Дмитрий Гаранин: Ископаемые стихи

 392 total views (from 2022/01/01),  2 views today

Ископаемые стихи

Дмитрий Гаранин

ПРЕДИСЛОВИЕ

Эти стихи вполне можно назвать ископаемыми, потому что им почти 40 лет и они свидетельствуют о давно ушедшей эпохе развитого застоя в одной отдельно взятой и больше не существующей стране, конкретно в её столице. Это залежавшиеся, своевременно не реализованные в печати продукты теснимого догмами ума, выхлопы уязвлённого чувства свободы. Конечно, об опубликовании этих опусов или даже об их неофициальном распространении тогда не могло быть и речи. В конце 70-х, в особенности перед Олимпиадой-80, власти ужесточили преследования инакомыслящих. Об этом пишет Сергей Гандлевский в своих автобиографических записках «Бездумное былое». Я не был в курсе деталей, но прекрасно понимал, что любого человека можно сломать, как спичку. Если даже не посадить в тюрьму, то лишить профессии. А я тогда был начинающий физик, существо довольно уязвимое. Так что ни к каким литературным контактам я не стремился и писал в ящик, из которого всё это и было извлечено. Может быть, поэтический срок употребления этих текстов давно прошёл. Или же им, как цветаевским «драгоценным винам», настал черёд. Об этом судить читателю. Во всяком случае, их можно рассматривать как артефакты тех далёких времён наконец уставшего героизма. Для этой подборки выбраны стихи, написанные до 80 года. Они, а также стихи 80-х годов, входят в мою книгу «Обратный отсчёт» (Arcus NY, 2013).

СТИХИ

МИМО ТРИБУН II

Прозрачны волны транспарантов.
Ликует океан голов,
Который делят, словно дамбы,
Шеренги каменных жлобов.

Где раньше реял буревестник,
Крылом срезая гребни волн,
Стоит грядущего ровесник,
О чём-то дум великих полн.

И в свете флагов пламенея,
Разделена на рукава,
Течёт по рифам мавзолея,
Для всех загадочна, толпа.

16 сентября 1978

* * *

Осыпается осень. Надвигается холод.
Замерзает последний жёлтый лист на белом снегу.
Мы сидим по квартирам — как-то зябко на воле,
Если не дали крыльев и путёвки на юг.

Где-то там уплывают ананасы в шампанском,
Превращается в точку самолёт-ресторан,
А у нас, как всегда, пыль последних известий,
Да сырые газеты и холодный экран.

Голубые картины на сером экране
Всё куда-то зовут, всё куда-то манят —
Выйдешь, вот и пивная. Затеряешься в пьяни —
Всё исчезло. Лишь зубы о кружку стучат.

19-20 сентября 1978

* * *

Раскололся обглоданный череп заката.
Трёхпроцентного займа рубашка тепла и богата.
Дарит степь уходящим лучом.
Заготовлен гарнир — сапоги с беляшом.

Тарахтит за стеною крутильный станок.
И картофельный гол менеэсы забили давно.
Бортовая машина пришла!
Парусинный волнится ковёр.
Покатилось за ухо дурного руля колесо.

Где мой старый товарищ, мой ватник?
Ах, ладно, не жаль!
По накатанным склонам уходим всё выше и вдаль —
На вершину, где жизнь — это лишь облака,
И земля безопасна и далека.

4 октября 1978

* * *

Эти люди — кристально хорошие,
Что на серых холмах вещества
По тропинкам, веками проложенным,
Пробегают, не срезав угла.

Сеют рожь. Пожинают пшеницу.
Набивают картошкой мешки.
Месят грязь и родную землицу
Удобряют из толстой кишки.

Вечерами глядят в телевизор
С головою худой, как сапог.
В телевизоре призраки сизые
Пятилетку выполнят в срок.

Бьют жену. И детей, чтоб учились,
Постигали премудрость наук.
Капитаном колхозной шири —
Председателем — станешь не вдруг.

А по праздникам — в клуб деревенский.
Хорошо там гармошка поёт!
Под огромным портретом ленинским
Молодой парнишка блюёт.

А потом за оврагами, кочками
Очень плохо лежать в борозде.
И уходит в прорехи мешочные
Вам природой отпущенный день.

Проспались — и опять за работу.
Починять трактора и пахать.
Ну а бабы — коровам помогут
Молоко из дерьма выжимать.

Эти люди — кристально хорошие,
Что на серых холмах вещества
По тропинкам, веками проложенным,
Пробегают, не срезав угла.

29 октября 1978

* * *

Разлетелась, разбилась бутыль синевы,
И в себя не придёт, и теряется взгляд —
От небес до порога зелёной травы
Голубые ручьи протянулись, звенят,

Наполняя дыханьем оживший простор,
И, сливаясь и ширясь, полнеба зажгли,
И трещит, полыхая, гигантский костёр,
И последняя туча истлела вдали.

16 декабря 1978

ПРОСТОЙ (ГИМН)

Кирпич на кирпиче
И спереди кирпич
А в порах кирпичей
Лежит снежок
Сухой, игольчатый и непонятно тёплый
На тёмно-красном фоне кирпичей

Кирпич на кирпиче
Всё шире панорама
Всё выше башни кирпичей
На снежном поле под лучами солнца
Скрипит снежок под грузом кирпичей
И источает запах лыжной мази
Квадратны кирпичи!
Давным-давно гончар
Случайно перепутал
Квадрат и круг, и получил кирпич
Да здравствует чудак!
Всё больше кирпичей. Горячие ещё
Они идут сюда с кирпичного завода
Треща калёными боками на морозе и спеша
Занять свои места в театре кирпичей
Люблю я кирпичи! Морозною зимою
Приятно о кирпич погреть глаза и руки
Гораздо лучше, если много кирпичей
Кирпич на кирпиче
Уж солнце на закате
Алеет снег в камине кирпичей
Всухую сложены — шершавость их скрепляет
Так повелось давно
Кирпич на кирпиче

1978

ВИДЕНИЕ В ПУТИ

Из края в край глухого края
Мы молча движемся впотьмах,
Ища потерянного рая —
Нас по земле ведёт кривая
Через отбросы, грязь и холод;
И серпоносый рогомолот
Встречает, грузный, на путях.

Толпе товарищей бездомной
Он, осердясь, сказал: “Пустяк
В стране воистину огромной,
Задавшись целью жизни скромной,
Преодолеть душевный голод;
А путь ваш мною не прополот
И потеряется в степях,

Куда целинников не ждали;
Где город будет, саду цвесть,
Где молотили и пахали,
Но вы увидите едва ли,
Поскольку с песнею и с жаром
Единым снайперским ударом
Я выбью глупостную взвесь..”

— Прочь, прочь, корявый монстр, не трогай
Моих возлюбленных друзей!
Тебя погоним мы взашей
Железной рельсовой дорогой
На метромост, где поезда
Тебя отправят в никуда
Навстречу бурному порогу..

1978

ПО ТЕЧЕНИЮ

Лопоухая жизнь, несмышлёная, словно щенок,
Что на сером асфальте ищет дорогу меж ног,
То виляет хвостом, то бессильно разводит рукой,
То играет и скачет на сжатых полях мостовой
Светлой ночью, когда не мешает никто,
Запахнувшись, как пугало, в щедрую серость пальто,
Колесить и катиться околицей важных работ,
Где посеяно много, и, кажется, что-то взойдет —
Да и впрямь — всходит солнце, вскрывая консервную жесть,
И на улице вновь, как и прежде, народу не счесть —
По колено в оранжевом холоде и с головою во сне —
И летят, просыпаясь, гудки от стены к стене.

Это осень. Простуженно дверцы скрипят.
Нас автобус куда-то увозит, ребят,
На подъём, через мост с панорамой на тему «Прости»,
Через вечную мудрость и страсть кольцевого пути,
И сиреневая вереница огней,
Не погашенных с ночи, прервалась, и пусто за ней,
И открылся простор, и спокойно вникая в поля,
Каждый чувствует — всё, что вокруг расстилается — это земля,
И рождаются мысли, и гаснут, и утренний сон
Наплывает на нас во вращенье колёс и времён,
Словно дальше дорога идёт напрямик через лес
И взлетает, и падает в гущу небес,
Словно в суп, голубой и подвижный, дырявой кастрюли-Земли,
И, почти невесомы, как боги на землю сошли,
Мы приехали, и — вылезайте, друзья! —
Это зона картошки и свёклы простая стезя,
Будем жить припеваючи, воздухом лёгким дышать,
И мешки день за днем наполнять и в машину кидать.

1 января, 23 марта 1979

* * *

Всему назначен срок. Конец пути указан.
Последний глупый ход — и падает флажок.
Осколков не собрать хрустальной светлой вазы:
Их волны превратят в обкатанный песок.

И в веренице дней, и в смене поколений
Так мало каждому приходится сказать —
Ещё не вылез в жизнь из колыбельной лени —
Примеривают в рост холодную кровать.

Скрипят лопаты, и живёт планета
Литаврами дождя и водосточных рек,
И дятел на суку опешил в море света,
И через лужи прёт двуногий человек.

2 марта 1979

ОПТИМИСТИЧЕСКОЕ

Всё было кончено. Развалины
Ещё дымились на морозе,
И клубы пыли оседали
В лучах рассвета бледно-розовых.

И открывалась панорама
В нелепом хаосе и крене —
Вчерашний день на куче хлама
Домов, упавших на колени.

И отрывая взгляд усталый
От камней бывшего жилища,
Мы думали, как нужно мало,
Чтоб обрести свободу нищих.

И в свете солнца деловитом
Мы распрямлялись и теплели,
И мир вокруг стоял открытый
Для новых встреч и новоселий.

Он простирался в бесконечность,
Как будто радуясь вопросам
О близком будущем, и вечность
В запасе дней гляделась просто.

И смолк застенчиво приёмник,
На ремешке болтаясь зябко —
В слепящий снег полей огромных
Шли люди, нахлобучив шапки.

2 марта, 18 сентября 1979

* * *

Мародёры стучатся, и дверцы раскрыл гардероб —
Гостеприимных крюков нафталиновый короб и гроб.
Стрекозиные крылья вешалок
— гербарий нездешних высот,
И лиловый пиджак аплодирует, косоворот.

Во главе с сержантом 10 Гаврилюков
Расшалились, распрыгалися до потери портков,
И трещит за ушами, и смачно чавкает грязь,
И на битую карту другая ложится не в масть.

Лучик света блеснул, обломившись, словно сосулька,
И в глубоком снегу канул.
Понесло жёлтые листья, и вот — фрукты.
Потом — весна.
Человек в очках следит, как синус меняет знак.

18 марта 1979

* * *

Подавившийся красным, гадостным мясом,
Он лежал, широко раскидав мослы,
И толпились вокруг, а потом пошли восвояси,
Люди в светлых одеждах, красивы и веселы.

По пластмассовым улицам бархатно-синего цвета,
Ощущая всем телом парящую лёгкость пути,
Они прыгали в воздух,
искусственным солнцем согретый,
И электроцветы продолжали сиять и цвести.

А вокруг возвышалися пористо-жёлтые стены,
Трансформируя в музыку всякий донесшийся шум —
Будь то крики людей или рёв отдалённой сирены,
Под сиреневым небом смущающий душу и ум.

20 марта 1979

* * *

Повсюду признаки расцвета.
Поднялись новые строенья,
И чистых улиц и проспектов
Звенит и множится движенье.

И даже церкви подновили
И золотыми куполами
На синеве, лишённой пыли,
Они горят, как божий пламень.

Идет народ щеголеватый
По моде западной одетый,
И питьевые автоматы
Глотают новые монеты.

Всё гуще зелень на газонах.
Их трогать хочется руками
И на углу дают лимоны
И крепок камень под ногами.

Отлично качество товаров,
И соответственна зарплата.
И пиво тёмное в пивбарах
Вот-вот начнут хлестать ребята.

Олимпиада подступает.
Выходим на орбиту мира.
Душа волнуется и тает,
Как пачка сладкого пломбира.

16-17 мая 1979

УТРО

Освещённый, хрупкий свод
Над колоннами домов
И балконов лепестки
Повернулись на восток

Инверсионный след в высоте
Пересекает звезда, дрожа
Два часа ночи. Один километр
Вверх, где дрожит, исчезая, звезда

Вот и растаяла. На стене
Вспыхнула новых оттенков игра
Геометрический, трепетный свет
Вычерпал тьму с городского дна

Скоро посыплется в окна
Первых лучей урожай
И золотая монета
В железобетонные щёлки
В золотые копилки
К каждому тихо скользнёт

После ушедшей ночи окна стоят в пыли
Словно глаза слепых
Сейчас совершит
Солнце свой затяжной прыжок

1-4 июня 1979

* * *

Приёмный пункт стеклопосуды
Стоял налево во дворе.
И мы по праздникам с друзьями
Немного шли навеселе.

Мы говорили про погоду
И сторублёвые штаны.
Они, как молодым ребятам,
Нам были очень хороши.

Прошедший мимо с автобазы,
Нас переехал грузовик.
Мы думаем, что видно дядя
От нарушений не отвык.

31 октября 1979

СОВЕТСКОЕ ЕВАНГЕЛИЕ

Молодой наставник молодежи
В свете возрастающих задач
Был для протрезвления положен
На коробку ржавых передач.

А потом, свалившись кособоко
У ноги токарного станка,
Он сознал — Ведь новая эпоха
Уважает передовика!

Вкруг него ученики толпились,
И вздыхал смиренно бригадир,
И глаза слезою озарились,
Преломившей в радугу весь мир.

8 декабря 1979

РЕВОЛЮЦИЯ В АФРИКЕ

Мы шли сторицею отдать кровавый долг
Тем, кто доцарствовал до самого конца
И лишь теперь растерянно умолк —
Подлец, предать готовый подлеца.

Мы шли в открытую, спеша спуститься с гор.
В один поток сливались, как ручьи.
Все понимали, что окончен спор.
Со всех застав бежали палачи.

И вот последний из последних дней
Упал на плешь пристрелянных равнин,
И нам открылась цитадель цепей
И скотный двор порабощённых спин.

Дала дорогу сгнившая стена,
Когда вперёд мы бросились, как залп.
Крича от ужаса , не отрезвев от сна,
Кидали улицы нам под ноги асфальт.

И вот толпа заполнила дворец —
Всех от начала гнусностей оплот,
И каждый сам увидел наконец,
Что здесь давно никто уж не живёт.

Мы заселяли старые дома
И собирали в кучи всякий хлам,
И поклялись, как делают всегда,
Искоренить насилье и обман.

1979

Print Friendly, PDF & Email

2 комментария к «Дмитрий Гаранин: Ископаемые стихи»

  1. Очень хорошие стихи. Натуральные, без консервантов и ингредиентов!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *