Михаил Ривкин: Недельный раздел Беаалотеха

 117 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Потребовалось шесть столетий развития, чтобы мы смогли оценить по достоинству вклад Рабби Йосефа ибн Каспи в еврейскую философию, проследить его влияние на еврейских мыслителей Нового Времени. Наверное, это хорошая иллюстрация того, насколько неполны наши знания о еврейской истории, в том числе — об истории еврейской мысли.

Недельный раздел Беаалотеха

Михаил Ривкин

И (о)говаривала Мирьям и Аарон Моше за жену Кушиянку, которую он взял; ибо жену Кушиянку он взял (себе) (Бемидбар 12:1)

Последующее суровое наказание (Бемидбар 12:9-13) не оставляет сомнеий, что Мириям и Аарон тяжко согрешили (о)говаривая Моше. Но что же именно говорили они? По простому смыслу понять невозможно, и потому тут широкое поле деятельности для толкователей и комментаторов.

Возникают и другие вопросы: Что же это за жена-Кушиянка, о которой мы ничего не знаем? И вообще, каков буквальный смысл слова Кушиянка? На вопрос, что такое вообще Кушиянка многие комментаторы отвечают, что Куши значит негр, чернокожий. Именно в этом своём значении вошло слово Куши в современный иврит.

Начнём, всё же, с самого серьёзного вопроса: что же именно говорила Мириям? Мидраш предлагает на этот вопрос довольно неожиданный ответ: «Рабби Шимон сказал: Первой заговорила Ципора, и сказала Мириам, Мириам сказала Аарону, а Аарон добавил к их словам и начал распространять их повсеместно.И что же они говорили? Говорили так:

Когда были назначены семьдесят старейшин, все сыны Израиля зажгли светильники и устроили празднество, в честь почастей, которых удостоились семьдесят старейшин. Когда Мириям увидела эти светильники, она сказала: блаженны они и блаженны их жёны. Сказала Ципора: не говори, блаженны их жёны, но скажи: горе их жёнам! Ибо с тех пор, как Пресвятой, Будь он благословен, говорил с Моше, твоим братом, он более во мне не нуждается. Немедленно пошла Мириям к Аарону, и стали они это обсуждать» (Сифрей Зута, Бемидбар 12:1).

Сходную версию, с некоторой редакторской правкой предлагает и РАШИ:

«Откуда нам известно, что Мириям знала, что Моше отдалился от жены? Рабби Натан сказал: Мириям была рядом с Ципорой, когда та сказала: «Эльдад и Мейдад пророчествуют в лагере (Бемидбар 11:27). Горе их жёнам: если они удостоились пророчества, то отошли от своих жён, как и мой муж отошёл от меня» Оттуда узнала Мириям и рассказала Аарону».

Итак, мы не только узнали, в чём именно состоял грех Мириям, но и получили дополнительную информацию: Ципора и есть та самая загадочная кушиянка, из-за которой весь сыр бор разгорелся. Наиболее убедительно эту точку зрения отстаивает р. Авррам ибн Эзра:

«И говаривала Мириам — мне представляется, что Кушиянка это Ципора, ибо она Мидианитка, а Мидиане это Ишмаэлиты, и живут они в шатрах, и из-за солнечного света их кожа теряет белизну, и они совершенно чёрные».

Сходную точку зрения отстаивает Р. Моше Альшейх:

«Слышал я, что Ципора была черна и некрасива, и упрекали Мириам и Аарон Моше, и говорили: почему ты ушёл от неё? Если из-за того, что она негритянка и уродлива, то на это следовало обратить внимание, когда ты на ней женился, а не теперь».

Надо сказать, что не все комментаторы согласны, что речь идёт о Ципоре. Так, РАШБАМ пишет: «Кушиянка — т. е. Из семейства Хама. И написано в «Книге Хроник Моше — Учителя нашего» (поздний сборник апокрифических мидрашей, ненамного старше самого РАШБАМа), что Моше сорок лет царствовал в стране Куш, и взял одну царевну, и не возлёг с ней, и как сказано там (в «Книге Хроник Моше — Учителя нашего»), они (Мириам и Аарон) не знали, что не было у них близости, и это простой смысл написанного. Ибо если о Ципоре говорили они, какой смысл разъяснять «ибо жену Кушиянку он взял», ведь мы и так прекрасно знаем, что Ципора была Мидьянитянка. И ещё разъяснение: не была Ципора Кушианка, ибо Кушиане из сынов Хама происходят, а Мидианитяне из сынов Ктуры, которая родила сына Аврааму»

Достаточно частный вопрос, что же именно говорили Мирия и Аарон, послужил для ныне забытого комментатора Рабби Йосефа ибн Каспи (1280 — 1340) хорошим поводом, чтобы сформулировать свою теорию корректного толкования Торы, удивительно стройную и аргументированную, по-настоящему научную и на много столетий опередившую его время. В связи с большой важностью высказанной им идеи, приводим длинную цитату.

«… ибо жену Кушиянку он взял — поражаюсь я древним комментаторам, которые были совершенными мудрецами, и которым я не достаю до коленки, как они иногда дают волю воображению, и толкуют слова Торы противоположно написанному, и добавляют слова, проивоположные написанному /…/ И как они могут добавлять от себя, как будто бы «ибо жену Кушиянку он взял» означает: он оставил или удалил от себя? Ибо если таков был смысл сказанного в Торе, то почему же так прямо и не написано? И почему написано противоположное? И ещё: кто разрешил нам так толковать? Почему это разрешено мудрецам Тамлмуда, и ибн Эзре, и почему бы и нам не начать толковать Тору подобным образом? И пусть «каждый делает то, что ему нравится» (Судьи 21:25)? и дойдём до того, что вместо «возлюби Г-спода Б-га твоего» будем читать (спаси и оборони!) «возненавидь Г-спода». Или же «и что любо Г-споду — возненавидь»? Обычным ответом на все перечисленные мною аргументы служат слова «Моше получил Тору на Сиинае и передал её Йехошуа» (Пиркей Авот 1:1), и сообщил тому в устной форме, каково толкование каждого пассука. Но на этот аргумент мы ответим прежним нашим аргументом: почему не написано прямо, в чём истинный смысл каждого пассука? Почему вместо этого написаны слова противоположного смысла, и почему называется комментарием, когда мы ещё раз меняем противоположный смысл на противоположный? Ведь по-настоящему комментарием следует называть только комментарий в соответствии с их истиным смыслом, подобно тому, как мы комментируем слова «Не зажигайте огня во всех жилищах ваших в день субботы» (Шемот 35:3) /…/ глубоким комментарием, который наш пассук выдерживает, и который не меняет смысл на противоположный. Однако, всё остальное (т. е. Комментарий, который не согласуется со смыслом слов) называется изменением, подстановкой, подменой, новой формулировкой. И это верно в любом языке. И почему же нам не истолковать слова «А вас взял Г-сподь» (Деварим 4:20) как «вас оставил»? Или же слова «А если дом слишком малочислен для употребления агнца, то пусть возьмет он и сосед его, ближайший к дому его» (Шемот 12:4) как «пусть отпустил он и сосед»? Чем это отличается от того, что мы делаем? /…/

И потому я утверждаю, что написанное тут следует понимать по простому смыслу слов в иврите, т. е. Кушиянка это женщина из страны Куш, а «которую он взял» означает «женился» ибо таков смысл слова «лаках» из букв ламед-коф-хет, в противоположность слову «азав» из букв айн-зайн-бет» ( Рабби Йосефа ибн Каспи. Бамидбар 12:1)

И только после этого рассуждения Рабби Йосефа ибн Каспи переходит к ответу на интересующие нас вопросы.

«А дело было так: после того, как Моше женился на Ципоре, он взял жену Кушиянку кроме Ципоры, по причинам, которые были только ему известны, и нет смысла спрашивать, каковы были мотивы его поступка, ибо несомненно, что поступил так в своей великой мудрости. И нам не известен точный момент времени, когда он женился на ней, случилось ли это во время странствий по пустыне или ранее. Ибо в Торе об этом до сих не упомянуто, да и в данном эпизоде не указано, сколько времени прошло с тех пор. И поскольку ранее об этом не упоминалось, и чтобы это не выглядело для нас неожиданностью, написано «ибо жену Кушиянку взял». Нам как бы говорят: знайте, он взял жену Кушиянку, а если мы об этом ранее не упоминали, то упомянем теперь, и именно о ней говорили эти двое. Ибо он скрыл от них причину, по которой взял себе ещё и эту жену. Возможно, Ципора заболела, возможно она с ним поссорилась, Возможно, была иная причина, и мы её не знаем, а те двое её знали, но от них ускользнула та высшая мудрость, которая была сокрыта в этой причине. И потому они говорил с осуждением о Моше, который добавил к своей жене ещё одну жену, ибо достаточно одной для человека совершенного».( Рабби Йосефа ибн Каспи. Там же).

Далее Рабби Йосефа ибн Каспи затрагивает в более общей форме тот вопрос, которого мы уже коснулись в предыдущей недельной главе, а именно, насколько может приблизить нас к Б-гу телесное изнурение и ограничение естественных телесных потребностей: «… добавлю к этому ещё одно замечание: известно, что наша совершенная Тора стремится к телесному совершенству, и потому не заповедано нам не противиться и не удаляться от естественных наших потребностей, но, напротив, вести себя в соответствии с ними. И потому нет у нас заповеди безбрачия, ибо близость с женщиной обязательна по природе человека, и если бы Моше полностью отдалился от женщины, как утвердают это наши древние толкователи, то не был бы он прославлен на веки веков»

Нет сомнений, что такое объяснеие ближе всего к простому смыслу Торы (к пшату), и у нас вызывает искренее восхищение та мера интеллектуальной честности, которая потребовалась, чтобы к этому простому смыслу вернуться после тысячелетия самых дерзких и разнообразных попыток толкования (драша). Но методологическая ценность познавательного метода Рабби Йосефа ибн Каспи этим не исчерпывается. Сам по себе критический подход к корпусу мидрашей в начале XIV в. уже встречался среди испанских комментаторов, особенно среди сторонников философского метода РАМБАМа, т.е аристотелевского рационализма. Некоторые из них уже предлагали комментарии, игнорировавшие, а иногда и прямо противоречившие толкованиям Мудрецов Талмуда. Правда, никто из них не позволял себе прямой полемики против самого принципа безусловного авторитета Устной Торы, полемики острой, язвительной и очень хорошо аргументированной. В этом Рабби Йосефу ибн Каспи, безусловно, принадлежит первенство.

Но ещё важнее в его подхоже к толкованию Торы исходное допущение, что некоторые факты и события, в Торе вскользь упомянутые, нам неизвестны в своей полноте и в своём действительном значении, и, более того, навсегда останутся неизвестными. Мысль о том, что Моше взял вторую жену «по причинам, которые были только ему известны, и нет смысла спрашивать, каковы были мотивы его поступка» а также мысль, что нам не известно, когда именно случился этот второй брак, какие события ему предшествовали или следовали, — вот истинная эпистемологическая революция в еврейской мысли!

Негласной методической аксиомой канонического комментария был (и до сих пор остаётся!) принцип «полного знания фабулы Торы». Согласно этому принципу, каждое событие, упомянутое в Торе, нам известно полностью, во всех деталях. Если в Письменной Торе этих деталей нет, их следует искать (и обязательно находить!) в Торе Устной, т. е. В Гемаре и в Мидраше. На основе этого корпуса текстов комментатор обязан сформулировать стройную и непротиворечивую версию каждого события. Так, если написано, что Моше «жену Кушиянку взял», то комментатор обязан объяснить, где, как и при каких обстоятельствах это произошло. Сама по себе формулировка «Возможно, Ципора заболела, возможно она с ним поссорилась» в корне противоречит этой методической аксиоме. Если комментатор утверждает, что «заболела», он должен доказать это, ссылаясь на Мидраш, и т. п. Формулировка «может так, а может этак» в каноническом комментарии просто немыслима.

Одним из практических приложений этой аксиомы стала «герменевтическая бритва Оккама». Любой безымянный эпизодический персонаж Пятикнижия следовало обязательно идентифицирован как один из персонажей, ранее названных по имени. Мы не можем допустить существования какого-то нового, не названного персонажа до тех пор, пока не перепробуем на эту роль всех, кто ранее уже упоминался. Например, если Авраама сопровождали на гору Мория «два отрока» (Брейшит, 22:3), то мы обязаны найти этих отроков среди близких Авраама. Обычно на эту роль назначают Ишмаэля и Элиезера, хотя и не всегда. Именно эта, доведённая до абсурда, «бритва Оккама», мешает комментаторам признать существование какой-то второй, неизвестной, жены Моше, и требует назначить на роль жены Кушиянки Ципору.

И вот этот фундаментальный методический принцип Рабби Йосефа ибн Каспи решительно отвергает! Он многократно повторячет, что некоторые обстоятельства упомянух в Торе событий, некоторые имена упомянутых персонажей нам не известны, но это нисколько не мешает нам правильно понимать и комментировать самые важные события, понимать внутреннюю логиеку поступков известных персонажей, более того — одобрять или порицать сделанное и сказанное ими. Приняв за основу такую методологию, Рабби Йосефа ибн Каспи пересёк невидимую грань между мышлением средневовым и мышлением модернистким, мышлением Нового времени. Именно первичное интуитивное допущение, что окружающее нас Мироздание, как в аспекте Природы, так и в аспекте человеческой Истории, содержит великое множество «белых пятен», что есть множество непознанных предметов в этом сложном и противоречивом Мире, что некоторые из них можно и нужно изучать и познавать, а некоторые, особенно в сфере Истории, так и останутся непознанными — это первичная базисная модель современного нам Модернистского Сознания, которое только и сделало возможным как научно-техническую революцию, так и колоссальные катаклизмы в общественно-политической сфере.

Вот что об этом пишет Юваль Харари в своей «Краткой истории человечества»:

«Современная наука строится на латинской заповеди ignoramus — «мы не знаем», т. е. Исходит из предпосылки, что нам известно далеко не всё».

Первые подходы к такой постановке вопроса содержаться в известном трактате великого немецкого философа и теолога Николая Кузанского De Docta Ignorantia. Н. Кузанский закончил свой труд в 1440 г. Современники не смогли оценить новизны и смелости этой апологии «учёному незнанию». Потребовалось ещё столетие, чтобы Реформация сделала книгу Николая из Кузы доступной и понятной для мыслящей Европе. Поэтому не стоит удивляться, что и еврейский первооткрыватель принципа ignoramus был забыт на долгие века. И только двадцатый век вернул его труды на книжные полки израильских университетов. Потребовалось шесть столетий развития, чтобы мы смогли оценить по достоинству вклад Рабби Йосефа ибн Каспи в еврейскую философию, проследить его влияние на еврейских мыслителей Нового Времени. Наверное, это тоже хорошая иллюстрация того, насколько неполны наши знания о еврейской истории, в том числе — об истории еврейской мысли.

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *