Исраэль Дацковский: Комментарии Торы. 4.3 Беаалотха

 142 total views (from 2022/01/01),  2 views today

Тв-рец прислал перепелов. Известно, что до разрушения Второго храма птица считалась «парве», то есть, не мясной пищей. РАШИ и РАМБАН относятся к перепелам в этом эпизоде как к мясу. Остался вопрос: почему все-таки Тв-рец не пригнал к стану евреев стадо кошерных мясных животных, например, ланей?

בס»ד

Комментарии Торы

4.3 Глава Беаалотха

Исраэль Дацковский

4.3.1

РАШИ в комментарии на стих 8:2 объясняет, что, так как важность зажигания Меноры Аароном очень высока в глазах Тв-рца, то и его награда за это ежедневное действие очень высока и превышает награду за жертвы глав колен при освящении Мишкана, хотя глава колена Леви (которым, кстати, был не Аарон) не был удостоен чести принести жертвы в составе глав других колен. Отсюда можно выучить понимание что если кто-то по тем или иным причинам не может принести материальную жертву (добровольную, жертву «недава»), то его работа, затрата времени и старания по выполнению заповедей как личных, так и в виде службы обществу, по крайней мере, не менее важны, чем материальные жертвы. Понятно, что имеется ввиду именно добровольные жертвы и вряд ли маасер (кроме случаев разрешения использования маасера (пожертвования, составляющего от 10 до 20 процентов дохода) на нужды самой семьи) может быть заменен работой, физической занятостью заповедями. Понятие «маасер (пожертвование) времени не может быть признан настоящим маасером, но, тем не менее, является важной частью работы человека в пользу людей, а, значит, деятельностью во имя служения Тв-рцу. Но этот подход РАШИ открывает широкие возможности признания очень важной работой добровольческую деятельность на пользу как отдельным евреям, группам евреев или на благо всего народа Израиля.

Правда, нельзя не заметить важный аспект в служении Аарона по зажиганию Меноры — эта работа, во-первых, была ему поручена (в данном случае — Тв-рцом), а не выбрана им самостоятельно, и, во-вторых, она была постоянной. Но все-таки следует предположить, что любая добровольческая деятельность на благо евреев оценивается в качестве заслуг высокого уровня и должна являться неотъемлемой частью жизни еврея. Хотя постоянные действия, создание рамок деятельности, которые затем помогут удерживать постоянство действия, лучше одноразовых мероприятий.

4.3.2

РАШИ рассматривает два варианта очистки Меноры. Одни из них — признание стержней (ветвей Меноры), поддерживающих чашечки горения, гибкими (но не настолько, чтобы они заметно деформировались при наливании масла в чашечку), и их наклонение для выливания остатков масла (то есть, центральный стержень столь же гибок, как и боковые, а боковые изгибаются в сторону фасада Меноры, чем совершается довольно сложная пространственная деформация стержней, на которых укреплена чашечка и не факт, что вся эта деформация окажется в чисто упругой зоне работы золота. И даже если деформация стержня окажется лежащей в упругой зоне работы золота, многократный изгиб стержня в конце концов приведет к его излому. И первое положение (гибкость стержней), и второе (изгиб для выливания остатков масла) оставляют много вопросов, как, впрочем, оставляет много вопросов и само устройство Меноры). Второй подход — вывинчивание (вынимание) чашечек для их очистки (что прямо противоречит указанию сделать Менору из цельного куска золота, хотя некоторые комментаторы не считают чашечки той неотъемлемой частью Меноры, которая входит в приказ изготовления Меноры из единого куска золота). Но не рассмотрен самый простой и естественный способ очистки — промокание и протирание чашечек чистой тряпочкой, не смещая их с их постоянного места. Да и промокать много не нужно — ведь масло в шести чашечках практически выгорало к утру (легко предположить отрегулированное Тв-рцом время горения полной чашечки в зависимости от длины ночи при одном и том же заполнении чашечки маслом перед зажиганием), а в седьмой — оставалось на донышке к концу суток горения (при том же начальном заполнении маслом, что тоже неосуществимо без прямого вмешательства Тв-рца или (фантастика!) при наличии иного размера сохранявшей огонь чашечки, что комментаторами не отмечено).

4.3.3

Моше просит Тв-рца дать ему помощь в управлении народом (стих 11:14) сразу после пожара в Тавэйра (стихи 11:1-3). До этого в недельной главе Мишпатим книги Шмот (стих 24:9) уже упоминаются семьдесят старейшин (точнее, «семьдесят из старейшин», что можно прочитать и как обозначение некоторой подгруппы из бо́льшей группы старейшин — этому подходу помогает и использованное Торой в этом стихе ивритское выражение «мизикней исраэль», и наличие в группе подъема только двух из четырех сыновей Аарона, причем, именно неупомянутые здесь сыновья станут в дальнейшем первосвященниками после Аарона, что не оставляет сомнений в их высоком уровне знаний и служения). РАШИ здесь идет по линии комментария, говорящей, что у Моше уже был Санхедрин чуть ли не с египетских времен, но он целиком был сожжен в Тавэйре за падение его уровня. Другим мнением, на основании принципа нехронологичности расположения стихов Торы, может быть перенос здесь изложенной просьбы Моше о помощи во времена перед дарованием Торы. Тогда отменяется еще египетское время организации Санхедрина, и нет необходимости «сжигать» один Санхедрин и заменять его другим. Кроме этого, косвенным подтверждение отсутствия Санхедрина в то время служит факт, что Моше один судит народ и лишь по совету Итро создает многоступенчатую, использующую многих судей судебную систему. Ведь если бы в то время был Санхедрин, даже без нижестоящих судов, Моше не должен был бы в одиночку судить народ.

Но тут возникает еще одна проблема. Если к судьям предъявляются семь требований (четыре в недельной главе Итро книги Шмот и еще три в книге Дварим — не будем здесь рассматривать насколько назначенные судьи отвечали выдвинутым требованиям — это мы рассматриваем в других местах), то к избранным из старейшин Исраэля семидесяти мужам (стих 11:16, и опять — ИЗ старейшин) предъявлено только два требования: быть собственно старейшиной народа (странное требование — ведь их избирают из старейшин) и быть надзирателем народа (а не просто старым мудрым консультантом). А ведь эти семьдесят человек явно будут стоять выше судей. Можно предположить, что эти два требования либо неявно включают в себя все остальные, либо являются дополнительными и требуют среди судей-тысячников выбрать семьдесят особо достойных и реально проявивших себя в управлении народом (второе нам представляется более реальным).

4.3.4

Основная линия комментирования истории об Эльдаде и Мейдаде говорит о них плохо — не вошли в число среди семидесяти в конце концов избранных (даже без их вины, по результатам бросания жребия или по добровольной неявке на жеребьевку), но позволили себе пророчествовать в стане.

Приведем оправдывающее Эльдада и Мейдада мнение.

Во-первых, сомнительным кажется первичное назначение в состав избранных семидесяти старейшин равного числа претендентов от всех колен. Санхедрин всегда был собранием мудрейших вне зависимости от «коленного» происхождения судьи. И всегда существовала очередь из кандидатов на включение в состав Санхедрина на место, освободившееся в результате смерти одного из действующих судей Санхедрина (которые избирались в Санхедрин пожизненно). И эта очередь тоже формировалась по принципу проявленной и признанной мудрости. Да и изначально можно предположить, что в колене Леви, постоянно изучающем Тору и приближенном к служению, будет больше высококлассных мудрецов, чем в других коленах, и может оказаться, что, например, тридцатый по мудрости среди колена Леви будет все еще более мудрый, чем, например, третий по мудрости из другого колена.

Поэтому логичнее предположить, что была проведена «олимпиада» среди претендентов и каждому был присвоен некоторый «рейтинг мудрости». И после этого семьдесят претендентов с наивысшими рейтингами вошли в состав Санхедрина, а остальные образовали очередь на замещение вакантных в будущем должностей. Не будем задавать вопроса о том, кто мог быть в составе «жюри» на такой «олимпиаде» (вряд ли кто-либо, кроме Моше мог оценивать мудрость претендентов). Подтверждением согласия Тв-рца на избранный состав было возложение Его духа на избранных.

Но на Эльдада и Мейдада также снизошел дух, а такой дух с Таким Управлением его нисхождения просто так на человека не спускается. Значит, логично предположить, что эти двое были из великих мудрецов (что подтверждается включением их в шестерку избранных от их колена, по принятому комментарию) и Тв-рец, возложив на них Свой дух, по крайней мере публично указал на них, как на первых кандидатов на включение в Санхедрин по мере смерти его действующих членов. Да и вряд ли возможно остановить действие спустившегося духа и не пророчествовать.

Моше опять проявил свою скромность в стихе 11:29: «… о, если бы весь народ Г-сподень был пророками, лишь бы возложил Г-сподь дух Свой на них.» По сути, он подтвердил, что дух возлагается только на тех, кто уже по своему уровню достиг пророческого уровня и его переход в пророки определяется только согласием Тв-рца на это, которое Он проявляет возложением на такого человека Своего духа. То есть Моше по факту возложения духа на Эльдада и Мейдада признал, что Эльдад и Мейдад — признанные Тв-рцом пророки. Моше пожелал всему народу достигнуть такого уровня.

При этом Йеошуа не проявил высоты понимания ситуации и, столкнувшись с незапланированной картиной внешнего по отношению к сформированному Санхедрину пророчества, предложил Моше (в стихе 11:28) изолировать пророков, получивших дух Тв-рца.

4.3.5

Нельзя не заметить, что в грехе нехороших слов о Моше были замешаны двое. Тора в стихе 12:1пишет: « И говорили Мирьям и Аарон против Моше…», и в стихе 12:2 добавляет: «И сказали …» (множественное число), в стихе 12:5: «… и призвал Аарона и Мирьям…» (не заметим, что в первом стихе Аарон назван вторым, а здесь — первым: выше должность, значит выше и вина), в стихе 12:8: «… как же вы не боитесь говорить …» ( опять множественное число), в стихе 12:9: « И возгорелся гнев Б-га на них …». Итак, замешаны двое, а наказание получила только Мирьям. По-видимому, Тора учит нас уважительному отношению к главам народа, среди которых Аарон — одна из вершин народа. Поэтому Тв-рец его ругал в узком собрании (Моше, Аарон и Мирьям), но не вынес проблему перед всем народом, чтобы не покачнулось уважение народа к наказанному (даже справедливо) Аарону.

Мы ни в какой мере не хотим принизить величие Мирьям, но в обычной жизни более высокому по духовному уровню человеку достаточно указать на его ошибку, иногда — только намеком, и он уже и раскается в ошибке, и бросится исправлять проблему и не вернется на этот путь в дальнейшем. А человек уровнем пониже часто нуждается в сильном, иногда публичном наказании, которое должно помочь ему понять проблематичность совершенного им.

4.3.6

Тора описывает сигнал Тв-рца для начала движения стана глаголом «подняться». В стихе 9:17: «Улефи́ аало́т аана́н мэа́ль ао́эль…», в стихе 9:21: «… вэнааля аанан …» и в стихе 10:11 «…нааля́ эана́н мэа́ль мишка́н эду́т» использован именно этот глагол. Заметим, что дважды из трех упоминаний указывалось откуда поднималось облако: «мэа́ль» — от (из) положения «над». Иного движения облака относительно шатра откровения не задано. Облако вне движения стана всегда было над шатром.

Однако в истории наказания Мирьям использован другой глагол в значении «облако отошло от шатра». Стих 12:10 говорит: «Вээана́н сар мэа́ль ао́эль…» — «И отошло облако от шатра» (заметим в стороне, что конструкция ивритского слова «вээанан» имеет излишек — буква «вав» могла принять огласовку «камац» и ликвидировать следующую за ней букву «hэй»). При этом осталось уже использованное определение откуда двинулось облако: «мэаль» — от (из) положения «над». Это дает нам основание, несмотря на замену глагола, отнести это описание к сигналу трогаться в путь. Далее, в стихе 12:14 указано наказание Мирьям — провести вне стана семь дней (по закону о прокаженном. Правда в законе о прокаженном даны еще семь дней в стане, но вне шатра и еще ряд действий по очищению, которые не указаны в случае Мирьям). Далее стих 12:15 описывает совершенно невероятную вещь — несмотря на приказ двигаться из Хацерот, «… народ не двинулся [в путь] до принятия [в стан] Мирьям». Это совершенно особое состояние, ведь при обычных движениях стана наверняка были прокаженные, которые были в это время вне стана. И хотя описывая порядок движения стана, Тора не сообщила нам о порядке движения находящихся «вне стана», наверняка практика такого движения существовала. Ведь слишком мала вероятность того, что к моменту движения стана, в нем никогда не оказывалось высланных за стан (хотя и такое не исключено). Но если Тв-рец так регулировал возникновение и течение болезни «цараат», что не было высланных за стан на период движения стана, то непонятно, зачем Он дал сигнал к движению одновременно с насыланием болезни на Мирьям. Значит, все-таки имелась ввиду техника движения стана при наличии высланных за стан. То есть, болезнь Мирьям не препятствовала движению. И все-таки народ, в виде бунта, не поднялся (начало бунта — у коэнов, они не начали упаковывать Мишкан). И наказания ни народу, ни коэнам не последовало. Значит, Тв-рец принял этот бунт против Своего «несвоевременного» приказа о движении стана. Справедливость наказания Мирьям не оспаривалась, оспаривался только одновременный с заболеванием Мирьям сигнал к движению. Можно в этой истории увидеть некоторую параллель с подвигом Пинхаса, по мнению многих комментаторов, нарушившего букву закона для защиты духа закона (сильное указание на все времена!), но в данном случае подвиг был массовым, под руководством Аарона и его сыновей и наградой здесь было именно само ненаказание. Можно добавить, что, по-видимому, облако вернулось на место, так как предположить стояние облака в течение семи дней в стороне от Мишкана труднее, чем предположить его возвращение на место. То есть, бунт был коротким, до возврата облака. Далее указано (в стихе 12:16): « И двинулся народ из Хацерота …» и при этом не указано явно на новое смещение облака. Вслед за предположением, что облако вернулось на место, нужно предположить, что Тв-рец с бунтом согласился и Тора просто не описывает отдельно подъем облака при начале движения.

Есть комментаторы, которые стих 12:5 «И сошел Б-г в столпе облачном …» читают как указание на появление второго облака, которое отошло (ушло, исчезло) в конце разговора и его уход не был сигналом к движению стана. Но наличие двух облаков в одном и том же месте представляется нам весьма странным для Единого Тв-рца (хотя для Него нет ничего невозможного). Мы читаем этот стих как «И явно проявил Свое присутствие в облаке», в единственном, стоящим над Мишканом. Можно было бы продолжить и сказать в конце разговора, что Тв-рец прекратил (скрыл) Свое явное присутствие в облаке, в месте Его беседы. Но стих 12:10 «Вээана́н сар мэа́ль ао́эль…» («И отошло облако от шатра») указывает именно на перемещение облака.

4.3.7

Сигналом к началу движения являлось трубление в трубы («хацецро́т», см. стих 10:5), причем, трубить должны «сыны Аарона, коэны» (стих 10:8). Не описан отдельно сигнал к упаковке Мишкана и подготовке стана к движению. Но невозможно допустить, что сигналом к сборке стана для движения (важное и необходимо–одновременное действие, занимающее не так уж мало времени) являлось движение облака, воспринимаемое каждым человеком отдельно, то есть субъективно. Это привело бы разладу при любом подъеме облака. Значит, необходимо признать, что был, но не описан в явной форме централизованный сигнал к сворачиванию стана, скорее всего иная мелодия трубления.

Значит, за отсутствие такого сигнала при заболевании Мирьям (то есть, за бунт) несет ответственность либо лично Моше, либо трубачи-коэны, которых было всего два — Итамар и Элазар.

4.3.8

Вызывает удивление ощущение неверия Тв-рцу со стороны Моше в эпизоде с кормлением народа мясом (стихи 11:21,22) и необходимость объяснять Моше, что возможности Тв-рца в созданном Им материальном мире не ограничены (стих 11:23). Это эпизод можно объяснить не неверием Моше в возможности Тв-рца (особенно после фразы самого Моше: «… или всех рыб морских собрать для них …» (стих 11:22) — понятно, что ВСЕХ рыб будет достаточно с большим избытком) — неверие Моше Тв-рцу может просто не рассматриваться как возможный путь предположений. Эти фразы можно объяснить неверием Моше в возможность удовлетворить желание, вызванное самим желанием желать, желанием самой возможности удовлетворить вожделение. Такую потребность можно удовлетворять (или лечить) на психологическом (если не на психиатрическом) уровне, а не материальном. И Моше вопрошает Тв-рца, будет ли Он вмешиваться именно в образ мышления недовольных. Понятно, что у Тв-рца нет ограничений и в этой области, но прямое и открытое вмешательство в образ мышления может вступать в противоречие со свободой выбора человека и поэтому нежелательно именно самому Тв-рцу. Тогда Моше и спрашивает: как будем выходить из этого положения. Тв-рец выбрал выход, кажущийся весьма жестоким для нашего мира — сначала вроде бы удовлетворил желание «вожделевших» и тут же отправил их всех в могилы, показав неприятие Им и наказуемость неоправданных, материалистичных вожделений (и включив запрет на вожделения в состав Десяти Заповедей).

Кроме этого здесь приведено подтверждение тезиса, что Тв-рец помогает человеку идти по выбранному этим человеком пути, но эта помощь может оказаться весьма дорогой — счет будет предъявлен даже за успешное, при помощи Тв-рца, движение по неправильной (с точки зрения того же Тв-рца) дороге. Поэтому человек должен выбирать маршрут своего движения с тщательной оглядкой на соответствие выбранного маршрута движения желаниям и ожиданиям Тв-рца.

4.3.9

В стихах 10:11,12 указано, что Облако явного присутствия Тв-рца поднялось в пустыне Синайской и указало место следующей стоянки в пустыне Паран. В недельной главе «Масъей» стоянка «Кивро́т Аттава́» следует сразу за стоянкой в пустыне Синайской. РАШИ объясняет, что стоянка «Кивро́т Аттава́» находится в пустыне Пара́н, а РАМБАН объясняет, что «Тавъэра́» (стих 11:3) — это не отдельная не перечисленная в недельной главе Масъэй стоянка, а часть стана на стоянке «Кивро́т Аттава́». Кроме этого в стихе 10:33 указано на трехдневный путь между этими стоянками.

Тогда возникает вопрос о разборке Мишкана утром и сборке ближе к вечеру — при трудоемкости первой и особенно второй работы возникает большое сомнение в возможности выполнить эти работы между двумя ежедневными жертвами «тами́д» (в пределах светового дня, особенно короткого зимнего дня) — между утренней и вечерней жертвой и о возможном дневном пути при разборке и сборке Мишкана в пределах одного дня. Мы полагаем, что разборка, погрузка, разгрузка и сборка Мишкана (без прямого участия чуда) вообще не могли выполняться в один день. Вторым вопросом является жертвоприношение в те дни (утра и вечера этих дней), и другая необходимая и постоянная храмовая работа когда Мишкан был в разобранном и погруженном походном состоянии.

Третьим вопросом является необходимое время нахождения на жертвеннике жертвы «тами́д» для того, чтобы эта жертва была засчитана (а возложение частей жертвы на огонь жертвенника и нахождение их на огне определенное время является необходимой частью процесса жертвоприношения).

Часть обязательных работ не могла осуществляться в походе в полном объеме под крышей здания Мишкана. Это касается не только жертв «тами́д» (приносимых во дворе Мишкана), но и возжигания Меноры, воскурения «кто́рет» на внутреннем золотом жертвеннике. Неясно как транспортировались хлеба предложения (возможно, прямо на золотом столе, упакованном вместе с хлебами для похода).

Легко предположить, что передвижения стана не осуществлялись в субботу и прекращались за достаточное время для субботы, чтобы Мишкан можно было собрать.

И все же постоянная Храмовая работа в походе оставляет вопросы, хотя бы в свете круглосуточного горения некоторых плошек Меноры. Предположить отмену обязательных ежедневных жертв и других видов постоянной храмовой работы во время пути нам заметно труднее, чем предположить принесение этих жертв в походной обстановке на легко распаковываемом и обратно упаковываемом внешнем жертвеннике, предположить факельный перенос огня (имеющего вначале небесное происхождение, хотя перенос огня как отдельной сущности, отдельного вида материи нас уводит либо к Аристотелю, либо вообще в идолопоклонство), воскурение кто́рет и вечернее до утра зажигание Меноры под открытым небом без требующего огромного времени возведения здания Мишкана. В этом случае Арон а-Кодеш оставался упакованным и, в силу этого, невидимым для простых евреев и даже левитов, а открытое стояние золотого жертвенника и горящей Меноры, очевидно, требует предположить наличие плотного, непрозрачного тканевого высокого забора для ограждения места, играющего в походе роль здания Мишкана (остается вопрос о взгляде внутрь этой территории с окружающих относительно высоких гор. При этом роль ограды храмового двора, очевидно, выполнял временный, организованный только на ночь стан левитов.

4.3.10

В стихе 11:4 сброд (иврит: асафсу́ф) захотел мяса. В стихе 11:31 Тв-рец прислал перепелов. Известно, что до разрушения Второго храма птица считалась «парве», то есть, не мясной пищей. РАШИ и РАМБАН относятся к перепелам в этом эпизоде как к мясу. Остался вопрос: почему все-таки Тв-рец не пригнал к стану евреев стадо кошерных мясных животных, например, ланей?

Один из возможных ответов указывает на две причины «странного» решения Тв-рца.

Во-первых, дело происходило после начала функционирования переносного Храма — Мишкана. Значит, уже было озвучено требование есть мясо только через принесение мирной жертвы, зарезание животного в пищу было запрещено без того, чтобы сделать из него мирную жертву. Тв-рец не хотел принимать мирную (добровольную) жертву от этой компании, понимая, что ни добровольности, ни демонстрации преданности Тв-рцу в этой жертве не было бы. Объявить эти многочисленные жертвы некошерными (например, через пигу́ль (посторонние мысли) коэнов во время принесения жертвы в Мишкане, делающий дертву несостоявшейся) и тем самым запретить есть мясо зарезанных животных — такое выглядело бы некрасивым: Сам дал мясо и Сам же запретил его есть. С другой стороны, Он не хотел, чтобы сброд вожделевших, по сути выступивший против Тв-рца, пренебрег бы запретом есть мясо животных, не оформив это мясо в качестве мирной жертвы или запретом есть мясо не принятой жертвы.

В-вторых, если бы Тв-рец допустил бы принесение неискренних мирных жертв, то, так как смертный приговор от руки небес уже был вынесен этому сброду вожделевших, то пришлось бы их ликвидировать при поедании жертвы (заповеданная трапеза, иврит: сеудат мицва) или близко после этого. Тогда в народе могла возникнуть мысль об опасности трапез с мирными жертвами. Такие мысли народа явно не входили в планы Тв-рца.

Поэтому компромиссом было прислать птиц в качестве мяса, которое сброд действительно считал мясом (по-видимому, в Египте птица считалась мясом, а сброд в массе не был коренными евреями, а состоял из свежих, от горы Синай, геров и поэтому легко принял птицу в качестве мяса). Птица требовала шхиту, но не требовала ее оформление в виде мирной жертвы и не требовала зарезание птицы в Мишкане.

В итоге можно предположить, что предоставление сброду птицы «в должности» мяса было одноразовым и птица после этого эпизода еще многие века после этого не считалась мясом.

4.3.11

Еще о сброде — асафсуфе. Обычно считается, что этот сброд — э́рев рав, неевреи примкнувшие к евреям при Исходе и не полностью воспринимающие происходящее. Они вышли с евреями под влиянием минутного восторга от проявленной силы Тв-рца, но не очень готовы и не очень могут принять на себя весь еврейский груз заповедей и тяжесть Служения.

Здесь может быть четыре линии комментирования.

Первый подход. События происходят после Синайского откровения и э́рев рав при Откровении присутствовал. Их гиюр при прямом раскрытии Тв-рца сомнений не вызывает, в этих условиях невозможно не устремиться к Тв-рцу всеми силами души и пренебречь материальным миром. При гиюре душа гера заменяется на еврейскую (или проявляется изначальная принадлежность души к еврейскому народу) и запрещено напоминать геру о его прошлом, связывать его не самые лучшие послегиюровые (еврейские!) поступки с его же догиюровым прошлым. А здесь комментаторы вводят эти запрещенные связи. Значит, по этой линии комментирования логично предположить, что вопрос материальной жизни не всегда полностью поглощается духовной высотой. Это естественно, Тв-рец требует именно нормальной материальной жизни, производительного труда и ОДНОВРЕМЕННО — высокого Служения. Значит, требование мяса — достаточно законное. И идея, что ман принимал любой вкус по желанию обедающего, несколько обедняет ситуацию — все-таки лучше чувствовать вкус пищи, анализируемый мозгом, напрямую, когда сигнал приходит от вкусовых рецепторов во рту в зоны мозга, анализирующие вкус и передающие полученную картину в сознание человека, чем создавать в мозгу (в сознании) вкус и его же чувствовать в конце концов в том же сознании. Да и прихоти сброда слишком быстро привели к плачу сынов Израиля (стих 11:4), значит, потребность ощущать реальный вкус во рту была присуща и евреям, только не от них пошла первичная инициатива требовать мясо. То есть, такая потребность была достаточно всеобщей, и вина сброда (кроме формы изложения — «Сброд … начал проявлять прихоти…») была не столь уж большой. Бунта не было, народ плакал «… по семействам своим, каждый у входа шатра своего …» (стих 11:10). Но гнев Тв-рца «… сильно возгорелся … (там же). Почему? По-видимому, Тв-рец требует от евреев четкого разделения минимальных потребностей (ман в достаточном количестве, что-то типа тюбиков с питанием для космонавтов) и элементов выше минимума. Он говорит евреям, что если есть достаточный минимум, можно хотеть большего, можно просить добавки, но это не должно быть поводом плача, мешающего исполнению главной задачи в жизни. Осталось определить, что для каждого является достаточным минимумом, и это — весьма не просто.

Вторая линия. События происходят до Синайского откровения. Тогда все просто. И э́рев рав еще не «огиюрился», и евреи еще не поднялись на высшую ступень знакомства с Тв-рцом. И гнев Тв-рца мог быть вызван идеей о том, что вы, евреи, еще не дошли до цели, до своей обещанной вам Страны, а в походе обходятся минимумом.

Третья линия. События происходят после Синайского откровения, но до разведки. Сброд в этом эпизоде — это та часть э́рев рав, которая представлена народами, пришедшими в стан после Откровения, не «огиюренными» во время Откровения. Они пришли на все готовое, прослышав про чудеса, Тв-рца не знают, служить Ему не собираются и не согласны ждать исполнения собственных желаний. А гнев Тв-рца направлен на евреев, которые, слабо восприняв смысл Откровения, так легко пошли за желаниями сброда и быстро вспомнили рыбу и овощи Египта (стих 11:5). Кстати, евреи хотят мяса (стих 11:4), а в их «сладких» воспоминаниях о кормежке в Египте именно мясо отсутствует.

Четвертая линия. События происходят после Синайского откровения и после разведки. Эрев рав — это те же народы из третьей линии комментирования. Но евреи — уже другие, они опозорились грехом. И тогда гнев Тв-рца — на то, что сильно виноватые еще и требуют выше необходимого минимума.

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *