2018! Новогоднее попурри. Выпуск I. Сборник научных трудов

 398 total views (from 2022/01/01),  2 views today

Настоящий текст допущен трений в качестве методического пособия по повышению квалификации для лиц, прошедших курс и сдавших экзамен по предотвращению актов насилия на рабочих местах, в зонах отдыха, а также в убежищах для недопривилегированных меньшинств.

2018! Новогоднее попурри

Выпуск I. Сборник научных трудов

Мы начинаем наше новогоднее попурри, сиречь, подборку текстов авторов Портала, сугубо серьёзными (прочь улыбки!) и актуальными научно-исследовательскими работами. Первой идёт исключительно громкая и сверхпопулярная в уходящем году тема изобличения различных форм неконтактного сексуального насилия и вербальных сексуальных домогательств. Автор нижеследующего разыскания проводит исторический анализ проблемы, базирусь на изучении дошедших до наших дней свидетельств в форме так называемых “поэтических” текстов (здесь и далее курсивом — комментарий выпускающего редактора).

Дмитрий Гаранин

Клинический анализ случая сексуальных домогательств в гендерно-неравноправном российском обществе XIX века

Сочинитель стихов, пользуясь своим дворянским титулом и высоким статусом в русской словесности, а также недопривилегированным положением дам, хищнически добивается сексуального удовлетворения от NN, по-видимому, во время деловой светской встречи. Предварительно не заручившись согласием NN и низводя её до сексуального объекта, пренебрегая её духовной и общечеловеческой сферой, профессиональными навыками, он сначала предпринимает словесную атаку, вторгаясь в интимное.

Сердечным нежным языком
Я искушал её сначала;

Испуганная вербальным насилием, униженная и оскорблённая NN чувствует себя беззащитной перед мужской агрессией и не знает, как реагировать. NN нанесена душевная травма, которая будет преследовать её и потребует помощи психологов-консультантов на протяжении многих лет.

Она словам моим внимала
С тупым бессмысленным лицом.

Несмотря на очевидную неэффективность нескромных и оскорбительных предложений, пиит не отступает от своего нечистоплотного умысла.

В ней разбудить огонь желаний
Ещё надежду я хранил

Он переходит к физическому воздействию на объект своих притязаний путём лёгкого, но многозначительного, поглаживания своей титулованной рукой спины NN, обнажённой в рамках феминизма и в целях эстетического воспитания молодёжи.

И сладострастных осязаний
Язык живой употребил…

NN ещё более оскорблена неуместным, откровенно сексуальным, домогательством, полностью лишившим её самого важного достояния личности — комфорта. Чувство незащищённости глубоко персональной сферы перед поруганием усиливается до почти физической боли. Сюда добавляются гнетущие мысли о продаже имения для оплаты длительной серии сеансов профессора-психиатра из Петербурга. Всё же, несмотря на депрессию, NN находит в себе силы протестовать против унижения себя как женщины, выступая в роли ролевой модели (по-русски — примером для подражания).

Она глядела так же тупо,
Потом разгневалася глупо.

Не решаясь уже совсем распоясаться и дать волю рукам и всему остальному ввиду присутствия в помещении гусаров и драгун, хищник отступает, оскорбляя, однако, свою жертву вербально.

Беги за нею, модный свет,
Пленяйся девой идеальной, —

Он собирается её шантажировать, грозя распространением в свете и среди читателей информации, добытой в результате незаконной сексуальной атаки.

Владею тайной я печальной:
Ни сердца в ней, ни пола нет.

Сочинитель этого компрометирующего текста, по-видимому, всё ещё надеется на взаимность под угрозой окончательного разрушения репутации жертвы путём добавления в него ещё большего количества нежелательных подробностей. Положение NN осложняется отсутствием поддержки со стороны движения «И я!», ещё не существовавшего в рассматриваемый исторический период.

