Эммануил Диамант: Снова эхом отзывается в памяти: Бабий Яр… Продолжение

 196 total views (from 2022/01/01),  1 views today

«Потребовалось тридцать пять лет, чтоб, преодолев чье-то упорное сопротивление, появились на месте расстрелянных стариков и старух бронзовые мускулы полуголых борцов и подпольщиков, спокойно и уверенно под дулами пулеметов смотрящих в будущее»…

Снова эхом отзывается в памяти: Бабий Яр…

Эммануил (Амик) Диамант

Продолжение, Начало

Часть 5. Бабий Яр — по-советски, по умолчанию

Митинги сентября 1966 г. были для советской власти полнейшей неожиданностью, но, очевидно, произвели на неё огромное впечатление: 1 октября 1966 г. Первый секретарь Киевского горкома партии Ботвин пишет подробный отчёт о митинге Первому секретарю ЦК Компартии Украины Шелесту, 12 октября специальное заседание Киевского горкома партии собирается для обсуждения этого события.

Между этими датами Шелест отправляет отчёт о митинге в Москву, в ЦК КПСС.

5.1. Сразу же после всех этих действий, у дороги, ведущей через замытый Бабий Яр на Сырец, кто-то тайно и без лишнего шума устанавливает памятный камень:

«Тут будет сооружён памятник советским людям…»

Уже через три недели после митинга, у дороги, ведущей через замытый Бабий Яр на Сырец, кем-то тайно и без лишнего шума был установлен памятный камень, на котором (по-украински) было написано: «Тут будет сооружён памятник советским людям — жертвам злодеяний фашизма во время временной оккупации города Киева в 1941-1943 годах». Евреи, естественно, не упоминаются. Ни в каком виде в надписи они не присутствуют. Две скрещенные линии, предопределённые структурой камня, как бы символически перечеркивают эту надпись, как бы ниспровергают смысл написанного.

5.2.

Установка камня, однако, имела и положительное значение — отныне место памятных церемоний в Бабьем Яру было однозначно определено: у камня! Митинги и собрания всех последующих лет проходили теперь именно здесь.

5.3.

Ещё один аспект памятных церемоний «у камня» появился одновременно с его установкой — власть больше не готова была пускать вещи на самотёк, и отныне все памятные церемонии должны были проходить по её сценарию и режиссуре.

5.4.

Вот образец такого сценария, датированный 1969 годом. Поскольку не все читатели знают украинский язык, позволю себе подстрочный перевод этого документа. А, заодно, и некоторые примечания к его замечательному тексту.

Письмо адресовано Первому секретарю ЦК КПУ П. Шелесту, от Первого секретаря Киевского горкома КПУ О. Ботвина.

«Как стало известно Киевскому горкому КП Украины, некоторая часть националистически настроенных граждан еврейской национальности намерена провести 29 сентября этого года в Бабьем Яру сборище, возле памятного камня выложить из цветов шестиугольную звезду.»

(Как узнали об этом в Горкоме партии? Своей службы розыска и безопасности у неё нет. Значит, подразделения КГБ, с которыми он (горком) тесно сотрудничает, информируют его о предстоящих событиях. Откуда об этом знает КГБ? На то она и КГБ, чтобы всё знать. И ясно, что стукачей среди нас у неё предостаточно).

«В связи с этим, вносится предложение 29 сентября 1969 г в 14 часов провести в Бабьем Яру, по примеру прошлого года, митинг представителей трудящихся Киева, посвящённый памяти советских воинов и граждан, которые погибли от рук фашистов в период временной оккупации города».

(О евреях, конечно, ни слова, ни ползвука — это не горкома партии забота, это забота «некоторой части националистически настроенных граждан еврейской национальности».)

И, тем не менее:

«Предлагается, чтобы митинг открыл секретарь горкома партии, а также выступили 2-3 участника Великой Отечественной войны (еврейской национальности), писатель, секретарь горкома комсомола».

Нет, плохо вы знаете Киевский горком партии — про евреев они тоже хорошо подумали-придумали:

«Шевченковскому райкому КП Украины поручено провести подготовительную работу по проведению контр-пропагандистской деятельности во время митинга».

(Это как раз о нас и против нас — «некоторых националистически настроенных граждан еврейской национальности» — всю эту кашу заваривших ещё в 1966 году.)

И последний штрих — написано всё это 16 сентября 1969 г., почти за две недели до митинга 29 сентября. Заранее, основательно, очень хорошо всё продуманно и подготовлено:

«Контакт с соответствующими административными органами по поводу проведения митинга установлен».

(Кто это? Милиция? КГБ? Кто с кем тут всё согласовывает и обо всём договаривается?)

5.5.

С тех пор, в назначенный срок и в точно заранее определённой форме проводились такие митинги все последующие годы. Детальный отчёт о успешно проведенном митинге 1969 г. (включая арест некоторых «националистически настроенных граждан еврейской национальности») я приведу в следующей главе этой публикации: Часть 6. Бабий Яр — форпост сионизма. Пока же продолжим рассматривать замечательные кадры единения Партии и Народа вокруг безымянной могилы безымянных евреев.

5.6.

Ещё одна замечательная сцена из этого дурацкого спектакля. Трудящиеся Шевченковского района денег на венки не собирали, месткомовские активисты в похоронные бюро за венками не бегали — всё было получено по разнарядке, по списку, под личную ответственность каждого, общественника и активиста.

5.7.

Идеологическая и эмоциональная часть этого народного собрания тоже не была пущена на самотёк. Пока с трибуны у камня доверенные люди клеймили (в соответствии с их интуитивным пониманием вещей и привычными ассоциациями) злобных израильских агрессоров, партийная печать снабжала массы соответствующей духовной и душевной пищей.

5.8.

Чтобы окончательно отбить у публики охоту приближаться к Бабьему Яру, власти задумали, и в июле 1976 года осуществили, установку своего памятника в этом месте: «Советским гражданам и военнопленным солдатам и офицерам Советской Армии, расстрелянным немецкими фашистами в Бабьем Яру». Перед памятником была установлена металлическая плита с надписью по-украински: «Здесь в 1941—1945 годах немецко-фашистскими захватчиками были расстреляны свыше ста тысяч граждан города Киева и военнопленных». О евреях, как принято, ни слова.

Виктор Некрасов по этому поводу писал:

«Потребовалось тридцать пять лет, чтоб, преодолев чье-то упорное сопротивление, появились на месте расстрелянных стариков и старух бронзовые мускулы полуголых борцов и подпольщиков, спокойно и уверенно под дулами пулеметов смотрящих в будущее» («Взгляд и нечто», стр. 46).

5.9.

С установлением памятника 1976 года, памятные церемонии в Бабьем Яру приобрели новый формат. (Подробнее об этом в следующей части этой публикации).

5.10.

Но как только заканчивалась формальная официальная часть церемонии, «из-за бугра» появлялись еврейские активисты, и начиналась еврейская неформальная часть события, в народе именуемая «Бабий Яр этого года». Добром это обычно не кончалось — милиция и правоохранительные органы, натасканные за многие годы противостояния в Бабьем Яру, жестоко и методично расправлялись с любыми попытками еврейской самодеятельности. (Но об этом в следующей части).

Продолжение
Print Friendly, PDF & Email

2 комментария к «Эммануил Диамант: Снова эхом отзывается в памяти: Бабий Яр… Продолжение»

  1. Лев Эльберт. 04.05.2020
    Справа в первом ряду на фото — А.Цацкес, за ним — Саул Раслин, впоследствии оказавшийся, провокатором

  2. У левого отреза — Александра Фельдман, ныне в Израиле, узник Сиона.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *