[Дебют] Яков Фрейдин: Совет Президенту

 476 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Прошло десять лет с тех событий. Как-то утром я включил телевизор, чтоб узнать новости. На экране я увидел знакомое лицо — те самые усики ромбиком, торчащие уши — хотя и несколько постаревшее. Диктор объявил, что контрразведка ЦРУ разоблачила «крота»…

Совет Президенту

Яков Фрейдин

— …Вы уже знаете, — сказал он, обращаясь к нам пятерым, когда мы уселись в кресла, — вас сюда пригласили по предложению Президента Соединённых Штатов. Думаю, напоминать не надо, как себя вести, но всё же скажу — эта встреча совершенно секретная, срок секретности установлен в 10 лет…

* * *

Поток еврейских эмигрантов из СССР в середине семидесятых был даже не потоком, а вернее ручейком, вяло текущим через Вену. Шутили даже: «Эмиграция это сильное лекарство, которое вводится через вену». Из Вены кто–то ехал прямиком в Израиль, иные через Рим — в Америку. Некоторые направлялись в другие страны — Канаду, Австралию, Новую Зеландию. Куда повезёт. Мы же по наивности и непониманию хотели во Францию. До меня тогда не доходило, что Париж уж совсем не тот, что я представлял себе по книгам Кокто, Эренбурга и фильмам Рене Клэра. Я мечтал ходить по бульварам, покупать жареные каштаны и слушать шансонье. Поэтому, едва сойдя с трапа московского самолёта в венском аэропорту Швехат, мы сообщили встречавшему нас представителю еврейского агентства, что хотим во Францию.

— Тогда вам к нему, — беззаботно сказал он, ткнув пальцем в направлении высокого седого господина. Им оказался мистер Рогойский, директор венского отделения Толстовского Фонда, помогавшего эмигрантам деньгами из литературного наследства Графа Толстого. На деньги Льва Николаевича фонд поселил нас в Вене в чудной квартире недалеко от Ринга и мы стали ждать французской визы — дело почти безнадёжное, так как Франция еврейских эмигрантов принимала весьма неохотно. Сейчас зато вовсю впускает к себе мусульман, с чем я французов и поздравляю.

В один тёплый августовский день в нашей венской квартире зазвонил телефон. Мужской голос на том конце говорил по-русски. Очень приветливо он сказал:

— Вы меня великодушно простите, я звоню из американского посольства. Мы знаем, что вы в Америку не собираетесь, но нам всё равно хотелось бы у вас кое-что уточнить. Может зайдёте завтра часиков в десять утра? Мы вас долго не задержим. Я на ваше имя закажу пропуск. Договорились?

Я согласился и на следующее утро подошёл к морскому пехотинцу в тёмно-синей форме и белой фуражке, что стоял у входа в огромное роскошное здание американского посольства. Тот сверил моё имя со списком, позвонил кому-то по телефону и через пару минут мне навстречу вышел улыбчивый молодой человек, который звонил накануне. Он повёл меня по мраморной лестнице на второй этаж, завёл в пустую комнату и сказал:

— Тут вот какое дело. Надеюсь, что вы догадываетесь о сложностях нашей работы. Советы к нам под видом эмигрантов засылают, как бы это поделикатнее сказать, ну людей не совсем дружественных, что ли… У нас к вам есть вопросы, но сначала мы должны всё же убедиться, что вы тот, за кого мы вас сейчас принимаем. Вы не будете возражать, если с вами потолкует сотрудник ФБР, ведающий контр-разведкой?

— А почему я должен возражать? Если ему интересно со мной говорить, так и мне тоже интересно, — ответил я, чем его очень обрадовал.

Человек из ФБР был коротенький юркий итальянец, чем-то напоминавший французского актёра Луи Де Фюнеса. Он всё время широко улыбался, потирал руки, говорил очень бегло по-русски и был страшно въедливым и дотошным. Оказалось, что он про меня знал пожалуй больше, чем я сам. Интересно, откуда? Спрашивал всё: про семью, работу, друзей, интересы, что читаю, какое кино люблю, почему вдруг решил уехать из Союза, почему хочу именно во Францию? Вопросы задавал невинные, даже пустые, но порой пытался меня словить на каких-то мелочах. Например, спрашивает:

— Кстати, а как себя чувствует Николай Александрович? У него ведь пару недель назад была серьёзная операция.

Я оторопел:

— Какой такой Николай Александрович? Вы это про кого?

— Ну как же, Семихатов — главный конструктор в почтовом ящике 320. Вы разве не знакомы?

— Я конечно слыхал это имя от своих соучеников по институту, но откуда-ж мне его лично знать? Кто он и кто я? Я простой инженер, в его закрытом заведении никогда не был, там не работал, и такую шишку, как Семихатов, даже издали не видал…

— Ну-ну, — сказал Луи Де Фюнес, — я просто так спросил, думал вы знаете…

Таким вот образом мы беседовали пару часов. Потом к нам присоединились ещё двое господ из ФБР и в этой тёплой компании мы проговорили до позднего вечера. Попросили меня подождать минут пятнадцать, а затем ко мне опять зашёл тот молодой человек, что меня утром встретил у входа:

— Чудненько, — сказал он, — они дали О-Кэй. Вы получаете clearance, не знаю, как это правильно по-русски. Ах да — допуск! Это значит, что мы вам верим и можем с вами говорить о всяких секретных вещах. Приходите опять завтра с утра, с вами встретится наш человек из ЦРУ.

Человек из американской разведки был высок, широк в плечах, по-ирландски рыжеволос, но по-русски почему-то говорил с сильным грузинским акцентом. Сказал, что его зовут Стив, не знаю вправду ли.

— Ты панымаэш, — объяснил он, — я заканчывал Калумбыйский уныверсытэт. Там у нас русскый язык прэподавал грузын — вот я от нэво и набрался.

После долгих разговоров на самые разные темы от политики до науки и рассматривания огромных карт всяких советских объектов, сделанных на основе спутниковых снимков, Стив сказал, что ЦРУ хочет меня нанять консультантом с оплатой 60 долларов в день. Моя работа будет уточнять и объяснять. Что именно, он не уточнил и не объяснил. Так началась моя, как говорится, халтура в ЦРУ. К счастью, во Францию мы не поехали, а получив приглашение из американского университета, мы с женой и двухлетним сыном улетели за океан.

Поработав пару лет в университете, я заскучал — тянуло к реальному делу и мы переехали в Новую Англию, где я проходил мои «университеты» в нескольких компаниях. Работал и учился на разных инженерных должностях, узнавал на практике, как функционирует Америка. Увлёкся изобретательством, стал получать патенты и вскоре основал собственный бизнес.

Мои контакты с ЦРУ продолжались с перерывами 8 лет. В наш приморский городок для встреч со мной изредка наезжал из Бостона агент Ральф Касперович, добрый и мягкий человек. Ральф просил меня уточнять и объяснять разную информацию, поступавшую из СССР по секретным каналам. Что я и делал, с гордостью сознавая, что хоть в такой мелочи могу приносить пользу гостеприимной Америке.

* * *

В апрельскую субботу 1985 года у меня дома вечером собрались гости — отмечали мой день рождения. Через шум-гам, стук посуды, лай собаки и тосты я с трудом расслышал звонок телефона. Это был Ральф.

Он сказал:

— Послезавтра, то есть 14-го числа, в 9 утра ты должен быть в Вашингтоне.

— Да как же я успею? — удивился я, — мне ведь билет на самолёт даже не купить, завтра воскресенье и всё закрыто (в те годы интернета ещё не было и билеты надо было покупать в турбюро).

— А вот это не твоя забота. Тут дело необычное — личная просьба Президента Рейгана. Самолёт за тобой пришлют.

— Так я, что, в Белый Дом полечу? — оторопел я.

— Нет, туда тебя не звали, просто Президент просил чтоб ты встретился с какими-то людьми. Больше мне знать не положено, так что и не спрашивай. Будь в аэропорту в понедельник к 7 утра, там тебя встретят и отвезут, куда надо.

Ровно к семи, с портфелем в руках, я зашел в маленькое здание местного муниципального аэропорта. Людей было мало, я озирался вокруг, не зная сам, кто мне нужен. Тут подошёл человек в форме военного лётчика, спросил моё имя, назвал своё и пригласил идти за ним на лётное поле. Там стоял небольшой двухмоторный самолёт Сессна с круглой президентской эмблемой на борту. Я был единственным пассажиром. Пилот завинтил дверь, ушёл в кабину к своему напарнику и мы сразу взлетели. Полёт до Вашингтона короткий, минут 40, и мы вскоре сели в Национальном аэропорту, практически в центре города. Тут же к трапу подъехал внедорожник с затемненными окнами, вышел водитель и коротко сказал:

— Поехали. Ждут вас. Тут не так далеко, но трафик сумасшедший.

Я в Вашингтоне бывал редко, города не знал, так что не понял, где и куда мы едем. Минут через 20 машина въехала на паркинг небольшого торгового центра с несколькими магазинами и ресторанчиком. Остановилась у невзрачного одноэтажного здания с вывеской «Страховое Агентство».

— Вам туда, — сказал мне шофёр и уехал. Я вошёл в вестибюль, где за стойкой сидела накрашенная девица и полировала ногти. Подняла на меня глаза и спросила:

— Вы кто?

Потом нажала кнопку и я вошёл в дверь за её спиной.

* * *

В просторной комнате с неприглядными коричневыми обоями стоял круглый дубовый стол, вокруг которого пять кресел с потёртыми подлокотниками, а у стен — с десяток стульев. В центре комнаты на потолке телекамера, на столе два микрофона, бумага, ручки, стаканы и кувшины с кофе и ледяной водой. Вокруг группками стояли люди, пили кофе, разговаривали. Четверо мужчин примерно моего возраста (впрочем, один постарше) говорили с заметным русским акцентом и, как оказалось, были, как и я, эмигрантами, приехавшими из разных концов Америки.

Когда я вошёл, ко мне подошёл господин средних лет, большеухий, в роговых очках. Чёрные волосы ёжиком, усики ромбиком, как оказалось руководитель совещания. Он пожал мне руку, назвал своё имя — довольно необычное на мой слух, которое я не понял и не запомнил. Он перешёл на русской:

­— Теперь все в сборе. Вы пятеро, — указал на нашу эмигрантскую пятёрку, — прошу вот сюда, к столу. Времени у нас не слишком, поэтому познакомимся и начнём.

Мы расселись в креслах, а остальные, четверо мужчин и три женщины с блокнотами в руках, расположились вдоль стены. Руководитель присоединился к ним.

— Вас сюда пригласили по предложению Президента Соединённых Штатов. Думаю, напоминать не надо, как себя вести, но всё же скажу — эта встреча совершенно секретная, срок секретности установлен в 10 лет. Здесь мы все или говорим или понимаем по-русски, поэтому всё будет на русском языке — нам кажется, так удобнее для дела.

— А дело тут вот в чём. Как вы знаете, месяц назад в СССР партийным вождём стал Горбачёв. Этот человек для нас тёмная лошадка и Президент в затруднении, что от него ожидать? Впрочем, это не ваша забота. У нас на Горбачёва есть разработка и линию поведения мы Президенту подскажем. Но Рейгану пришла в голову идея использовать момент — а нельзя ли вместо того, чтоб к Горбачёву приспосабливаться, на него как-то воздейстовать? И воздействовать так эффективно, чтоб политика СССР изменилась к лучшему, стала не агрессивной и даже дружественной. Задачка не из простых.

— С этой целью Президент поручил нашему агентству подобрать несколько экспертов, которые обладают комбинацией трёх качеств: хорошо понимают советскую ментальность, знают Америку и главное — обладают нестандартным мышлением. Вот мы и собрали здесь вас — пятерых изобретателей с советским прошлым и американским опытом. Вы с ЦРУ работатете уже давно, мы вас хорошо изучили, вам верим и очень надеемся, что не подведёте. Вы все успешные изобретатели, а стало быть умеете думать, как мы говорим, “out of box” и находить неожиданные решения.

— Вот вам задача: сегодня, в течение дня изобретите нам способ изменить политику СССР. Патента, впрочем, вам за это не дадут, — пошутил он. — Вот эти люди, что сидят у вас за спиной, разработали детальную компьютерную модель СССР. Она включает идеологию, финансы, природные рессурсы — короче говоря, всё, что там надо, я не специалист. Уверяют, что работает хорошо.

— Так что давайте — говорите между собой, думайте, изобретайте. Если будут интересные идеи, эти господа введут их в наш супер-­компьютер в Лэнгли и проверят, как на это среагирует их модель. Идеи — идеями, но их надо проверять на реальность. Только имейте в виду — никаких военных, подрывных, и вообще незаконных способов не предлагать и даже не обсуждать.

Мы взялись за дело. Сначала притирались друг к другу, принюхивались, как молодые собаки, рассказывали о себе, кто — где, кто — откуда, кто чем занимается. Даже анекдоты травили. Разогревшись, стали всякие идеи кидать, обсуждали: за, против, сильные стороны, слабые. Те, кто за нашими спинами сидели, всё записывали в свои блокноты. Изредка кто-то из них выходил в боковую дверь, потом возвращался на своё место. Так мы проговорили часа два-три без особого, впрочем, результата. Потом нас сводили на ланч в ресторанчик в соседнем здании, а вернувшись, мы продолжили: кидали идеи, спорили.

Наконец, один из нас сказал:

— Надо в основу смотреть. Что учил Маркс? В основе всего лежит экономика. Она и политику определяет. Измените экономику, изменится и политика. Так давайте плясать от экономики.

Идея понравилась. Мы стали обсуждать, как экономика может изменить политику, а главное — как Америка может влиять на советскую экономику. Много говорили про ментальность советских вождей, примерно так: Политбюро это группа боязливых интриганов. Сами ничего толком не могут, рисковать опасаются, но подражать другим странам обожают. Как и Хрущёв, мечтают Америку догнать и перегнать, не понимая, что это невозможно. Невероятно амбициозны, завистливы, мстительны и негибки в решениях. Их главная цель — держаться за власть любыми способами. На всё пойдут, чтоб защитить место, на котором сидят. Законов экономики не знают и не понимают, свято верят, что всё можно сделать в приказном порядке, как во времена Сталина. На собственное население им плевать. Вот на этих их качествах и надо сыграть. Но как?

А что Горбачёв? Он, хоть и моложе, однако сам такой — их воспитанник, с той же ментальностью. По другому и быть не может — иначе не выжил бы он там. Стало быть, несмотря на его почти западный облик и гладкую речь (которую, впрочем, сильно улучшали переводчики), он от них не отличается и его просто надо вынести за скобки.

И тут один из нас, не помню кто, сказал:

— Если Политбюро любит копировать, давайте им покажем что-то, что они захотят собезьянничать. Идея вот какая: США должны начать некий огромный и для советских пугающий проект. Желательно практически невыполнимый. Широко это афишировать и вложить в него огромные средства, сотни миллиардов долларов. По их инстинкту “и мы”, Горбачёв и компания кинутся делать то же, не задумываясь, во что это им влетит. Америка-то выдержит, но советская экономика напрягётся до предела и обязательно рухнет. Рухнет экономика — рухнет вся их система.

Идея всем понравилась, компьютерные люди кинулись в соседнюю комнату, где у них, вероятно, был терминал.

Но как же найти такой проект? И пойдёт ли Америка на большие траты: риск-то огромный?

Тут мы вспомнили, что в США уже около года существовал вялотекущий проект, назваванный “Инициатива Стратегической Защиты” (SDI). Он предусматривал разработку супер-мощных наземных и космических лазеров для защиты от советских баллистических ракет. Американскому правительству это не нравилось — идея была безумно дорогой и технически нереальной, а потому денег на неё выделяли мало и хотели вообще прикрыть. Но мы загорелись — это ведь именно то, что нужно! Надо лишь убедить Президента, что у этого проекта есть огромный дополнительный плюс — потенциальный взлёт американской экономики. Вот пример из недавнего прошлого: космическая программа дала резкий толчок новым технологиям, особенно электронике, компьютерам, материалам. То же обязательно произойдёт и с SDI — одним камнем да двух птиц: поднять американскую экономику на новый уровень и развалить советскую систему их собственными руками! Деньги будут потрачены не зря, а с огромной выгодой. Даже если космические лазеры работать не будут — не от кого будет защищаться.

Кто-то из компьютерщиков спросил:

— Позвольте, а почему тот же самый проект поднимет американскую, но развалит советскую экономику? Как это может быть?

Тут мы, перебивая друг друга, объяснили, что причина в деловом климате: в свободной стране, любая военная разработка выливается в открытые коммерческие приложения, которые делают деньги, а растущие доходы улучшают экономику. В СССР, однако, всё закрыто и засекречено, никакого предпринимательства, никаких бизнесов, никаких доходов — одни траты, а потому их экономика сможет только катиться под гору, но никак не вверх.

Один из компьютерщиков вернулся из соседней комнаты и сказал

— Модель говорит: должно сработать. Если, конечно, собезьянничают…

Время шло к вечеру, все устали, но мы были возбуждены результатом — ах если бы Президент на это пошёл! Мы своё дело сделали и теперь пора было по домам. Обратно меня отправили тем же вечером рейсовым самолётом.

* * *

Ральф позвонил через две недели:

— Нам надо поговорить. Я приеду.

Когда мы встретились в гостинице, где он остановился, он сказал:

— Есть две новости. Хорошая и плохая. Хорошая – мне поручили тебе сказать: «Президент совет принял». Ты должен сам понять смысл. Ещё тебе передали благодарность. Поздравляю. Теперь о плохом. Ты кому-нибудь говорил о поездке в Вашингтон?

— Да как можно, я что, не понимаю? Абсолютно никому! А что такое?

— Беда в том, что в Кремле знают все подробности. Все детали. Какая-то жуткая утечка. Ты будешь смеяться, но у них на совещании Ельцин лично тебя материл последними словами, как своего земляка.

— Господи, да как это может быть!? А вам-то откуда известно о чём они в Кремле говорят?

— У нас есть свои возможности. Я не об этом. Но вот, как утекает от нас, понятия не имею. Никто не знает. Наши люди пытаются выяснить, — сказал Ральф и уехал.

Больше я с ним никогда не встречался. Он вскоре умер, как мне позже сказал один из его коллег.

Теперь мы знаем — всё так и получилось. Америка развернула грандиозный проект, впоследствии названный «Звёздные Войны», по аналогии с одноимённым фильмом Джорджа Лукаса. Страна совершила мощный технологический всплеск. Интернет, персональные компьютеры, промышленные и медицинские лазеры, смартфоны — всё оттуда. Политбюро собезьянничало и запустило свой советский вариант звёздных войн. Как и ожидалось, их инстинкт оказался сильнее логики, что привело к полной экономической катастрофе, а через 5 лет СССР прекратил своё существование.

* * *

Прошло десять лет с тех событий. Как-то утром я включил телевизор, чтоб узнать новости. На экране я увидел знакомое лицо — те самые усики ромбиком, торчащие уши — хотя и несколько постаревшее. Диктор объявил, что контрразведка ЦРУ разоблачила «крота», который в течении десяти лет продавал сначала СССР, а потом России совершенно секретную информацию. Звали его Олдрич Эймс (Aldrich Ames). Да, это был тот самый руководитель нашей встречи изобретателей.

Как я позже узнал, на следующий же день после того нашего совещания, 15 апреля 1985 г. он передал в советское посольство в Вашингтоне папку со стенограммой всех наших разговоров и предложений, за что запросил и немедленно получил $50000. Это стало началом его предательской карьеры, которая длилась ровно 10 лет и привела к гибели многих американских агентов, имевших доступ к самым верхам советской власти. После суда Эймс получил пожизненное заключение без права досрочного освобождения и теперь доживает свои дни в тюрьме Алленвуд в Пенсильвании.

Print Friendly, PDF & Email

19 комментариев к «[Дебют] Яков Фрейдин: Совет Президенту»

  1. Посредственное, не умное сочинение, расчитанное на полных дурачков. Автор даже не удосужился проверить в каком году была принята пограмма т.н. звездных войн. К васти пришел Горбачев. а доложили Ельцину!!?? Когда был завербован Эймс!?

  2. Добрый День! Очень интересно, легко читается. Замечательно! Один вопрос: Если Эймс на второй день передал ВСЮ информацию об этом секретном совещании и наверняка предупредил, для чего его созвали, почему же руководители страны «клюнули на это» ? С уважением Вайнер Светлана, Германия

    1. От автора: Светлана, замечательный вопрос — я и сам его себе задавал. Но ответ оказался прост — да какая разница, узнали они про это совещание или нет? Предательство Эймса ничего не изменило. Главное, что американцы развернули программу по настоящему, без блефа, вложили миллиарды, программа пошла и ввиду этого Кремль устоять не мог — ввязался. Вот если бы это был блеф, тогда да. Но блефа не было.

  3. Если убрать украшения, то в общем ничего сверхъестественного в эпизоде нет. У меня самого был похожий после приезда в Израиль. Правда, самолет не присылали, просто оплатили бензин из Реховота в Иерусалим и обратно. А усики ромбом и оттопыренные уши руководителя — все же для украшения, не правда ли?

  4. Спасибо всем, кто сказал лестные слова о моём рассказе – они греют моё сердце.
    Хочу прокомментировать некоторые замечания.
    Как точно подметил Владимир Янкелевич, это художественная реконструкция реальных событий. Тем не менее, тут ничего не выдумано, за исключением мелких деталей, чтоб веселей читалось. В отношении «нестыковочек» моя совесть чиста. В своих писаниях я стараюсь быть внимателен к деталям. Вот некоторые объяснения:
    1. $60 долларов в день в 1977 году для бедного эмигранта были огромные деньги. В нынешнем эквиваленте, это примерно $240. Не густо, но всё же не мелочь. Кстати, платили только в Европе, в Америке я всё делал бесплатно.
    2. Полёт до Вашингтона — 40 минут из Коннектикута, где я тогда жил (не из Бостона). А президентская эмблема на Сессне — действительно лихо. Но я так понимал, что президент на маленьких самолётах никогда не летал и они там простаивали без дела. Может потому и прислали, чтоб не ржавел. В 7 утра эмблема внимания не привлекла в пустом маленьком аэропортике, принимавшим всего 5-6 самолётов в день. И никакой помпы не было: даже воды в самолёте не дали.
    3. Про грузинского преподавателя из Колумбии я потом слыхал от других людей.
    4. Разумеется Толстовский Фонд эмигрантов в роскоши не содержал. Нам просто дико повезло найти дешёвую, но прекрасную квартиру в самом центре.
    5. Как нам объяснили, совещание из-за высокой секретности проводили в “safe house” (конспиративной квартире), замаскированной под обычное страховое агентство.
    6. Ну и разумеется, никаких звёздных войн мы не придумывали. Просто посоветовали уделить им больше внимания и широко профинансировать. Не исключено, что правительство и без нас это решило. Мы, скорее всего, просто подтвердили их выбор.
    Яков Фрейдин (Jacob Fraden)

    1. $60 долларов в день в 1977 году для бедного эмигранта были огромные деньги. В нынешнем эквиваленте, то примерно $240. Не густо, но всё же не мелочь. Кстати, платили только в Европе.
      ==
      Если дело происходит не в США, а на пути, в Европе, пока сидите на чемоданах — да, вы совершенно правы.

  5. В повествовании есть одна деталь, которую мне и правда хотелось бы прояснить: главный герой встречается с сотрудником ЦРУ:
    ==
    Сказал, что его зовут Стив, не знаю вправду ли.

    — Ты панымаэш, — объяснил он, — я заканчывал Калумбыйский уныверсытэт. Там у нас русскый язык прэподавал грузын — вот я от нэво и набрался.
    ==
    С одной стороны, встречался я с двумя выпускниками центра военных переводчиков в Монтерее. Один говорил по-русски не хуже меня, второй — с легким таким, как бы прибалтийским акцентом. Не думаю, что в ЦРУ стандарты ниже, чем в армии.

    С другой стороны, есть прецедент: Абба Эбан прекрасно знал фарси, но говорил на нем с сильным русским акцентом. Его профессор в Кембридже был русским, который знал все-все-все о классической литературе Ирана, но фонетике внимания не уделял, и его студенты и впрямь поймали русский акцент своего преподавателя.

    И вот не знаю — верить мне в грузина из Колумбийского унверситета, или нет ? 🙂

  6. Вот я и говорю: история занятная, интересная и увлекательная и автор достойный и симпатичный. И воспринялась мною как хохма изначально и в таком случае критике и разбору деталей не подлежит. Мне только в ряду высших политических деятелей не хватает Войцеха Ярузельского с «Солидарностью» или Папы Римского с Ватиканом, например.
    М.Ф.

  7. Жизнь Якова Фрейдина действительно насыщена событиями невероятными. Хотите убедиться? Очень рекоммендую его замечательную но почти не замеченную американским читателем книгу “Adventures of an inventor” http://fraden.com/books.html . Ведь еще будучи пацаном Яша умудрился заснять на кинопленку первый допрос летчика Фрэнциса Пауэрса сбитого недалеко от Свердловска. Допрос проходил в Свердловском доме офицеров, в киностудии которого юный оператор Яша проводил все свободное время… Или скажем встреча юного киношника с тогда еще совсем молодым Фиделем… Сам бывший Свердловчанин, я готов свидетельствовать что оба упомянутых события ( включая и эпизод с «бомбой» так напугавшей Фиделя [читайте книгу]) реальны. Яша — не Веллер и не Саша Непомнящий. Хотя воображения Якову не занимать, его правда увлекательней чем иная фантазии. А если добавть к этому уникальный опыт Др. Фрейдина в электронике и мире высоких технологий* , бизнесе и живописи**, и его писательский дар, то начинает вырисовываться образ столь же загадочный и малоправдоподбный, как и описывыяемые им события. Так что не стесняйтесь- делитесь сомнениями и подозрениями. Уверен, что Яша вам обстоятельно ответит.
    *по другой его книге , Handbook of Modern Sensors, обучают науке о сенсорах в ведущих американских вузах, a изобретенный им “Thermoscan” является одним из самых популярных медицинских приборов
    ** http://www.fraden.com/gallery.html

  8. Действительно, читается занятно. ЗАМЕЧАТЕЛЬНОЕ СЛОВОСОЧЕТАНИЕ- «бред сивой кобылы», столь часто здесь употребляемое, относится в основном к текстам других авторов, а не автора словосочетания, бессмысленно употребляемого где надо и не надо. Правда же состоит в том, что действительно систем приёма новых иммигрантов людей начинала «просеивать» ещё в Риме. Причём занималась и малым: опросом недавно демобилизованных молодых ребят. Ко мне обращался за советом один родитель, знакомый по временной нашей гостинице в Риме, когда мы уже переехали в Ладисполи. Я, хотя в армии никогда не служил, дал ему логически, как оказалось, правильный совет — при собеседовании его сына с «ребятами» из разных контор — то есть чтобы и не портить отношений, но и не давать никаких обязательств, пока не приедут все на место в Америку. Они ехвли в Хьюстон. Потом оказалось, что я дал им правильный совет и всё прошло благополучно — и собеседование и получение виз. Так что не всё «басня» и сказка. Но ещё раз — читается очень хорошо и талантливо написано, за исключением мелочей, отмеченных знатоком — БМТ. СПАСИБО НОВОМУ АВТОРУ!

  9. Вот этот отрывок (см.ниже) показался мне очень точным описанием и для настоящего времени:

    «… это группа боязливых интриганов. Сами ничего толком не могут, рисковать опасаются, но подражать другим странам обожают. Как и Хрущёв, мечтают Америку догнать и перегнать, не понимая, что это невозможно. Невероятно амбициозны, завистливы, мстительны и негибки в решениях. Их главная цель — держаться за власть любыми способами …».

    Сейчас, правда, в отсутствии Политбюро нет никакого тормоза на «генсека».

  10. Мелкие нестыковочки:

    1. Стив сказал, что ЦРУ хочет меня нанять консультантом с оплатой 60 долларов в день.

    Ну, это примерно 7 с квотером в час, да ? 300 долларов в неделю, 15 тысяч в год ? Ох, и недорого же ЦРУ покупало себе кадры, даже по ценам начала 80-х.

    2. Там стоял небольшой двухмоторный самолёт Сессна с круглой президентской эмблемой на борту. Я был единственным пассажиром. Пилот завинтил дверь, ушёл в кабину к своему напарнику и мы сразу взлетели. Полёт до Вашингтона короткий, минут 40, и мы вскоре сели в Национальном аэропорту, …

    Летели, по идее, из Бостона ? За 40 минут, Сессной, в Вашингтон ? 🙂

  11. Написано легко, весело и складно, и действительно неважно, правда это или художество.
    Пара мелких замечаний не умаляет достоинств рассказа:
    — «фонд поселил нас в Вене в чудной квартире недалеко от Ринга…» — через Вену ехало большинство. Неужели всех селили в самом центре в чудных квартирах?
    — «…небольшой двухмоторный самолёт Сессна с круглой президентской эмблемой на борту» — само появление в местном муниципальном аэропорту самолета из президентского авиаотряда моментально привлекло бы прессу. Какой смысл старательно шифроваться под незаметное «Страховое Агентство», а штатского парня везти туда с такой помпой? Истребителей сопровождения там случайно не было?

  12. С интересом прочитал рассказ. Было ли то, что в нем написано, или это некая реконструкция событий автором, примерно, как в задаче «черный ящик», на мой взгляд, совсем не важно. Это рассказ, а не документ. Мне рассказ понравился, написано живо, интересно, хорошим языком. А было это или нет на самом деле мне абсолютно безразлично, главное, что так могло быть, и в этом смысле он правдив.
    Автора поздравляю с удачным дебютом.

  13. Поскольку это дебют, то всегда есть смысл сперва познакомиться с автором, и хорошо бы еще до прочтения материала. И тогда мы увидим, что автор, помимо своей очень насыщенной профессиональной деятельности, имеет и некоторые хобби: например, в совсем молодые годы был капитаном Свердловской команды КВН.

    А еще он занимался живописью — его СЮРРЕАЛИСТИЧЕСКИЕ картины выставлялись в Сан Диего.

    После этого вы поймете, что нужна сказочная, просто первобытная наивность для того, чтобы принять рассказанную им историю как 100% правду.

  14. «Сказка — ложь, да в ней намёк — добрым молодцам урок»: вот как надо писать талантливую фантастику, а не так, как здесь пару месяцев назад было написано про Де Голля и компанию. Но вообще у нас появился новый жанр: как бы история с подлинными именами и даже с якобы участием автора, но — либо бред сивой кобылы, либо талантливая и забавная басня, как эта. Только ко дню рождения автора в 1985, SDI уже два года как была в полном ходу, а её научным инициатором был Эдвард Теллер, а не наш весьма уважаемый автор или кто-то из его компании. Милейший г-н Тартаковский принял всё за чистую монету, но «откровенного» нет в этой давно известной истории и интерпретации, что SDI была с самого начала своего рода мистификацией.

    Г-н Тартаковский, конечно упустил важнейшие фразы:

    И воздействовать так эффективно, чтоб политика СССР изменилась к лучшему, стала не агрессивной и даже дружественной.
    ……………………………….
    Только имейте в виду — никаких военных, подрывных, и вообще незаконных способов не предлагать и даже не обсуждать.

    Он-то, конечно, думает, что, вот, поймал Америку на подрывной аморальной политике.

    1. > … замечательный текст. Думаю, имею право его распространить?

      Зависит от смысла, вкладываемого в слово «распространить». Если под этим понимается рассылка по почте друзьям и знакомым, постановка в личном блоге, на форуме ссылки на публикацию (с вашими комментариями и цитатами, это само собой), то, разумеется, имеете полное право и более того — сделаете благое дело, популяризируя творчество понравившегося вам автора. Если речь идёт о так называемом “перепосте”, т.е. полном копировании текста публикации в свой блог, на дискуссионный форум или в письмо почтовой рассылки, то хм… это, к сожалению, очень распространённая в Сети, но порочная практика. Почему порочная? Потому что сама идея Интернета (всемирной паутины) в том, чтобы заменить копирование текста его “адресом” — ссылкой, клик на которую откроет в вашем браузере окошко с оригинальным текстом. Дело не только и не столько в экономии дисковой памяти, расходуемой для хранения ненужных копий, — об этом у пользователя голова не болит. Дело в том, что профессионально свёрстанная публикация в журнале, это не просто голый текст. Это (как минимум) ещё и фотография автора и ссылка на его авторский каталог, где можно прочитать другие его произведения, это, возможно, дополняющие текст иллюстрации, это приятное читательскому глазу шрифтовое оформление, рубрикация и ссылки на другие статьи схожей тематики и это, разумеется, комментарии/отзывы читателей. Это много, много чего полезного, занимательного и создающего удобства для читателя и… теряемого при простом копировании (перепосте). Не говоря уж о таком прискорбном явлении, что при перепосте частенько теряется даже фамилия автора и название, создаются предпосылки для споров о приоритете и авторстве, а уж ссылку на первоначальную публикацию при перепосте ставят крайне, крайне редко. Итак, как результат: не добавляя ничего нового и полезного, перепост (копирование текста) лишает журнал, где напечатано произведение, своих читателей, лишает читателей удовольствия читать качественно, профессионально свёрстанный текст с иллюстрациями, дополнительными ссылками и проч., лишает автора возможности общения с аудиторией (здесь он может отвечать на отзывы, но уж рыскать по неизвестно каким блогам и форумам точно не будет). Вот так-то. Надеюсь, я убедил вас, что распространение ссылок — благо, копирование текстов — если не явное зло, то занятие весьма сомнительное.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *