Бенцион Флейшман: Проносится Жизни Кортеж (избранные стихототворения 1940 – 2003 годы)

 133 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Бенцион Флейшман

Проносится Жизни Кортеж

(избранные стихототворения 1940 – 2003 годы)

Рахиле
Это еще не пройдена грань!
Это тишь – не гроза…
Ночь без сна, предрассветная рань.
Всюду твои глаза.

Видно покой невозможен теперь
И обязательна жуть.
Боком вчера вошедшая в дверь
Вечно вошла в мою грудь.

С запада рвется в огне горизонт.
В сердце звонок застыл…
Ты говорила, что едешь на фронт.
Я отправился в тыл.
22 июня 1941 г.

Памяти незабвенного Сережи Дрейзина
(погиб на фронте)

Яма, холмик, крови сгустки
Да тела недвижные…
Путь им дан короткий, узкий,
Смертию излыженный.

Глаз усталая звериность
Чернью оторочена…
Кротость их, любовь, невинность
Чиста… непорочна…
1942

***

В лучах багрового заката
Мир, вспыхнув – вдруг во тьму поплыл
Но ночи мощная токатто
Его поддерживало пыл
И что-то вечно, кропотливо
Цедило влагу бытия
Из беспорядка вод прилива,
Между которых ты и я.
…………………..
О кто поймет наш смысл, ненужность,
Слепую перед смертью стать,
Готовность в эту мрак и вьюжность
Раз вспыхнув – вечно отблистать.
1954

***

Лие
В полумраке жизни быстротечной
В чреде унылых, тусклых лет
Явится ль к тебе Природы Вечной
Отзвук грома и порыв и свет?

Явится ли вспышкой озаренья
Или в грозном облике Лалит
Или в тлевшем долго вдохновенье,
Что внезапно пламенем горит?

Не закажешь этого заранье
И заветных не ищи примет
Может ты уже и близок к этой грани,
За которой гром, порыв и свет.

И свершится… вспыхнет озаренье
В грозном лике огненной Лалит
И от искр ее немое тленье
Вдохновеньем пламенным горит.
Август, 1955

***

Проносится жизни кортеж

Проснулся я утром сегодня
И мир в содроганье поплыл
Как в той поре первородной,
Которую я позабыл.

А что будет завтра? Не знаю…,
Но вечера я не боюсь…
Вдруг звон мимолетный трамвая
Навеял и радость и грусть…

Я вспомнил тех, кто до встречи
Со мной был таинственно свеж…
Их лики тают, как свечи
Проносится жизни кортеж.
1969

***

Пережили годами и временем
Александра Сергеича Пушкина
Нам другие напевы навеяны
И другие наделы отпущены
Но кому, как не нам верить
Весь наш путь усеян ловушками
И по ком нам себя проверить,
Если не по страдальцу Пушкину?
Кто за честь выходил под пули,
Кто любил так странно неистово,
Кто один стоял в карауле
Посреди тупорылого пиршества,
Где толпа в холуйских передниках,
Да звенят шутов погремушки
И стоит один, без наследников,
Александр Сергеевич Пушкин.
1975

***

Это с жизнью рандеву
Прочь тревоги и сомненья
Я по Брайтону иду
Это чудное мгновенье
Это с жизнью рандеву
Я еще не маразматик
Вижу все как наяву
Вот направо – там Крещатик
Это с жизнью рандеву
Не один я тут … со мною
Мой седой погибший “дид”
И спокойною стопою
Он идет как тот хасид*
Мне другой не нужно доли
Вдруг, как свет – отец из тьмы
Вижу как идет на волю
Из Лукьяновской тюрьмы**
Что вы там, какие стрессы?
Горы фруктов, жуткий спрос…
“Вы наверно из Одессы?”
“Правда?” — Правда! То ж Привоз”
“Как вода? – Покушай Бора!”
Мама с сыном. Закусон…
Я опять на Черном море.
За углом ведь – Ланжерон.
Не мерещится по пьянке
Голос предков “вус” и “вос”
Я уже на Молдаванке
Что решили наш вопрос?
Все спокойно. Сыты, бриты.
Обалденный едет кар.
Ну и шо? Антисемиты?
Это вам за Бабий Яр.

*) Мой дед Ерухим Хусид погиб от немцев на Украине в 1941 году
**) Мой отец Шимон Флейшман в 1919 г. был посажен в Киеве в Лукьяновскую тюрьму деникинцами за сотрудничество с большевиками и был освобожден, когда Красная Армия вошла в Киев.

***

Я бегу по Москве, как затравленный волк
Обходя волчьи ямы, засады, капканы.
Неужели не  в толк мне, не в толк мне, не в толк
Что не время залечь и зализывать раны
Неужели не в толк, что отсюда бежать
Надо мне без оглядки покуда бежится
И потом уж рыдать и во сне вспоминать
Дорогие до гроба любимые лица.
Но молю вознеся мя над прахом земли
Погрузившись в покой Своего Океана
Всеблагой, Всемогущий не исцели
Те живые, во трепете вечные раны.

— Вась? По России взгрустнулось? — Ты что, Вань? Что я  — яврей?
Анекдот

Весна!! Над Москвою
Малиновый звон.
А мне, как ни скрою
Всё снится Гудзон
Кровавое лето
И вот уж заклан
На родине предков
Мой Авел – братан*
Зима,на пригорке
Поник, как живой
Наш Бахирев Борька**
С пробитой главой.
И я очень быстро
Едва не зачах
Не Божья ли искра
Спасла, горяча…

Пол века минули
Туманны как сон
Воочью вспорхнули
Мосты и Гудзон
Слоняюсь в Нью-Йорке
На сытых харчах
А Авел и Борька
Все снятся в ночах.

*) Двоюродный брат -расстрелян немцами в 1941 году
**) Мой одноклассник. Погиб на фронте в 1941 году

***

Вдохновленный сумрачным полетом,
Навсегда прощался с Землей
Я увидел как мерцает что-то,
Разливая радость и покой,
И мой дух, теперь уже не зримый,
Вновь вернулся к Вам недавних дней
И мерцанья пламень негасимый
Разгорелся заревом огней

Псалом

Дай знак мне Всевышний,
Что раб твой, я боле
Не буду брести
Не услышан тобою…
Дай знак мне Всевышний,
Что в бедах и горе
Твой перст…
И мученьем обласкан Тобою…
Дай знак мне Всевышний
Что скованный волей,
Отринутый миром
Не брошен Тобою.
Дай знак мне Всевышний,
Что в сладостной боли
Уж близишь ты встречу
Меж мной и Тобою.
2002

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *