Исраэль Дацковский: Комментарии Торы. 1.9 Вайешев

 121 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Ситуация Йосиф — жена Потифара… Египет назван «срамным местом земли» за безудержный разврат всех со всеми. Понятие девственности практически отсутствовало, как и понятие супружеской верности (как, впрочем, и в большинстве современных «прогрессивных» гойских народах).

בס»ד

Комментарии Торы

1.9 Глава Вайешев

Исраэль Дацковский

Первые эпизоды главы наводят нас на грустные размышления сразу по двум направлениям.

1.9.1

Первое направление — недружность, если не сказать враждебность в отношениях между 12 основоположниками колен израйлевых. Это складывается из многих эпизодов и многократно описано комментаторами. Во-первых, Йосеф пас скот с сыновьями Билы и Зилпы, но не с сыновьями Леи, так как, по мнению РАШИ (к стиху 37:2) сыновья Леи пренебрегали сыновьями «служанок» (как слово «служанки», так и слово «рабыни» в отношении Билы и Зилпы мы берем в кавычки, так не можем считать матерей основоположников трети колен нашего народа ни служанками, ни рабынями. И мы страшно сожалеем, что Традиция не называет их в составе праматерей Израиля. Если скажите, что не Яаков их избирал себе в жены, их дал своим дочерям Лаван в качестве служанок и женами (женами, а не наложницами!) Яакова они стали по воле своих «хозяек» для компенсации проблем с деторождением у «главных» жен, то нужно помнить, что и Лею он не выбирал в жены, да и четкого изложения желания Леи стать женой Яакова мы тоже не слышали. Наконец, в этой главе в стихе 37:2 Тора единственный раз называет их женами Яакова). Во-вторых, Йосиф с сыновьями «рабынь» дружил тоже, по-видимому, не от хорошей жизни, так как мостом между детьми Леи и детьми «рабынь» его считать нельзя — по мнению РАШИ (к стиху 37:2) Йосеф доносил отцу «худые вести» именно о сыновьях Леи. И доносил не для укрепления своей позиции в «партии» сыновей «рабынь». Он был в этой «партии», так как места в «партии» сыновей Леи ему не нашлось — сыновья Леи, по-видимому, не могли простить Рахели (уже покойной) любовь Яакова и вторичное положение их матери в семье и перенесли свою нелюбовь на Йосефа. А, может быть, он не захотел быть в «партии» сыновей Леи или по его ответной нелюбви к ним, или по душевному согласию именно с сыновьями «рабынь» — во всяком случае «двупартийность» Йосефа вряд ли была возможна.

Но при этом при попытке убийства Йосефа, замененной его продажей, обе «партии» объединились против Йосефа. (РАШИ к стиху 37:33 объединяет всю девятку братьев в принятии зарока по сохранению тайны — в счет не вошли сам Йосеф, маленький еще Биньямин и временно отсутствовавший при продаже Йосефа Реувен). То есть, положение Йосефа в «партии» сыновей «рабынь» тоже было весьма условным. Особенно печально, что вся четверка сыновей «рабынь» оказалась в этом «союзе». Да и вообще столь дружное, совместное участие девяти братьев, наших великих праведников и нашего фундамента в столь бесспорно черном деле плохо пахнет. И завидовать-то братьям Йосефу особо не было причин — ну, любимый папочкин сынок, ну, сын любимой, но рано умершей жены папочки, а так — равный среди всех. Ведь сны Йосефа братья пророческими не считали (иначе бы не попытались столь брутально помешать их реализации — не идти же так грубо и безнадежно против Тв-рца).

Проф. Нехама Лейбович приводит большой спектр комментарией на эту продажу и наиболее логичным нам представляется комментарий РАШБАМа, по которому братья ели хлеб вдали от ямы, обсуждали потенциальную продажу Йосефа иштаэльтянам, а в это время рядом с ямой прошли незамеченные ранее мидьянитяне, которые как раз и вытащили Йосефа из ямы и затем продали иштаэльтянам. Главный итог такого рассмотрения — на братьях нет непосредственной вины продажи. Добавим аргумент в пользу этой версии. Продажа была осуществлена за 20 серебренников. Эти деньги, окажись они в руках братьев, никак не могли быть ни использованы, ни поделены, ни спрятаны — они должны были жечь и руки тех, кто ими владеет, и совесть тех, кто знает об их судьбе (о дележке, о спрятывании, об использовании). Ничего этого нам неизвестно из текста Торы, а информация об этом была бы важной в понимании построения характера наших основателей. Поэтому логично предположить, что этих денег братья и не видели, что укрепляет версию о том, что доставали Йосефа из ямы и продавали иштаэльтянам не братья, а мидьянитяне. Правда, имеется мидраш, который рассказывает, что за эти деньги братья купили себе обувь. Но нам трудно принять наличие столь высокой степени цинизма у братьев, да и происхождение обуви нужно было бы как-то объяснять отцу.

Но независимо от того, кто технически продал Йосефа, на братьях остаются три плохих вещи, сделанные в ясном уме и твердой памяти: Первое: бросание Йосефа в яму (что привело к тяжким последствиям независимо от намерений), второе: подделка вещественного доказательства того, что Йосефа съел зверь (поливка его рубашки кровью козленка. Здесь остался вопрос. Тора нам не сообщает о разрывании рубашки Йосефа, да имитировать руками разрыв ее диким зверем было бы трудновато. А Яаков, получил окровавленную рубашку на опознание, не обратил внимание, что для съедения Йосифа в рубашке и оставлении рубашки целой нужен был очень ловкий зверь. Да еще зверь так аккуратно выел Йосефа из рубашки, что на ней не остались частички плоти. А если Йосиф в момент съедения был без рубашки, то тогда на ней оказалось многовато крови. Версия, что он снятой рубашкой оборонялся от зверя не очень вероятна.) и третье: НЕпоиск Йосифа в дальнейшем. Последнее хорошо вписывается в высказанную ниже идею о поразительной жизненной пассивности братьев. Версия братьев для самих себя о вытаскивании Йосефа из ямы диким зверем не выдерживает критики и по трудности вытаскивания зверем человека из ямы, и по отсутствию многочисленных следов крови в яме. Да и не заметить караван мидьянитян вблизи ямы с Йосифом туже нужно было суметь.

1.9.2

Второе направление — поразительная социальная и хозяйственная пассивность наших праотцов. Авраам был активен. Во-первых, еще во время жизни в Харане он приобрел и имущество, и души (стих 12:5 недельной главы Лех леха), ему было что взять с собой в землю Канаанскую (Эрец Исраэль, но тогда она так не называлась. Правда, комментаторы возводят богатство Авраама к подаркам фараона за Сару при вынужденном спуске Авраама в Египет, даже указывая, что по пути в Египет Аврааму нечем было расплачиваться на постоялых дворах, но эта версия оставляет вопросы и об имуществе, взятом Авраамом из Харана, и о происхождении богатства Лота) — не ждал пассивно наследство от своего отца Тераха. Во-вторых, он не просто замкнулся в себе и в своем знании Тв-рца, но учил этому знанию других людей (в соответствии со стихом 14:14 недельной главы Лех леха — были воспитанники, кроме приема проходящих мимо путников и объяснения им кто дал им пищу). В-третьих, объединив пять местных царьков против четырех агрессоров, он стал политической фигурой, в известном смысле верховным правителем над местными царьками. Авраам явно не чурался при необходимости заняться военно-политической деятельностью и занимался ей весьма успешно.

Совсем другое дело — Ицхак. Не женился до 40 лет, пока по инициативе Авраама ему не привели невесту прямо на поле перед его шатром. Не делал попыток развить хозяйство отца или выделить из него свою часть и развивать ее. Да и дальше, кроме восстановления колодцев отца и одноразового, но очень успешного посева, особых хозяйственных следов не оставил (не будем задавать вопросов о правах собственности или условиях аренды того поля, где вырос столь завидный урожай). О его особом гостеприимстве или распространении знаний о Тв-рце нам неизвестно. Праведник в себе. Это немало, очень немало, но трудно преобразовывать мир для прославления Имени без активного участия в делах этого мира.

Его сын Эйсав был активен — рано завел свою семью, активно занимался ее содержанием, был много занят (охотой, грабежом, убийствами, насилием — но занят, не спал на ходу), уставал (стих 25:29), затем разбогател («… есть у меня много …» — стих 33:9), встал во главе армии («… и четыреста мужей с ним.» — стих 32:6).

Иное дело — Яаков. До истории с благословениями Ицхака, до своих 67 лет спокойно сидел в шатрах (или столь же спокойно был пастухом отцовских стад), ни о женитьбе, ни об активной хозяйственной деятельности не думал — учил Тору и пас отцовский скот, то есть, жил просто, в пассивном созерцании мира Тв-рца и ждал наследство. Неясно, зачем при таком подходе к жизни ему понадобилось как первородство, так и благословение Авраама, полученное от отца — для реализации в мире этого богатства нужна была высокая жизненная активность. Вопрос о продолжении рода возник у него (да и то по указанию его матери Ривки), когда из-за Эйсава земля стала гореть у него под ногами. И даже в этой ситуации Яаков не сильно торопился — сначала 14 лет йешивы Эвера (РАШИ на стих 28:9), затем семь лет работы у Лавана за Рахель (вместо того, чтобы сначала жениться, а затем отрабатывать долги или немного поработать в качестве «первого взноса», а дорабатывать после женитьбы). Итого женился в 84 года. Затем безропотный, без попытки оспорить наглость и лживость Лавана и без попытки спорить о сроке отработки за вторую жену, дополнительный семилетний рабский труд без попытки создавать основу собственного благополучия и реальной независимости.

И дети Яакова пошли, в общем-то, той же дорогой — пассивно пасли скот отца. Первым попытался выйти из круга пассивности Йегуда (стих 38:1 и далее). Во время продажи Йосефа ему было 21 — 22 года, но нам точно неизвестно через какое время после этой продажи он «… отошел от братьев своих.» (тот же стих 38:1). Йегуда вступил в деловые отношения с окружающими народами (РАШИ на стих 38:1), женился на канаанеянке (вопрос о возможном происхождении матери его жены обсуждается в нашем комментарии на одну из предыдущих глав) и жил самостоятельной жизнью (мидрашим о том, что с каждым сыном Яакова рождалась сестра и все переженились внутри семьи не подтверждаются этим эпизодом. Правда, эта канаанеянка могла быть второй женой, но тогда о первой и ее детях нам ничего неизвестно).

Вторым активным по жесткой необходимости оказался Йосеф, сначала в качестве быстро поднявшегося из низшего слоя иностранных рабов руководителя большого хозяйства Потифара (в возрасте всего-то 18 лет в чужой стране!), затем (после двенадцатилетней отсидки в египетской яме) в должности премьер-министра Египта (с возраста 30 лет!). Остальные так и остались пастухами объединенного отцовского хозяйства.

1.9.3

В этой главе мы дважды возвращаемся к числу одиннадцать детей, с которым мы уже столкнулись в главе Вайешев, но тут Йосеф, рассказывая свои сны, не считает самого себя и в счет уже входит Биньямин. Рассказывая о своих снах, Йосеф, в первом сне (стих 37:7) не указывает число снопов, поклонившихся его снопу. Число одиннадцать в этом месте — добавление комментаторов к тексту Торы. И здесь Йосеф строит свой рассказ не на своей личности и личности братьев, а на произведении рук — на снопах. И снопы братьев (только ли братьев?) поклонились снопу Йосефа. И сам Йосеф вяжет снопы наравне со всеми. Возможно, каждый связал больше, чем по одному снопу или собственность на один из снопов или на несколько снопов перешла, например, к Дине или праматерям и эти снопы тоже кланялись снопу Йосефа.

Во втором сне в стихе 37:9 картина еще более запутана, хотя численно более полна. Во-первых, Йосеф вообще никак не персонализирует себя. Кому кланялись звезды — человеку на земле, земному царю, человеку, стоящему вне Земли? Или тоже звезде? Сегодня мы знаем гораздо больше объектов вселенной, может быть, Йосеф — не звезда и не человек, а один из открытых относительно недавно небесных объектов? Но четко понятно, что все кланялись именно Йосефу. Во-вторых, он явно не называет братьев, а говорит о звездах и только их число выводит братьев на мысль о том, что Йосеф говорит о семье. Но где тогда Дина? Она еще будет упомянута среди спустившихся в Египет (стих 46:15 недельной главы Ваигаш), значит была жива в это время, хотя история со Шхемом уже произошла.

Яаков в этом месте говорит об умершей Рахели, РАШИ — о Биле, но не задан вопрос о неизвестно живущих ли еще в это время Лее и Зилпе. Картина не полна. Но она и не говорит о руководстве каким-либо государством — только о семье. Так как реализация снов намного превзошла руководство семьей (кстати, поклонение, воздание почета кому-либо в семье еще не синоним руководства семьей), то мы в список почитающих Йосефа добавим всех праматерей и предположим, что истинный почет связан больше с будущим миром, чем с настоящим, а потому и неважно, кто еще жив, а кто уже нет во время рассказа Йосефа о своих снах.

1.9.4

Стих 37:14: «… Пойди же, посмотри, мир (ли) братьям твоим и мир (ли) скоту…» противоречит стиху 37:2 «… Йосеф … пас … мелкий скот … с сынами Биллы и сынами Зилпы…». Во-первых, судя по поручению Яакова, у него уже относительно давно не было сведений о детях и о скоте. Это не вяжется с тем, что Йосеф пас скот и, по-видимому, лишь недавно и на короткое время пришел к отцу с информацией именно о спрашиваемом. Во-вторых, если Йосеф пас скот вместе с сыновьями Биллы и Зилпы, ему было бы несколько затруднительно доносить отцу плохие вещи о сынах Леи — не было тесного контакта с ними. И, в-третьих, при попытке убийства Йосефа все братья оказались вместе. Второе и третье противоречия можно снять утверждением, что все братья жили в одном лагере и лишь на день группами расходились пасти скот, да и еще сходись вместе на дневную трапезу и именно в это время их нашел Йосеф. А первое противоречие придется снимать предположением, что Йосеф, как любимый и избалованный сын, имел привилегию надолго оставлять пастбище и жить около отца, изучая с ним Тору и прислуживая ему. РАШИ (на стих 37:29, первое объяснение) объясняет отсутствие Реувена при продаже Йосефа тем, что в этот день была его очередь идти прислуживать отцу. Это связано с тем, что Йосеф именно в этот день ушел от отца к братьям и кто-то должен был быть около отца. Но это же косвенно указывает либо на наличие связи лагеря братьев с местом жилья Яакова (получили информацию когда Йосеф пойдет к братьям) или запланированной заранее датой визита Йосефа. Второе более правдоподобно, так как именно оно не противоречит незнанию Яакова и Йосефа о перемещении братьев со скотом из Шхема в Дотан. Пока нами сняты не все противоречия — если Реувен возвращался хоть на этот день домой, а Йосеф явно не впрягся в пастьбу скота, то Реувен мог бы и принести Яакову нужную информацию. На это можно возразить, что Йосефу отец доверял больше, но остается неразрешенной проблема поверхностности информации Йосефа из-за краткости его визита к братьям — только общая информация о здоровье братьев и о состоянии скота — без картины настроений и внутренних отношений в лагере, которые были непросты между сыновьями Леи и сыновьями Биллы и Зилпы. Яакову следовало бы держать руку на пульсе в этом вопросе и не удовлетворятся поверхностной информацией. Результат известен и печален — Яаков явно недооценил градус ненависти братьев к Йосефу и не предвидел происшедшее с Йосефом.

Кроме этого, повисает вопрос о рабах. Яаков имел немало рабов (стих 32:5) и его сыновья должны были бы быть не рядовыми пастухами, а руководителями (смотрителями) групп пастухов-рабов. Даже при начальном неумении рабов пасти и ухаживать за скотом, наличие смотрителей решало бы и проблему овладения специальностью, и проблему доверия рабам. Но присутствие рабов должно было бы мешать братьям расправиться с Йосефом без свидетелей — рядом должно было быть много глаз и языков, больше верных Яакову, чем его сыновьям. Тора нам ни о чем подобном не сообщает.

1.9.5

Вернемся к истории с ямой, в которую бросили Йосефа. Тора нам сообщает два параметра ямы — она пустая и в ней нет воды (стих 37:24). Нам было бы достаточно и одного — нет в ней воды, и этого было бы достаточно и для трактата «Шаббат 22а» (который приводит РАШИ), чтобы сделать вывод о наличии в ней змей и скорпионов. Но Тора сообщает два параметра, избыточностью информации текст Торы не страдает, значит, нам необходимо хотя бы наметить варианты объяснения. Сразу заметим, что два параметра, каждый из которых может принимать одно из двух значений, приводят к четырем возможным комбинациям, хорошо располагаемым в таблице 2 Х 2. Приведем пример таблицы для более ясного случая — «и больший народ будет служить младшему» (стих 25:23 недельной главы Толдот). Здесь также Тора приводит два параметра: больший/меньший и старший/младший. Построим таблицу возможностей.

Младший/Старший
Младший Старший
Больший/Меньший Больший Младший, Больший Старший, Больший
Меньший Младший, Меньший Старший, Меньший

Понятно, что взаимной подчиненности по горизонтали или по вертикали таблицы быть не может, так как эти пары — невозможные. Не может быть большим народом одновременно и старший, и младший, как не может быть младшим одновременно и больший и меньший. Подчиненность возможна только по двум диагоналям, причем, в обе стороны — всего четыре возможных подчиненности. Тора выбирает подчиненность на диагонали сверху справа вниз налево — старший, больший будет служить младшему, меньшему, выражая это наиболее сжато и экономно — » … больший будет служить младшему» (стих 25:23 недельной главы Толдот). Но это решение Торы не отменяет ПОТЕНЦИАЛЬНУЮ возможность еще трех вариантов: «больший будет служить старшему», «меньший будет служить младшему » и » меньший будет служить старшему».

Такое же назначение двух параметров встречается еще, по крайней мере, в двух местах книги «Берешит»:

Первый раз в вопросе о колодцах Авраама, которые засыпали палестинцы в стихе 26:15: «…засыпали их плиштим и заполняли их прахом (землей)». Для слова «засыпали» Тора использовала глагол «листо́м», что можно перевести как «затыкали». Значит, возможны четыре варианта: «заткнули и заполнили землей», «заткнули и не заполнили землей», «не заткнули, но заполнили землей» и » не заткнули и не заполнили землей». Четвертый вариант — оставили колодец действующим, второй и третий — сделали невозможным пользование колодцем (второй — для быстрого восстановления, третий — для долгого восстановления, а первый, выбранный Торой — избыточный: и заткнули, и заполнили землей. Мы не пытаемся ответить на вопрос о смысле этой избыточности действий, как нам не понятна и вся логика этого действия — воды в этом регионе мало, уже есть действующие колодцы, зачем осложнять себе жизнь? И если уж засыпали, зачем спорить о праве собственности на воду, когда Ицхак колодцы восстанавливал — (стихи 26:20,21 недельной главы Толдот). Но «палестинцы», похоже, с тех времен до наших дней (совсем другие арабы Эрец Исраэль, нагло называющие себя палестинцами) в логике заботы хотя бы о себе не сильно продвинулись.

И второй раз — вопрос о яме для Йосефа. Там тоже Тора указывает два параметра — она пустая и в ней нет воды (стих 37:24). От мудрецов мы знаем, что наличие в яме змей и скорпионов не нарушает параметра «пустая», но не совмещаются с параметром «есть вода». Мы наметим, но не объясним еще три вида ям: «пустая с водой» (не очень возможная комбинация, чтобы ее допустить нужно особым образом объяснять слова «пустая»), «полная с водой» (излишняя информация) и «полная без воды» (чем полная?). Кроме не сильно логичного предположения, что параметр «полная/пустая» относится или к заполнению объема ямы крупными камнями, что уменьшает объем воды и затрудняет ее откачку, или к строительству лесов внутри ямы, что также мешает ее эксплуатации, мы ничего не предлагаем и оставляем вопрос заданным, но еще ждущим своего решения.

1.9.6

Еще раз попробуем выяснить вопрос о дочерях Яакова (кроме Дины). В начале обсуждения семейных дел Йегуды РАШИ к стиху 35:17 пишет: «А наши мудрецы разъясняли, что вместе с каждым родоначальником колена рождалась сестра близнец.» РАШИ к стиху 37:35 на слова «… и все его дочери…» пишет: «Раби Йеуда говорит: «Сестры-близнецы родились с каждым из родоначальников колен и их они взяли в жены.» Раби Нехемия говорит: «Из дочерей Канаана были их жены. Что же означает «и все его дочери»? Его невестки. Потому что человек нередко называет зятя сыном, а невестку дочерью.» (Берешит Раба 84,21)». Мы ограниченно поддержим мнение раби Нехемии. Во-первых, жениться на родных сестрах по отцу Тора явно запрещает (стих 18:9, недельная глава Ахарей мот книги Ваикра). Во-вторых, при запрете брать в жены родных между собой, но не мужу сестер Тора имеет в виду духовные причины — генетически в этом проблемы нет, такой брак не является близкородственным. А брать в жены родную сестру — кроме духовных проблем, имеется огромный риск неполноценности потомства в близкородственном браке и Тора нас предостерегает от этого. То есть, мнение раби Йеуды противоречит и законам Торы, и данным современной науки. Да и прямой текст Торы по крайней мере в двух случаях идет по раби Нехемии и не приводит ни одного случая в поддержку мнения раби Йеуды (мидраши здесь не рассматриваем, они несут духовный заряд, но не добавляют фактического материала, не упомянутого Торой). Первый из этих двух случаев — женитьбы Йегуды сначала на дочери Шуа, затем на Тамар. Второй — женитьба (вынужденная) Йосефа на дочери министра фараона по имени Аснат. Оба брака по прямому тексту Торы дочерей не принесли. Женитьба на дочерях не из семьи Яакова уже позволяла следующему поколению, спустившемуся в Египет, жениться на двоюродных сестрах, которые уже были дальше по родству с примесью «чужих» генов, что позволяло иметь уже неплохое потомство. Следует добавить, что Яаков не видел Йосефа 22 года и большая часть детей Яакова уже должна была переженить внуков еще в канаанской стране, что еще отдаляло родственность троюродных братьев и сестер для браков в Египте. Достаточно неясно, что нужно было делать с внучками Яакова (а допускать наличие только внуков без внучек в семьях десяти сыновей становится уже трудно), за кого их выдавать замуж. Тут версия здорового потомства от мужей из чужих народов плохо работает, так как Тора приводит нам печальную историю падения морального уровня сына египтянина и Шуламит, которого пришлось закидать камнями за проклинание Имени (стих 24:10 и далее, недельная глава Эмор книги Ваикра). Поэтому предположим разрешенное до рабейну Гершома многоженство для разнообразия генетической картины и получения здорового потомства и «выдадим» внучек Яакова за его внуков — двоюродных братьев, оставив за внуками право брать еще жен из канаанских народов или из Египта, в котором проживало немало представителей разных народов.

Добавим, что к комментарии на недельную главу Хаей Сара мы оттолкнулись от факта, что Авраам потребовал от Элиэзера не брать Ицхаку в жены дочь канаанского народа, но не запретил брать девочку из места, откуда Авраам отправился в Страну. Авраам не оговорил требование выбирать жену Ицхаку именно из его родни (хотя слова » … на мою родину …» могут быть истолкованы именно в сторону выбора невесты из родни Авраама). Мы в том комментарии привели одну из слышанных нами причин такого требования Авраама. История пошла так, что Элиэзер нашел невесту именно из продолжения Тераха по мужской линии. Женская линия происхождения всех основателей еврейского народа нам известна и тоже идет от Тераха по крайней мере по отцовской линии этих женщин (с точностью до признания Билы и Зилпы дочерями Лавана). Даже происхождение Аснат, жены Йосефа, нам известно только по отцу без его родословной. Нам также неизвестно происхождение жен остальных братьев. Чуть больше ясности Тора вносит в происхождение нашего царского рода, хотя и тут остаются вопросы. Йегуда женился на дочери канаанейца по имени Шуа (стих 38:2). Имени жены нам не сообщено, два их сына, Эйр и Онан умерли, не оставив потомства, информацией о семейной жизни их третьего сына Шелы и его потомства мы не располагаем. Но наш царский род пошел от Тамар. О ее происхождении можно только догадываться. «… Йегуда отошел от братьев своих …» (стих 38:1), явно оставшись в Канаане, и поселился среди канаанцев, взял жену из канаанского народа (явно не пойдя за взглядами Авраама на пригодность канаанеек в жены основателям еврейского народа, а вслед за ним, похоже, этим же путем пошел еще ряд сыновей Яакова и их потомков). Дом отца Тамар, в котором она жила после смерти двух сыновей Йегуды, явно располагался недалеко от дома Иегуды. Поэтому наибольшая вероятность состоит в канаанском происхождении Тамар (а затем нет сомнения в моавитянском происхождении Рут).

1.9.7

В связи Тамар и Йегуды нас вслед за многими комментаторами удивляет и поведение Тамар, и поведение Йегуды.

РАШИ на стих 38:14 пишет о страстном желании Тамар иметь сыновей от Йегуды через его сыновей. Поначалу она и не помышляла иметь сыновей непосредственно от Йегуды. Но странное поведение старших сыновей Йегуды, как Эра, так и Онана привело к известной проблеме. Йегуда не поторопился женить своего младшего, последнего сына Шелу на женщине, имеющей нехороший статус «ее мужья умирают». Но путь, избранный Тамар странен. Мы говорим не о моральной составляющей, а о вероятности успеха задуманного действа. Сидя на перекрестке дорог в роли развратницы, она легко могла стать жертвой любого сексуально озабоченного и имеющего возможность заплатить принятую в то время цену за «услугу» прохожего. С другой стороны, именно Йегуда был ее потенциальным «клиентом» с наименьшей вероятностью даже при правильном и своевременном донесении соответствующих разведслужб Тамар о его пути и времени прохождения данного перекрестка. Столь высокопоставленные и уважаемые правители, даже овдовевшие (и это при разрешенном многоженстве и явном достатке средств на содержание как дополнительных жен, так и наложниц), могли удовлетворять свои сексуальные потребности многочисленными способами у себя дома с комфортом и гигиеной, а не в расположенных в пустыне шатрах проституток, да еще и в присутствии друзей. То есть, вероятность успеха пути, задуманного и осуществленного Тамар, была никак не выше, чем вероятность рождения полосатых ягнят, если овцы перед зачатием смотрели на полосатые прутья с частично снятой корой. И вероятность со стороны Йегуды, что он зайдет в шатер развратницы, да еще при друге (которого он же потом пошлет рассчитываться козленком с развратницей за оказанные услуги) была не выше, чем вероятность успеха планов Тамар. Вероятность сочетания двух маловероятных событий вообще практически отсутствует. И все-таки Йегуда по совершенно необъяснимым и невероятным мотивам заходит в шатер Тамар и две совершенно нереальные вероятности реализуются в реальность и дают нам основу нашей великой царской династии аж до времен машиаха. Кстати, Тамар для придания серьезности антуражу должна была позаботиться не только о своей одежде, но и о наличии шатра, ковров в нем, угощений и напитков, о перевозке всего этого добра на перекресток и убирании после «работы», об охране, чтобы один «клиент» не мешал другому, что вряд ли было доступно в одиночку вдове, одиноко сидящей в доме отца своего. Значит, была еще «группа обеспечения и поддержки», о которой Тора нам не сообщила. Кроме совмещения этих двух очень маловероятных случайностей нужно было еще совместить их с третьей — нужно было, чтобы поход Йегуды на стрижку овец совпал с очень узким периодом (тройка дней) в месячном цикле Тамар — иначе беременность бы не наступила. Приходится говорить о чуде Тв-рца в деле совмещения очень малых вероятностей, но без нарушения природных законов. И это совмещение событий с чрезвычайно малыми вероятностями — основной путь влияния Тв-рца на Его мир без нарушения Им же установленных законов природы.

1.9.8

Роды Переца и Зераха. Если выход Яакова, державшегося за пяту Эйсава, еще можно как-то с трудом себе представить, то высовывание руки Зераха, убирание ее обратно и дальнейшие стремительные роды Переца представить себе никак невозможно. Это просто не соответствует анатомии женщины и физиологии родов. И тем не менее, у нас нет никакой возможности не доверять прямому свидетельству Торы. Значит, нужно попытаться объяснить. В нашу голову ничего не приходит, кроме такой последовательности — начавшиеся роды Зераха в его неправильном положении (рука над головой) — наступление временной атонии матки и прекращение родовой деятельности с «всасыванием» плода обратно полностью в полость матки (голова еще не выходила, первый вздох еще не был сделан — иначе бы плод задохнулся бы в матке, кровоснабжение плода через плаценту не пресеклось, плаценты и плоды не перепутались между собой) — возврат тонуса матки и возобновление родовой деятельности — стремительные роды Переца — стремительные роды Зераха — отхождение плацент. Получить при этом двух живых и полноценных, без родовых травм, детей — очередное явное чудо Тв-рца вроде бы без нарушения (почти) природных законов.

1.9.9

Ситуация Йосиф — жена Потифара. Нам остался непонятен один из аспектов этой известной истории. Египет назван «срамным местом земли» за безудержный разврат всех со всеми. Понятие девственности практически отсутствовало, как и понятие супружеской верности (как, впрочем, и в большинстве современных «прогрессивных» гойских народах). В этих условиях фраза Торы «… кроме хлеба, который он ест» (стих 39:6 в объяснении РАШИ, что хлеб — это эвфемизм для названия жены именно в качестве объекта, недоступного рабу), мало соответствует нашему представлению о Египте. Скорее, в эпизоде когда Йосифу и египтянам подали еду раздельно «… ибо не могут египтяне есть хлеб с евреями …» (стих 43:32), Тора подтверждает, что и в первом случае речь идет именно о еде. Но этому противоречит псалом 81 царя Давида: «… освободил руки его от кухонных котлов.», разве что не готовить пищу, но мыть посуду иностранным рабам разрешали. Тогда, при практически открытых отношениях хозяек с рабами, крик жены Потифара и ее многоступенчатые жалобы становятся непонятны — раб скорее мог быть наказан за пренебрежение представившейся возможностью, чем за ее осуществление. Похоже, что именно обида отверженной (и кем? — бесправным иностранным рабом!) женщины является двигателем этой истории, а не страх жены, что муж узнает. Отсюда и «легкое» наказание для Йосифа — без смертной казни — за пренебрежение женой Потифара. Тут опять, как и в нашем изложении истории Шхема и Дины, мы сталкиваемся с несовместимыми системами морали — морали Египта и морали Йосефа. Как и там, конфликт развивается из-за чистосердечного действия одной из сторон в рамках своей морали при полном незнании о наличии других систем морали, причем одна из вынужденно взаимодействующих систем морали оказывается полностью неприемлемой, антагонистической для другой системы ценностей и ее носителей.

1.9.10

Стих 39:20 рассказывает нам: «… и отдал его в темницу …». Малопонятное действие Потифара. Если уж он расстается с рабом-управляющим своим хозяйством, отправляя его на отсидку без ограничения срока, то отправил бы его (не про Йосефа будь сказано) в каменоломни — там бы раб хоть какое-то время приносил бы пользу египетскому государству. Посадить министров фараона в яму — еще логично, у них опала может и закончится. Но сажать раба? Отвести его в сторонку и прикончить — кто ценит жизнь иностранного раба, если уж приходится терять его для хозяйства, причем терять без ограничения срока отсутствия. Поэтому объяснения типа «не поверил жене, поэтому не присудил к смертной казни, но не мог и противоречить жене, оставляя раба без наказания» или «счел действия Йосефа по отношению к жене приемлемыми, но уж больно жена раскипятилась от пренебрежения к ней со стороны раба, нужно успокоить жену, наказав раба» не проходят. Ведь тогда непонятен смысл держать раба в привилегированной яме (куда и министры фараона иногда попадают, кстати, тоже на год без суда) целых 12 лет (да и те чисто случайно закончились), кормить, охранять и иначе тратить на него деньги из госбюджета. Только волей Тв-рца, хранящего Йосефа для больших задач можно объяснить происходящее. Но как же долго держал Тв-рец Йосефа в яме!

1.9.11

Сны министров фараона в темнице. Мы отметим только две особенности рассказа.

Первое. Когда Тв-рец посылает пророческие сны, но сам в них не присутствует в явном виде, он эти сны посылает дважды, разного содержания, но с повторением важных деталей. В двух снах Йосефа общим было поклонение ему других объектов, обозначающих семью (но без остальных народов или людей! То есть царство обещалось над семьей, а не что-то большее. Да и сон со снопами странен сам по себе — пастухи не мыслят вязкой снопов (рав Ш.-Р. Гирш), созерцание мироздания им гораздо привычнее), в двух снах фараона — семь плохих объектов поглощают без видимой причины семь хороших. Здесь мы имеем те же два сна с повтором тройки (три ответвления лозы, причем с этих трех ответвлений можно в норме получить больше винограда, чем с одной ветки, три корзины, но булки — только в одной из них, верхней, а остальные две из них бессмысленны), но эти два сна снятся разным людям и только соединяющий их информацию Йосеф может определить их взаимосвязь, а, значит, и их пророческий характер.

Второе. Есть мидраш, что когда Нимрод предложил Аврааму невозможный выбор, между отказом от верности Тв-рцу и печкой, Авраам выбрал раскаленное горнило, Тв-рец набросил на Авраама плащ из журчащей росы и дал ему выйти живым из ада. Аран, брат Авраама, увидел успех брата и лишь тогда «укрепился в вере» — прагматично, быстро, но не глубоко и, главное, слишком поздно. Поэтому это ему мало помогло. То же происходит и с толкованием снов фараоновских министров — виночерпий обращается к Йосефу за толкованием без предварительных условий, а пекарь — лишь после того, как «… увидел старший над пекарями, что хорошо истолковал …» (стих 40:16), но не раньше, и без собственной инициативы. Результат истолкования, воплотившийся в реальность, явно напоминает судьбу Арана.

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *