтобы подорвать или конфисковать гранаты, специалисты подразделения «поработали» над ними, чтобы взрыв происходил не через пять секунд, а через секунду после того, как была выдернута чека. В результате этой операции многие палестинские террористы «были очень удивлены», пытаясь забросать солдат ЦАХАЛа «обработанными» гранатами (правда, долго «удивление» не длилось — всего одну секунду).

В ходе операции «Нерушимая скала» воссозданный спецназ «Римон» участвовал в ликвидации туннелей на территории сектора Газы еще до начала наземной стадии. В общей сложности на счету подразделения более 50 ликвидированных террористов, десятки взорванных туннелей и значительный арсенал захваченного и ликвидированного оружия и боеприпасов. За операцию подразделение получило знаки отличия начальника генерального штаба и командующего округом.

Командующие округами без восторга приняли передачу своих лучших подразделений в состав новой бригады, но тут, как говорится, ничего не поделаешь.

Новая бригада будет находиться в составе и под командованием 98-й дивизии «Ха-Эш» — особой резервной дивизии в составе Центрального военного округа ЦАХАЛа.

Характер и цель оперативных подразделений, включенных в состав новой бригады, не предполагается изменять, они собраны в один кулак с целью консолидации, чтобы соответствовать нынешним и возникающим новым угрозам от террористических организаций. Подразделения спецназа при необходимости смогут продолжать действовать в одиночку или совместно, как одно подразделение. Но объединенной бригаде уже будет возможно ставить более крупные задачи, чем каждому подразделению в отдельности.

Решение о создании бригады затянулось из-за бюджетных ограничений. Еще 17 декабря 2011 года начальник генштаба ЦАХАЛа генерал Бени Ганц подписал приказ о создании нового «Командования глубинных операций — העומק מפקדת», назначением которого является ведение боевых действий в глубине территории противника, на значительном удалении от границ. Действенный инструмент для этого командования создается только сегодня.

Что такое «Глубинные операции», это что-то новое или то, чем ЦАХАЛ давно занимается?

Рейды спецназа в глубокий тыл начались в 50-х и 60-х годах подразделением 101, которым командовал тогда еще майор Ариэль Шарон. Подразделению была поставлена задача прекратить постоянные нападения диверсантов из Иордании и сектора Газа. Моше Даян резко возражал, он был против элитных спецподразделений — «такими должны быть абсолютно все», но когда подразделение 101 доказало свою эффективность, со всей энергией стал их поддерживать.

Но тогда ещё классические войны себя не изжили, реальное «время спецназа» наступило сейчас.

Динамика эскалации

По данным военной разведки Израиля, враждебные структуры и государства, хоть находящиеся рядом, как Хизбалла или ХАМАС, хоть расположенные подальше, как Иран, в настоящее время не заинтересованы в войне с Израилем. Они основательно завязли в Сирии, а ХАМАС — в борьбе за власть в Газе. Война с ними сегодня также и не в интересах Израиля. Пока все явно заинтересованы задержать как можно дольше состояние «словесного» боя. Но есть то, что в ЦАХАЛе называют «динамика эскалации». Эта «динамика» может привести к тому, что боевые действия могут начаться против воли и интересов сторон противостояния, благодаря самостийным действиям какого-нибудь полевого командира боевиков, да и вообще кого угодно.

Известен такой случай. Боевые действия в Газе в очередной раз закончились, с ХАМАСом достигнуто соглашение о прекращении огня. Вдруг на следующий день из Газы в сторону Израиля вылетает «кассам». Как оказалось, один торговец закупил продукты в расчете на блокаду, соглашение о прекращении огня застало его с нераспроданным товаром на руках. «Кассам» показался ему наилучшим выходом из ситуации.

Бой в новых условиях

В современных наземных боевых действиях, а их все равно придётся вести, изменились территориальные и временны́е аспекты. Боевые действия предполагается вести одновременно в разных районах разобщенными маневренными силами, требующими куда более эффективных, чем традиционные, систем связи, координации и управления.

Особенности боевых действий новой бригады можно свести к следующему:

  • высокая автономность действий;
  • нанесение избирательных высокоточных ударов по целям, определяющим боеспособность противника;
  • незначительная зависимость от морских или речных портов, аэродромов и других коммуникаций в районе развертывания;
  • увеличение степени рассредоточения формирований на поле боя, ведение боевых действий по отдельным, зачастую изолированным направлениям, а не по рубежам.
  • значительный рост дальности поражения огневых средств бригады, и многое другое

Поле боя превратится в своеобразное операционное пространство, раздробленное на малые «поля». Полностью или частично автономные группы спецназа могут быть разделены территорией, на которой находятся как «мирные жители», так и противники. О сплошной линии фронта можно забыть, и основное преимущество будет определяться мобильностью подразделения и досягаемостью средств поражения. В таких условиях необходимо передавать значительную часть командных полномочий на уровень небольших автономных групп и подразделений, то есть бригаде спецназа.

Происходящие на наших глазах события показывают, что роль спецназа отнюдь не ограничивается решением чисто военных задач. Он может использоваться и как инструмент для реализации военно-политических операций, что продемонстрировала Россия, проведшая в прошлом году молниеносный, блистательно исполненный аншлюс Крыма (здесь мы не касаемся политических последствий, оценивая лишь военную сторону операции). Спецназовцы — «вежливые зелёные человечки» — забрасывались не с целью ведения разведки, они блокировали воинские части, жёстко действовали против враждебно настроенных местных жителей и, напротив, организовывали «силы самообороны» из числа пророссийски настроенных крымчан, т.е. фактически вели те самые unconventional warfare, что прописаны в американских уставах.*

Особое оружие для спецназа

Как ранее упоминалось, одно из направлений подготовки к войнам нового типа — разработка новой боевой техники, ещё более высокоточного оружия. И здесь всё время появляются новые, исключительно интересные решения. Так, в мире боеприпасов для беспилотников легкого класса назревает революция, последствия которой трудно предсказать. Эти сравнительно недорогие аппараты, практически незаметные во время полета для радаров и человеческого глаза, оснащаются высокоточным оружием.

Вооруженные БПЛА, гиганты с размахом крыла под 20 м, оказались слишком большими для проведения спецопераций: слишком большой калибр оружия, необходима асфальтированная взлетно-посадочная полоса, да и цена… А что, если собьют «Стингером»?

Задачи оперативно-тактического назначения правильнее отдать беспилотникам легкого, мини-, а то и микрокласса. Такие БПЛА очень мобильны, их легко транспортировать, они неприхотливы к условиям эксплуатации, не требуют специально оборудованных взлётно-посадочных полос, так как могут запускаться с помощью катапульты. Но эти малютки должны быть соответствующим образом вооружены.

Возросла потребность в малогабаритном лёгком, точном и умном оружии. Примером такого оружия может служить ракета «Spike».

25-дюймовый, 2,5-килограмовый миниатюрный боеприпас — ракета «Spike»

Мини-ракеты «Spike» могут быть запущены с небольших беспилотников или использованы для стрельбы с плеча на поле боя. При таких маленьких размерах они обладают достаточно высокой точностью. Оптика на ракете позволяет распознать цель и отслеживать её. Наведение на цель осуществляется видеокамерой сверхвысокого разрешения. Ракета поражает как неподвижные, так и подвижные цели на дальности 3,2 км. Цена в $5000 делает Spike самой дешевой ракетой в мире.

Пуск ракеты «Spike»

Легкие вооруженные беспилотники хорошо вписываются в концепцию войн XXI века, предполагающую использование «групп из малых элементов». Стаи легких БПЛА, объединенных в роевую структуру с самоорганизацией и самовосстановлением за счет замены вышедшего из строя участника, обеспечивают новое качество в проведении боевых операций, новые возможности, словно сошедшие со страниц фантастических романов и ещё требующие своего осмысления.

Боевая стая, с помощью аппаратов, назначенных ею ретрансляторами, может увеличить дальность связи с командным пунктом и собственный радиус действия. Такое использование мини-беспилотников позволит получить более широкий охват пространства вокруг подразделений спецназа, позволит эффективно обеспечивать ударные задачи по выбранной цели. Более того, стая может организовать объединенный залп своих средств поражения по одной цели, выступая в роли коллективного средства нанесения удара.

Каким оружием будет оснащена новая бригада израильских коммандос — это пока неизвестно, но разработки в ВПК Израиля имеются, не хватает главным образом, финансирования.

Решения в условиях бюджетного дефицита

«Вам нет дела до войны, но войне есть дело до вас»
Лев Троцкий

Особенностью израильских решений является то, что всё приходится решать в условиях бюджетного дефицита.**

Эта ситуация имеет свою цену. Английский военный историк и теоретик генерал Фуллер говорил, что:

«Если страна не готова к войне, как пожарная команда к тушению пожара, то она во время войны не возместит недоделанного в дни мира»

А в дни мира в Израиле накопилась уверенность в априорном превосходстве ЦАХАЛа — «Хватит нас пугать военной опасностью!» — все дерутся за кусок бюджетного пирога. Причем задача увеличить размер «пирога» ввиду её скучной сложности (это ж работать надо!) отодвинута в сторону, главное — шантажом правительства и выкручиванием рук оторвать себе кусок побольше из того, что есть, а там пусть Айзенкот выкручивается, как может.

Всё это уже было после победы в Шестидневной войне, мы были тогда «всех сильней». Сегодня всё сложнее — мощные средства поражения легко купить или даже получить практически в подарок, лишь бы решить какие-то тактические, сиюминутные проблемы. Интересы Израиля при этом никто учитывать не будет…

Примечания

*) Читайте этот документ:

**) Сегодня, в июле 2015, в Израиле всё ещё нет военного бюджета на 2015 год. Армия получает ежемесячные выплаты в размере соответствующего месячного транша 2014 года. О росте нет и речи, но если бюджет урежут по сравнению с прошлым годом — разницу скомпенсируют урезанием оставшихся траншей.

Print Friendly, PDF & Email

9 комментариев к «Владимир Янкелевич: Реквием по «большим батальонам»»

  1. Вполне вероятно, что следующую «войну с террором» Цахал попытается выиграть с помощью постоянных операций спец-подразделений (понятно, в добавление к бомбардировкам и к частичному захвату территории). Это новая концепция, которая теоретически способна вернуть подавляющее преимущество современной армии над вооружёнными организациями «террористов».
    По-моему есть хорошие шансы на успех, удачи.

  2. В статье есть существенная информация, недоступная неискушенному читателю, позиция автора и художественное мастерство военного журналиста. Спасибо.

  3. Владимир,
    Ваша статья- сильнодействующее противоядие против гнетущих помимо собственной воли писаний «доброжелателей», камлающих «прогнило всё, прогнило всё!».
    «Не всё! –сказал Финдлей», перефразирую слегка С.Маршака и присоединюсь к осторожному оптимизму Марка Фукса.

  4. К сожалению реальная жизнь Ближнего Востока богата моментами, побуждающими анализировать и писать на темы боевых действий и войны.
    За каждой статьей автора стоит серьезная и постоянная работа.
    В принципе я мало сомневаюсь в том, что реорганизация и совершенствование сил специального назначения в Израиле произойдет успешно.
    Евреи умеют учиться, умеют делать выводы из происходящего и проводить доскональный «разбор полётов».
    На заре становления вооруженных сил Израиля мы не стеснялись учиться у французов (спецназ Генерального штаба) и у итальянцев (спецназ военно-морских сил) и в короткое время преуспели настолько, что сегодня успешно учим других.
    Так или иначе будут решены и проблемы финансового характера.
    Я хотел бы обратить внимание на еще одну достаточно серьезную проблему действующей (воюющей) армии вообще и спецназа в частности.
    Речь идет о правовом, юридическом обеспечении действий (включая принятие решений) и поступков бойцов. Применив слово «бойцы», я подразумеваю военнослужащих ЦАХАЛа всех уровней, включая офицеров среднего звена. Это актуальный вопрос и об этом свидетельствуют события последнего времени именно сейчас в эти дни в Израиле проводятся два расследования по двум офицерам по якобы превышении степени, непропорциональности силы ответных действий и выбора объекта применения ответного удара. Это не первые случаи, когда, под давлением «общественного мнения» и разного рода «правозащитных организаций» с непонятными и неясными источниками финансирования под следствием и подозрением оказываются боевые офицеры.
    События последнего времени принесли нам два трагических случая: покончили собой, не выдержав стресса, психического напряжения предстоящих расследований, предстоящей шумихи в СМИ два высокопоставленных офицера (генерал полиции и отставной служащий общей службы безопасности, служивший в момент события в МВД). Это свидетельствует, вне всякой зависимости от всех прочих обстоятельств дел о той степени крайнего нервного напряжения в которой перманентно находятся занятые в системе безопасности страны, призванные нами на нашу же защиту.
    Боец идущий в бой должен быть уверен в том числе и в том, что ему обеспечена квалифицированная, активная и объективная поддержка общества и государства.
    Это в высшей степени касается и бойцов спецназа о которых идет речь в статье.
    Кроме того, имеет смысл рассмотреть вопрос об ответственности (в определенных случаях!) инициаторов преследования бойцов служб безопасности страны.
    Наблюдая за действиями действующего Начальника Генерального штаба, сделавшего специальное заявление по поводу последних расследований, о которых я упомянул, позволю себе выразить осторожный оптимизм.
    Спасибо.
    М.Ф.

  5. Позвольте несколько замечаний/вопросов к этой отличной работе:
    2. «Успех» операции российского спецназа в Крыму определился не его высоким качеством, а полным отсутствием сопротивления и даже предательства со стороны части армии и флота Украины.
    3. Неодократно упоминаемое (разумеется, не автором!) состояние Армии обороны Израиля как некоего нахлебника — форменное безобразие.
    А, во-первых, уважаемый Владимир, возможно ли рассмотреть иную ситуацию, а именно:
    И гитлеровские орды, и современные многотысячные орды террористов — плоть от плоти того самого «мирного» населения. Оно выпестовало, вооружало, одевало и кормило всю эту накипь. Поэтому в 1939-46 гг. никто не задумывался о судьбе семей людоедов. Их засыпали бомбами «по завязку».
    Сегодня нельзя?

  6. * — Создание бригады спецназа — первый шаг на пути претворения в жизнь давней идеи Мильштейна — создание «контр-террористического рода войск(зроа)» в ЦАХАЛе.

    * — Кстати, сегодня ISIS на Синае сумела подбить ракетой египетский военный катер…

    * — На иврите правильно не «Мистаравим», а «Мистаарвим». [Исправлено, спасибо — В.Р.]

  7. Отличная статья. На этом фоне не выглядит таким уж страшным сокращение численности армий, в том числе — американской. Где только что сообщили, будет сокращено еще 40 тысяч человек. Умелое применение «нового мышления» в войне нового типа, пожалуй, лучше других показала Россия в Грузинской войне и, конечно, в крымской операции. Интересно, что один из командующих американской армией в Ираке (не буду сейчас искать фамилию) пытался примерно в году 95-96 (в the Atlantic есть большая статья на эту тему) перейти к тактике спецопераций с использованием очень ограниченного контингента хорошо подготовленных групп. В основном в ночное время, чтобы полностью использовать технологическое преимущество вертолетной заброски, приборов ночного видения и разведки. Успех был существенный… но политически неприемлемый в Вашингтоне: нельзя было красиво показать по ТВ, трудно было объяснить присутствие 110 тысяч солдат. В свою очередь в Ираке их умными людьми началась мощная мидиа компания против «противозаконных» методов войны, резко — по иракским сведениям — увеличилось количество погибших «гражданских» (ночью можно посчитать совсем не так, как днем — если правильно уметь считать), короче, через год программу свернули и командующего вернули без повышения в США. Это было в бушевские времена. С тех пор, конечно, пришло признание собственных ошибок, так что сейчас много делается по-другому. Известно, что численность «спецназа» существенно увеличена. Наверно, не просто так.
    Еще, как мне кажется, вырастает значение тайных договоров с другими странами для создания микро-военных баз для накопления спецназа и создания баз снабжения перед операциями на дальних рубежах зарубежья. Для американцев это не существенно — у них и больших баз хватает и корабли везде, а для Израиля может оказаться сверхважным иметь где-нибудь в «кустах» Иордании или Турции возможность отсидеться денек-другой.

  8. Буквально пара слов по поводу «войны с воздуха» — пару сотен лет назад похожая концепция была в ходу в Royal Navy — считалось, что войну следует вести в море и только в море. А по берегу надо действовать артиллерией — и иногда и особыми снарядами в виде пехоты, которые следует в некоторых количествах выпускать на берег, если пушки не справляются

  9. Володя,
    Интереснейший материал — как, впрочем, и всегда 🙂 Пара слов как бы в дополнение — мир сейчас, после распада СССР и утраты внятной «альтернативы капитализму» — превратился в две отчетливо различимые системы: Первый Мир, стоящий на «технологической демократии», и Третий Мир, представляющий собой набор социумов, которым в силу тех или иных причин технологии пришлись не по рукам/мозгам/мировоззрениям и так далее. Дальше начинаются различия … Скажем, где-нибудь в Черной Африке у народа столько проблем, что на перенос их вовне нет ни сил, ни желания. А вот в среде арабов-суннитов цветет идея о «попранной справедливости» и о «… прекрасном вчера …» — и ее трансформируют в форму, в которой отливается ИГИЛ.
    В войне, как известно, всегда воюют тем, чем умеют — и «технологические демократии» воюют и технологией, и демократией (не больно-то успешно, надо признать). А им в ответ противопоставляется готовность убивать и умирать — в неограниченных количествах.

    Что будет, когда это «нетехнологические» общины доберутся до оружия массового поражения, знает только Б-г …

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *