Михаил Чабан: Перечитывая Бабеля (в оригинале и в переводах). Король. Продолжение

 185 total views (from 2022/01/01),  2 views today

Все пойдет, всякое лыко в строку. Но строка-то одна, а лыка три с половиной. Не углубляясь сильно в глубину английской грамматики, просто отметим, что переводчики использовали разные английские времена для выражения своего мнения о чем хотел сказать Бабель.

Перечитывая Бабеля

7. История Эйхбаума

Михаил Чабан

Продолжение. Начало


Как сделался, … Как сделался…

Вот просто взял и сделался. Вы сами, попробуйте. Бабель построил свое повествование повтором почти одной и той же фразы. Он дважды в двух последовательных предложениях задал один и тот же вопрос: «Как сделался… Как сделался…» Цель — усилить эффект от ответа.

Вот я вас спрашиваю, что надо делать при переводе? Ответ и так ясен. Как в армии — делай как я, то есть, как автор. Вот посмотрите — автор дважды повторил фразу «Как сделался …» в двух последующих предложениях. Так зачем он это сделал, опять спрашивается?! Видимо затем, чтобы подчеркнуть свою мысль, а не для увеличения объема текста. Мысль! А что надо делать при переводе? Тоже ясно нам с вами. Не мудрствуя лукаво, тоже повторить один и тот же вопрос, как это сделал сам автор.

Да, но люди же все-таки хотят помудрствовать. Лукаво. Уважаемый W.Morison и его редактор, тоже уважаемый A.Yarmolinsky, вторую фразу начали с «Become» — «сделался», упустив вопрос. Обе равнозначные фразы стали неравнозначными. Но, что делать — им так захотелось! Бабель хочет одно, а они «хочут» другое.

Два других уважаемых, (P и D) решили сохранить стилистику автора, придав ей преимущество перед своим стилем. Ну, и хорошо, ну и ладно. Правда четвертый уважаемый, D.McDuff, ввел дополнительное слово, чтобы обозначить будущее, хотя по английским временам оно и так уже там. Но он добавил subsequently, что означает: впоследствии, в дальнейшем позднее, позже, после, потом. И получилось для надежности, что Беня потом сделался зятем. А что — это и так было не ясно без его subsequently?

Но он добавил «от себя». Помните, как на одесском базаре «Привозе» взвешивают «с походом» — немного больше продукта добавляют «от себя», за те же деньги, чтобы покупатель был доволен. Хотя, заметим в скобках, но без самих скобок, взвешивают они своей «специальной» гирей. Так что в итоге там то на то и приходится, если не в пользу продавца. Но я все-таки не думаю, что уважаемый, D.McDuff, торговал на Привозе. Но «от себя» он нам добавил. А тогда вопрос — а какая у него гиря?!

Причем, повидимому, чтобы компенсировать это добавление «от себя», уважаемый, D.McDuff, во втором повторе риторического вопроса «Как сделался» упустил слово «son-in-law», что привело к потере первоначального смысла. Посмотрите сами. Вот что у Бабеля:

Как сделался он зятем человека, у которого было шестьдесят дойных коров без одной?

— то есть, Беня «сделался … зятем человека».

А вот что у D.McDuff:

How did he subsequently become a man who had sixty milch cows except for one?

— то есть тот же Беня «become a man» — «стал человеком». Получилось, что Беня Крик сам стал хозяином шестидесяти без одной коров (не считая убиенных), а не зятем хозяина. Бабель бы возмутился. Я тоже.

Сколько будет 60-1?

Сколько было у «мосье» Эйхбаума коров? Когда Беня писал ему вежливое письмо? Цифра известна точно — 59 коров. Но писать цифру буквами «пятьдесят девять» скучно и неинтересно. И Бабель придумал формулу: 60-1. Получилось простенько и со вкусом: «У Эйхбаума было шестьдесят коров без одной». Это как раз по-одесски. И, вообще, мы так часто говорим, например, о времени: десять часов без пяти минут — без пяти десять. И ничего — нормально. Или на вопрос в одесской милиции — сколько тебе лет, пацан, отвечает шестнадцать без одного месяца и двух дней. С другого хода пришлось бы говорить: мне пятнадцать лет, десять месяцев и двадцать девять дней. Что длинно и скучно и не запомнишь. А так ты уже постарше. Или у тебя коров побольше.

Но, конечно, коров надо считать по головам. Которые есть. А не которых нету. У меня есть версия, что у мосье Эйхбаума вполне могло быть совсем другое количество коровьего скота, а Бабель специально придумал такую цифру, чтобы применить эту фразу: шестьдесят без одной. Потому что оригинально. Потому что звучит!

Вот это «без одной» стало кирпичем преткновения у «наших» переводчиков. Каждый применил свой вариант. И в каждом варианте среди разнообразия значений есть и «за исключением» и «кроме», что можно как-то соотнести с простым русским «без». Которому есть тоже простой английский аналог without. Но как же обойтись без красивых литературных выражений. Это же подчеркивает квалификацию переводчика.

Для джентельменов и дамов, желающих улучшить свой инглиш, привожу несколько основных значений этих терминов.

saveспасать, защищать, беречь, экономить, оставлять, приберегать , избавлять, освобождать, за исключением, кроме.

shortнедостающий, короткий, недлинный, низкий, невысокий, краткий, отрывистый, неполный, недостаточный, резко, внезапно, круто, грубо, резко, неожиданно, врасплох, преждевременно, раньше срока.

except forза исключением, кроме.

А дальше: на вкус и цвет — товарищей нет.

Как сказать по английски «дойная корова» в прямом смысле, а не в переносном, имея в виду своих родителей. Можно сказать milkcow — молочная корова, а можно применить термин milch — дойная, что еще больше подойдет. Еще можно сказать просто — cow, мол, корова и все. Но коровы тоже бывают разные, не только молочные, но и на мясо. Это камень в огород D.McDuff: Бабель же сказал «дойные коровы», а не просто «коровы».

Дойные коровы

Сами коровы во множественном числе будут cows или kine, здесь cows=kine. Выбор есть и, естественно, чтобы быть правильно понятыми, все переводчики выбрали разные варианты.

Кто такой мосье и с чем его едят

Насчет разночтений фамилии Эйхбаум мы уже выражались ранее. Теперь займемся «мосье». Беня не был, как мы с вами, высокообразованным человеком. Он никаких одесских институтов и университетов не кончал. Он был сыном простого одесского биндюжника и этим все сказано. Но он был склонен к театральным эффектам или к тому, что он считал театром. Он любил выражаться «красиво» и считал это признаком интеллигентности. Ну, такая помесь бандита с потугами на интеллигента. Кстати, в Одессе таких много. Я сам такой — коктейль из старого одесского хулигана с как бы литератором.

Беня никогда не был во Франции. Ему ОВИР визу не давал. Возможно к большому сожалению французской полиции. И он не знал по французски. Но он где-то слышал, что по францусски «мосье» — это вежливо, это прилично. И, вымогая у Эйхбаума деньги, почему бы не сделать это вежливо. Это было в его стиле. С одной стороны шантаж, а с другой вежливое обращение. Оказывается, что по Бабелю одно другому не мешает. И еще вспомните, что тогда еще не было моды на паяльники в задний проход и утюги на брюхо.

Обычные бандиты — это грубые и невоспитанные люди. Но Беня был другим. Вежливым бандитом. Так он считал и такого персонажа он играл в жизни. По Бабелю.

Но, ребята, «мосье» в Одессе это совершенно не то, что monsieur в Париже. Вы «хочете Парижу» — значит вы не «хочете» Одессы. Когда в Одессе вы шли по улицы и вам группа (банда) пацанов кричала: «А, ну-ка иди сюда, ты, мосье», то это «мосье» или даже «мосьё» не сулило вам ничего хорошего.

Над вами хотели покуражиться морально или физически. Вы спросите — а за что. Ответ простой — а просто так. И никаких причин не надо. А почему же вы «мосьё»? А им так захотелось. Они вас считают мосьём (в Одессе «мосье» склонялся по падежам). Они тоже, как и Беня, кое-что знали и знали, что «мосье» — это плохо, зто презрительно. Какой там monsieur или даже монсеньер. И близко не лежало. А так все хорошо. Перевод правильный.

Здесь сильно отличился переводчик-редактор, товарищ A.Yarmolinsky, который для обозначения «мосья» зачем-то применил термин mosoo, по поводу которого даже все интернет словари хором недоуменно пожимают плечами. А что тогда говорить о нас, грешных!

Прошу вас

Я вас прошу, я вас просто умоляю. Бени было свойственно вежливое отношение к людям. Когда это возможно. И правда, зачем грубить понапрасну, когда можно вежливо, но настойчиво добиться своей цели. А грубость и сила никуда не денуться. Они стоят прямо в затылок за этой вежливостью. И их хорошо видно из-за этой совсем прозрачной вежливости. Когда надо — они выходят вперед. И используются. Но, вначале — вежливость королей.

Форм вежливого обращения могут быть много. И теми, которые были использованы переводчиками, они не исчерпываются. А использовали они от самой простой (D): I ask, до самой сложно-сочиненной (P): I would be grateful. И тут опять встает вопрос. А что бы сказал сам Бабель на это сложное сочинительство. Но этого уже никто не узнает. Можно только судить насколько каждое повествование соответствует духу произведения.

Да, но у каждого же свой дух тоже. Вот и смотрите, что вам, лично ближе к Бабелю. А я со своей стороны посмотрю на все это «безобразие».

Двадцать тысяч

Беня очень вежливо и корректно попросил у «мосье» Эйхбаума всего навсего двадцать тысяч рублей. А, кстати, интересно, сколько это получится, если на наши деньги? И сколько это стоило тогда? Много это или мало? Покопаемся в литературе. Это было до революции, в начале века, в Одессе, но в Российской империи. Одесса была ее частью, как ни странно. И деньги тогда были старо-давне царские.

В начале прошлого 19-го века, до 1917 года, то есть около 100 лет тому назад, у России были вот такие деньги:

А теперь посмотрим почем были деньги в России в начале ХХ века, что сколько стоило в те времена и какие у людей были зарплаты. Источник: «Цены и жалования в Царской России в начале XX века», Дмитрий Пядышев, http://www.talers.ru/. Все данные взяты оттуда.

Сначала зарплаты:

Средняя зарплата в Российской Империи у работников фабрик и заводов и служащих младших чинов в 1913 году составляла 24 рубля в месяц.

Прислуга, от 3 до 5 рублей женская и от 5 до 10 рублей мужская, плюс жилье, питание и одежду, обычно с «барского плеча».

Рабочие провинциальных заводов, деревенских мануфактур, чернорабочие, грузчики получали от 8 до 15 рублей в месяц.

В армии и полиции:

Штабс-капитан — от 93 до 123 рублей, капитан — от 135 до 145 рублей

Подполковник от 185 до 200 рублей в месяц.

То есть «наш» пристав — новая метла получал зарплату где-то капитана -подполковника — 90-200 рублей.

А теперь цены:

Батон ржаного свежего хлеба весом в 400 грамм — 4 копейки,

Картофель свежий урожай 1 килограмм — 15 копеек,

Молоко свежее 1 литр — 14 копеек,

Масло сливочное 1 килограмм — 1 рубль 20 копеек,

Масло подсолнечное 1 литр — 40 копеек,

Курица парная 1 килограмм — 80 копеек,

Яйцо отборное десяток— 25 копеек,

Мясо говядина лопатка 1 килограмм — 45 копеек,

Мясо свинина шейка 1 килограмм — 30 копеек,

Рыба свежая окунь речной 1 килограмм — 28 копеек,

Наесться «до отвала» в дешевых трактирах можно было всего за 10 копеек. А «отобедать» в приличном трактире стоило уже 30-50 копеек. В среднем в приличном ресторане обед стоил 1,5 — 2 рубля; он включал первое, второе, салат, пара стопок водки, десерт, но без изысков.

Стоимость обычной съёмной квартиры для семьи со средним доходом была примерно 15 рублей в месяц.

И, наконец, стоимость животных:

Лошадь для повозки -100 рублей,

Лошадь ломовая, рабочая — 70 рублей,

Хорошая дойная корова — от 60 рублей.

А теперь немного посчитаем. У мосье Эйхбаума было 59 (60-1) коров. Даже если определить их стоимость в 100 рублей каждая, то весь его скот стоил не более 5900 (6000-100) рублей. Возможно у Эйхбаума еще были какие-то сопутствующие производства: молочный заводик, что-то мясоперерабатывающее, ну и еще что-то. Но вряд ли всем объемом собственности Эйхбаума мы выйдем на 20000 рублей. А Беня потребовал с него именно 20000 рублей. И наличными. Откуда у Эйхбаума могут быть такие деньги, если весь его бизнес не стоит столько? Вопрос, на который у меня нет ответа.

Дело в том, что Беня поступал разумно — на то он и Король. Он очень точно оценивал сколько с кого можно взять, не разоряя человепка и не вредя его бизнесу. Он хотел получить «свое» и продолжать получать потом. И долго потом. Это был налог, бандитский налог за «крышу», за дальнейшую защиту и покровительство. Об этом он даже выдавал «бумагу с печатью». И попробуй какой-нибудь другой бандит обидеть его подопечного — «крышуемого». То есть, все как сейчас в России, кроме того, что тогда такого термина «крыша» еще не изобрели. Это их упущение.

Так вот, сумма 20000 рублей вызывает сомнение. Все-таки и повидимому, Эйхбаум не мог заплатить такую сумму. Даже в 10 раз меньшая сумма 2000 рублей была для него очень трудно подъемной.

Что в Одессе «не слыхано»

В Одессе всю дорогу происходит что-то неординарное и удивительное. Но это с одной стороны. А с другой — одессита трудно чем-нибудь удивить. Даже искренне удивленный, он не подаст виду и будет удивляться внутри. А снаружи — мол видали мы почище. А потом в ответ идет: вот, к примеру, у меня был случай… И дальше пойдут обычные одесские басни и мансы. Или другой вариант — будут высказывать «искреннее» удивление обычным тривиальным вещам, для «понта».

Но здесь у медали есть еще и третья сторона. Одесситы любят «поделиться» новостями, пообсуждать события и высказать свои размышления. И очень удобно начать свое изложения, например, с такой фразы: «Нет, это же неслыхано!» И вы сразу же как бы привлекаете внимание слушателя. «Как бы» потому, что в Одессе люди, хотя и увлекающиеся, но битые и их на мякине не проведешь. Знают они это «не слыхано».

Кроме того, в Одессе часто для поощрения рассказчика строили сильно заинтересованные лица (рожи) и постоянно восклицали: «Нет, это же не слыхано!» И все были довольны. И рассказчик, которого слушали, как ему казалось с интересом, и слушатели, которым на него было вообще-то наплевать.

Бабель, устами Бени, хотел сильно напугать Эйхбаума. Но Эйхбаум не шибко-то испугался и три письма Бени просто проигнорировал. Однако, не в этом дело. Вот что такое «не слыхано»? Ну не было такого никогда и вот первый раз случилось. Они тогда еще не знали такой фразы: «Никогда такого не было и вот снова опять». Но по смыслу ее смысл уже понимали. И Беня имел в виду плохой смысл. Страшный смысл. Но, тем не менее, Эйхбаум не испугался. Он тоже был с Одессы и знал кое-что за жизнь и ее условности.

Но как по английски будет «не слыхано». А очень просто: unheard of или подлиней: never before been heard или с прямым отрицанием: is not heard of.

Все пойдет, всякое лыко в строку. Но строка-то одна, а лыка три с половиной. И все разной синтаксической конструкции. Не углубляясь сильно в глубину английской грамматики, просто отметим, что переводчики использовали разные английские времена для выражения своего мнения о чем хотел сказать Бабель.

Ну, а зачем такой широкий разброс мнений. Бабель сказал просто: «это не слыхано». Он же не сказал: «никогда перед этим было слыхано» или «не было слыхано». Так чего же тогда мутить воду?! И зачем было при переводе применять безличную форму you will be the talk (W, A и P), когда есть подлежащее — «Одесса» и есть сказуемое «будет говорить». Вот вам и простое предложение: Odessa will talk. Товарищ (D) так и сделал.

Бабель подчеркнул «вся Одесса» и все переводчики дружно повторили of all Odessa. Все, кроме одного (W), который «всю Одессу» проигнорировал, решив, что достаточно будет просто Одессы — of Odessa. А как же Бабель?!

Продолжение
Print Friendly, PDF & Email

5 комментариев к «Михаил Чабан: Перечитывая Бабеля (в оригинале и в переводах). Король. Продолжение»

  1. 01.08.2016
    Уважаемый Григорий
    По поводу «Идиш в Одессе». Я уже и забыл за эту свару. Вообще, скажу вам, критика, даже грубая и несправедливая, как ни странно, полезна автору. Если его за это еще вконец не убили. Она заставляет задуматься. Разозлиться и задуматься. О себе, своем творчестве, своем месте. О людях. О смысле своего творчества. Для кого мы пишем?
    Для кого я пишу? По-моему я пишу для самого себя. Просто мне интересно это делать. Я пишу на разные темы: исторические, политические, аналитические, критические, семейные. Мне интересно самому знать – что я могу. Поэтому я пишу для себя. Конечно, мне интересно, иметь читателей, их отзывы, мнения, для этого я и посылаю свои работы в газеты и журналы, на интернет порталы. Но главное для меня — это мое мнение.
    Когда я писал «Идиш в Одессе», у меня было много консультантов среди моих друзей и знакомых из Одессы и других городов и поселков. Я показывал им мои работы и терпеливо выслушивал их справедливую и доброжелательную критику. А основой моих рассказов была моя жизнь, мои восприятия идиша в быту в моем детстве.
    На идише в Одессе разговаривала вся моя семья, наши знакомые и соседи. Это был тогда повсеместный язык общения и не только евреев. На нем разговаривали на Привозе, в трамваях, на улице. И я писал о чем помнил. Но идиш был устным языком. А какое может быть произношение у евреев вам рассказывать не надо. Кроме того, мои друзья из украинских еврейских местечек вообще не всегда понимали «одесский» идиш.
    Поэтому везде и всегда и по многу раз я писал, что вся ответственность за интепретацию слов и выражений иврита лежит на мне, что я высказываю свое личное мнение и ничье более. Что я пишу о том, что сам, лично, слышал в Одессе. А кто слышал иначе – то пишите как вы считаете нужным. Но люди не слышали, они слушают только себя. Да и люди бывают разные.
    Вы не поверите, но однажды редакция здешнего журнала прислала мне письмо — отзыв на мою статью из … сумасшедшего дома. Там конечно не стоял адрес, но его легко вычислили по почтовому индексу. Да и текст там был соответствующий, даже с анализом черт моего лица. Ну и, конечно, с ругательствами и оскорблениями. Я показал это письмо моей жене и она посоветовала не отвечать, мол, не срывай им там лечебные процедуры.
    Но оказалось, что это был для меня полезный опыт. Про моих критиков «Идиш в Одессе», по их терминологии и ражу я тоже подумал – не те ли это ребята, что и раньше. Тем более, что там были откровенные грубости и оскорбления. Кстати, многих из этих критиков я потом больше у Берковича не встречал. Хотя и позабыл их фамилии, а открывать снова это каку как-то недосуг.

    1. Уважаемый Михаил, наша переписка идет под статьей и она вполне уместна именно здесь, поскольку помогает понять суть одесского колорита, блестяще переложенного Бабелем на бумагу. И показывает невозможность перевода с сохранением этого самого колорита.
      Конечно! Это те самые ребята, что и были раньше. «Аицин паровоз» (разг.) как раз и подтверждает, что живы еще к счастью те еще люди. «Подумаешь, какое дело» — и все. Чего тут еще объяснять? Но нет. С нашими людьми не все так просто. Они тут же скажут, что паровоз ни при чем, а дело все в топке, где горячо, потому что в топке по другому не бывает. И вот только, точно зная идиш, теперь можно говорить. А вам оказалось — нельзя, что они с жаром и докажут.
      С детства вы конечно помните, как на улице объясняли не жителю Одессы как найти адрес. Вы могли долго и подробно показывать, и этот прохожий уже почти все понял, но тут вмешивался настоящий знаток Одессы:
      — Как вы объясняете???!!! Кто так объясняет? Только настоящий шлимазл может так закрутить человеку всю голову! У него ж одни амаки с вашего гармидера…
      Далее, прочно завладев прохожим:
      — Слушайте сюда! Вы видите то красивое здание с колоннами? Нет, Вы хорошо посмотрите и запомните! Запомните хорошо, потому что Вам туда не надо! Вам надо совсем в другую сторону!
      Ну, и так далее…
      Это можно перевести, но зачем? Интонации не переводятся, а голый текст читателю на другом континенте что даст? Только подозрение, что в Одессе были одни сумасшедшие. Он, таки, будет немножко прав, но специфику все равно никогда не поймет. Ту, старо-одесскую, которой уже, возможно, и не осталось, и которую русскоговорящие не все понимают.
      А евреи остались! И по-прежнему все всё знают.

  2. 29.07.2016
    Уважаемый Григорий
    Меня уже не остановить – я сам не могу остановиться. Ни в коем случае и ни за какие деньги, наши или ненаши. Так что не надо так переживпть. А то я аж тоже вспотел хором с Вами. Тем более, что у нас 34 в тени и под вентилятором, но без мазгана. Я продолжаю и продолжаю. И конца не видно.
    Скажу Вам, лично, но по большому секрету. Это только 7-я часть из 26-и, на которые разбит мой анализ рассказа Бабеля «Король», чтобы подойти по формату к литературным требованиям Берковича. Так что все еще впереди и самая лучшая песня не спета. Не говоря уже за девушек.
    С другой стороны, не беспокойтесь — я Вам еще успею сильно надоесть. И это опять не говоря о готовом аналогичном материале по рассказу «Как это делалось в Одессе» того же самого Бабеля. Там-таки вполне готовый для публикации материал, разбитый специально для Берковича на 32-е части.
    Теперь Вы сами можете посчитать сколько нам еще совместно жить и переживать за Бабеля и за Беню.
    И это, третий раз не говоря, что у меня готов еще другой разный литературный материал. Но Беркович употребляет меня маленькими порциями: одна чайная ложка в две недели. Ему видней. Мне нравятся его журналы, авторы и читатели и я не хочу итти налево. Вот видите, я Вам пожаловался и мине стало легче.
    А насчет цимеса, то я больше люблю форшмак. Правда когда сделаю его сам, лично. Если мой семейный врач узнает, что я кушаю цимес, она меня просто убьет. Голыми руками. Как в кино. Вы знаете … не хотелось бы. Тут же столько творческих планов.
    С уважением
    М.Чабан

    1. Уважаемый Михаил, ТА Одесса и ТОТ ее язык, а также товарищ Бабель, который так положил на бумагу, — тема без всякого дна. На наши юные годы хватит с запасом.
      Вы родились, а я в Одессе мимоходом. Поэтому перед вами как урядник перед Беней, но колорит этот доходит мне до печени, я его чувствую. Будем переживать за Короля и не мешать нашим врачам делать свое мнение.
      Нашел в Заметках целую бурю по поводу «Идиш в Одессе». Не очень понял тот шухер, понял что вас не полюбили. Как будто вы посягнули на некий канон — точную и утвержденную инструкцию, как надо говорить в Одессе. Как будто на разных улицах не говорили по-разному. Были всем известные стандарты, и люди их повторяли, не очень заботясь об их происхождении. Но очарование обязано творчеству по ходу разговора, в Одессе легко и походя придумывали невероятные конструкции предложений, парадоксальные сравнения и использование слов не по назначению. Смысл при этом сохранялся и собеседники понимали друг друга, что смешно, сочно и опять же парадоксально.

  3. Уважаемый, я аж вспотел с Вашей лекции. Это ж какой труд Вы мне сделали!
    Во-первых, смачные гастроли маэстро Бабеля, можно сказать в натуре.
    Во-вторых, удивиться за этих чудаков, которые мало думают за перевод.
    В-третьих, уже немножко поучиться инглишу.
    И, наконец, получить большой кусок удовольствия с Вашего юмора.
    Такой цимес, мосье Михаил, в доброй цене и даже с гаком. Я Вас умоляю, не закрывайте занавес!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *