Исраэль Дацковский: Комментарии Торы. 1.8 Ваишлах

 96 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Сколько из выросших и проживших в атеистической, космополитической, просто морально-нечистой атмосфере Советского Союза, вырвавшись на свободу, попыталась понять мир и жизнь в нем, ознакомиться с иной, незнакомой, но исходно нашей системой взглядов — с иудаизмом: считанные проценты…

בס»ד

Комментарии Торы

1.8 Глава Ваишлах

Исраэль Дацковский

1.8.1

А) Перед анализом указаний Яакова по поводу передач подарочных стад Эйсаву представим некоторую мысль: на совещаниях внутри некоторой группы по инструктированию о желательном поведении членов этой группы в другой группе, члены другой группы, как правило, называются без титулов (если вообще не оскорбительным упоминанием) даже в том случае, когда одному из членов первой (обсуждающей) группы дается задание обратиться к члену второй группы со всем (часто показным) уважением, с упоминанием всех титулов и форм вежливости. Упоминание больших титулов члена второй группы во внутреннем обсуждении в первой группе часто является признаком какого-то нездорового отношения к члену второй группы. В качестве грубого примера приведем возможную фразу, сказанную на совещании первой группы: «Когда будешь разговаривать с этим неучем, обращайся к нему: «Мой важный господин и мудрый учитель …»».

Б) За пример обсуждения примем комментарий РАШИ на просьбу колен Реувена и Гада выделить им территории за Иорданом. Представители колен попросили (Книга Бемидбар, недельная глава Матот, 32:16): «… овечьи загоны построим мы для скота нашего здесь и города для детей наших». А Моше ответил им (там же 32:24) в обратном порядке: «Стройте себе города для детей ваших и загоны для овец …». РАШИ комментирует здесь, что колена наметили неправильный порядок приоритетов (сначала скот, затем дети), а Моше в своей обычной мудрой и мягкой манере обучал их правильному порядку предпочтений — сначала дети, затем скот (здесь этот диалог приведен нами только в качестве примера. По существу он будет обсужден в комментарии на недельную главу Матот книги Бемидбар).

Теперь рассмотрим, как посланцы учили Яакова и как он научился у них. Нейтральный текст Торы говорит (32:4): «И послал Яаков перед собой посланцев к Эйсаву, брату своему …». На первом совещании с посланцами, которых Яаков отправлял к Эйсаву, он говорил ( 32:5): «… так скажите господину моему Эйсаву…». (сравним (Книга Бемидбар, недельная глава Шлах, 13:33), из отчета разведчиков: «… и мы были в глазах своих саранчой …».). Возвратившись, посланцы доложили (32:7): «… мы пришли к брату твоему, к Эйсаву …». И Яаков понял намек и второй раз говорил в своей группе уже без демонстрации страха перед Эйсавом и без самоуничижения (32:18): «… когда встретит тебя Эйсав, брат мой …». Первое выражение («… господину моему …») явно выражает нескрываемый даже перед рабами страх Яакова перед Эйсавом, а второе выражение («… брат мой …») подчеркивает начало успокоения Яакова, которое достигнет своей вершины при встрече с Эйсавом вплоть до возражения ему о пути и скорости следования стана Яакова со стадами.

1.8.2

32:7,8. Яаков разделил имеющееся у него на два стана. РАШИ комментирует на эти стихи, что Яаков, готовясь к встрече с Эйсавом, выполняет триаду действий, ставшую классической — дароприношение (шире можно сказать — усилия дипломатии), молитву и подготовку к войне. По поводу дароприношения следует отметить, что ценность даров все-таки должна быть ограниченной. При наличии превосходящей силы у одной из договаривающихся сторон, эта сторона может дать относительно дорогие подарки, не обедняющие ее, но необходимость таких подарков определяется только желанием не вступать в войну с более слабой стороной, так как, хотя победа практически гарантирована, все-таки стоимость войны может быть существенно выше стоимости подарков, да и следует учесть свои человеческие потери. Правда, не следует забывать, что любая война, тем более гарантированно-победоносная, решает еще ряд задач: поддержание тонуса армии, ее тренировка в реальных боевых условиях, испытание оружия и военных доктрин, новые заказы военной промышленности по обновлению вооружений за счет потерь боевой техники и израсходования боеприпасов. Потери комсостава вызывают карьерные перемещения оставшихся в живых, а цена человеческих жизней солдат в глазах правителей всегда была незначительной. Слабая сторона может дать гораздо бо́льшие подарки в попытке избежать малоперспективную для нее войну с целью предотвратить захват, за которым все равно неизбежно последует тотальный грабеж (материальный), большие жертвы среди населения и потеря независимости. Но всегда есть граница ценности дароприношения. Применительно к нашим условиям следует сказать, что никогда и ни при каких обстоятельствах, кроме случая уже наступившего (а не перспективного, даже если оно весьма вероятно) военного поражения, еврейский народ не может по своей воле передавать в дар зарвавшемуся врагу части святой земли Эрец Исраэль, по крайней мере, в ее минимальных границах, заданных Торой в недельной главе Масей книги Бемидбар.

1.8.3

Кроме этого многие комментаторы отмечают именно поток, длинную последовательность подарков, которые Эйсав получает в течение относительно длительного времени. Один, даже большой подарок, или куча подарков, полученная одновременно, остается в памяти как разовое действие, даже если оно обладает ценностью в глазах получателя, но только одно. А поток подарков, несколько разделенный во времени и дающий возможность насладиться каждым подарком в отдельности, порадоваться каждому дару индивидуально, дает ощущение изобилия. В частности, так и следует организовать подарки ребенку на день рождения: от родителей — отдельно, от бабушек — не в это же время, а когда ребенок уже насладился первым слоем подарков, подарки гостей — не в тот же час, когда ребенок получает подарки родителей и бабушек. Наполнение души ребенка и его радость от полученного при такой организации дарения подарков будет всегда полнее, чем одномоментное дарение многих подарков.

1.8.4

Попытка Яакова дарить скот Эйсаву вызывает много вопросов. Во-первых, очень скоро в этой же недельной главе выяснится, что Яакову и Эйсаву из-за обилия стад тяжело (тесно) вместе жить в Стране (подобный вопрос разбирался между Авраамом и Лотом в недельной главе Лех Леха — начало 13-ой главы). Это значит, что материальная ценность подарка Эйсава не интересовала. Да он и скажет, что у него и так есть «много». Значит, благосостояние Эйсава от подарка Яакова практически не изменится. Во-вторых, между Эйсавом и Яаковом идет бесконечно важный и принципиальный спор даже не о краже Яаковом благословения Ицхака обманом, а о власти над миром как следствии полученного Яаковом благословения Авраама. Нужно быть очень наивным (а Яаков — явно не из таких), чтобы подумать о том, что не очень важные в глазах получателя материальные подарки могут загладить «вину» Яакова в нечестном (с точки зрения Эйсава) получении власти над миром. То есть, мы видим, что значение подарков в данном случае (как и во многих других случаях) мало́ по сравнению с принципиальностью стоящих между враждующими сторонами вопросов и может быть не более, чем предисловием к настоящей разборке, которую слишком редко удается избежать.

1.8.5

По поводу разделения имущества Яакова на два стана. РАШИ приводит мидраш «Танхума», объясняющий стих 32:8 из Торы: » … Если пойдет Эйсав на один стан и разобьет его, то будет оставшийся стан спасен». На это утверждение можно дать, по крайней мере, два возражения.

Во-первых, Тора не пишет о месте жен и детей при разделении (32:7 «… и разделил он народ, что с ним, и мелкий и крупный скот и верблюдов на два стана»). Тогда имеются три возможности. Или Яаков сосредоточил свою главную ценность — жен и детей — в одном стане. При гибели этого стана (если Эйсав начнет с него) смысл сохранения второго стана с материальными ценностями просто исчезает. Или он разделил жен и детей по обоим станам, но пассивно согласится на гибель части жен и детей, если Эйсав нападет на один из станов, Яаков явно не мог. Значит, главная ценность жизни Яакова — его жены и дети были спрятаны вне обоих станов, что мало похоже на защиту — защищающие люди прикрывали именно станы, но не жен и детей. Значит, надежда Яакова была на отсутствие интереса Эйсава к расправе с малой, но бесконечно ценной группой или на слабость разведки Эйсава, или на его жадность по захвату материальных ценностей. Очень спорное решение во всех его вариантах.

Во-вторых, разделение на два стана ослабляет силы обороны и утверждение, что при гибели одного стана «будет оставшийся стан спасен» представляется крайне спорным. Наоборот, уничтожение одного стана сделает уничтожение второго стана просто практически неизбежным. Да и первый стан будет несложно разгромить — ведь его защищает лишь часть имеющихся сил, что резко повышает преимущества нападающей стороны.

Поэтому такое разделение на два стана с женами и детьми снаружи без людской защиты больше напоминает панику в страхе, чем серьезную подготовку к войне.

Приведем пример Куликовской битвы в России (конец татаро-монгольского ига, 8 сентября 1380 года их эры, битва между войсками Мамая и русского князя Дмитрия Донского на территории Куликова поля между реками Дон, Непрядва и Красивая Меча на территории, в настоящее время относящейся к Кимовскому и Куркинскому районам Тульской области, на площади около 10 кв. км). Изложение дадим по уроку одного из крупных советских педагогов Виктора Федоровича Шаталова, который мы видели по телевизору в начале 80-х годов прошлого века. (Изложение не совсем соответствует историческим данным, но полностью обслуживает главную идею В. Ф. Шаталова, что изложение любого учебного материала для его четкого понимания и легкого запоминания «навечно» должно базироваться на особо ярких точках, образах, простых, но запоминающихся схемах, которые составляют каркас воспринимаемого материала — яркие и интересные факты, неожиданный взгляд на тему, красивые задачи и проч., что в дальнейшем послужит якорем в памяти, а по такому якорю потом несложно будет воспроизвести весь корабль рассуждений и фактов).

Итак, силы армий были примерно одинаковы. Князь Дмитрий подходил к Куликовскому полю с севера, несколько обгоняя Мамая, и должен был прийти к месту битвы раньше врага. Это приводило к необходимости разбить привал и начинать битву не с ходу, а выводя войска из лагеря. В то время уже было известно, что такое начало битвы невыгодно. Во-первых, потеряна динамичность и боевой настрой движущейся армии, во-вторых, трудно при развертывании оттянуть часть войск далеко от лагеря, а начальная кучность не способствует перемещению войск в нужные отдаленные точки по мере необходимости битвы, в-третьих, есть возможность у разведки противника хорошо ознакомиться с силами противостоящей армии. А Мамай построил план битвы на разделении своей армии на две части — две трети должны были вступить в лобовой бой, а треть, отделенная от основных сил на север, должна была в разгаре битвы ударить князю Дмитрию в тыл, вызвать панику и гарантировать победу Мамая. Но разведка князя Дмитрия донесла.

И князь Дмитрий, почти придя на Куликово поле, делает небольшой крюк на север, разбивает, практически без потерь, треть армии Мамая (легкой победой подняв боевой дух своих воинов), приходит на Куликово поле чуть позже Мамая и входит в битву с марша (сохраняет динамичность армии и ее распределенность по фронту) при некотором вынужденном замедлении движения армии Мамая. Теперь войску князя Дмитрия противостоит только две трети Мамаева войска, что обеспечивает численное преимущество Дмитрия и практически гарантирует ему победу (мы не знаем, знал ли в это время Мамай о бесславной гибели трети своего войска, ранее дислоцированного севернее Куликова поля). В.Ф. Шаталов нарисован на доске этот крюк пути армии князя Дмитрия, объяснил его и сказал: «А теперь попробуйте забыть рассказанное!»

Прошло более тридцати лет, мы забыли многое из выученного позже, но этот крюк и эта история помнится практически дословно, хотя она никак не находилась и не находится на важном направлении наших интересов.

Возвращаемся к Яакову и делаем вывод, что разделение его сил на два стана и статичное расположение сил в станах скорее ослабляет его, чем является серьезной подготовкой к военному противостоянию с дружиной Эйсава. Значит, это разделение сил нуждается в ином объяснении планов Яакова. Однако, приведенное нами возражение никак не опровергает насущную необходимость исполнения всей классической триады подготовки к войне.

А объяснение столь странных на первый взгляд действий Яакова лежит в стихах 32:22,23. Яаков, оправившись от первоначального страха, вызванного сообщением о численности дружины Эйсава и предположении о его агрессивных намерениях, поняв свою изначальную ошибку планирования войны, соединяет станы и размещает их за водной преградой (река Ябок) для создания трудностей форсирования реки силам Эйсава, неизбежному их рассредоточению при переправе и созданию себе возможностей их последовательного уничтожения по мере их выхода из воды, то есть, создания непрерывного численного превосходства своих сил над разделенной и вылезающей из воды по частям дружиной Эйсава, причем силы Яакова стоят на берегу, а мокрые, отяжелевшие воины Эйсава еще не до конца вышли на берег. Теперь мы явно видим разумную, с использованием естественных препятствий местности подготовку к обороне при превосходящих военных (но не духовных!) силах противника. Создание плацдарма на захваченной противником стороне водной преграды всегда было сложнейшей задачей наступающей армии и Эйсав при наличии у него агрессивных планов должен был хорошо готовится к нападению. Впрочем, он это неплохо умел делать.

1.8.6

В традиции комментария Торы, кроме многих других приемов комментирования, существуют также и такие. Слово Торы представляется аббревиатурой и строится фраза, как бы «расшифровывающая» эту аббревиатуру, фраза, несущая смысл и, по мнению комментатора, расширяющая и дополняющая прямой текст Торы. Кроме этого, может использоваться «игра» с гиматриями. Каждая буква в иврите имеет числовое значение, каждое слово или фразу можно представить в виде числа, являющегося суммой числовых значений букв и сопоставить это число с другим числом, полученным аналогичным способом из букв другого слова, части фразы или целой фразы. Если числа совпадают, считается, что между словами имеется некоторая связь, которую можно так или иначе заявить или прокомментировать. Имеется несколько способов подсчета гиматрий.

Приведем нашу наивную попытку «игры» с гиматрией.

Стихи 32:15,16 говорят о подарке, посылаемом Яковом Эйсаву: «Коз двести и козлов двадцать, Овец двести и баранов двадцать. Верблюдиц дойных с верблюжатами тридцать, Коров сорок и быков десять, Ослиц двадцать и ослят десять» (строчными (заглавными) буквами в середине предложений мы разделили стада).

Итого имеется ряд чисел 200-20-200-20-30-40-10-20-10. Добавим в конце пятерку (общее количество посланных стад) и заменим числа буквами по простой гиматрии. Получим ряд ивритских букв:

ר — כ — ר — כ — ל — מ — י — כ — י — ה

Частично объединяя буквы в слова, частично используя их как первую букву слова, получим ивритскую фразу, обращения Яакова к Эйсаву при помощи цепочки посланных Яаковом в подарок Эйсаву стад:

רךרך למשפחת יעקב כי ישראל הוא. [תהיה]

Что в переводе означает: будь мягким и нежным (вежливым) с семьей Яакова, так как он теперь — Исраэль. Поиск иных вариантов подобного комментария оставим бо́льшим, чем мы, знатокам иврита и Традиции.

1.8.7

Посылая посланцев к Эйсаву, Яаков передает Эйсаву, что «И достались мне бык и осел, мелкий скот, раб и рабыня» (32:6). Традиционный перевод и понимание — быки (читай — крупный рогатый скот, естественно, включая и коров) и ослы, … рабы и рабыни (рабы и рабыни включены в перечень скота, что вполне естественно — и рабы, и скот имеют свой денежный эквивалент (цену) и могут взаимно обмениваться по желанию хозяина — он может в любой момент продать пару рабов и на вырученные деньги купить несколько овец, или наоборот. Возможно поэтому (из-за эквивалентности скота и рабов) Яаков не послал Эйсаву в подарок вместе с цепочкой стад также и группу рабов). Но Тора, применяет единственное число (и не только здесь. Например, Моше, посылая разведчиков в Страну в недельной главе Шлах книги Бемидбар в стихе 13:20 поручает им выяснить есть ли в Стране дерево при традиционном переводе «деревья»). Во-первых, здесь не упомянуты верблюды, которые упоминаются в стихах 32:8 и 32:16. Во-вторых, мелкий скот (иврит: цон) обычно используется в иврите в единственном числе, имея в виду множество, а остальные существительные имеют принятое и часто используемое множественное число. Можно предположить, что здесь именно для обозначения множества используется ивритское грамматическое правило, что множественное число в мужском роде используется только до количества десять, а далее возвращается к единственному числу. Например, десять дней, но одиннадцать день, восемь шекелей, два шекеля, но двадцать шекель. Правда, это правило не распространяется на женский род, и тогда в перечислении остается необъясненное исключение — рабыня, возможно, оставленная в единственном числе для сохранения единства построения фразы.

1.8.8

Комментарий РАШИ к 34:1 показывает насколько строго наши мудрецы относились к скромности женщины. РАШИ приравнивает выход Дины к гойским дочерям земли к выходу Леи навстречу Яакову, своему мужу с требованием лечь с ней, так как Лея купила эту ночь Яакова у Рахели за мандрагоры Реувена (30:16). РАШИ указывает, что происшедшее с Диной было следствием нескромности Леи (кстати, Лея тогда забеременела Иссахаром, а совсем не Диной). Причем, в данном случае РАШИ рассматривает как нескромность сам выход навстречу мужу (хотя нам такое действие легче отнести к проявлению любви, уважения, нетерпеливого ожидания, то есть проявления положительных по отношению к мужу чувств), а не комплекс «выход на встречу плюс слова». Запрет женщине показывать в словесной форме свое желание сексуального контакта даже своему мужу известно из других мест учения, хотя слова жены при приходе домой мужа вполне могут обойтись без сексуальной тематики — за день дома накапливается много тем для обсуждения с мужем, но при самой встрече мужа уместны только слова приветствия, а обсуждение накопившихся проблем лучше отложить на время после ужина. В этом комментарии РАШИ, по сути, устрожает требования, и, на наш взгляд, излишне — выход жены навстречу мужу с улыбкой, нормально причесанной и одетой — скорее, должно быть желаемой нормой, а не проявлением нескромности.

1.8.9

В стихе 32:22 Яаков ночью перевел через речку Ябок одиннацать детей. В этот момент у него при еще нерожденном Биньямине, но с учетом Дины было двенадцать детей. РАШИ на этот стих пишет, что Дина была в сундуке, чтобы не достаться Эйсаву. Не обсуждая вопрос о том, можно ли было ее не прятать и все-таки не дать Эйсаву (этот вопрос, среди других комментаторов, обсуждает рав Дов Соловейчик), отметим, что даже при желании спрятать ее в сундук (а, например, не переодеть ее и смешать с толпой рабынь), логично было ее прятать утром перед встречей с Эйсавом, а не ночью, в темноте, когда Яаков переводил семью через Яббок. Ведь переправа через речку опасна всегда, да еще ночью. Да и держать Дину в сундуке можно лишь ограниченное время, хотя бы из необходимости справлять естественные потребности. Значит, нужно искать другое объяснение, например, словом «дети» обозначают только мальчиков. Например, мы на одном из многочисленных обрезаний, на которых мы присутствовали, просили у сандака (уважаемого мужчины, который держит на коленях ребенка при обрезании и в это время, по мнению мудрецов, обладающего повышенной силой благословения) благословение на рождение у нас девочки и получили ответ, что на девочек благословений не дают, они — о́деф (перевод с иврита: излишек, сдача), побочный продукт деторождения. Или один из сыновей отсутствовал, что маловероятно.

1.8.10

Стих 32:25 сообщает нам: «И остался Яаков один». РАШИ пишет, что Яаков вернулся за малыми сосудами и вокруг этой мысли есть огромный поток комментариев. Но ведь не написано «вернулся», написано «остался» (иврит: ваиватэ́р). Это слово можно пытаться примирить с комментарием РАШИ, приняв, что слова «перевел их через поток» (32:24) говорят об организации переправы, но не о личной переправе. Но стих 32:23 явно говорит что Яаков «… перешел через Яббок вброд». Поэтому слово «остался» придется трактовать без мысли о возврате Яакова на предыдущий берег Яббока.

Тогда слово «остался» можно объяснить так, что закончив переправу лагеря и предоставив другим обустраивать ночлег на остаток ночи, Яаков отошел от активной занятости и «остался один». Это можно сделать и среди суматохи обустройства, а если отойти на несколько метров от лагеря темной ночью без освещения, то остаться одному еще легче. Люди иногда оказываются в полном одиночестве среди массы людей. Тогда борьба с ангелом переходит в духовную плоскость (что не раз отмечали наши мудрецы), а физическую проблему хромоты легко объяснить воспалением седалищного нерва от хождения ночью по холодной воде и не высушивании одежды сразу после переправы или падением в темноте рядом с лагерем.

1.8.11

«И вышла Дина … осмотреться среди дочерей земли» (34:1) — это поведение уже весьма проблематичное. Понятно, что идолопоклонницы, во-первых, нескромно одеты, во-вторых, находятся в смешанном (с мальчиками) обществе и, в-третьих, играют в этом смешанном обществе в нескромные игры (даже если не указывать на прямой разврат). Осматриваться среди таких «дочерей земли», а не оставаться в святости и чистоте в стане Яакова — может говорить о изначальных предпосылках испорченности, о поиске приключений. Последующие события неплохо ложатся в предположение о изначальном желании Дины выйти за пределы чистоты и святости стана не только в физическом смысле, но и в духовном.

1.8.12

34:5 «И Яаков слышал, что осквернил он Дину, его дочь…», что является прямым следствием начального действия Дины: «И вышла Дина … осмотреться среди дочерей земли» (34:1). Понятно, что дело происходило днем. Так же понятно, что изнасилование тоже происходило днем, так как трудно допустить, что Дина не вернулась к вечеру и не была проведена немедленная поисковая операция силами семьи Яакова. Так как «Яаков слышал»? Можно было бы с трудом допустить, что он слышал крики Дины, но по крикам было бы трудно воссоздать ситуацию. Да и крики из царского дворца мало кого должны были насторожить, а идентифицировать, что кричала именно Дина, да еще понять что там происходит, было бы еще сложней. Да и стан Яакова был, по-видимому, не под стенами дворца, а за городом. Далее, «И сыны Яакова пришли с поля, услышав…» (34:7). Где были сыны Яакова в момент, когда «Яаков услышал», нам известно: «… а сыны Яакова были с его стадом в поле…» (34:5), поэтому допустить физическое прямое слышанье происходящего (или о происходящим) сыновьями Яакова еще труднее. Значит, и Яаков, и его сыновья «слышали» пророческим слухом. Но не методом «бат коль» — небесным эхом, так как бат коль звучит для всех, находящихся в данном месте, а не для избранных. Вряд ли сыновья Якова пасли скот без рабов. И, скорее всего, это не упомянуто не по причине неважности такого слышанья рабами, а рабы действительно не слышали, («слышанье» было индивидуально направленное, только в уши тех, кому было необходимо слышать), чтобы информация излишне не распространялась сплетнями. До сих пор нам все время встречалось пророческое видение, а здесь мы впервые (если вообще не единственный раз) встречаемся с пророческим слышаньем, причем наяву. Даже Яакову Тв-рец является во сне, тем более — его сыновьям, да и то не всем (часть сыновей вообще явно не контактировала с Тв-рцом, Йосеф получил разгадку снов министров фараона и самого фараона не в видении или в слышаньи, а в возникновении знания в голове без явного контакта — это еще более низкий уровень пророчества, встречающийся и в наше время — иногда под названием интуиции, иногда в виде неясно откуда появившегося знания). Значит, с одной стороны, пророческое слышанье можно считать более низким уровнем пророчества, чем виденье (приходит к тем, что пророчеств или не удостаиваются вообще, или удостаиваются во сне и сообщает не о будущем, а о прошедшем), с другой стороны — более высоким, так как оно пришло наяву даже неявным пророкам.

1.8.13

В стихе 34:3 Тора в обезличенном тексте дважды называет Дину «hа-наара» — девушка, девица, отрочица (кстати, без буквы «hей» в конце слова. Женский род слова указывается нам только огласовкой «камац» под последней буквой «рейш», что очень несвойственно ивриту). В стихе 34:12 Шхем в обращении к Яакову и его сыновьям использует то же слово в том же написании, говоря с семьей Яакова официальным языком. Но вдруг в стихе 34:4 тот же Шхем в обращении к своему отцу Хамору с просьбой взять Дину ему в жены называет ее «девочка» (hа-йалда с буквой «hей» на конце). Это показывает глубокую нежность Шхема к Дине, которую он не решается продемонстрировать Яакову и его сыновьям и в корне меняет весь ход нашего объяснения происшедшего. В дополнение к этой мысли в стихе 34:3 « … и говорил к сердцу девицы…» Тора указывает нам на странное для ситуации изнасилования нежное и глубокое чувство насильника к жертве после получения желаемого. А, может быть, совсем не насильника, а по уши влюбленного мальчика?

Стих 34:3 «… и взял (ваика́х) ее, и лег он с ней (вайишка́в ота́ — скорее, положил ее) и насиловал ее (вайэанэ́а)». Перевод «насиловал» встречается уже у первого современного еврейского перевода Текста на русский язык, выполненный Йеошуа Штейнбергом в 1912 году, по этой линии идут практически все комментаторы. Понятно, мы не пользовались более древним текстом Ветхого завета на русском языке, так как тот перевод Торы никак не может служить аргументом того или иного понимания слов Торы. Но на самом деле простое понимание текста приводит к несколько иной картине происшедшего. Первым действием было «взял», то есть подчинил себе на духовном, ментальном уровне, стал руководить («… и взял раб Ривку и пошел.» (стих 24:61 недельной главы Хаей Сара), что явно не означает, что Элиэзер овладел Ривкой до Ицхака. Это место использования глагола «взять» РАШИ не прокомментировал. Но зато он объяснил этот глагол в других местах. 1) «Возьми Аарона …» — глава «Мишпатим» книги Бемидбар 20:25. РАШИ: «Речами утешительными.» 2) «И взял я глав колен ваших …» глава «Дварим» книги Дварим 1:15. РАШИ: «Увлек их (взял их) речами…» 3) «… Возьми себе Йеошуа, сына Нуна …» — глава «Пинхас» книги Бемидбар 27:18. РАШИ: «Возьми (привлеки) его речами …»). Это слово в иврите не несет даже тени сексуального оттенка, в то время как в русском языке слова «взял женщину», означают именно «овладел ей». После употребления Торой слова «взял» в ивритском значении вопрос об изнасиловании уже повисает в воздухе. Следующее действие — уложил ее. Тоже без секса и без применения силы (после успеха действия «взял» сила уже не нужна), хотя «лежал с женщиной» в иврите может уже подразумевать овладение ею, но в этом случае третье приведенное Торой действие было бы излишним. Правда, РАШИ разделяет действия, описанными глаголами в Торе, по-другому: «лежал» — овладел естественным путем, а «овладел» (насиловал, мучил) — овладел неестественным путем (ссылаясь на «Йома» 77б). Нам странно, что при этом РАШИ не высказал свое отношение к ключевому в этой ситуации слову «взял». И третье действие — овладел ей (естественным образом). Не просто без «ана́с» — изнасиловал. Наоборот, слово «вайэанэ́а» скорее означает «удовлетворял ее согласно ее желаниям». Гемара подробно разбирает слово «она́» (простой перевод на русский язык — сезон) на примере …. «не должен лишать ее шеера, кисута и оната — не должен лишать ее пищи, одежды и супружеских отношений» (недельная глава Мишпатим, книга Шмот 21:10) — Ктубот 47 б, Мехильта, раздел Незикин, 3 — и никакого отношения этого слова ни к понятию «изнасиловал», ни к противоестественному овладению не находит. Скажем больше, слово с корнем «она́» относится именно к удовлетворению желаний и потребностей женщины, а не к желаниям мужчины. То есть, в описанном Торой соединении с Диной Шхем шел за желаниями Дины, а не за своим вожделением. Получается, что совсем не вырисовывается картина «изнасиловал», даже не очень хорошо просматривается картина «соблазнил», зато описанный разбор значений ивритских глаголов хорошо ложится в картину «влюбился и ему ответили взаимностью», Труднее прийти к более сложной картине «соблазнил для получения удовольствия без последствий, а затем влюбился» — для такого объяснения нет достаточных оснований в Тексте. И не будем ссылаться на современное уголовное законодательство, в котором связь с малолеткой даже при ее согласии считается изнасилованием. А Дина в этот период явно была еще малолеткой. Но мы не знаем и возраста Шхема.

Следствием предложенного описания событий является отсутствие физических криков Дины, которые гипотетически мог услышать Яаков. Правда, кроме ссылки на …. «не должен лишать ее шеера, кисута и оната» (стих 21:10 недельной главы Мишпатим книги Шмот) в Торе по крайней мере дважды появляется слово с корнем «она́» в значении «мучил, насиловал». В стихе 21:14 недельной главы Ки теце книги Дварим о красавице-пленнице читаем: «… ибо принудил (инита́) ты ее» (опять тот же вопрос об инициаторе сексуального контакта — ведь эта пленница сама все сделала, чтобы ее «принудили», оделась в «платье пленения» и явно предлагала себя, была в лучшем случае соблазнительницей). И в недельной главе Шмот (книга Шмот 1:11,12) о порабощении сынов Израиля в Египте читаем: «И поставили над ним чиновников по налогам, чтобы причинять ему страдания (аното́) …. И как мучили его (йеану́)…». То есть, это слово оказалось, по меньшей мере, двузначным, с очень разными значениями. Большинство мудрецов пошло за значением «мучить», мы же предложили рассмотреть вариант «следовать за желаниями женщины» в общем контексте истории Дины и Шхема. И тогда вся вина за происшедшее оказывается на Дине.

1.8.14

Стих 34:7 утверждает: «… а такого делать не должно». РАШИ на этот стих объясняет что именно «делать не должно»: «овладевать девственницами (слово «овладевать» РАШИ в своем комментарии к стиху 34:2 объяснил в качестве неестественного контакта, а здесь он имеет ввиду естественный способ сексуального контакта). Ведь из-за потопа народы (законом) оградили себя от распутства — Берешит раба 80,6″. Здесь нужно провести естественные границы. Шхем ведет себя как влюбленный мальчик. Он действует и говорит так, как принято в его окружении, знакомым из жизни его окружения образом демонстрирует влюбленность. То есть пользуется принятыми в его среде культурными кодами. Он понятия не имеет о других типах и стандартах поведения. Для него последующие беседы с семьей Яакова — беседы с пришельцами из иного мира, говорящими о незнакомом в его мире типе поведения, о непонятной ему морали, о вере в нового для него и непонятного ему Б-га, требующего от людей непривычного типа поведения. Если мы посмотрим на продолжение, то нам станет понятна его влюбленность. Он и «полюбил девицу» ( стих 34:3), и «говорит к сердцу девицы» (там же), при разговоре с семьей Яакова готов отдать все, что те ни попросят («Лишь бы я нашел милость ваших, а что ни скажете мне, я дам. Возложите на меня самый большой выкуп и дары, я дам, как скажете мне, только дайте мне девушку в жены!» — стихи 34:11,12). Братья Дины потребовали не денег, а выполнение какого-то странного, уродующего человека (во взглядах хиввийцев) действия над телом — обрезания, да еще в столь чувствительном месте. «И не замедлил юноша сделать это, ибо желал дочь Яакова» (стих 34:19). Правда, Йеошуа Штейнберг, переводчик Торы на русский язык в начале ХХ века, на это место приводит мнение Геродота (2,104), греческого историка V века до их эры, что у большинства канаанских народов обрезание было в обычае. Можно возразить, что к эпохе Геродота евреи уже жили в земле Канаанской более 1,200 лет и все это время практиковали обрезание. Так что неясно какие народы и в какие эпохи он принимал за канаанские.

Теперь становится понятным (по одной из версий), почему Дину на время переговоров оставили во дворце Хамора — влюбленный Шхем страшно боялся, что ее заберут и он ее больше не увидит, а говорить с ним будут о наказании, о компенсациях, об искуплении сделанного. А, оставив Дину у себя, он переводил разговор на темы об условиях ее оставления у него постоянно. В пределах его культуры единственной трудностью на этом пути была сумма выкупа. Этого разговора он не боялся, так как заранее был готов на любые суммы платежа (стихи 34:11,12). А после переговоров и обрезания — так он уже считал ее своей по соглашению с семьей Яакова — он же выполнил их единственное условие. На основании изложенного можно считать, что тут картиной изнасилования и циничного ведения переговоров с удержанием заложницы даже не пахнет. Просто перед нами без памяти влюбленный мальчик, боящийся даже на миг расстаться с вдруг оказавшейся рядом девочкой его мечты и готовый на все, чтобы остаться с ней навсегда.

1.8.15

Но есть и вторая версия оставления Дины во дворце на время переговоров и даже позже. После разгрома города Шхема братья Шимон и Леви «взяли Дину из дома Шхема» (стих 34:36). Есть интересный комментарий РАШИ на стих 46:10 недельной главы Ваигаш, что Дину удалось «извлечь» из дворца Шхема только после обещания Шимона на ней жениться и после гибели Шхема. Комментарий странен тем, что не только у евреев или соблюдающих семь заповедей сыновей Ноаха, но и у большинства народов мира запрещено жениться на своих родных сестрах (не путать с женитьбой Яакова на «чужих» ему родных между собой сестрах или с женитьбой Авраама на племяннице (или сестре по отцу от разных матерей) Саре-Иске, хотя и называемой им своей сестрой). Исключительное разрешение жениться на родных сестрах было дано только детям Адама и Хавы из-за отсутствия иных возможностей. Поэтому Шимон не мог обещать Дине жениться на ней кроме случая ее сильно неадекватного сознания (а тогда даже нереальное обещание мало что сто́ит). Во-первых, разгром был на третий день после обрезания, значит, эти три дня Дина была во дворце и о попытках ее освобождения в этот период Тора нам не сообщает, как не сообщает и о желаниях Дины покинуть дворец. Правда, в эти дни Шхем Дину не трогал, так как он был после обрезания — никаких идей женской нечистоты (иврит: нида́) из-за кровотечения у девственницы после первой ночи (в данном случае — после дневного первого у Дины сексуального контакта) мы даже выдвигать не будем. Во-вторых, опять в значении «взяли» Торой использован глагол «ваикху́» и никакого сексуального оттенка использование этого глагола опять не имеет. Не освободили, не вывели из дворца (даже насильно), а именно «взяли». То есть, убедили словами выйти из дворца, сагитировали. Она сама этого делать не собиралась даже после разгрома города и гибели Шхема. То есть, и на переговоры она сама не пошла, а не была заперта во дворце для усиления позиции Шхема, так как и она (а не только Шхем) боялась разлуки, понимая, что второй раз ей за стан Яакова без жесткого надзора не выйти.

Мы, понятно, не рассмотрели ситуацию бессознательного состояния Дины в момент входа братьев Шимона и Леви во дворец Хамора и Шхема. В этом случае глагол «взять» имел бы прямой и оправданный смысл — взять бесчувственное лишенное свободы выбора тело. Но этот вариант представляется уж совсем нереальным.

1.8.16

Кстати, бытует мнение, что Тв-рец несколько раз проводил селекцию (сначала из всего человечества выбрал Ноаха с сыновьями, а остальных уничтожил потопом, затем выбрал Авраама из населения земли (уже не уничтожая остальных), затем из сыновей Авраама выбрал Ицхака, отбраковав Ишмаэля и сыновей Кетуры, далее из детей Ицхака выбрал Яакова, отбраковав Эйсава, но на уровне Яакова селекция закончилась — все сыновья Яакова дали начало коленам народа Израиля. Это верно, если оставить в стороне Дину. По мидрашу, палестинец Голиаф (Гольят), которого победил Давид — ее потомок. Уж не весь ли палестинский народ (того времени, а совсем не сегодняшние арабы Земли Израиля, присвоившие себе это название без всяких на то оснований) произошел от Дины? Да и далее селекция продолжалась и продолжается сегодня — как путем ассимиляции, когда дети теряют связь с еврейством и быстро перестают быть евреями по Алахе, так путем перехода алахических евреев к вере других народов, часто с заниманием почетного места (за разум, за уровень мышления, вынесенные из еврейства) в среде этих других народов. Кстати, Дина не перечислена в составе спустившихся в Египет, хотя Йохевед (не мужчина) в счет вошла.

1.8.17

Бесспорно, что и горячая юношеская влюбленность должна выражаться разрешенными и принятыми в обществе для такого состояния способами и находиться в принятых обществом рамках. Если такие способы овладения девицами недопустимы в зарождающемся, но уже высокоморальном еврейском народе, то нам трудно принять столь высокий стандарт поведения для хивийцев, к коим принадлежали Хамор и его сын Шхем. Тв-рец позже решит выгнать этот народ из Страны (в период выхода евреев из Египта) и даже уничтожить, если сами не уйдут (конец периода сорокалетнего странствия евреев в пустыне) за прегрешения народа. Нет сомнения, что разврат именно в понятиях Тв-рца входил в список прегрешений народа в глазах Тв-рца среди наиболее тяжелых грехов. Но правоту расправы со всем городом Шхемом со стороны Шимона и Леви мудрецы объяснят отсутствием в городе судопроизводства по законам, основанным на семи законах сыновей Ноаха, а общность принятия этих законов (да и просто хоть какое-то знание о них) всеми народами даже только Страны, особенно в период праотцев вызывает сомнения. Мы-то знаем, как, живя всю жизнь в одной системе морали и ценностей, трудно даже ознакомиться с другой системой по своей воле, если нет для этого жесткого давления. Мы-то знаем, сколько из выросших и проживших в атеистической, космополитической, просто морально-нечистой атмосфере Советского Союза, вырвавшись на свободу, попыталась по своей воле и своему желанию понять мир и жизнь в нем, ознакомиться с иной, незнакомой, кажущейся чужой и непонятной, но исходно нашей системой взглядов — с иудаизмом: считанные проценты (если не доли процента) из нашей огромной и образованной алии 90-х. То есть, строгость наказания со стороны Шимона и Леви была именно за Дину, да и то — в понятиях морали сыновей Яакова без попытки понять состояние сынов города Шхема. За отсутствие такого судопроизводства нужно было уже тогда вырезать все народы Страны, и не только Страны — семь заповедей сыновей Ноаха еще не были известны и пришли в мир через евреев. Да и сегодня овладение девушкой с предложением последующей женитьбы (особенно, при наступившей беременности) считается в большинстве гойских народов почетным выходом из уже сложившегося положения. Да и Тора при соблазнении девицы повелевает заплатить отцу девицы и жениться на ней без права развода без ее согласия (книга Дварим, недельная глава Ки теце, стих 22:29). Причина расправы, скорее, лежит в 34:5 и 34:13, в понимании Яакова и в утверждении братьев Дины, что Шхем ввел Дину в состояние духовной нечистоты («тумъа́» — не путать с естественным после первой ночи с девственницей ее состоянием «нида́», что не несет отдаленных последствий), но нам трудно объяснить как соблазнение или даже изнасилование порождает человеческое состояние «тумъа́» и как эта «тумъа́» оказывается несмываемой.

1.8.18

В стихе 34:30 после расправы Шимона и Леви над Шхемом Яаков говорит им, что они сделали его «… ненавистным (дословно: зловонным) для обитателя земли, для каннанейцев и призеев». Но Хамор и Шхем принадлежали к хивийцам, а именно их, пострадавших от расправы, Яаков не упомянул (хиввийцев, живших вне города Шхема — шхемцы были уже уничтожены). Возможны следующие варианты. Во-первых, Яаков мог назвать хиввийцев «обитателем земли», первым, основным фактором опасности, так как именно они обитали в месте расправы и в месте, где сейчас находится Яаков и лишь затем упомянуть еще два близживущих народа. Во-вторых, возможно, что город Шхем был населен не хиввийцами, а именно каннанеями и призеями и только власть принадлежала Хамору — хиввийцу. В-третьих, возможен вариант, что у хиввийцев было несколько городов (при входе евреев в Страну здесь был 31 царь на семь народов, то есть народы имели больше, чем по одному городу и царю), но хиввийцы настолько струсили, посмотрев на расправу двух детей над целым их городом, что у них от оцепенения и мысли не возникло мстить Яакову и Яаков откуда-то об этом знал. Ведь кровная месть хиввийцев должна была быть первой опасностью для Якова. Она признается даже среди евреев и именно в защиту от нее до суда понадобились города-убежища (они также нужны и после суда для ссылки непреднамеренного убийцы до смерти первосвященника). Во всяком случае, о полном уничтожении хиввийцев дело не идет, так как они гораздо позже названы в числе семи каннанских народов, от которых евреям нужно очищать Страну.

1.8.19

Тора в стихе 35:5 указывает как на самом деле возникают или не возникают войны народов против евреев. Тора пишет: «И был страх Б-жий на городах, … и не преследовали сынов Яакова». То есть, нам разъяснено прямым текстом Торы, что народы могут подняться на войну против евреев только в случае отсутствия у этих народов страха перед евреями, а этот страх — полностью в руках Тв-рца без всякой зависимости от соотношения реальных материальных сил и ресурсов для войны у евреев и народов. И при столь малых силах Яакова по сравнению с окружающими народами, те (при прямом воздействии на их сознание неизвестного им Тв-рца) даже не попытались напасть на Яакова. Эта мысль Торы очень снижает важность армии в Израиле — оказывается, вести себя правильно по отношению к заповедям Тв-рца куда важнее вооружения мощной армии. Непосредственно перед стихом 35:5 указано на устранение чужих богов из среды Яакова — и это является необходимым условием наведения страха Тв-рца на соседей евреев. Ведь Тв-рец может и даровать победу слабым над сильными, и вообще не дать сильным напасть на слабых, даже не дать им думать о таком нападении (не обязательно страх — достаточно исключить мысль о нападении на евреев).

А если учесть, что в массе случаев практически не ведущие агрессивных, захватнических войн евреи больше заинтересованы в отсутствии войны, чем в победе над напавшими на них, то именно отношения евреев с Тв-рцом и являются критерием спокойствия. Но если уж напали, то в Млахим II (глава 7) рассказано как огромная вражеская армия, намного более сильная, чем евреи, и не сомневающаяся в своей очевидно-неизбежной победе, сбежала от евреев без боя только потому, что Тв-рец дал Арамейцам «услышать» несуществующее — «… грохот колесниц с лошадьми и шум большого войска».

1.8.20

В стихе 35:2 приведена инструкция Яакова (по сути — инструкция Торы) по подготовке к тому, чтобы предстать перед Тв-рцом (в молитве, в этом мире — здесь речь не идет о подготовке к смерти). Это актуально для нас и сегодня, хотя Алаха подробно это разъясняет и мы должны следовать именно установлениям Алахи, но всегда интересны источники Алахи непосредственно в Торе. Итак, Яаков велит: во-первых, «уберите чужих богов», то есть избавьтесь от посторонних мыслей, которые мешают вашему прямому диалогу с Создателем. Во-вторых, «очистите себя», придите в возможное для вас состояние духовной чистоты, то есть, хотя бы омойте руки. И, в-третьих, «перемените ваши платья», то есть, оденьтесь соответственно для предстания перед Царем царей. Как минимум, Алаха требует быть в одежде, в которой не стыдно идти по улице.

В стихе 35:4 в качестве отдавания Яакову иных богов упомянуты и «кольца, что у них в ушах». По-видимому, эти кольца были символами или предметами службы чужим богам. Когда несколько поколений спустя евреям понадобиться золото на создание золотого тельца, Аарон скажет евреям (книга Шмот, недельная глава Ки тисса, стих 32:2): «Снимите золотые кольца с ушей ваших жен, сыновей и дочерей и принесите их мне.» И народ быстро послушается (там же 32:3): «И снял весь народ золотые кольца со своих ушей…». Интересно, что золота в стане хватало и не в виде ушных украшений, похоже, оно массово было в иных изделиях и даже в слитках (много золота чуть позже пошло на изготовление Мишкана и его сосудов), но на идола понадобились именно кольца из ушей.

1.8.21

35:12 Повтор избранности Яакова и его сыновей. «И землю, которую Я дал Аврааму и Ицхаку, тебе дам Я ее, и твоему семени после тебя дам Я землю.» Этой фразой отметается из наследников Ишмаэль из поколения Ицхака и Эйсав из поколения Яакова. Кроме того, здесь содержится информация, что многоступенчатая селекция закончилась и все сыновья Яакова будут наследниками Страны.

1.8.22

Стихи 35:16-19 описывают роды и смерть Рахели. РАШИ говорит, что обычно со всеми сыновьями рождались и сестры — близнецы, а тут родились две сестры, так как роды здесь упомянуты трижды (РАШИ на 35:16,17 и на 37:35). Наиболее вероятной медицинской причиной смерти Рахели нам представляется атония матки. К группе риска по этой проблеме относятся крупные плоды и двойни. Понятно, что тройня еще больше повышает риск. Атония на первом этапе приводит к слабой, неактивной родовой деятельности («… трудно она рождала …» 35:16), а после родов часто развивается массивное, неостановимое кровотечение, когда коагулянты («свертыватели» крови) и введение крови или ее заменителей не решают проблемы и возможность спасения жизни матери оказывается зависящей от находящейся рядом уже развернутой операционной (требуется радикальное удаление матки). Понятно, что стан Яакова такими возможностями не располагал и состояние Рахели в имеющихся условиях оказалось несовместимым с жизнью.

Отметим, что одна из линий мидраша по объяснению ранней смерти Рахели указывает, что имеется запрет Торы жениться на двух родных сестрах одновременно и добавляет, что в галуте (в Харане) такая женитьба была еще терпима, а в Эрец Исраэль — уже нет, поэтому одна из сестер должна была или получить развод, или умереть. Так как в предыдущей главе «Вайеце» из стиха 31:50 мы, вслед за РАШИ признали Билу и Зилпу тоже дочерьми Лавана, то получается что Яаков был женат на четырех родных сестрах по отцу (а Торе достаточно, чтобы сестра была только по отцу) и, следовательно, по линии мидраша нужно было ликвидировать (отослать или умертвить) трех из четырех жен Яакова, о чем Тора нам не сообщает. Странным представляется также разделение основополагающих законов Торы на действующие в галуте и в Эрец Исраэль. Законы брака действуют для евреев одинаково в любой стране и чтобы оправдать женитьбу Яакова на сестрах (хотя бы двух), нужно постулировать, что время весь этот закон не был известен или не применялся, а тогда он и не мог быть причиной ранней смерти Рахели.

1.8.23

Отметим вслед за многими комментаторами трудности деторождения у наших праматерей и выдвинем некоторые гипотезы. У Сары с Авраамом не было детей 25 лет их жизни в Эрец Исраэль. Одной из материальных причин этого мог быть близкородственный брак — по большинству мнений Сара была сестрой Авраама, дочерью его родного отца, но от другой матери. Поздние роды при прямом вмешательстве Тв-рца (без такого вмешательства роды были невозможны — «… прекратилось у Сары обычное женское» (18:11). По пути усомнимся в линии мидраша, что у Сары не было матки или других органов деторождения — раз были месячные, которые с возрастом прекратились, значит, принципиально все необходимые для зачатия и родов органы были на месте) привели к рождению Ицхака, который дальше тоже имел проблемы деторождения. Как причину поздних и всего лишь однократных родов Ривки мы склонны усматривать проблемы именно Ицхака из-за близкородственного брака его родителей. Далее были известные и хорошо описанные проблемы у Рахели, но относительно в тени прошли проблемы у Леи после родов Йегуды — «И перестала рожать» (29:35) до беременности с Иссахаром. Но совсем мало освещены проблемы Билы и Зилпы, которые «ударно» родили по два сына и перестали рожать. Внешнее объяснение — они оставляли вакансию родить двенадцатого сына для Рахели. Но могли бы рожать хоть девочек (создавая тем самым проблемы их дальнейшего замужества, так как евреев кроме сыновей Яакова больше в мире не было. Мы уже ранее рассматривали в этом аспекте возможное существование общины, начавшейся с 318 учеников Авраама), но не рожали, хотя жили в Харане еще много лет — больше шести, а Яаков был способен к деторождению, так как даже с трудно беременеющей Рахелью, уже уйдя от Лавана, родил Биньямина. Трудно предположить, что он отдалился от части жен, нарушая тем самым закон Торы («оната́»), да и Лаван при расставании говорил о недопустимости томления дочерей. Вскользь заметим, Йосеф тоже родил только двоих и мы не знаем о реализации указания Яакова о «коленной» принадлежности дальнейших сыновей Йосефа (интересно, к какому колену их бы приписали — Эфраима или Менаше?). Также и Йегуда родил трех при одном выжившем (Шела) от первой жены и однократно двойню от Тамар — немного, совсем немного.

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *