Евгения Кравчик: Операция “Йонатан” — схватка не на равных

 248 total views (from 2022/01/01),  1 views today

…много лет подряд единственным “документальным” источником информации об операции в Энтеббе оставались показания офицера подразделения Спецназа номер 682, которые, мягко говоря, не отражают факты. Более того: в архивных материалах указано, что после операции были опрошены “бойцы”, а не один-единственный офицер.

Операция “Йонатан” — схватка не на равных

Евгения Кравчик

Эксклюзивное интервью доктора Идо Нетаниягу
Снимки из семейного архива Идо и Дафны Нетаниягу

Невообразимо, но факт: даже в таком универсальном источнике, как Wikipedia, данные об операции по освобождению заложников в аэропорту «Энтеббе» во многом не соответствуют действительности. Что уж говорить о публикациях ивритской прессы… Каждая газета, каждое интернет-издание и сегодня продолжает по-своему подавать и трактовать уникальную операцию, в ходе которой террористы, захватившие 27 июня 1976 года пассажирский самолет французской национальной авиакомпании Air France, были ликвидированы, а более сотни заложников (израильтяне, евреи-иностранцы и члены экипажа «Боинга») — освобождены.

«Война за пальму первенства все еще продолжается» — статью под таким заголовком опубликовал 5 июля в газете “Едиот ахронот” известный журналист доктор Ронен Бергман.

Автор, пользующийся в Израиле и за рубежом репутацией видного эксперта по делам армейской разведки и спецслужб, цитирует Амира Офера, бывшего бойца Спецназа Генштаба («Сайерет Маткаль»), одного из участников операции «Йонатан», проведенной ровно 40 лет назад в аэропорту Энтеббе (Уганда).

Описывая атмосферу, царившую в грузовом самолете «Геркулес», в котором бойцы Спецназа возвращались по завершении операции из Уганды в Израиль, Амир Офер отмечает:

«Еще один вопрос, который встал в самолете в процессе спонтанного расследования (хода операции — ред.) и обсуждался на очень высоких тонах: по какой причине во время штурма Муки (Бецер — ред.) остановился, ведь из-за этого над Амноном, надо мной (и, конечно, над заложниками) нависла чудовищная опасность. Ему задали вопрос, почему он остановился, и он ответил: “Что-то заело в моем Калашникове”. Его ответ показался очень странным… После того как наш самолет совершил посадку в Израиле и на протяжении последующих лет объяснения Муки изменились и теперь уже звучали так: “У меня был пустой магазин”. Но никакой мишени, которая оправдывала бы опустошение магазина, не было. Неясно, как столь опытный офицер, как Муки, не додумался оставить в магазине достаточно пуль для критической стадии — штурма. Короче, объяснения той заминки, которые дал Муки, нас не убедили»…

Воспоминания Амира Офера, первым ворвавшегося в здание аэропорта, вошли в книгу «Операция «Йонатан» — от первого лица». Она увидела свет пару недель назад — почти через 40 лет после беспрецедентной по сложности и степени риска операции по освобождению заложников на территории чужого (и крайне недружественного по отношению к Израилю) африканского государства.

Книга, в которой собраны воспоминания-показания 33-х бойцов Спецназа, участвовавших в операции, поставила точку в «кровопролитной» (цитирую Ронена Бергмана) войне за пальму первенства.

На самом деле то была сюрреалистическая война за право войти в историю Израиля национальным героем. Оставшийся в живых офицер Спецназа вел нескончаемую ожесточенную битву с единственным товарищем по оружию, погибшим в аэропорту Энтеббе ночью 4 июля 1976 года, — с подполковником Йонатаном (Йони) Нетаниягу, благословенна его память.

Битва за правду (а таковой являются факты, факты и одни только факты) была неравной. Муки Бецер — заместитель Йони Нетаниягу, «калашников» которого якобы заело в решающий момент во время штурма здания аэропорта, тесно сотрудничал с падкой на сенсации израильской прессой. Опровергнуть его версии (сколь впечатляющими они бы ни казались) было некому — Йони, которому в марте этого года могло бы исполниться 70 лет, погиб и навсегда остался 30-летним. Как пишет Ронен Бергман, журналисты, стремящиеся навредить младшему брату подполковника — главе правительства Биньямину Нетаниягу, усиленно раздували конфликт, тиражируя каждое новое откровение Муки Бецера.

В неравном поединке, растянувшемся почти на 40 лет, семью Нетаниягу представлял младший брат Йони — врач, писатель и драматург Идо Нетаниягу, также служивший в Спецназе Генштаба. Ронен Бергман отмечает, что доктор Идо Нетаниягу посвятил скрупулезному независимому расследованию подготовки и хода операции в Энтеббе значительную часть своей жизни. На самом деле — полжизни, 30 лет.

На прошлой неделе на закрытой для прессы мемориальной церемонии книга «Операция «Йонатан» — от первого лица» была роздана ее участникам — бойцам Спецназа и военным летчикам, пилотировавшим «Геркулесы». После прочтения книги, состоящей из скрупулезно задокументированных бойцами воспоминаний, стало ясно, что конфликт исчерпан: рассказ подавляющего большинства участников операции «Йонатан» полностью совпадает с результатами частного расследования, которое провел Идо Нетаниягу, констатирует Ронен Бергман.

В чем заключаются результаты этого расследования и почему Идо Нетаниягу (на снимке) пришлось в одиночку заниматься тем, чем обычно занимается армейское командование?

Чтобы получить ответ на этот и другие вопросы, я взяла интервью у доктора Идо Нетаниягу, младшего брата Йони.

Энтеббе: факты, факты и одни только факты

— В книге «Операция “Йонатан” — от первого лица» собраны воспоминания 33-х бойцов Спецназа Генштаба («Сайерет Маткаль»), участвовавших в операции по освобождению заложников в Уганде. Вы служили в Спецназе, в том числе и под командованием своего старшего брата — Йони Нетаниягу, благословенна его память, а после его гибели полжизни посвятили расследованию обстоятельств и деталей операции «Йонатан». Что подвигло вас на это?

— Не знаю, полжизни или нет, — никогда не вел никаких подсчетов, но времени исследованию было уделено немало. С моей точки зрения, необходимость провести такое исследование возникла из-за того, что часть информации об операции, которая периодически публиковалась в прессе, не соответствовала действительности. Это касается как Йони, так и бойцов, которыми он командовал. Мне было ясно, что СМИ тиражируют недостоверную информацию. Это и заставило меня спустя 9 лет после операции приступить к собственному исследованию.

— Как вы его вели — по какой методике?

— Посредством опроса бойцов — участников операции. Сделать это было несложно: как и мои старшие братья, я тоже служил в Спецназе, но в момент операции был студентом, изучал за границей медицину. Когда я закончил учебу и вернулся в Израиль, очень быстро понял: СМИ искажают факты. Следовательно, все этапы операции, начиная с подготовки и кончая штурмом здания аэропорта, нужно восстановить и документировать.

Идо Нетаниягу первым подробно опросил бойцов, участвовавших в операции в Энтеббе.

— Не знаю, по каким причинам, но ЦАХАЛ не занимался расследованием операции, как это делается обычно в случае гибели военнослужащего или нескольких солдат, — говорит Идо Нетаниягу.

— Этот факт, кстати, констатировал в другой статье, опубликованной в газете «Едиот ахронот» пару недель назад, и доктор Ронен Бергман.

— Верно, от фактов не уйдешь. За исключением одного-единственного офицера, передавшего армейскому командованию информацию, которая не соответствует действительности, представители ЦАХАЛа больше ни разу не обращались ни к кому из участников операции и не просили дать показания. В результате отчет, который лег со временем на полки армейского архива и поныне является единственным официальным документом, отражающим ход операции, основан на свидетельстве одного офицера Спецназа, который был опрошен.

Результат оказался катастрофическим: много лет подряд единственным «документальным» источником информации об операции в Энтеббе оставались показания офицера подразделения Спецназа номер 682, которые, мягко говоря, не отражают факты. Более того: в архивных материалах указано, что после операции были опрошены «бойцы 682-го подразделения», а не один-единственный офицер.

— Недостоверный «первоисточник» и побудил меня заняться независимым частным расследованием, — говорит Идо Нетаниягу.

— Вы приступили к расследованию тридцать лет назад — неслыханная дерзость, по тем временам.

— К счастью, мне было несложно это сделать: к солдатам и офицерам Спецназа я обращался вовсе не как брат Йони, а как товарищ по оружию, служивший в том же подразделении. Я был прекрасно знаком с каждым из них: с некоторыми участниками операции я проходил срочную службу, у других был инструктором. Естественно, все они изъявили готовность изложить в беседе со мной абсолютно все известные им факты.

Сын профессора-историка Бенциона Нетаниягу (светлая память), Идо с детских лет усвоил: история — наука точная. Главная и единственная задача исследователя — добыть факты.

На сбор фактов, а затем на их изложение (документальная проза) потребовалось пять лет, но Идо не отступил, не сошел с марафонской дистанции. Спустя 15 лет после операции «Энтеббе» увидела свет его книга «Последний бой Йони». Она переведена и на русский язык.

Продолжение
Print Friendly, PDF & Email

10 комментариев к «Евгения Кравчик: Операция “Йонатан” — схватка не на равных»

  1. Сильвия
    8 Июль 2016 at 18:40

    А теперь и вопрос по ходу, если Вы разбираетесь в теме: если уже 15 лет назад вышла книга «Последний бой…», то о чем и зачем вторая и последняя? Чего было недостаточно в первой?

    Ответа не вижу, но мне кажется, что я нашла свой (пока без доказательств): если отчет по операции был закрыт в архиве 39 лет, то вполне вероятно, что и на участников операции были наложены ограничения по публичному оглашению тех или иных известных им данных (на те же 39 лет).

  2. Все-таки тщательнЕЕ надо бы в столь «чувствительном» материале.
    0) Начну с элементарного: год назад был открыт (после 39 лет) архив операции «Энтеббе»
    http://www.archives.mod.gov.il/pages/exhibitions/yonatan/yonatan.pdf
    По тому времени — ноябрь 1977 — не все имена и номера воен.подразделений открыты.

    1) «Оставшийся в живых офицер Спецназа вел нескончаемую ожесточенную битву с единственным товарищем по оружию, погибшим в аэропорту Энтеббе»
    Это уже что-то из мистики. Если и идет битва, то между самими живыми (!) участниками событий и семьей Натанияху. («Спецсназа» какого? Почему с большой буквы — спецназов много хороших и разных)

    2) «Как пишет Ронен Бергман, журналисты, стремящиеся навредить младшему брату подполковника — главе правительства Биньямину Нетаниягу, усиленно раздували конфликт, тиражируя каждое новое откровение Муки Бецера.»
    Р.Бергман пишет только о журналистах, которые хотели «задеть» премьер-министра Беньямина Натанияху, без грубого (!) выпада об «откровениях Муки Бецера» (зримое отличие проф. журналиста).

    3) Идо Натанияху: «…отчет, который лег со временем на полки армейского архива и поныне является единственным официальным документом, отражающим ход операции, основан на свидетельстве одного офицера Спецназа, который был опрошен.»
    Около 100 страниц отчета — история приказов, планов, имена и номера десятков людей и подразделений, имена рядовых участников, самих заложников, разбивка времени подготовки и реализации операции по дням, часам и минутам — все это выдано «одним офицером»? Откуда такой гений выпал? И как он успел прокрутиться по всем местам подготовки в самом Израиле, нескольких местах боев на аэродроме в Энтеббе, по 4-м самолетам, что летели туда и обратно…
    и т.д. и т.п.? Увольте, это уже что-то несуразное. Может Идо говорил о совсем другом?

    4) Вопрос: почему Идо нужно было 30 (!) лет для сбора (т.е. опроса участников) материалов, когда некоторые из участников уже годы как отошли в мир иной? Может потому, что только в в прошлом 2015 году открылся архив?

    5) Ронен Бергман: «בהיעדר תיעוד של הפשיטה ותחקיר מסודר, אין אפשרות להוכיח ברמה משפטית מה באמת קרה
    В отсутствие документации и упорядоченного анализа операции нет возможности на юридическом уровне доказать, что произошло на самом деле»

    מתברר שגרסתם של רוב מוחלט של חיילי וקציני הסיירת חופפת באופן כמעט מלא (זולת שינויים שוליים) את מה שנתפס כגרסת משפחת נתניהו. יוני (לצד בצר וקצינים נוספים), לפי העדויות, הוא שתיכנן את המבצע; יוני צדק כשפתח באש על החיילים האוגנדים, ולא ברור כלל אם אלמנט ההפתעה אבד; לא ברור מהיכן בדיוק יוני נורה; ומגדל הפיקוח היה עשוי בטון מזוין כך שלא ניתן היה לנטרל אותו ממילא. וכאמור, הוויכוח המר בין בצר לשאר הלוחמים בשאלת העצירה בכניסה לטרמינל.
    «Выясняется, что версии большинства солдат и офицеров спецназа повторяют друг друга почти полностью (кроме второстепенных деталей) то, что принято как версия семьи Натаниху. Йони (включая других офицеров) по свидетельствам планировал операцию; Йони сделал правильно, когда открыл огонь против угандийских солдат (Сильвия: тех солдат, на которые, еще не подъехав к терминалу, наткнулась подгруппа Муки Бецера, к которой присоединился командир группы Йони), и нет (Сильвия: !) уверенности, что элемент неожиданности был нарушен; непонятно, откуда был подстрелен Йони; и диспетчерская вышка была из железобетона, так что нельзя было нейтрализовать ее в любом случае. И, как сказано, горький спор между Бецером и и частью воинов в вопросе остановки на входе в терминал».

    Никогда не думала, что буду спорить с уважаемым мною Р.Бергманом. И все-таки…
    Руководители группы планирования операции: Эхуд Барак, Дан Шомрон (будущие начальники Генштаба) и генерал Шай Тамари. Члены группы в отчете не указаны. Шомрон руководил и операцией на месте.
    Еще пара технических данным, чтобы не пояснять далее.
    Были два терминала: старый (в нем и находились заложники и террористы), и этот терминал атаковала группа Йони Натанияху, которая была разделена на 4 подгруппы, первой атакающей командовал Муки Бецер. Успех его атаки и давал сигнал остальным группам и подгруппам на территории аэродрома.
    Было 4 группы захвата: Натанияху, Матан Вильнаи, Мофаз, и Ури (?).
    Стояли две диспетчерские вышки, с обеих, позже-раньше, стреляли. Обе вышки были нейтрализованы, естественно не обстрелом «железобетона», а по верху, по стрелявшим. И нейтрализованы не пистолетами и Калашниковыми, а дополнительным более серьезным оружием.
    Перезарядка личного оружия. В отчете упоминается дважды. Первый раз в случае оружия М.Бецера у дверей терминала, когда он остановился, но и следующие за ним на какое-время остановились, не пытаясь ворваться первыми. Второй раз такое произошло в другой группе (кажется в новом терминале), но воины не остановились, а вошли первыми, и за ними через несколько секунд ворвался и командир группы. Никаких споров в данном случае, никаких обвинений…. Любопытно! Воины второй группы ничего не написали о такой задержке, но воины подгруппы Бецера даже выпустили воспоминания, где и «разрабатывается» вопрос перезарядки. (У меня впечатление, что кто-то с кем-то среди воинов сводил счеты, но доказать, конечно, такое трудно.)

    Все мое к тому, чтобы в обещанном продолжении (жду с нетерпением) материала госпожа Кравчик была бы более осторожна и более аналитична в отношении разного рода свидетельств и данных.

    1. Все-таки тщательнЕЕ надо бы в столь «чувствительном» материале.

      Именно. И в свете сказанного рецензентом благого пожелания, мы можем тут же ответить на вопрос, заданный автору:

      Вопрос: почему Идо нужно было 30 (!) лет для сбора (т.е. опроса участников) материалов, когда некоторые из участников уже годы как отошли в мир иной? Может потому, что только в в прошлом 2015 году открылся архив?

      Если бы рецензент соблаговолил дочитать до конца первую вступительную часть публикации (следующие две — в субботу и воскресенье), то можно было бы и не задавать вопрос. Цитирую:

      На сбор фактов, а затем на их изложение (документальная проза) потребовалось пять лет, но Идо не отступил, не сошел с марафонской дистанции. Спустя 15 лет после операции «Энтеббе» увидела свет его книга «Последний бой Йони». Она переведена и на русский язык.

      Так что, не стоит приписывать автору собственные фантазии. Какие 30 лет? Я понимаю вся глубину идеологической “приязни” рецензента к автору, но… зачем же так явно передёргивать?

      1. Выпускающий редактор
        8 Июль 2016 at 17:36
        Вопрос: почему Идо нужно было 30 (!) лет для сбора (т.е. опроса участников) материалов///
        Если бы рецензент соблаговолил дочитать до конца первую вступительную часть публикации (следующие две — в субботу и воскресенье), то можно было бы и не задавать вопрос. Цитирую:
        На сбор фактов, а затем на их изложение (документальная проза) потребовалось пять лет, но Идо не отступил, не сошел с марафонской дистанции. Спустя 15 лет после операции «Энтеббе» увидела свет его книга «Последний бой Йони». Она переведена и на русский язык.

        30 лет (через 9 лет после операции) от начала сбора данных до выпуска последней книги прошло по статье Р.Бергмана, которую уважаемый редактор, видимо, не прочел, но на которую опирается г.Кравчик.
        А теперь и вопрос по ходу, если Вы разбираетесь в теме: если уже 15 лет назад вышла книга «Последний бой…», то о чем и зачем вторая и последняя? Чего было недостаточно в первой?

        Я понимаю вся глубину идеологической “приязни” рецензента к автору, но… зачем же так явно передёргивать?

        Иногда все-таки лучше промолчать, даже когда и все понимаешь. 🙂
        Умоляю, не начинайте склоки (обвиняя потом в ней других) , да еще по теме, что требует серьезности, а не литературных красот и выявления симпатий.
        Если на портале предполагается дамский салон с раздачей комплиментов и подарков, то надо же предупреждать.

    2. Сильвия
      8 Июль 2016 at 15:26
      Было 4 группы захвата: Натанияху, Матан Вильнаи, Мофаз, и Ури (?).
      ————————————————————-
      Страна должна знать своих героев.
      По новой читая отчет МО все расшифровываю и расшифровываю «зашифрованное». 🙂
      Руководителем 3-й группы из пяти (5-я — штаб) в Энтеббе (огневая поддержка и вывод заложников) был Ури Саги, в то время полковник и командир бригады «Голани».

  3. Действительно интересно было бы увидеть все «точки над и» и узнать правду об этой самой блестящей операции нашего спецназа. Но в опубликованном отрывке пока нет ничего определённого. так что надо просто подождать с оценками.

  4. Очень важный и полезный материал, с нетерпением жду продолжения. Спасибо!

    1. Ещё нет никакого материала, только грозное вступление.
      А Вы и Марк уже хвалите. Так нельзя.

      1. Soplemennik
        8 Июль 2016 at 14:34
        Ещё нет никакого материала, только грозное вступление. А Вы и Марк уже хвалите. Так нельзя.
        ————————————————————
        Золотые слова. 🙂

  5. Важная и полезная статья, в значительной степени расставляющая точки над «i».
    Идо Натаниягу — не только блестящий врач — радиолог, но и известный литератор, драматург.
    Спасибо.
    М.Ф.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *