Дмитрий Гаранин: Зачем нужна рифма?

 560 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Как и везде, в стихосложении существует «золотая середина» между писанием стихов и писанием стихами. … Оптимальный процесс напоминает прогулку с собакой. Фантазия, или подсознание, или рифма, тянет куда-то, как собака, а рацио, как хозяин, частично этому следует и при этом контролирует, и время от времени направляет.

Зачем нужна рифма?

Дмитрий Гаранин

В то время как для многих людей, во всяком случае, для большинства русских, стихи — это метрические рифмованные тексты, необходимость или важность метра и рифмы все время подвергается сомнению. Сдержанными критиками эти элементы рассматриваются как средства выразительности, которые могут в стихе присутствовать или нет. При самом радикальном подходе рифмы сравниваются с побрякушками на концах строк, и говорится, что рифмованные стихи годятся лишь как низкий жанр — частушки, стихи по поводу, и т. д. Верлибр, или свободный стих, победно шествует по Европе и Америке, проникая и в русскоязычную поэзию. Вместе с тем, интерес к поэзии в западном мире за последние десятилетия сильно снизился. Поэзия стала делом академическим. По моему впечатлению, большинство американцев, даже образованных, современный свободный стих не понимают. Как дополнительное чтение по этому вопросу рекомендую статью Бориса Кушнера «Доктора поэзии» [1].

В Европе стремление освободиться от оков рифмы имеет глубокие корни. Античная поэзия была нерифмованной, хоть и метрической. При этом поэзия еще не была отделена от музыки. Акцент на слоге достигался удвоенной длительностью гласной. Существовало множество разных стихотворных размеров, которые для современного русского уха звучат непривычно. Рифмованная поэзия возникла в средние века как народный жанр — куплеты, частушки. Это не считалось высокой поэзией. В средневековой Италии поэты делились на poeti и rimatori. В современной Германии выступают рифмачи-кабареттисты (например, потрясающий Bodo Wartke) — опять же отдельно от собственно поэзии.

В европейских языках есть факторы, работающие против метрической рифмованной поэзии: бедность рифм, жёсткий порядок слов в предложении. Последнее сильно ограничивает возможности стихосложения. Соблюдая предписанный порядок слов, трудно построить метрический текст. Необходимы инверсии. В классической английской поэзии инверсии допускались, но потом терпимость к ним истощилась. Бедность рифм можно компенсировать консонантными и ассонансными рифмами, в которых совпадают хотя бы по одной согласной или гласной. В английском такие рифмы называются sly rhymes. Правда, не все считают эти рифмы рифмами. Вот моё экспериментальное стихотворение, в котором используются рифмы такого рода, в основном консонантные рифмы. Они еле заметны, но всё же есть.

Обживать временной свой отрезок, потом закруглять
его правый зазубренный край, за которым нет света,
там где мозгу не преодолеть коматозную жуть,
в одномерном миру не найдя перед тем поворота.

А в зелёном начале по-мудрому не торопить
еле-еле ползущих улиток-часов вереницу,
заполняя каракулями черновую тетрадь,
постепенно течение линий осмыслить стараться.

В этом медленном росте к черте наивысшей тянуть,
словно уровень вод, поднимающихся на запруду,
с высоты разглядеть под ногами лежащую нить,
а потом ускоряться вдоль белой стены водопада.

New York, 5-6 апреля 2016

Во французском положение усложняется тем, что ударения всегда падают на концы слов, что создаёт определённую монотонность. Французский стих считается в общем силлабическим, хотя в нём есть ямбы, относящиеся к силлабо-тонической системе, например, популярный александрийский стих (шестистопный ямб с цезурой в середине строки). Есть и зачатки других силлабо-тонических размеров. Но обычно эти размеры не выдерживаются, имеется масса отклонений. Это делает чтение французских стихов непростым делом в плане ритма. Многие годы я читал стихи моих любимых поэтов — Верлена, Рэмбо, Бодлера — про себя в духе силлабо-тоники. В какой-то момент мне пришла в голову мысль послушать, как эти стихи читают французы. То, что я услышал на одном из сайтов, меня просто шокировало. Чтецы не соблюдали никакого метра, читали стихи как прозу, при этом демонстрируя буйный темперамент, вкладывая в произведения эмоции, которых там, возможно, и нет. Может быть, эти чтецы были сторонниками верлибра — недаром же само это название, verse libre, пошло из Франции! В общем, после этого моя любовь к французской поэзии несколько ослабла.

Сейчас я уже не могу найти тот сайт, но в качестве примера приведу замечательное, красочное стихотворение Артюра Рэмбо Voyelles (Гласные):

A noir, E blanc, I rouge, U vert, O bleu : voyelles,
Je dirai quelque jour vos naissances latentes :
A, noir corset velu des mouches éclatantes
Qui bombinent autour des puanteurs cruelles,

Golfes d’ombre ; E, candeurs des vapeurs et des tentes,
Lances des glaciers fiers, rois blancs, frissons d’ombelles;
I, pourpres, sang craché, rire des lèvres belles
Dans la colère ou les ivresses pénitentes;

U, cycles, vibrement divins des mers virides,
Paix des pâtis semés d’animaux, paix des rides
Que l’alchimie imprime aux grands fronts studieux;

O, suprême Clairon plein des strideurs étranges,
Silences traversés des Mondes et des Anges:
— O l’Oméga, rayon violet de Ses Yeux!

5 octobre 1883

или, в ямбическом переводе Николая Гумилёва,

А — черно, бело — Е, У — зелено, О — сине,
И — красно… Я хочу открыть рождение гласных.
А — траурный корсет под стаей мух ужасных,
Роящихся вокруг как в падали иль в тине,

Мир мрака; Е — покой тумана над пустыней,
Дрожание цветов, взлет ледников опасных.
И — пурпур, сгустком кровь, улыбка губ прекрасных
В их ярости иль в их безумье пред святыней.

У — дивные круги морей зеленоватых,
Луг, пестрый от зверья, покой морщин, измятых
Алхимией на лбах задумчивых людей.

О — звона медного глухое окончанье,
Кометой, ангелом пронзенное молчанье,
Омега, луч Ее сиреневых очей.

При сонетной строфике и точной рифмовке это стихотворение (в оригинале) содержит элементы двухдольного размера, ямба, и трёхдольного размера, анапеста, при многочисленных отступлениях. В частности, вторая строка — чистый анапест, хотя девятая и предпоследняя строки — чистый ямб. Улавливая это, русское ухо стремится подогнать всё стихотворение под ямб или анапест, смещая ударения. Однако во французском это недопустимо, и чтецы строго следуют грамматическому ударению, как в этом примере. В результате, по крайней мере для русского уха, стихотворение звучит несколько неопределённо, как смесь стихотворной и свободной прозаической речи. Может быть, как раз эта трудность втиснуть фразу в прокрустово ложе строгого метра и побудила французских поэтов обратиться к свободному стиху, verse libre? В английской и немецкой поэзии ситуация несколько легче, но в старых силлабо-тонических стихах время от времени встречаются ритмические сбои, к которым русское ухо нетерпимо.

Русский язык представляет гораздо большие возможности для стихосложения из-за гибкого порядка слов и богатства окончаний, позволяющего избегать рифмовки однотипных слов (глаголов, существительных в том же падеже и т.д.). Кроме того, в русском нет традиции нерифмованного стиха — русская поэзия была вдохновлена европейскими образцами рифмованной поэзии — главным образом, немецкой. Поэтому рифмованный стих по-прежнему доминирует в русской поэзии, несмотря на его вытеснение верлибром в Европе и Америке.

При том, что причины большей живучести рифмы и метра в русской поэзии ясны, можно всё же спросить, в чём преимущества силлабо-тонического стиха перед свободным стихом. Очевидный ответ — более красивое звучание, большая музыкальность стиха, организованного во времени и подкреплённого созвучиями на концах строк. Однако, разнообразие стихотворных размеров не может соперничать с музыкой, и многие стихотворения звучат акустически одинаково. Это в первую очередь касается прямолинейной силлабо-тоники без акцентных отклонений в виде пиррихиев и спондеев, без аллитераций и прочих акустических эффектов, встречающихся в стихах великих поэтов и придающих звучанию стиха разнообразие. Следует признать, что сами по себе размер и рифма в плане музыкальности погоды не делают — их вклад становится важен в комплексе с другими элементами. При доминирующей роли силлабо-тоники в русской поэзии, не следует также забывать о других видах ритмического стиха, таких как паузный трёхдольник (обычно неудачно называемый дольником) и тонический, или акцентный, стих.

Второе важное преимущество метрического рифмованного стиха — его запоминаемость. Этот аспект подробно обсуждался Михаилом Гронасом [2]. Что особенно актуально для России, знание стихов наизусть многим помогало выжить в тюрьме или в лагере. Но и в более общем плане, если стихи врезаются в память, это должно говорить об их высоком качестве, даже независимо от того, красивы они или нет и что выражают. Гронас приводит пример того, как Жуковский часто читал свои стихи молодому Пушкину, и если Пушкин сходу не запоминал некоторые части, Жуковский решал, что они недостаточно хороши и старался их улучшить.

Конечно, запоминаемость стихов достигается не только рифмой. Два других важных фактора — метр и логика развития мысли. Моя жена — пианистка, которая в её советском прошлом ездила от Москонцерта с литературно-музыкальными программами. В числе прочего, чтецами-артистами часто исполнялась «маленькая трагедия» Пушкина «Моцарт и Сальери». Восхищаясь этим произведением и зная его наизусть, Елена искренне считала, что это рифмованные стихи, и велико же было её удивление, когда я раскрыл ей глаза на то, что это белый ямб. Действительно, здесь глубина и связность пушкинской мысли заставляют забыть об отсутствии рифмы.

Запоминаемость стиха достигается также максимальной сжатостью формы, сверхуплотнением стихотворного текста. Об этом хорошо писал ещё Некрасов:

ФОРМА

Форме дай щедрую дань
Временем: важен в поэме
Стиль, отвечающий теме.
Стих, как монету, чекань
Строго, отчетливо, честно,
Правилу следуй упорно:
Чтобы словам было тесно,
Мыслям — просторно.

(конец 1877)

Эту же тему затронул и я в следующем стихотворении:

Слова в стихах как сельди в бочке
Где мало места для воды
Поэты выжимают строчки
Плотнят фантазии плоды

Встают в их творческом усилье
На глади белого листа
Слоистых смыслов многокрылье
Рядов словесных теснота

New York, 20 апреля 2016

Здесь необычное слово плотнить — уплотнённый вариант слова уплотнять. Ради плотности опущены знаки препинания. Рядов словесных теснота относится к теории тесноты словесных рядов Тынянова. Конечно, лаконизм возможен и в верлибре, и в прозе, но там сама форма этому не помогает.

Третье и наиболее глубокое преимущество организованного стиха, в отличие от стиха свободного, это его функция творческого двигателя, языкового инструмента. В языке есть устоявшиеся лексические связи, одно слово обычно встречается рядом с другим. Необходимость удовлетворять требованиям метра и рифмы затрудняет написание текста, ограничивает количество возможных вариантов и заставляет искать нетривиальные решения, если, конечно, не следовать стихотворным клише типа лёгких глагольных рифм. Введение новых лексических отношений — процесс обоюдоострый. Новации автора могут оказаться неудачными и свидетельствовать о его стихотворной беспомощности. Но при наличии фантазии и хорошего вкуса можно сочинить яркий и оригинальный (и поэтому хорошо запоминающийся!) текст. (Замечу по ходу, что Эрнст Неизвестный в своём выступлении на youtube рассматривает хороший вкус как консервативный, анти-творческий, элемент, и заявляет о том, что сам не обладает хорошим вкусом. Думаю, однако, что в сочетании с фантазией хороший вкус не вреден.) Разумеется, расширение лексического поля не встретит понимания всех без исключения читателей. Например, меня критиковали за сочетание «сгнили горы», указывая на то, что сгнить может мясо, а горы, согласно русскому языку, выветриваются.

Более того, затруднённость написания метрических рифмованных стихов приводит к снижению фактора рационального в этом процессе. В прозе или в свободном стихе автор, как правило, может выразить то, что хочет сказать. Здесь же зачастую ведущей силой служат рифма и размер, а не рацио. Во многих случаях автор пишет стихотворение и не знает, о чём оно. Рифма выступает как инструмент поиска нового смысла, а не как средство выражения смысла заранее известного. Вот моё стихотворение на эту тему:

Поэзия — искусство связывания слов,
а не инструмент выражения чувств.
Может быть, даже и смысл негуст
и невелик идейный улов
в этом стихе, где пространство поёт
на свои собственные голоса
и раскрывается, плодонося,
заманивая в свой грот.

Может быть, форма и есть сосуд,
но не для заполнения барахлом.
Здесь в другие миры пролом.
Новое не туда — оттуда несут.

New York, 30 октября 2013

Ещё Гёте указывал на то, что, сочиняя стихотворение, пишешь не то, что собирался писать. На инструментальную роль рифмы указывает и тот факт, что хорошие рифмы затрагивают корневые гласные, устанавливая связь смыслов, зачастую неожиданную. В противоположность этому, рифма на окончаниях, не затрагивающая корня, в плане смысла холостой выстрел. Процесс написания стихотворения может быть довольно хаотичным, как описано в следующем моём стихотворении:

СДЕЛАЙ САМ

Рифмуются мягкие знаки,
шипящие, шелестящие..
Созвучий глухие изнанки,
сочетания писчие,

сноровистым слововоротом
на скорую руку прокручиваются,
чтоб мысли спорной мотором
двигать строчки везучие.

New York, 15 февраля 2016

Читателю предоставляется судить самому, есть в этом стихотворении рифмы или нет.

Следует также обсудить вопрос о качестве рифмы. В прошлом в русской поэзии использовалось много простых рифм, спаривающих слова одной группы — глагол с глаголом, два существительных в одном и том же падеже, и т.д. Эти рифмы были многократно использованы в разных стихах и порядком надоели, навязли в ушах. На ограниченность рифм жаловался ещё Пушкин: «Читатель ждёт уж рифмы розы — | На, вот возьми ее скорей!». Особенно много использовалось глагольных рифм, которые в свои лучшие времена составляли добрую половину всех использовавшихся рифм. Со временем в русской поэзии ассортимент рифм расширился, и возникло отторжение простых рифм, которые стали считаться низкосортными. Стало хорошим тоном рифмовать различные части речи, благо русский язык это хорошо позволяет. Много новых интересных рифм ввел Маяковский, а за ним поэты-шестидесятники — Евтушенко, Вознесенский, Ахмадуллина. В то же время, у Мандельштама много простых рифм, и очарование его стихов достигается другими средствами. Простые популярные рифмы все точные — в них совпадают ударные гласные и последующие согласные. Многие поэты и читатели настаивают на точности рифм. Например, пушкинская неточная рифма в строках «Я понять тебя хочу | Смысла я в тебе ищу» кое-кому режет слух. С другой стороны, расширение ассортимента рифм требует включения неточных рифм, вплоть до еле заметных консонантных рифм, упоминавшихся выше. Тот, кто отказывается от неточных рифм, фактически замыкает себя на глагольные и прочие простые рифмы, которые обычно не привносят никакого нового смысла и, действительно, служат лишь «погремушками» на концах строк. С точки зрения логики, раз существуют стих с точными рифмами и безрифменный белый стих как крайние случаи, то можно допустить существование стихов с различными видами неточных рифм как переходные между этими двумя крайностями, заполняющими непрерывный рифменный спектр. Новые рифмы, как правило, неточные, и обычно именно они служат инструментом поиска нового смысла. Конечно, в связи с распространением поэзии на новые сферы реальности появляются и новые точные рифмы, несущие смысл, так что точные рифмы не следует преждевременно сбрасывать со счёта.

С точки зрения музыкальности, я воспринимаю точные рифмы как унисоны или октавы — бедные созвучия. Неточные рифмы можно поставить в соответствие более интересным интервалам — квинтам, квартам или терциям, в зависимости от их отклонения от точности. Поэтому мне нравится пушкинская рифма «хочу — ищу». В музыке ухо уже давно примирилось с диссонансами. Не пора ли поэзии последовать этому примеру? Гладкопись — сомнительное достоинство.

Использование или неиспользование метра и рифмы как инструментов поиска смысла создают водораздел между тем, что называется «писать стихи» и тем, что называется «писать стихами». Второй процесс состоит в зарифмовывании готовых мыслей или эмоций, использования языка как орудия поэта. Первый включает в себя элемент непредсказуемости, когда можно сказать, что поэт становится, по Бродскому, «орудием языка», или что стих ведёт рифма, или что строки поэту нашёптывает некий голос. Разумеется, сторонники деления поэзии на «стихи» и «стихами» рассматривают первое как высшее и второе как низшее. Когда недавно я перечитывал Евтушенко, мне бросилось в глаза, что он явно пишет стихами, разрабатывая свои весьма правильные и временами мудрые общечеловеческие идеи времён хрущёвской оттепели и последующего застоя. Особой красоты в стихах Евтушенко я не нахожу, несмотря на то, что встречаются хорошие, оригинальные рифмы. Может быть, не хватает аллитераций? В противоположность Евтушенко, Бродский явно выступает орудием языка и пишет стихи. Конструкции Бродского вызывают восхищение, его стиль оригинален и как будто упал с неба (хотя и оказался лёгок для воспроизведения многочисленными эпигонами). Но смысл его стихов не всегда значителен, многое имеет характер интеллектуальных шуток, за которыми мало что стоит («если каблук оставляет след, значит зима»). Кроме того, имеется огромное количество длиннот, особенно в бесконечных циклах стихов. Язык ведёт поэта, и поэт не может остановиться, поставить точку.

Писание стихами и писание стихов в чистом виде имеет свои недостатки. Переложение стихами готовых мыслей или/и сюжетов по заранее составленному плану часто даёт предсказуемый, «деревянный» текст. Сторонники писания стихов склонны отвергать любую нарративность и утверждают, что если содержание стихотворения может быть пересказано, то это не стихи. Поэзия, якобы, находится где-то между строк и пропадает в пересказе. В пользу этой точки зрения говорит то, что в хороших стихах, кроме прямого смысла, существует целый спектр побочных смыслов, аллюзий, придающих многомерность. Но если в стихотворении нет ясной мысли, то это стихотворение обычно плохо запоминается, и у него мало шансов закрепиться в умах, особенно при огромном количестве новых стихов, публикуемых каждую секунду. К тому же, куда в этом подходе девать выдающиеся нарративные произведения, такие как поэмы Пушкина и Лермонтова? Полностью иррациональный способ написания стихов, при котором как бы некий голос диктует поэту строки, когда фиксируется поток сознания, например, предложенное сюрреалистом Андре Бретоном «автоматическое письмо», уже напоминает генерацию искусственным интеллектом эффектных строк с метафорами и всем прочим арсеналом поэтических средств, в которых, однако, отсутствует общий ход мысли. Кстати, в Древней Греции считалось, что поэты не сами пишут стихи — боги вдохновляют муз, а музы передают божью искру поэтам. Это заставило Платона негативно отозваться о поэтах и поэзии [3].

Мне представляется, что при написании стихов следует всячески избегать головного, рационального. Принцип, к которому я пришёл состоит в том, что каждое последующее слово должно быть неожиданным, не следующим логически из предыдущего. В качестве примера приведу раннюю и позднюю редакции фрагмента стихотворения Пастернака «Сестра моя жизнь».

Исходный вариант 1917 года:

Что в мае, когда поездов расписанье
Камышинской веткой читаешь в купе,
Оно грандиозней святого писанья
И черных от пыли и бурь канапе.

Вариант, отредактированный Пастернаком в годы «неслыханной простоты»:

Что в мае, когда поездов расписанье
Камышинской веткой читаешь в пути,
Оно грандиозней святого писанья
Хотя его сызнова всё перечти.

Возможно, зрелому Пастернаку строка «И черных от пыли и бурь канапе» показалась бессмыслицей, хотя и всё стихотворение выдержано в спорном, неклассическом стиле, и в каком-то смысле вполне гармонично. Я бы сказал, что эта строка, выскочившая из подсознания, отменная, потому что, по-видимому, речь идёт о разграбленном помещичьем доме, где гуляет ветер и канапе покрыты пылью и сажей, что вполне реалистично для 1917 года. В противоположность этому, отредактированная строка «Хотя его сызнова всё перечти», на мой взгляд, гораздо слабее, так как не вносит ничего нового и просто вычисляется из предыдущего. Это хороший пример того, как рационализация служит плохую службу.

Как и везде, в стихосложении существует «золотая середина» между писанием стихов и писанием стихами. По словам поэта Александра Самарцева в комментарии на Фейсбуке, оптимальный процесс напоминает прогулку с собакой. Фантазия, или подсознание, или рифма, тянет куда-то, как собака, а рацио, как хозяин, частично этому следует и при этом контролирует, и время от времени направляет. С нейрофизиологической точки зрения, вместо собаки и хозяина можно говорить соответственно о правом и левом полушариях мозга. На этом обсуждение вопроса о том, зачем нужна рифма, можно прекратить. Уже довольно сказано, и, не впадая в многословие, хозяину пора сказать собаке: «Сидеть!».

Благодарность объявляется Елене Кушнеровой, которая героически вела машину из Испании в Германию сквозь проливной дождь, пробки грузовых машин и частично мрак в течение двух дней, пока я всё это печатал. Спасибо также Елене Кушнеровой за чтение и критическое обсуждение статьи, а также Марине Гаранин за важный вклад по вопросам античности.

___

[1] Борис Кушнер, «Доктора поэзии», Заметки по еврейской истории, №48, 27 ноября 2004

[2] Михаил Гронас, «Наизусть: о мнемоническом бытовании стиха», НЛО №114, 2012

[3] Платон, «Государство», книга 10.

20-21 июля 2017

Print Friendly, PDF & Email

31 комментарий к «Дмитрий Гаранин: Зачем нужна рифма?»

  1. Глубокоуважаемый Дмитрий,
    К вам лично — никаких претензий. Поверьте, говорю это вполне искренне. Но мне ужасно НЕ понравилась эта ваша работа. И, если разрешите, я попытаюсь объяснить, почему не понравилась посредством аналогии: вот берете вы статью, посвященную технике живописи. И вот, ее автор говорит вам что-то о тонкости наложения кисти на холст и о технике мазка. А потом в порядке иллюстрации приводит СВОЙ «… экспериментальный …» шедевр. Потому что он — «… практический живописец …».

    Вот вам наглядный пример:

    «… Запоминаемость стиха достигается также максимальной сжатостью формы, сверхуплотнением стихотворного текста. Об этом хорошо писал ещё Некрасов:

    Эту же тему затронул и я в следующем стихотворении:
    …».

    И так — несколько раз. Вам не показалось бы, что это некоторый перебор?

    Мне — показалось. Однако, честное слово, комментировать не хотелось — я и не стал. А потом, уважаемый Дмитрий, вы «… похвалили …» большого поэта, Л.Латынина. У вас удачно получилось — эдак через губу:

    «В целом стихи неплохие, нормальный журнальный уровень».

    И вы знаете — за него я обиделся …

    1. Тененбауму: Л. Латынин – большой поэт?? Я никогда прежде не слышал этого имени. Прочёл сегодня всю его подборку в августовском СИ и в комментариях перечислил все найденные дефекты. Это не «журнальный уровень», на что Вы обиделись, а ниже.

      1. «Большой поэт?? Я никогда прежде не слышал этого имени.» © Дм.Гаранин — забираю в коллекцию, спасибо

        1. Aharon28 марта 2020 at 1:03 |
          «Большой поэт?? Я никогда прежде не слышал этого имени.» © Дм.Гаранин — забираю в коллекцию, спасибо

          — Разумеется, можете забирать в Вашу коллекцию. Но с Латыниным это малоинтересно. Не я один не слышал этого имени. Вот если бы Пушкин или Мандельштам, то это да.

  2. С. Маршак
    * *
    Когда вы долго слушаете споры
    О старых рифмах и созвучьях новых,
    О вольных и классических размерах, —
    Приятно вдруг услышать за окном
    Живую речь без рифмы и размера,
    Простую речь: \»А скоро будет дождь!\»

    Слова, что бегло произнес прохожий,
    Не меж собой рифмуются, а с правдой
    С дождем, который скоро прошумит.
    ——————
    Д. Гаранин
    – Борис, поздравляю Вас с открытием нового эпистолярного жанра, детища
    нашего интернетного века – »обратной анонимки». Здесь автор подмётного
    письма известен, а адресат, наоборот, нет. Зачем его упоминать – онлайн
    всё видно, люди найдут, о ком идёт речь.
    Заметьте, что за всё время на этом портале я ничем Вас лично не задел,
    не написал ни слова против Вас. И не собираюсь. Отношусь к Вам с
    уважением.
    По существу вопроса, Ваш текст – хорошая кувалда против разных там
    литературоведов и стиховедов, которые не дают Народу спокойно
    насладиться произведениями Мастеров и всё время норовят в этих
    произведениях что-то разъять.
    ::::::::::::::::::::
    Дорогой Дмитрий! Не знаю, уместно ли, после всех страстей и комментов, беспокоить Вас в Мастерской, куда я не часто захожу. Однако, не «отшумели eщё все песни нашего пол-ка» и, если не торопиться и не нестись вперёд к новым достижениям, а задержаться на мгновение и перечитать то, что Вы, БТ или я — изобразили, то можно заметить, что не под всем написанным и не под всем опубликованным — мы готовы подписаться сегодня. Верно? Я – нет, не готов, а “ровно наоборот”; разумеется, это не значит, что я поменял -в с е- свои взгляды. Главные наши пунктики всегда с нами.
    Но, если писать не из “перспективы практического поэта”, а от себя, без всяких перспектив, аксонометрий и далеко идущих планов, исходя из сделанного (а мы-то уж знаем, что мы со-творили), то писания, возможно, будут другими. Другое дело – многие ли из нас способны отрешиться от того, чтобы, себя о-ценивать, воз-носить, об-нимать, при-нимать критические и хвалебные отзывы (хулу и хвалу), а главное, принять чу-жу-ю работу, выслушать спокойно чужое мнение, увидеть и оценить чужое, не своё, не работы “товарищей-однополчан”, а работы коллеги, точку зрения которого не разделяешь. И – повторюсь, раз уж речь зашла ЗА И.А. Бродского, о приведённых (не лучших) его строчках, которые Вы, разумеется, узнали, но ответили о другом, — том, что Вас в тот момент беспокоило больше всего — Ваши идеи, Ваша философия, Ваши планы, Ваши стихи.. и многое другое, неизвестное мне и, возможно, никому.
    — Что касается ДО философии, напомню — из выступления И.А. Бродского в Сорбонне:
    “Изучать философию следует, в лучшем случае, после пятидесяти. Выстраивать модель общества — и подавно. Сначала следует научиться готовить суп, жарить — пусть не ловить — рыбу, делать приличный кофе. В противном случае, нравственные законы пахнут отцовским ремнём или же переводом с немецкого…
    Изучать труд философа следует через призму опыта либо — в очках (что примерно одно и то же), когда буквы сливаются и когда голая баба на смятой подстилке снова для вас фотография или же репродукция с картины художника…
    (Где-то звенит трамвай, глаза слипаются, солдаты возвращаются с песнями из борделя, дождь — единственное, что напоминает Гегеля.)
    Истина заключается в том, что истины не существует. Это не освобождает от ответственности, но ровно наоборот: этика — тот же вакуум, заполняемый человеческим поведением, практически постоянно; тот же, если угодно, космос. И боги любят добро не за его глаза, но потому что, не будь добра, они бы не существовали. И они, в свою очередь, заполняют вакуум. И может быть, даже более систематически, нежели мы: ибо на нас нельзя рассчитывать. Хотя нас гораздо больше, чем когда бы то ни было, мы — не в Греции: нас губит низкая облачность и, как сказано выше, дождь…”
    — — На этих строчках об облачности и дожде, каким-то образом перекликающимися с
    “дождём” С.Я. Маршака и Бориса Т., хочу пожелать Вам всего самого доброго.
    p.s.
    Никакого, imho, нового эпистолярного жанра в виде “обратной анонимки” БТ не открывал, что не мешает мне – при всех несогласиях и отличиях, — согласиться с его “дождём”. Однако, в отличие от Вас, ДГ, я не обещаю, что не напишу ничего против БТ и его со-ратников, если они достанут свою “кувалду против разных литературоведов и стиховедов, не дающих Народу
    спокойно насладиться произведениями Мастеров и всё время норовят в этих произведениях что-то разъять.”
    Всё же надеюсь, уважаемый ДГ, что Вы и Ваши близкие не считают, что Ваши работы, несомненно заслуживающее внимание Портала, достигли того уровня, когда читающий народ обращает внимание на то, что Вы пытаетесь “разъять”. Да и пытаетесь ли? И что же это такое, как это называется? Надеюсь, не рифмы-ритмы, не музыка и шум дождя.
    Да и есть ли в Портале такой “властитель дум”?
    Я не заметил, извините, ради Б-га.

    1. Марина
      13 августа 2017 at 11:58
      Интересно, приведенные ниже строчки, это «писание стихов и писание стихами»:
      Я сижу у окна. За окном осина. Я любил немногих. Однако — сильно.

      ******************
      Почему-то думала, Вы догадаетесь. Это — Бродский.

      – Марина, я, конечно, сразу нашёл это стихотворение в интернете. Не лучший Бродский, особенно приведённый отрывок, грубо сколоченный в жанре частушки. Впрочем, как я писал, «стихи» и «стихами» – довольно тонкое, неочевидное, деление, и судить по маленькому отрывку нельзя.

        1. Марина:
          18 августа 2017 at 19:57
          Бродский!!! Частушки??? Топает ногами и стучит по столу….

          – Чувствую, пора уже своё постить начинать:

          БРОДСКИЙ И ПУШКИН

          Вот если б мог Бродский твой стих написать,
          значит, естественно, ты ему подражаешь.
          А вот если б не мог он твой стих написать,
          значит, твой стих никуда не годится,
          поскольку если б твой стих годился,
          то, конечно, Бродский бы его уже написал.

          А вот Пушкин в первом случае
          не мог бы твой стих написать,
          но это уже, наоборот, хорошо,
          потому что он бы действительно не мог,
          а не то что бы не хотел.

          А во втором случае Пушкин
          мог бы твой стих написать,
          потому что не знал,
          что для Бродского твой стих не годится.

          Но никому и в голову не придёт говорить,
          что ты подражаешь Пушкину,

          потому что ты пишешь, как Бродский.

          Coma-Ruga, 13 July 2013

          Excerpt From: Garanin, Dmitry. “ПОСЛЕ ПЕРЕРЫВА.” Arcus NY, 0101-01-01T00:00:00+00:00. iBooks.
          This material may be protected by copyright.

          1. Сдаюсь… Для меня очень сложно сравнивать «Солнце русской поэзии» и «Наше все» с современником. Но, если встретимся, лет через 200…. Тогда поговорим.


          2. Марина
            19 августа 2017 at 6:26
            Сдаюсь… Для меня очень сложно сравнивать «Солнце русской поэзии» и «Наше все» с современником. Но, если встретимся, лет через 200…. Тогда поговорим.

            – А вот ещё:

            Писать стихи после Бродского,
            что делать революцию после Троцкого.
            Лучше тогда у Путина
            быть при дворе за Пушкина.

            New York, 17 April 2013

  3. Б.Тененбаум-кстати о рифмах, ритмах, и/или их отсутствии

    — [опубликовано в Гостевой, ДГ] 2017-08-17 02:26:10(36)

    У С.Я.Маршака есть короткое стихотворение, которое и хочется привести целиком:

    * * *

    Когда вы долго слушаете споры
    О старых рифмах и созвучьях новых,
    О вольных и классических размерах, —
    Приятно вдруг услышать за окном
    Живую речь без рифмы и размера,
    Простую речь: \»А скоро будет дождь!\»

    Слова, что бегло произнес прохожий,
    Не меж собой рифмуются, а с правдой
    С дождем, который скоро прошумит.

    В нем в тысячу раз больше смысла, чем в многословных рассуждениях с приложением собственных \»экспериментальных\» стихов, в которых автор одобрительно говорит о Некрасове, немедленно добавляя, что вот и он тоже рассудил похожим образом. Так сказать — ну, кто на нас с Николаем Александровичем? Все это очень противно …

    Чего ради, собственно, мы читаем стихи?

    Перефразируя нашего коллегу, О.Шейнина — мы ищем не рифму, а Мастера. Мы надеемся уловить его тонкое впечатление, глубокое переживание, острую мысль, парадоксально заостренную, случается, что и дикую страсть — можно сослаться на некий сонет Шекспира, написанный так, что его надо читать в оригинале — переводы не удаются …

    И рифма тут может быть — а может и не быть. Система рифмовки колеблется от изысканной балладной формы и до полного ее отсутствия — Мастер сам находит, в какой сосуд ему лучше поместить то мгновенье, которое он хочет записать и оставить жить дальше, даже после его собственной кончины.

    И как же плоско на этом фоне выглядят \»реплики с мест\», вроде этой::

    \»… «В целом стихи неплохие, нормальный журнальный уровень». …\».

    – Борис, поздравляю Вас с открытием нового эпистолярного жанра, детища нашего интернетного века – \»обратной анонимки\». Здесь автор подмётного письма известен, а адресат, наоборот, нет. Зачем его упоминать – онлайн всё видно, люди найдут, о ком идёт речь.

    Заметьте, что за всё время на этом портале я ничем Вас лично не задел, не написал ни слова против Вас. И не собираюсь. Отношусь к Вам с уважением.

    По существу вопроса, Ваш текст – хорошая кувалда против разных там литературоведов и стиховедов, которые не дают Народу спокойно насладиться произведениями Мастеров и всё время норовят в этих произведениях что-то разъять.

  4. Уважаемый Дмитрий,
    Я не стал бы так обобщать: «В европейских языках есть факторы, работающие против метрической рифмованной поэзии: бедность рифм, жёсткий порядок слов в предложении. Последнее сильно ограничивает возможности стихосложения. Соблюдая предписанный порядок слов, трудно построить метрический текст».
    Вы, вероятно, делаете заключение на основе знания английского и немецкого, имеющих общие корни германской ветви.
    Возможно, Вам будет интересна статья профессора Жирмунского «Из истории русской рифмы — Жирмунский В.М.»

    http://rifmovnik.ru/lib/5/iz_istorii_russkoy_rifmy__zhirmunskij.htm

    1. Boris Geller
      13 августа 2017 at 19:30
      Уважаемый Дмитрий, Я не стал бы так обобщать: «В европейских языках есть факторы, работающие против метрической рифмованной поэзии: бедность рифм, жёсткий порядок слов в предложении. Последнее сильно ограничивает возможности стихосложения. Соблюдая предписанный порядок слов, трудно построить метрический текст». Вы, вероятно, делаете заключение на основе знания английского и немецкого, имеющих общие корни германской ветви. Возможно, Вам будет интересна статья профессора Жирмунского «Из истории русской рифмы — Жирмунский В.М.»
      http://rifmovnik.ru/lib/5/iz_istorii_russkoy_rifmy__zhirmunskij.htm

      – Дорогой Борис, в начальном периоде моего стихотворчества а конце 70-х годов я читал французскую поэзию (Верлен, Рэмбо, Бодлер) в оригинале, и она на меня весьма повлияла. Английскую и особенно немецкую поэзию я стал читать гораздо позже. Во всяком случае, возможности русского языка по части рифмы и размера гораздо выше, чем возможности европейских языков, за счёт многообразия падежей и падежных окончаний, отсутствия артиклей и свободного порядка слов в предложении.

      Касательно рекомендуемой Вами статьи профессора Жирмунского, я туда заглянул и немного почитал – это просто море деталей. Статья эта для филологов, в то время как я пишу из перспективы практического поэта.

      1. в то время как я пишу из перспективы практического поэта.
        ==
        «… практический поэт …». Прелесть какая 🙂

        1. Глубокоуважаемый Борис Маркович, личные нападки на участников обсуждения, оскорбления даже в форме иронии, не приветствуются на этом портале. Пожалуйста, почитайте опубликованные правила ведения дискуссий. Меня удивляет то, что вы этих правил не знаете или из сознательно игнорируете, будучи членом редколлегии. Кстати, вы видели мой ответ на Вашу рецензию в Гостевой, опубликованный в комментариях к моей статье?

          1. Глубокоуважаемый Дмитрий (простите, не знаю вашего отчества),
            О каких насмешках может идти речь, когда вы — единственный известный мне человек, который сумел дополнить Таблицу писательских рангов, разработанную Э.Казакевичем? Как известно, она простиралась на 70 степеней, от «1. Величайший» и до «70. Хорошо знающий быт водников«. Определения «Практический поэт» в Таблице не имеется, и я вот думаю, куда бы его приладить? Надо, по-видимому, отдельный класс создавать, с уточнением: «Похлопавший по плечу Л.Латынина«?

          2. Глубокоуважаемый Борис Маркович, Ваша апелляция к списку Казакевича просто смехотворна! Извините, но в Ваших комментариях я вижу лишь немотивированную ненависть ко мне. Чем я Вам дался, я не понимаю. Всё намёки и экивоки. Скажите уж напрямую, чем я Вам не приглянулся.

      2. Борису Геллеру: Ещё о рекомендованной Вами статье Жирмунского. Как видно из комментариев к моей статье (Шейнин, Тененбаум) многие ищут в поэзии (стихах) Мастера для наслаждения и поклонения, а не технические тонкости. Поэтому, на этом портале, идти дальше в техническую сторону было бы неправильно.

  5. Конечно, рифма нужна для запоминания размерного текста.Но главная проблема — не в рифме. Было бы ЧТО запоминать ! Читать и запоминать нужно Поэтов, а не Стихоплётов.

    1. Шейнин Леонид
      13 августа 2017 at 17:10
      Конечно, рифма нужна для запоминания размерного текста.Но главная проблема — не в рифме. Было бы ЧТО запоминать ! Читать и запоминать нужно Поэтов, а не Стихоплётов.

      – Это просто замечательно, чувствовать в себе способности отличать Поэтов от Стихоплётов! О том, что дело не только в рифме, я пишу в моей статье буквально следующее:

      Конечно, запоминаемость стихов достигается не только рифмой. Два других важных фактора — метр и логика развития мысли. Моя жена — пианистка, которая в её советском прошлом ездила от Москонцерта с литературно-музыкальными программами. В числе прочего, чтецами-артистами часто исполнялась «маленькая трагедия» Пушкина «Моцарт и Сальери». Восхищаясь этим произведением и зная его наизусть, Елена искренне считала, что это рифмованные стихи, и велико же было её удивление, когда я раскрыл ей глаза на то, что это белый ямб. Действительно, здесь глубина и связность пушкинской мысли заставляют забыть об отсутствии рифмы.

  6. Выдвигаю этот замечательный текст Дмитрия Гаранина в номинации «Поэзия». Думаю, что если бы был жив Анатолий Якобсон, то он согласился бы со мной.

    1. ALokshin — Архивариусу
      13 августа 2017 at 14:23
      Выдвигаю этот замечательный текст Дмитрия Гаранина в номинации «Поэзия». Думаю, что если бы был жив Анатолий Якобсон, то он согласился бы со мной.

      – Спасибо, но я думаю, что эта статья не пойдёт по номинации «поэзия» по формальным причинам. Надо мне уже, наконец, собрать стихов получше для СИ, тогда можно будет серьёзней говорить. А для этой статьи, кажется, нет подходящей графы в номинациях.

  7. Интересно, приведенные ниже строчки, это «писание стихов и писание стихами»:

    Я сижу у окна. За окном осина.
    Я любил немногих. Однако — сильно.

    1. Марина
      13 августа 2017 at 11:58
      Интересно, приведенные ниже строчки, это «писание стихов и писание стихами»:
      Я сижу у окна. За окном осина. Я любил немногих. Однако — сильно.

      – Марина, деление на «стихи» и «стихами» неочевидное, и с этой концепцией многие не согласятся. Кроме того, это две крайности, между которыми есть промежуточные варианты. Наконец, как правило, суждение в этом вопросе делается на основании изучения многих стихотворений автора, а не по двум вырванным из контекста строчкам.

  8. Как и везде, в стихосложении существует «золотая середина» между писанием стихов и писанием стихами
    ———————
    Вынесенная сверху цитата, Дмитрий, кажется мне сутью этой очень интересной статьи. И, всё-таки, отказ от красивой, созвучной, радующей слух классическо-пушкинской рифмы- это серьёзная ломка поэтического мышления и самой поэзии. Равносильный отказу от бумажной книги и эпистоярного жанра. Во всяком случае, я читая не строго рифмованные стихи не получаю кайфа, даже если стихи эти наполнены мыслью и эмоциями. Хотя в музыке молодое поколение учеников уже давно приучило меня к музыке модерна, написанной по непривычным гармоническо-мелодическим законам…

    1. Лев Мадорский:

      И, всё-таки, отказ от красивой, созвучной, радующей слух классическо-пушкинской рифмы — это серьёзная ломка поэтического мышления и самой поэзии. Равносильный отказу от бумажной книги и эпистоярного жанра. Во всяком случае, я читая не строго рифмованные стихи не получаю кайфа, даже если стихи эти наполнены мыслью и эмоциями. Хотя в музыке молодое поколение учеников уже давно приучило меня к музыке модерна, написанной по непривычным гармоническо-мелодическим законам…

      – Лев, Пушкин сам частенько отказывался от «классическо-пушкинской рифмы»! Пример – «Маленькие трагедии», написанные белым ямбом, о чём я пишу в эссе. Сам я люблю больше рифм красивых и разных – точные-неточные, богатые-бедные, консонантные-ассонансные и т.д.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *