Эдуард Гетманский: Борис Львович Ванников

 446 total views (from 2022/01/01),  1 views today

По утверждению сына Берия Серго назначение Устинова на пост наркома вооружений состоялось по рекомендации Лаврентия Берия. Бориса Львовича Ванникова обвинили в том, что он участник военного заговора и немецкий шпион. Что с ним было в застенках НКВД, в 1953 году при допросах сказал Берия: «C Ванниковым была мясорубка…»

Борис Львович Ванников

(евреи, ставшие Героями Социалистического Труда в годы Великой Отечественной войны)

Эдуард Гетманский

Прошли десятилетия с тех пор, как отгремели последние залпы Великой Отечественной войны. За это время многое изменилось в нашей жизни. Другим стал мир. Другие люди творят его историю. Но навсегда останется в нашей памяти беспримерный подвиг солдат и тружеников тыла, ценой неимоверных усилий и миллионов жизней одержавших Великую Победу. В цикле статей пойдёт речь о евреях, получивших звание Героя Социалистического Труда, в годы Великой Отечественной войны. За участие в разработке и выпуске новых видов боевой техники за годы Великой Отечественной войны 300 специалистов-евреев были удостоены Сталинской премии, 12 — звания Героя Социалистического труда, 200 — награждены орденом Ленина. Всего же орденами и медалями были награждены 180 тысяч евреев: инженеров, руководителей предприятий и рабочих. В годы войны евреи возглавляли ключевые наркоматы и управления военной промышленности, ковавшие оружие Победы. Это были выдающиеся организаторы производства, все силы, ум и талант которых были направлены на главную цель — обеспечить непрерывное снабжение Красной Армия современной техникой и вооружениями, превосходящими оружие нацистской Германии.

Ванников Борис Львович (1897–1962) — генерал-полковник инженерно-технической службы, трижды Герой Социалистического Труда, дважды лауреат Сталинской премии. Родился 26 августа (7 сентября) 1897 года в поселке нефтяников Биб-Эйлат, в пригороде Баку, в бедной еврейской семье рабочего нефтяных промыслов. В 1913 году после окончания четырехклассного городского училища поступил в техническое училище в городе Баку. Чтобы помочь семье, с 1915 года одновременно с учебой начал работать. Был бурильщиком, подручным слесаря на нефтяных промыслах, токарем на заводе, младшим десятником Земского союза по строительству железных дорог Закавказья. В 1916 году вступил в Партию социалистов-революционеров («эсеров»), но в 1917 году вышел из неё. В 1918-1919 годах служил в РККА. В 1919 году вступил в РКП(б). В 1919-1920 годах находился на подпольной работе в Баку, а затем в Тифлисе. В 1920 году вновь был направлен на работу в Баку, который к тому времени уже был под контролем советской власти, работал сотрудником при старшем инспекторе Наркомата Рабоче-крестьянской инспекции (РКИ) РСФСР. С декабря 1921 года работал в Москве в Народном комиссариате рабоче-крестьянской инспекции — помощником секретаря, старшим инспектором, заместителем управляющего и управляющим. Одновременно учился в Московском высшем техническом училище (МВТУ), которое окончил в 1926 году. С 1927 года по 1930 год Б.Л.Ванников работал на Люберецком заводе сельскохозяйственного машиностроения (Московская область) — инженером, начальником цеха, техническим директором. В 1930-1933 годах он начальник отдела автотранспортного машиностроения — заместитель начальника Главного управления сельскохозяйственного машиностроения ВСНХ СССР.

В 1933-1936 годах Б.Л.Ванников работал директором Тульского оружейного завода. В те годы самым важным делом оружейников стало освоение производства и конструкторская доводка скорострельных авиационных пулеметов «ШКАС». В результате принятых мер их боевые и эксплуатационные качества были значительно улучшены, а живучесть доведена до 15000 выстрелов, отмечал Герой Советского Союза Главный маршал артиллерии Н.Н.Воронов. Эта работа потребовала от оружейников много сил и энергии. Особо следует отметить, говорилось в одном из правительственных постановлений, директора завода Ванникова, «создавшего на Тульском оружейном заводе массовое производство пулеметов ШКАС по поточному способу, первого инженера, преодолевшего старинные традиции ТОЗа в производстве оружия, и автора целого ряда усовершенствований в конструкции авиаустановок». С этого момента вся последующая карьера Ванникова была связана с производством вооружений. В 1936 году он был директором Пермского орудийного завода (бывшего Мотовилихинского). В 1936-1937 годах трудился начальником Главного артиллерийско-танкового, в 1937 году — танкового управления Наркомата оборонной промышленности СССР. С декабря 1937 года он заместитель народного комиссара оборонной промышленности СССР. В январе 1939 года — июне 1941 года — народный комиссар вооружения СССР. Это было сложное и тяжелое время. Внедрение новой техники вооружения не всегда проходило гладко, нередко руководители военных ведомств противились производству новых видов вооружения, и Ванникову приходилось бескомпромиссно отстаивать передовую точку зрения конструкторов и производственников. В широких масштабах строились новые и расширялись действующие артиллерийские заводы. Очень правильным было решение новое строительство вести на востоке страны. Наркому пришлось идти на обострение взаимоотношений с Совнаркомом и Сталиным, защищая свои позиции. Например, он считал, что артиллерийский завод — это комплекс машиностроительного и металлургического производства и поэтому не может быть подчинен двум наркоматам. Он отказался передать строительные организации наркомата вновь создаваемому Наркомату строительства.

Он создал собственную станко-инструментальную базу. Опыт военных лет и необходимость передислокации заводов на восток показал, что в то время и в тех условиях он оказался прав. Маршал Советского Союза («маршал поражений») Г.М.Кулик предлагает снять с производства пушки малых калибров и заменить их большими. По его данным, немцы оснащают свои танки такими орудиями и увеличивают толщину брони. Ванников сомневается, возражает. В кабинете Сталина секретарь ЦК ВКП(б) А.А.Жданов бросает реплику: «Ванников всегда всему сопротивляется, это стиль его работы». Принимается решение немедленно прекратить производство пушек 45 и 75 калибров. Решение было выполнено, но скоро выяснилось, что у немцев таких танков нет, а у нас нужных пушек не оказалось. Потребовались огромные усилия, чтобы восстановить и увеличить их производство. В это время создается широкая сеть заводских и самостоятельных КБ и научных центров для разработки конструкций нового и модернизации выпускаемого оружия — стрелкового и артиллерийского, различных систем и калибров для разных родов войск. Ванников добился в Совнаркоме решения, по которому работникам артиллерийских и оружейных заводов были установлены некоторые социальные, бытовые и финансовые льготы и компенсации. Добился также согласия Сталина на то, что отстранять от должности и подвергать аресту руководителя предприятия можно было только с согласия Совнаркома. В результате этого решения артиллерийские и оружейные заводы пострадали в предвоенные годы от репрессий меньше, чем предприятия других отраслей.

Он часто выезжал на военные заводы, вникал в вопросы организации и технологии производства, добивался резкого повышения производительности труда. Так, на Приволжском артиллерийском заводе, благодаря его предложениям по перестройке системы конвейеров и подвоза деталей, вдвое была повышена производительность и в годы войны выпущено 100000 орудий. Это было время пика сталинских репрессий, и надо было спасать людей. Через Орджоникидзе он отстоял и спас директора Горьковского артиллерийского завода Иллариона Мирзаханова, которого в дальнейшем выдвинул на должность начальника Главного артиллерийского управления своего Наркомата. В своих воспоминаниях Ванников пишет, что от него как наркома настойчиво добивались санкции на арест единственного конструктора минометов Б.И.Шавырина. Нарком решительно отказал, ареста не последовало, и его минометы лучшим образом показали себя в боевых действиях на Халхин-Голе и особенно во время финской войны 1939-1940 годов, убедительно доказав, что минометы являются незаменимым оружием пехоты в современном бою, особенно в условиях закрытой труднопроходимой пересечённой местности. Простота и технологичность конструкций советских миномётов позволили развернуть в короткие сроки их массовое производство и полностью обеспечить потребности фронта в годы Великой Отечественной войны. За две недели до начала войны, 7 июня 1941 года Ванников был арестован. На его место 9 июня 1941 года был назначен тридцатитрехлетний директор ленинградского завода «Большевик» Д.Ф.Устинов (будущий Маршал Советского Союза, член Политбюро ЦК КПСС, кавалер 11 орденов Ленина). По утверждению сына Берия Серго назначение Устинова на пост наркома вооружений состоялось по рекомендации Лаврентия Берия. Бориса Львовича Ванникова обвинили в том, что он участник военного заговора и немецкий шпион. Его нещадно били. Что с ним было в застенках НКВД, в 1953 году при допросах сказал Берия: «C Ванниковым была мясорубка…».

Война требовала от промышленности не меньшего напряжения и героизма, чем от армии. Ходила похожая на истину легенда, что на втором месяце войны, когда обнаружились огромные провалы с поставками снарядов, мин и просто патронов, Сталин поинтересовался у Берии судьбой Ванникова. 17 июля 1941 года в одиночную камеру на Лубянке вошел следователь, и впервые обращаясь к Ванникову по имени-отчеству, сказал: Борис Львович, если бы вдруг началась война с Германией, и немцы на первых порах имели бы большой успех, куда бы мы смогли эвакуировать военные заводы? После небольшой паузы ответил: — Сразу я ответить не смогу, но отлично знаю каждый из военных заводов, и дня за два мог бы написать, как все это сделать. — Прекрасно, — ответил следователь. — Я прошу Вас все написать сюда. Он протянул Ванникову довольно толстую тетрадь в сером переплете и несколько заточенных карандашей. 20 июля 1941 года с тщательно перевязанными ранами, переодетый в новый костюм, прямо из тюрьмы Ванников был доставлен к Сталину. В кабинете находились Молотов и Маленков (по другой версии — Берия). Перед Сталиным лежала записка Ванникова, было видно, что он над ней поработал. Сталин сказал: «Ваша записка — прекрасный документ. Вы во многом были правы. Мы ошиблись… А подлецы вас оклеветали». Потом добавил: «Этот план надо осуществить… Вам, товарищ Ванников. Не теряйте времени, приступайте». Ванников возразил: «Я объявлен врагом народа. Кто будет выполнять мои распоряжения?» Сталин вызвал своего секретаря А.Н.Поскребышева и продиктовал текст следующего удостоверения, которое вручил Ванникову: «Государственный Комитет Обороны. 20 июля 1941 года. №1021. Удостоверение. Государственный Комитет Обороны удостоверяет, что тов. Ванников Борис Львович был временно подвергнут аресту органами НКГБ, как это выяснено теперь, по недоразумению и, что тов. Ванников Б.Л. считается в настоящее время полностью реабилитированным. Тов. Ванников Б.Л. постановлением ЦК ВКП(б) и СНК СССР назначен заместителем наркома вооружения и, по распоряжению Государственного Комитета Обороны должен немедленно приступить к работе в качестве заместителя Наркома Вооружения. Председатель Государственного Комитета Обороны И.Cталин».

Вручая Ванникову это удостоверение, Сталин сказал: «Случаются недоразумения, к сожалению. Я ведь тоже сидел в тюрьме, товарищ Ванников». Ванников ответил: «Вы сидели у врагов, а я у своих». Сталину реплика не понравилась: «Сейчас не время держать обиды, надо работать». Один из ближайших соратников С.П.Королёва, учёный-конструктор, академик Российской Академии наук. Герой Социалистического Труда Б.Е.Черток в своих воспоминаниях рассказывал историю освобождения Б.Л.Ванникова как в высшей степени необыкновенную и очень похожую на легенду. По его словам, когда через месяц войны начались сильные перебои с поставками боеприпасов, Сталин поинтересовался у Берии судьбой Ванникова. Он в это время содержался на Лубянке, срочно привели в приличный вид и доставили к вождю. Сталин предложил Ванникову пост наркома боеприпасов и просил «обиды за случившееся не держать». Есть также утверждение сына Микояна Серго об отце: «он принял участие и в том, что в начале войны Б.Л.Ванникова прямо из тюрьмы доставили в кабинет к Сталину и назначили наркомом вооружений».

Сам Борис Львович Ванников вспоминал: «В первых числах июня 1941 года, за две с половиной недели до начала Великой Отечественной войны, я был отстранен с поста Наркома вооружения СССР и арестован. А спустя менее месяца после нападения гитлеровской Германии на нашу страну мне в тюремную одиночку было передано указание И.В.Сталина письменно изложить свои соображения относительно мер по развитию производства вооружения в условиях начавшихся военных действий. Обстановка на фронте мне была неизвестна. Не имея представления о сложившемся тогда опасном положении, я допускал, что в худшем случае у наших войск могли быть небольшие местные неудачи и что поставленный передо мной вопрос носит чисто профилактический характер. Кроме того, в моем положении можно было лишь строить догадки о том, подтвердило или опровергло начало войны те ранее принятые установки в области производства вооружения, с которыми я не соглашался. Поэтому оставалось исходить из того, что они, возможно, не оказались грубыми ошибками, какими я их считал. Конечно, составленную мною при таких обстоятельствах записку нельзя считать полноценной. Она могла быть значительно лучше, если бы я располагал нужной информацией. Так или иначе, записка, над которой я работал несколько дней, была передана И.В.Сталину. Я увидел ее у него в руках, когда меня привезли к нему прямо из тюрьмы. Многие места оказались подчеркнутыми красным карандашом, и это показало мне, что записка была внимательно прочитана».

Прямо из Кремля Ванников поехал в Наркомат вооружения, вручил наркому Д.Ф.Устинову удостоверение, узнал от него обстановку на фронте и приступил к работе. Затем сразу стал отдавать распоряжения директорам заводов. Одновременно он был специальным представителем Совнаркома по организации эвакуации и размещения на новых местах оборонных предприятий. Как известно, эвакуация военных предприятий на восток была осуществлена весьма успешно. 12 февраля 1942 года Б.Л.Ванников назначается наркомом боеприпасов. В начальный период войны производство боеприпасов было самым слабым местом советской военной промышленности. С началом войны в соответствии с мобилизационным планом производство боеприпасов было резко увеличено. Однако ход войны в 1941 году кардинально изменил положение дел. С августа до ноября 1941 года выбыло из строя 303 предприятия Наркомата, которые давали в месяц — 8,4 млн. корпусов снарядов; 2,7 млн. корпусов мин; 2 млн. корпусов авиабомб; 7,9 млн. взрывателей; 5,1 млн. снарядных гильз; 2,5 млн. ручных гранат; 7800 тонн пороха; 300 тысяч тонн тротила; 16100 тонн аммиачной селитры. До 40% предприятий, производивших боеприпасы и их элементы, были эвакуированы вглубь страны. К концу 1941 года запасы боеприпасов оказались в значительной степени исчерпаны, промышленность поставляла лишь 50-60% необходимой продукции. После взрыва складов, расположенных в треугольнике Ржев-Гжатск-Вязьма, Западный фронт, оборонявший главное — Московское стратегическое направление, в октябре 1941 года получил только 3863 вагона боеприпасов. Наступил так называемый «снарядный голод». В битве под Москвой дефицит снарядов дошел до одного снаряда на орудие, в некоторых дивизиях пушки вообще молчали из-за полного отсутствия снарядов.

Впервые Ставка ввела лимиты на расход боеприпасов, что не только упорядочило их расход, но повысило ответственность командиров и солдат за каждый выстрел. Установленные объемы боекомплектов снарядов (45-мм пушка — 140 на орудие, 76-мм пушка — 120, 122-мм — 80, 152-мм гаубица — 60, 122-мм пушка — 40 выстрелов) не менялись в течение войны. С приходом Ванникова были приняты меры для расширения сырьевых ресурсов и их максимального использования, внедрения новых технологий и совершенствования организации производства. Расширялись и строились новые заводы химической промышленности, поставляющие необходимое сырье: азотную кислоту, толуол, аммиак и другие виды продукции. В исключительно сжатые сроки осваивалось производство новых видов боеприпасов — кумулятивные, подкалиберные, реактивные снаряды (ракеты) для «катюш». Все это позволило увеличивать возможности войск по использованию боеприпасов, авиабомб, мин, фугасов. В период битвы под Москвой Советские войска строго лимитировали расход боеприпасов. Под Сталинградом расход боеприпасов превысил объем израсходованных Россией боеприпасов за Первую мировую войну. В операциях 1943-1945 годов расход боеприпасов соответствовал нормам надежного подавления противника независимо от степени оборудования его позиций, артиллерийское и авиационное наступление не оставляло противнику никаких шансов на удержание позиций, рубежей, укрепленных районов.

В конце 1942 года выпуск боеприпасов вдвое превысил их производство в 1941 году. В 1943 году сравнительно с 1941 годом производство возросло втрое. При этом улучшилось качество, баллистические данные снаряда. Промышленность восполняла все возрастающий объем расхода боеприпасов войсками. В результате с 1943 года действующая армия не испытывала недостатка в снарядах, что способствовало скорейшему достижению Победы. С середины 1943 года производство боеприпасов было переведено на поточный метод. Несомненная заслуга Бориса Львовича Ванникова в том, что он сумел мобилизовать на производство вооружений огромные мощности советской промышленности, перепрофилировать гражданские предприятия на нужды войны. В Москве, например, кондитерская фабрика «Большевик» организовала массовое производство зажигательных ампул для бутылок с горючей смесью. Московские предприятия местной и кооперативной промышленности дали в 1941-1942 годах 3696000 гранат всех видов, 6216000 трассирующих снарядов, 220 тысяч стабилизаторов к реактивным снарядам и минометным выстрелам, 329 тысяч противотанковых мин, 410 тысяч мин в деревянной упаковке. Табачные фабрики («Дукат» и др.) произвели десятки миллионов патронов к стрелковому оружию. Заводы Москвы и Ленинграда в массовом порядке выпускали реактивные снаряды (ракеты) М-8, М-13, М-28. 8 июня 1942 года «за исключительные заслуги перед государством в деле организации производства, освоения новых видов вооружения и умелое руководство заводами» ряду директоров заводов, в том числе бывшему наркому вооружений Ванникову Борису Львовичу Ванникову присвоено звание Героя Социалистического труда. Одновременно ему было присвоено воинское звание генерал-майора. За большие заслуги в организации выпуска все возрастающего количества необходимых фронту боеприпасов Ванникову 24 января 1944 года было присвоено звание генерал-лейтенанта, а уже 18 ноября того же года — генерал-полковника инженерно-артиллерийской службы.

Под руководством Б.Л.Ванникова научно-исследовательские институты, конструкторские бюро вели постоянный поиск в плане улучшения технологии производства, конструкций, применения новых исходных материалов. До минимума была сведена обработка корпусов снарядов, в бомбовом производстве внедрена автоматическая сварка, на пороховых заводах — ускоренная фабрикация пироксилина и пороха. С середины 1943 года производство боеприпасов было переведено на поточный метод. Всего в ходе войны разработано и внедрено в производство 19 новых высокоэффективных артиллерийских снарядов основного назначения и свыше 50 авиабомб. Для Военно-Морского Флота кроме ранее выпускавшихся мин в 1942 году приняты на вооружение авиационные донные неконтактные мины с индукционным взрывателем, а также антенная глубоководная мина с зарядом взрывчатого вещества массой 230 кг. и глубиной места постановки — 500 метров. По своим техническим характеристикам боеприпасы Красной Армии превосходили аналогичные боеприпасы гитлеровской армии. Промышленность боеприпасов произвела 333,3 млн. артснарядов, сотни тысяч тонн взрывчатых веществ. Настоящим подвигом промышленности боеприпасов, ее наркома стало освоение и массовое снабжение войск реактивными снарядами (РС), ракетами тактического назначения («катюши»). До этого было произведено подобных ракет всего несколько тысяч — опытные партии. За годы войны реактивных снарядов всех калибров выпушено более четырнадцати миллионов. Апофеозом производства ракет стало принятие на вооружение двухкамерного реактивного снаряда М-13 ДД с дальностью стрельбы 11800 метров.

7 января 1946 года наркомат боеприпасов был преобразован в Наркомат сельскохозяйственного машиностроения, хотя фактически его функции остались те же, а во главе наркомата (с марта 1946 года — министр) остался Б.Л.Ванников. 26 июня 1946 года он был освобожден от должности наркома. Одновременно в 1945-1953 годах Ванников возглавлял Первое Главное управление (ПГУ) при СНК (с 1946 года — при Совете министров) СССР, которое осуществляло организацию всех исследований и работ по созданию в СССР атомной бомбы, а затем и производства ядерного оружия. Б.М.Ванников был в смятении от возложенной на него ответственности. В начале сентября 1945 года он сказал В.Емельянову, которого только что просил возглавить научно-техническое управление в Первом главном управлении: «Вчера сидел с физиками и радиохимиками из Радиевого института. Пока мы говорим на разных языках. Даже точнее, они говорят, а я только глазами моргаю: слова будто бы и русские, но слышу я их впервые, не мой лексикон». Ванников должен был организовать совершенно новую отрасль промышленности, опираясь на то, что говорили ему ученые, хотя он и не понимал, что они говорили. «Мы, инженеры, — сказал он Емельянову, — привыкли все руками потрогать и своими глазами увидеть, в крайнем случае микроскоп поможет. Но здесь и он бессилен. Атом все равно не разглядишь, а тем более то, что внутри него спрятано. А ведь мы должны на основе этого невидимого и неощутимого заводские агрегаты построить, промышленное производство организовать. Когда Емельянов спросил Ванникова, с чего ему начинать, Ванников взглянул на него и сказал: «Ты думаешь, я все знаю? Если бы так! Зачем тогда столько заместителей?»

В 1945-1953 годах Ванников играл важную роль в работах по созданию в СССР атомной бомбы, а затем и производства ядерного оружия. Б.Л.Ванников показал свои качества во время войны и, по мнению участников проекта, был самым подходящим кандидатом для должности создателя атомной отрасли СССР. Сталин и Берия, несмотря на прошлое и национальность Ванникова, поручили ему возглавить все работы по созданию атомной бомбы в должности начальника Первого главного управления (ПГУ), которое занималось строительством и управлением создающейся отрасли. В Специальном комитете атомного проекта Ванников был заместителем Л.П.Берии и отвечал за инженерно-технические работы в проекте, одновременно занимая ряд постов. В апреле 1946 года постановлением Совета Министров СССР был утвержден Научно-технический совет. Его председателем был назначен Б.Л.Ванников. Работа совета заключалась в решении научных и технических проблем по созданию технологии переработки урановых руд, получению плутония, выделению обогащенного урана-235 и др. Для этого необходимо было создать целую сеть хорошо оборудованных лабораторий, конструкторских бюро, проектных институтов и крупных промышленных предприятий. Все это находилось в ведении Б.Л.Ванникова. Б.Е.Черток описывал Б.Л.Ванникова в это время:«Борис Львович был очень колоритной фигурой. Невысокого роста, очень подвижный, типично еврейской наружности, иногда грубовато циничный, иногда очень резкий, а где надо и доброжелательный, он обладал совершенно незаурядными организаторскими способностями».

Сам Борис Львович Ванников в рамках атомного проекта отвечал за выбор места строительства заводов № 813 (ныне Уральский электрохимический комбинат «УЭХК»), № 814 (ныне Сибирский химический комбинат) и № 817 (ныне ПО «Маяк») и за сроки ввода в строй этих производств. Судьба ядерной бомбы зависела во многом от продукции (плутония), выпускаемой заводом № 817 в Челябинской области. В течение всего периода монтажа и пуска первого атомного реактора по производству плутония И.В.Курчатов и Б.Л.Ванников постоянно контролировали ход работ. Ногинский завод № 12 (ныне ОАО «Машиностроительный завод», Электросталь) был обеспечен вакуумными высокочастотными электропечами за счет вывоза из Германии и закупки по импорту. В этих печах выплавлялись урановые стержни для реактора Ф-1. В рамках ПГУ для разработки технологии обогащения урана электромагнитным способом было создано СКБ при заводе «Электросила». В рамках атомного проекта Ванников занимался также кадровыми вопросами. В 1947 году для закрытия потребности в специалистах атомного проекта под его руководством в ряде ВУЗов СССР была создана сеть специальных факультетов. Руководил этими работами Ванников вместе с И.В.Курчатовым. Один из участников «атомного проекта» И.Н.Головин позднее вспоминал: «Б.Л.Ванников и И.В.Курчатов как нельзя лучше дополняли друг друга. Курчатов отвечал за решение научных задач и правильную ориентацию инженеров и работников смежных областей науки, Ванников — за срочное исполнение заказов промышленностью и координацию работ».

Ванников, по словам одного из руководителей советского проекта атомной бомбы академика АН СССР Ю.Б.Харитона, был превосходным руководителем и прекрасным инженером, человеком очень остроумным и доброжелательным. Незадолго до испытания первой атомной бомбы РДС-1 (29 августа 1949 года) Б.Л.Ванников перенес тяжелейший криз и поэтому не смог принять участия в заключительном этапе трудной многодневной работы. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 октября 1949 года за исключительные заслуги при выполнении специального задания правительства Б.Л.Ванникову во второй раз было присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением золотой медали «Серп и Молот» В июне 1953 года Первое главное управление при Совете Министров СССР было преобразовано в Министерство среднего машиностроения. Министром был назначен В.А.Малышев, а первым заместителем министра Б.Л.Ванников. За создание наиболее совершенных видов атомного оружия и испытание первой водородной бомбы в январе 1954 года Б.Л.Ванникову в третий раз было присвоено звание Героя Социалистического Труда. Его личный вклад в разработку новейшей техники был высоко отмечен присуждением ему двух Сталинских премий I степени в 1951 и 1953 годах. Как человек, обеспечивший Красную Армию необходимым для Победы вооружением и боеприпасами, он был награжден полководческими орденами Суворова и Кутузова 1-й степени.

После смерти Сталина Ванникова понизили в должности и назначили первым заместителем министра среднего машиностроения — министерства, которое ведало производством атомного оружия. Несмотря на большую загруженность, Борис Львович постоянно занимался общественной деятельностью — был депутатом Верховного Совета СССР, многократно избирался членом ЦК КПСС. В феврале 1958 года генерал-полковник инженерно-артиллерийской службы Б.Л.Ванников стал персональным пенсионером союзного значения. После этого он еще три года номинально оставался членом ЦК КПСС. Борис Львович Ванников был награждён тремя золотыми медалями «Серп и молот» Героя Социалистического Труда, шестью орденами Ленина, орденом Суворова 1 степени, орденом Кутузова 1 степени и медалями, в том числе «За оборону Москвы» и «За победу над Японией», дважды был удостоен Сталинской премией. Скончался Борис Львович Ванников 22 февраля 1962 года в Москве. Урна с его прахом погребена в Кремлёвской стене на Красной площади. Заместитель Председателя Совета Министров СССР В.Н.Новиков писал: «Из людей его ранга и положения, кого я знал, он был, пожалуй, одной из самых значительных фигур, он оставил большой след и в делах, с которыми был связан, и в сердцах людей, с кем довелось ему работать». Б.Л.Ванников автор мемуаров «Записки наркома», опубликованных в журнале «Знамя» (1988 № 1-2,), а также — «Из записок Наркома вооружения» (Военно-исторический журнал, 1962, № 10); «Оборонная промышленность СССР накануне войны» (Вопросы истории 1968, № 10, 1969, № 1); «Из записок наркома» (Новая и новейшая история, 1988, № 1).

В своих воспоминаниях Б.Л.Ванников приводит много неизвестных читателю интересных исторических фактов, показывает обстановку, в которой решались важные вопросы оснащения Красной Армии первоклассным вооружением и боевой техникой, правдиво рассказывает о встречах с И.В.Сталиным и другими руководителями партии и правительства. У Ванникова были два брата — Лазарь Львович (инженер ЦАГИ) и Вениамин Львович (парторг одного из заводов). В 1941 году оба добровольно вступили в Московское ополчение и погибли. Сын Рафаил (полковник в отставке) в 1982 году работал директором Курчатовского музея. В мае 1982 года в Баку состоялось открытие бюста-памятника трижды Героя Социалистического Труда Бориса Львовича Ванникова (скульптор Д.Народицкий). На постаменте начертано: «…награжден второй золотой медалью «Серп и молот». А на мундире их три. Оказывается был проект другой надписи, но какой-то высокий чиновник из Президиума Верховного Совета СССР возразил — нет такого статуса. Памятник на родине полагается дважды Герою. А про мундир он ничего не сказал, на нем все три звезды остались. Прошли годы, со своего постамента свергнута фигура С.М.Кирова, разрушен памятник 26 Бакинским комиссарам. Памятник Борису Львовичу Ванникову устоял. Имя Б.Л.Ванникова носит машиностроительный завод «Штамп» в Туле, улицы в городах Тула и Донецк. Тульский художник В.Н.Чекарьков к 70-летию Победы нарисовал мемориальный иконографический экслибрис с портретом героя труда военных лет Бориса Львовича Ванникова, он достоин вечной памяти благодарных потомков.

Print Friendly, PDF & Email

Один комментарий к “Эдуард Гетманский: Борис Львович Ванников

  1. Горжусь племенной сопричастностью. Бесценен и неоспорим огромный его национальный вклад в ПОБЕДУ и тотальный разгром гитлеризма, спасение оставшихся евреев и возникновение Еврейского государства.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *