Мирон Я. Амусья: Цена сдержанности

 204 total views (from 2022/01/01),  2 views today

14.03.12

Мирон Я. Амусья

 

Цена сдержанности

(Что делать, когда в тебя стреляют?)

Хорошо смеётся тот, кто стреляет первым.
Генерал А. Лебедь

Ты, бесенок, еще молоденек,
Со мною тягаться слабенек;
Это было б лишь времени трата,
Обгони-ка сперва моего брата.
А. С. Пушкин. «Сказка о попе и о работнике его балде».

Если ты сдвинул ручку управления, и самолёт повёл себя неправильнонемедленно верни ручку в исходное положение[1].
М. Л. Галлай, «Испытано в небе»

 

Мы, лектора международной школы по физике полупроводников, были вечером первого дня работы приглашены отметить её начало. Неторопливую приятную беседу дополняли вино и коньяк. Темы, как всегда в таких случаях, были самые разнообразные – о физике и далеко за её пределами. Мои соседи спросили, каково жить в Израиле, в обстановке периодических ракетных атак и вспышек террора. Их интересовало, удаётся ли вести в такой обстановке нормальную жизнь, не парализует ли людей страх.

Я вспомнил и рассказал им, что буквально за пару дней до того говорил со своим другом, живущим заметно южнее Тель-Авива. Он сообщил, как на днях они ели во дворе шашлыки, пили, что положено, и намеревались вскоре перейти в баньку, когда раздался сигнал ракетной атаки. Так вот, ни один из присутствовавших не отказался продолжать программу и перейти в защищённую комнату. Я рассказал своим собеседникам, как переживал Иерусалим тяжелейшие дни террористической «войны Осло», как в тот период в гости и филармонию мы ходили с коробками противогазов. Как всего через несколько дней после взрыва в пиццерии «Сбарро» она открылась. Я считал тогда, как и сейчас, что усилия по сохранению нормальной жизни были важным элементом борьбы против террора.

Вообще, способность человека противостоять неблагоприятным, подчас трагическим обстоятельствам, способность его терпеть и вытерпеть, поразительна и глубоко впечатляет. Как не вспомнить слова В. Некрасова о том, с каким ощущением счастья встречал он в землянке новый, 1943 г. А ведь было это в Сталинграде, в период тяжелейших боёв! Немало подобных примеров – попыток сохранить нормальный строй жизни в ненормальных условиях, даёт и ленинградская блокада. Но, разумеется, совершенно небезразлично то, во имя чего надо терпеть и к чему приспосабливаться.

Уже не один год идут интенсивные, всё расширяющиеся по площади ракетные и миномётные обстрелы Юга Израиля. Многие говорили в момент массового народного безумья в 2005 г., когда по приказу тогдашнего премьер-министра А. Шарона изгнали из Газы её еврейских жителей, что добром это не кончится, что помимо аморальности, этот негуманный шаг таит в себе и серьёзнейшие военные угрозы. Не в обиду будь сказано тем, кто столько лет живёт под огнём, но изгнанные из Газы вызывали мало сочувствия у тогда казавшихся тыловыми жителей Сдерота. Абсолютное большинство жителей Ашдода и Ашкелона едва ли рассматривали тогда ракетную опасность как нечто, существенное для себя.

Но реальность оказалась даже хуже предсказаний пессимистов. Израиль начал приспосабливаться к новой реальности. Проявлены чудеса изобретательности, создана противоракетная система «Железный купол», которой могут гордиться не только её конструктора, но и вся страна[2]. Огромные силы и средства ушли на строительство и ремонт системы бомбоубежищ, на защиту школ и детских садов. Но совершенно ясно – одних средств пассивной защиты мало. Невозможно ожидать от «Железного купола» столь же эффективной работы при росте потока запускаемых ракет раз в десять, что вполне возможно, если Газу тщательно не расчищать. Невозможно, наконец, «Железным куполом» накрыть плотно достаточно большой район. Невозможно передвигаться по городам и дорогам короткими перебежками. Невозможно день за днём не спать ночью, ожидая рёва сирены, непрестанно бегать в бомбоубежище днём. Помню, как 7 ноября 1941 г., в день особо интенсивных бомбёжек Ленинграда, когда «отбои» почти сразу сменялись воем сирен, сообщающих о новой атаке, я отказался ходить в бомбоубежище[3]. А мне было тогда семь лет. Однако ситуация была яснее – страна вела войну с мощнейшим противником. А что сейчас!?

Очевидно, что вынужденное сидение в бомбоубежищах должно быть прекращено. Не могут вожаки бандформирований, готовящие террористические атаки против Израиля иметь гарантии личной безопасности. Сохранение их жизни не может быть приемлемым условием прекращения огня. Оно может быть достигнуто лишь в результате ощутимой взбучки, которую получат эти бандформирования. Это неверно считать, будто снижение числа террористических ударов по Израилю есть в основном заслуга «забора безопасности». Напротив, интенсивность террористических атак упала сразу после операции «Защитная стена», проходившей фактически меньше недели, с самого конца марта по начало апреля 2002 г. Напомню, что во время этой наземной операции на короткое время, для прочистки и прополки, были заняты израильскими войсками вся Иудея и Самария. Именно эта силовая операция сломала хребет террору.

Я не эксперт по арабской или какой-либо другой ментальности. Не жил, например, в Ташкенте, чтобы утверждать, будто на Востоке понимают только силу. Но накопленный с годами опыт, изучение истории, древней и современной, показывают мне, что когда в тебя стреляют и есть сила ответить – глупо убегать и прятаться. Мало сомнений в том, что ликвидация бандитов в Газе требует наземной военной операции, что одних сверх- точечных ликвидаций отдельных главарей и непосредственно застигнутых в момент стрельбы ракетчиков, недостаточно. Разумеется, целью наземной военной операции не должна быть просто ликвидация главарей бандитов или их изгнание. Бессмысленно после очистки от Хамаса фактически своими руками передать власть другим бандитам – на этот раз из из ФАТХ, во главе с «умеренным» Абу Мазеном, в иллюзорной надежде с ним договориться.

На мой взгляд, наземная операция должна привести к восстановлению ситуации, бывшей в Газе до организованного Шароном изгнания. Надо вернуться к тому, что было там до 2005 г. Здесь не убеждает утверждение, будто «нельзя два раза войти в одну и ту же воду». Газа давно де-факто уже не часть так называемой «палестинской автономии». Идея восстановления статус-кво с использованием местных квислингов для самоуправления высказывалась рядом людей, в том числе мною, неоднократно. По невнятным причинам, обобщённо именуемым «мировым общественным мнением», данная идея трактуется как нереальная. Не согласен с этим. Считаю нужным эту идею повторять, как это в древности делал сенатор Катон-старший с другим посылом — «Карфаген должен быть разрушен». Конечно, я не римский сенатор, но и бандиты Газы – не Карфаген по сравнению с Израилем. С обстрелами и террором из Газы власть Израиля может и должна покончить.

Удивление вызывает крайне вялая реакция общества на терпение власти к выходкам бандитов. Возможно, именно общественного давления не хватает власти для того, чтобы перейти к решительным действиям. Реакцию жителей обстреливаемых городов никак не сравнить с энергией медперсонала или младших преподавателей в борьбе за свои права. Примечательно, что общество и СМИ этих протестантов поддерживают весьма энергично.

Разумно предположить, что бандиты, точнее, те, кто ими управляют, сознательно провоцируют Израиль на более решительные ответные действия, которые мировая общественность во главе с «квартетом» по Ближнему Востоку, несомненно, осудит. Но нет такого закона, согласно которому на провокацию всегда надо отвечать воздержанием, сопровождаемым надеждой, что та же общественность осудит тех, кто стреляют по Израилю. Стоит иногда озадачивать провокаторов, действуя в том направлении, которого они добиваются, но с неожиданным для них упорством и результатом.

Люди из правительства, вероятно, справедливо отмечают в происходящих событиях важнейшую роль «руки Ирана», возможный манёвр, отвлекающий внимание всё той же «мировой общественности» от происходящего в Сирии. Это будто бы говорит в пользу целесообразности сдержанности Израиля. Мол, сначала разберёмся с Ираном, а уж потом – с «мелкими» трудностями. Не могу с этим согласиться. Нерешительность в действиях против шавок может дать главной собаке сигнал не обращать внимания на определённые угрозы Израиля, относя их к чисто политической риторике, пусть и не только внутреннего потребления, но не имеющей серьёзной военной составляющей. Такая трактовка была бы весьма вредна, поскольку способствовала бы ужесточению политики Ирана. Говоря о «руке», стоит помнить, что Израиль был под огнём террористов ООП задолго до возникновения Исламской республики Иран в апреле 1979 г.

Конечно, обращения в ООН, Совет Безопасности важны, но должны быть лишь элементом широкого пропагандистского наступления, разъясняющего ситуацию вокруг Израиля. Иначе они даже контрпродуктивны, представляя газское бандитьё государствоподобной стороной переговоров, и придавая тем самым международную законность тамошним главарям. Жители Израиля поневоле, из-за частого повторения в СМИ, выучили названия разных бандитских групп и группок в Газе, да и в Иудее и Самарии, то признающих перемирие с Израилем, то выдвигающих свои, специфические условия этого перемирия. Израиль должен считать ответственным за происходящее в Газе тех, кто победил на «выборах», прошедших несколько лет назад. Именно руководство этой группы – Хамаза, должно отвечать за любую атаку против Израиля своими домами, имуществом, жизнями. Реакция должна быть убедительной и масштабной, иначе трудно населению страны поверить в то, что Армия обороны Израиля даёт соответствующий ответ на атаки своей страны. Без этого все заявления представителей власти, включая премьер министра, об удовлетворённости действиями армии, о том, что «мы не терпим, и не будем терпеть в будущем атаки кого бы то ни было против Израиля и его граждан» звучат, по крайней мере, для меня, малоубедительно.

Я понимаю, что бомбовые и ракетные удары по реальным целям – полезная тренировка для пилотов ВВС. Но моральный ущерб от ограничения такими ответами на террор велик — как для армии, так и для населения страны.

Хочу обратить внимание и на другой вредный аспект сдержанности. Подростки обоего пола, сидящие безответно в бомбоубежище, вырастут, проникнутые духом капитулянтства и пораженчества. Как было впервые отмечено покойным профессором М. Е. Перельманом и позднее подробно рассмотрено в ряде наших с ним статей, глубоко впечатляющие события, происходящие в окрестности тринадцатилетия, определяют основные психологические установки личности на всю оставшуюся жизнь. Сидение в бомбоубежище, взрывы вражеских ракет, не встречающие энергичного отпора атаки врага, воспитывают не решительного бойца, но труса, ощущающего свою беззащитность и стремящегося укрыться от опасности. Пока зоной поражения была незначительная часть страны, этим фактором можно было пренебречь. Но сейчас под ракетным огнём находится более миллиона человек, из них несколько десятков тысяч того самого внушаемого возраста. Пренебрегать их психологическим настроем, который может проявиться самым неподходящим образом в период службы в армии, просто нельзя. Это становится важным фактором в обеспечении безопасности Израиля в будущем.

Сдержанность и терпение населения, проявленные под огнём террористов, велики. Но терпеть столько и столь долго от определённо более слабого врага едва ли целесообразно.

 

Иерусалим


[1] Цитирую по памяти

[2] Мне казалось, что создать антиракету при таком малом подлётном времени просто невозможно.

[3] По счастью, из-за сильных холодов синтетический бензин у немцев загустел, и интенсивность авианалётов быстро уменьшилась, вскоре сойдя на нет. А от снарядов второй этаж внутреннего флигеля семиэтажного дома был надёжным укрытием.

Print Friendly, PDF & Email

Один комментарий к “Мирон Я. Амусья: Цена сдержанности

  1. Браво, уважаемый профессор!
    Да только воз и ныне там.

Обсуждение закрыто.