Евгений Боратынский, 1829

Выставленная в непривлекательном свете, NN рискует никогда больше не стать целью притязаний мужчин, даже если уже будет и не против этого, сигнализируя принятыми в обществе знаками…

Настоящий текст допущен Комиссией по сглаживанию социальных и половых трений в качестве методического пособия по повышению квалификации для лиц, прошедших курс и сдавших экзамен по предотвращению актов насилия на рабочих местах, в зонах отдыха, а также в убежищах для недопривилегированных меньшинств и прочих персон, особенно уязвимых со стороны сексуально фашиствующих элементов.

* * *

… Тему продолжает фундаментальная работа, посвящённая поиску истоков неприглядного явления, сопровождавшего человечество на протяжении тысячелетий его истории, но недавно ставшего вопиюще неполиткорретным. Несмотря на то, что автор глубоко копает аж до генетического базиса и политического исподнего, текст написан занимательным, понятным для неспециалиста языком. В любезно предоставленном редакции беллетризированном фрагменте убраны все математические формулы, статистические выкладки, таблицы и графики.

* * *

Владимир Янкелевич

Таинственные хромосомы

Фима был вроде вполне успешным парнем. Он быстро защитился, устроился на работу в хай-тек компанию… Его уважали за профессионализм, неконфликтность, и вообще — просто уважали, без причины.

Родителям бы смотреть и радоваться, но к тридцатилетию сына, они уже серьезно обеспокоились.

Проблема была в том, что девушки его не любили. Он их тоже не очень любил, возможно, от обиды, но это и не важно, просто эта взаимная несимпатия становилась заметна и служила предметом насмешек. Друзья над ним шутили беззлобно, не с целью обидеть. На день рождения в поздравлении срифмовали гады:

Не расстраивайся друг,
что тебя не любят дамы,
но зато так любят мамы —
все завидуют вокруг!

«Тоже мне, поэт, — думал Фима, — а я ему еще с проектом помогал!» А этот, друг, называется, нарисовал Фиму, и ведь похоже нарисовал, а снизу подпись:

«Товарищ, знай!
Каждый час не потраченный на дам —
ступенька в карьерном росте!»

Им-то что, а Фима страдал. Он пытался писать стихи, чтобы понравиться девушкам, что-то вроде «любовь не вздохи на скамейке…», но со второго куплета девушки вдруг вспоминали о внезапно появившихся срочных делах и быстро убегали.

Это бросалось в глаза, Фима втайне мучился и страдал, кому понравится, что над ним смеются.

Как-то к нему из Москвы приехала сестра Ирина, работавшая в Институт общей генетики имени самого академика Вавилова. Возможно, что слушать чужие излияния было ее профессией, а может она просто хотела помочь и слушала Фиму очень внимательно. Потом сказала:

— Фима, приезжай, я сделаю тебе генетический анализ, возможно, тогда поймем, в чем дело.

Через месяц Ирина огласила результаты:

— Даже не знаю, как тебе объяснить. Есть две хромосомы, женская X и мужская Y. У мужчин — две хромосомы X и Y, а у тебя два X как у женщины. Скорее всего, у тебя когда-то была нормальная мужская хромосома, но внешняя обстановка, воинствующий феминизм, показательные массовые процессы над всевозможными “харвями” и всё такое прочее… привели к тому, что твой генотип эволюционировал в сторону большей комфортности. Вот твои мужские гены скукожились и видоизменились, а женские расцвели.

— Я что, трансгендер? — с испугом прошептал Фима.

— Нет, — успокоила сестра, — перерождения нет, просто дрейф в безопасную сторону, защитная реакция организма. На Западе все мужчины нынче прячут свою мужскую идентичность: пластика век, чтобы смотреть только в пол, а не вожделенно пялиться на женщину; приматывают руки скотчем к телу, чтобы ненароком не притронуться к соблазнительным формам — подготовлен целый комплекс противосудебных мероприятий. У нас, конечно, пока по старинке. С сексом пока все нормально, а ты вот — человек западного, цивилизованного образца.

— На кой мне этот запад, меня девушки не любят! — закапризничал Фима.

— Спокойно, брат! Все вернем! У нас в институте генная инженерия на вполне современном уровне…

Профессор Выдвиженский решил первую в истории генетики операцию по замене хромосомы провести лично. Чтобы отсечь конкурентов по славе, почету и большим деньгам он отослал ближайших помощников, в том числе и Ирину в библиотеку, а сам остался с ассистентами-мигрантами.

Стараясь походить на далекий идеал, напевая под нос «От Севильи до Гренады…» и улыбаясь в бороду, он колдовал над усыпленным Фимой. Вообще, об операции он думал мало, все больше представлял себя на трибуне с докладом на Коллегии по поводу этой, прямо скажем, эпохальной процедуры. Потом врезка на Первом канале, аплодисменты в Кремле, интервью на CNN, потом…

Потом профессор устало бросил ассистентам «Нуте-с, продолжайте…» и удалился в свой кабинет. Молчаливые ассистенты-мигранты не знали, что продолжать. Они остались ждать еще кого-нибудь. И дождались. Прибежала Ирина и срочно провела операцию повторно.

Ассистентам-таджикам теперь стало понятно, как и что делать. Они профессорское «продолжайте» немедленно исполнили на Фиме, который спокойно спал, и потому возражений против еще одной процедуры не высказал.

Пока мигранты со средне-азиатской тоской в глазах над масками ждали, что произойдет, Фима проснулся.

С удивлением почувствовал он в себе необычайную энергетику. Он резко встал со стола и тут же посмотрел на себя в зеркало. Увиденное ему понравилось. Фима как-то неожиданно для себя решил, что стал похож на Ричарда Львиное Сердце. Как выглядел Ричард, Фима не знал, но был уверен, что именно так, как он сейчас, только наверное в латах.

Прибежала Ирина.

— Все, дорогой, я все сделала. Теперь контрольный анализ, и домой.

Через три дня Ирина удивленно смотрела на результаты анализа. Они явственно показывал три Y хромосомы и ни одной X.

— Такого не бывает. Их вообще должно быть всего две… Ничего не понимаю.

Она бросилась к Фиме. Тот сидел довольный возле уложенного чемодана. Это был другой Фима, совсем не похожий на того, страдающего айтишника. То есть нос, глаза, овал лица — все было то же, но вот облик в целом изменился совершенно. И лыбился он как-то странно. Как кот, объевшийся сметаны, он лениво зевнул и бросил как бы невзначай:

— Домой мне надо. Тут у вас женщины какие-то распущенные, так и лезут с непристойностями…

По пути на вокзал Ирина начала что-то понимать. То есть она не могла понять происхождение трех У хромосом, но все остальное было более менее логично. На Фиме теперь можно было организовать небольшой заводик по производству феромонов… Устоять было невозможно, даже она сама почувствовала легкое головокружение.

— Ирина, а как дамы узнают про хромосомы?

— Серый ты какой. Ты будешь феромоны генерировать, вернее излучать. Это такая мощность, такая сила, что за Россию не ручаюсь, но за городской район гарантию дать могу. Только осторожно с этим.

О трех хромосомах она так и не решилась рассказать…

От Фимы долго не было известий. Потом стали просачиваться новости по социальным сетям. Имя Фимы часто путали, но было понятно, что из института его уволили. Там стало невозможно работать, обычно серьезные женщины средних лет, солидные домохозяйки и молодые лаборантки под окнами серенады поют, а одна даже в форточку пролезть пыталась, но застряла. Пришлось ее извлекать вместе с рамой, а это зимой! Такого уже институт терпеть не смог.

Слухи о Фиме ползли все шире и шире, достигли и мировой закулисы. Там у них к этому времени стало совсем плохо. На женщину посмотрел, а она тебя в суд — за попытку изнасилования в форме визуального домогательства! Мужчины опасливо перестроились, и обычно невысокая рождаемость резко свелась к нулю.

И вот делегация одной из этих, сильно либеральных стран под надуманным предлогом — научной конференции, пригласила Фиму на встречу. Позже следствие установило, что вся группа была — спецагенты из института репродукции. Они-то и спланировали его похищение. Но операция провалилась, среди агентов женщины оказались. Вот они и позабыли, зачем приехали.

Наконец информация о Фиме дошла до Самого́!

Перед Ним сидели два референта и преданно смотрели в добрые, мудрые глаза.

— Докладывайте!

Референты привычно стали обсуждать план дальнейших влияний на Трампа, но Сам остановил:

— Что вы все о мелочах? Я о, как его, о Фиме. Так что ли его зовут?

— Мы его напоследок приберегли. Думаем его использовать в МИДе, на переговорах с НАТО. Там министры обороны все больше женщины… Да и самый что ни на есть ястреб — мадам четырехзвездочный адмирал США, та вообще просто издевается…

— Вот-вот, а тут у нас секретное оружие «Супер-Фима»! Давайте его на ближайшую пресс-конференцию, посмотрим, как он на публике…

На публике Фима немного робел, все-таки не часто он оказывался в такой компании.

Вот наконец открылась дверь, и по красной ковровой дорожке торжественно пошел Сам! Журналисты-мужчины преданно зааплодировали, но профессиональный опыт Самого быстро распознал необычное поведение дам. Они не рукоплескали, не смотрели в добрые глаза, и вообще — просто на Него не обращали внимания. Они пялились на Фиму!

Две супер-акулы журналистики в разных концах зала не попались под фимино влияние то ли из-за насморка, то ли из-за того, что были сильно сосредоточены на своих вопросах Самому и ничего вокруг не замечали. Им и дали микрофоны, больше просто некому было.

Блестящие столичные умницы-красавицы вопросы задавали не для того, чтобы получить ответы. Важен был сам процесс театрализованного выступления под разными ракурсами камер в прямом эфире на всю страну. Девушки поочередно обращались к разным камерам, но Фима! Он оказался рядом!

И вся страна увидела, что Самому даже не пришлось отвечать и с легкостью отметать претензии красавиц, как он обычно и делал. Одна за другой журналистки переключились на Фиму, вопросы Самому так и не прозвучали.

Короче, пресс-конференция была сорвана.

Сам использование Фимы не утвердил:

— Просто «Супер-Фима» оружие массового поражения, а не точного направленного удара, а мы все же в 21-м веке живем!

А в это время в Голливуде бедный Харви получил очередной удар. Еще одна престарелая актриса обвинила его в домогательствах 65-летней давности. Количественно это ничего не меняло, в данном случае обидным было другое. Харви был на сто процентов уверен, что никоим образом не мог в те далёкие времена её домогаться, тем паче, хватать за грудь, просто потому, что тогда он… домогался, конечно, и хватал, но исключительно мамину грудь и по исключительно уважительной причине — чтобы молочка пососать. Увы, нехитрые эти резоны на кипящую праведный гневом общественность не действовали: она клеймила развратника, уже грудным младенцем проявившего свои гнусные наклонности.

Однако, Харви не зря слыл гениальным продюсером. Он решил позвать ставшего знаменитым Фиму в Голливуд, чтобы весь справедливый американский народ полюбовался, что на самом деле из себя представляют эти ненасытные, порочащие его имя лживые сучки. Но… он трагически опоздал.

К этому времени Фима уже стал частью всемирного наследия и национальной гордостью РФ. Некий министр, уже давно (справедливости ради следует признать) утверждавший о наличии в русском народе дополнительной хромосомы, нашёл своему пророчеству блестящее подтверждение в Фимином, не совсем, правда, русском лице. И профессору Выдвиженскому удалось таки утвердиться на ТВ, где он прямо назвал Фиму национальным достоянием. На ехидный вопрос журналиста о вредном воздействии этого «достояния» на определенную половину населения, профессор, как обычно, нашел обоснованный научный ответ:

— Ему нужно жить, где холодно, там всё будет сбалансировано. Мороз всё нивелирует.

На Ямале у Фимы дело не пошло. Он с первого же появления нарушил пути миграции оленьих стад. Во время каслания — организованного похода к свежим пастбищам, важенки — оленьи самки — под воздействием унюханных феромонов тут же нарушили строй каравана, и Фиму пришлось спасать на вертолете.

Тогда совместным решением межгосударственных комиссий Фиму решили взять на ответственную работу Дедом Морозом и Санта Клаусом. И хорошо, что далеко, в Лапландии. Но опять же со Снегурочкой проблемы, пришлось отправить ее в Африку на обмен опытом.

Харви воспрянул духом. Он дернулся было отправить женскую часть Голливуда туда, поближе к Фиме, но был остановлен защитниками природы…

К работе Фима относится очень серьезно.

Вот он в красной шубе въезжает в город. В упряжке стерилизованные лапландские важенки, шесть штук и все по-европейски культурные. Фиме сначала даже обидно было за свои невостребованные ими феромоны, а потом ничего, попривык. На въезде как всегда стоят феминистки с плакатами протеста. На одном очень похожий на Фиму мужик в буденовке тычет в грудь пальцем и грозно спрашивает:

«Ты домогался сегодня?»

Так и въезжает в город. После его проезда феминистки как-то сразу меняют политическую ориентацию.

Только Фима снова стал грустить. Уже подумывает, может Снегурочку из Африки вернуть? А пока он так и проводит елку без Снегурочки….

Хотел он даже просить Ирину всё обратно вернуть… Лапландки отсоветовали.

* * *

… Следующий очерк погружает читателя в саму толщу — я бы даже сказал трясину — гендерного мультикультурализма (хорошо, что мне вникать в это не нужно: сверстал и… разбирайтесь сами, дорогие читатели).

* * *

Самуил Кур

Интервью

До Нового Года оставалось всего ничего, и я был в запарке.

Еще две недели назад шеф сформулировал задание так: для ночной новогодней программы нужны вставки — пара десятков интервью со знаменитостями. Я долго думал, к кому бы обратиться — к футболисту, или к актрисе. Но когда, наконец, определился, выяснилось, что намеченные мной кандидатуры уже попали в кадр. Расторопные ребята из нескольких редакций успели побывать до меня и на футбольном поле, и в Голливуде.

В итоге, по подсказке шефа, я оказался на каком-то звучном, но малоизвестном конкурсе, который завершался сегодня, 30 декабря.

В зале отзвучали аплодисменты, жюри вручило награды, и мне удалось перехватить обладателя Гран При на несколько минут для короткого интервью.

— Наверное, пробившись впервые в престижный международный конкурс, вы не ожидали такого большого успеха?

Ее длинные ресницы удивленно поднялись на его мужественном лице:

— Кто вам это сказал? Я с первой минуты была уверен в победе!

Я поспешил согласиться:

— Да, понимаю. Как вы считаете, что в вашем выступлении произвело наибольшее впечатление и на публику, и на жюри?

— Бесспорно и однозначно — моё женское обаяние, — улыбнулась он и задумчиво провела рукой по своей свежевыбритой груди.

Я улыбнулся в ответ:

— Мне показалось, тут сыграл роль ваш нежный голосок с хрипотцой. Но, конечно, Вы так шикарно выглядите — лихо закрученные усы, модная блузка от Армани, сквозь которую проглядывает стильный бюстгальтер… Кстати, бюстгальтер у вас от кого?

— Это у меня от давней подружки, Джека. Он такие уже не носит.

— Я слышал, вас в детстве звали Константином?

Он скромно потупилась:

— Да, это было моё девичье имя.

— И как вам живется в новом обличье?

— Знаете, раз уж вы спросили, так и быть — поделюсь. По большому секрету. Самое трудное — застегнуть сзади, на спине, бюстгальтер. Но я тренируюсь. Час репетирую песню, потом полчаса тренируюсь. И опять — час песня, полчаса — бюстгальтер.

— Получается?

Она удовлетворенно кивнул:

— Раньше руки за спиной не мог свести вместе. А теперь уже вторым сверху крючком в третью снизу петлю попадаю.

— А как у вас обстоят дела с личной жизнью? У вас есть герлфренд? То есть, я хотел сказать — бойфренд… то есть… одним словом, есть у вас этот?

— А как же, без этого никак нельзя.

— И чем вы занимаетесь в свободное время?

— Играю в шахматы.

— С этим?

— Нет, сама с собой.

— И кто же выигрывает?

— Иногда он, иногда она.

— А, кроме шахмат, у вас есть какое-нибудь хобби?

— Да, я переписываю сказки.

— Себе в альбом, что ли?

— Видите ли, сказки написаны давно, и все устарели. Поэтому я их переписываю наново.

Тут я заинтересовался:

— Можете мне привести хотя бы одну?

— Отчего же нет. Например, про Золушку. Ее на бал не взяли, а она, с помощью феи, туда пробралась и там туфлю потеряла. Помните?

— С детских лет помню. Потом эту туфельку всем подряд женщинам примеряли, и никому она не подходила.

— Вот именно. А почему не подходила? Открою вам правду — так случилось, что к тому времени это уже была не она, Золушка, а он — Золушек. Феи всё могут. И была у него нога 44 размера. А принц сразу догадался, что к чему! И нашли они с Золушком свое счастье.

— Потрясающе! Как до этого братья Гримм не додумались? Ну и в завершение традиционный вопрос: ваши планы на будущий год?

Она зарделся от волнения и доверительно сообщила:

— Хочу сшить себе длинное платье с черной кружевной оборочкой снизу. Оно очень подойдет к моей бородке и усам. И еще — купить хорошую электробритву.

— Что ж, мне остается поблагодарить вас за интервью и пожелать, чтобы ваши планы исполнились. Удачи вам!

Потом подумал и добавил:

— Обоим!

* * *

… От феромонов, генетики и полового вопроса перейдём к вопросам более прозаическим — достижениям передовой науки и техники в истекшем году.

* * *

Владимир Янкелевич

Чудо нанотехнологий

Перед Новым Годом мы с друзьями ходим в баню. Я спешил, нужно было отчитаться по поездке в Израиль. Я там знакомился с достижениями науки в еврейском университете и особенности средиземноморской кухни в израильском исполнении. Благо гид у меня был что надо…

Ролик вроде получился отменный:

Но оказалось, что редакторшу он абсолютно не удовлетворил. Она долго крутила носом, начала что-то про патритизм, сбилась, но нашла все же нужную формулировку:

— Напиши о наших русских достижениях. Без этого — не пропущу твою писанину. Найди что-то крутое, суперсовременное, что-то хай-тек, нано, чтобы всем было понятно — мы поступательно поступаем, то есть поступательно двигаемся в 21 век.

— Так мы уже и так там!

— Не умничай. Мы там, а насколько? То есть нужно что-нибудь крутое, реально современное. Только не в Хайфском Технионе и не в Силиконовой долине, а тут, на родной почве.

— Нам с друзьями…

— Знаю, знаю. Или ты остаешься без бани и без зарплаты, или найдешь, напишешь, а потом — хоть в баню. Но только потом! Иди, не отсвечивай.

Дома я задумался. В голове крутилось:

— Направо пойдешь — никуда не придешь, налево пойдешь — опять туда же…

Я совсем упал духом. Где здесь в канун нового года искать поступательные шаги прогресса? Поискал в интернете. Новинкой было обвинения попа в неправильной молитве. Из-за этого ракеты падают… Я еще потыкал пальцем к компьютер. Комп остался равнодушен и на помощь не пришел. Не пишется никак.

Тут по старому, многолетне опробованному плану ввалились друзья.

— Что сидишь, срочно меняй выражение морды лица, от твоего вида — смотри — рыбка в аквариуме сдохла! Живодер!

Я рассказал про задание редактора.

— Где я сейчас буду искать ей материал. Совсем с ума сошла.

— Ну ты не акула пера, а килька! — Заявила акула пера по имени Давид. — Все проще пареной репы. Чему нас учит семья и школа? То есть я имел ввиду — Талмуд и Тора?

— Чему?

— Эх ты, лапоть! Учит — прильнуть к истокам! Что мы сейчас и проделаем. Тебе просто повезло. Мой брат работает в самом логове прогресса, в Роснано! Он нам завесу и приоткроет!

Давид набрал номер.

— Анатолий, привет, это я, Давид!

— Как какой? Тот, с которым ты на даче яблоки у соседа воровал! Да, конечно, слежу за твоими успехами. Слушай, тут вот такое дело, нам срочно для новогоднего репортажа нужен образец новой современной хайтековской нано-продукции, иначе голову оторвут. Выручишь брата?

— Я понимаю, что тебе сегодня некогда… Да, конечно, диктую адрес… Привет Авдотье!

Давид положил трубку и сказал:

— В течение получаса будет тебе образец. А пока помянем все хорошее в уходящем году.

Не успели расположиться, и разлить, как раздался звонок в дверь. Водитель, больше похожий на командующего силами быстрого реагирования, спросил:

— Кто из Вас Давид?

Давид, только посмотрев на водителя, сознался сразу, что это он.

Командующий сунул ему в руку хорошо упакованный цилиндр длиной чуть больше 30 см, плотно упакованный в оберточную бумагу.

— Что это?

— Меня не касается. До свиданья!

Мы смотрели на этот цилиндр. Он лежал молча. Не жужжал, не тикал, не пах…

Самый технически грамотный, Эфраим, с опаской сказал:

— К этой хайтековской штуке не приложена инструкция. Вдруг мы откроем, а она в космос улетит?

Выпив для смелости, с волнением развернули пакет. Все затаили дыхание.

Там оказался стеклянный цилиндр с блестящей крышкой-гайкой.

— Чатлане, это гравицапа?

— А зачем нам гравицапа, если у нас пепелаца нет?

— Смотрите на ней надпись!

И он торжественно продемонстрировал на бутылке надпись «Hi-TECH VODKA». Ниже было написано «NANO FILTRATION». И ниже: водка «Celsius».

— Надо же, до чего наука дошла. А я все думал, они впустую деньги пилят. Ан нет! Нужный хайтековский товар произвели. Такой — лишним не бывает.

— Отдай редакторше бутылку, пусть будет довольна.

— Что полную?

— Это сейчас исправим.

И мы перешли к основной программе.

* * *

… Следующее исследование увлекает читателя из мира материальных объектов в сферу вербальную, в мир слов. Вопреки установившемуся мнению «нам не дано предугадать, как слово наше отзовется» автор исследует и предугадывает как раз механизмы “отзывальства” слов, “эффект бумеранга” в споре, дискуссии, полемике.

* * *

Александр А. Локшин

Бумеранги и антибумеранги

Есть обычай у поэтов…
Собираясь на охоту,
Мажут ядом бумеранги.

Предмет настоящей заметки — отдельные слова (а также словосочетания), обладающие эффектом бумеранга.

Каждому спорщику (а также каждому сочинителю) стоит иметь в виду, что некоторые слова в подходящем контексте способны оказывать воздействие, в точности противоположное тому, для которого они, казалось бы, предназначены. А именно, эти слова наделяют говорящего — вопреки его желанию — именно той характеристикой, которой он хотел бы наградить своего собеседника.

Кроме слов-бумерангов есть еще слова-антибумеранги. Они возвращаются назад, сообщая высказавшему их субъекту нечто совершенно новое и неожиданное о нем самом…

Бумеранги

  1. «Эгоист»

Это, пожалуй, самый яркий пример слова-бумеранга — из всех, которые мне удалось обнаружить.

Действительно, вот типичный монолог, в котором используется это слово:

Ты эгоист, всегда думаешь только о себе. А обо мне никогда не подумаешь. Тебе все безразлично, кроме твоих собственных интересов. А о моих интересах тоже мог бы подуматьНикогда не подойдешь, не спросишь, чего бы мне хотелось…Все всегда только для себя. И все оборачиваешь себе на пользу. Мог бы и поступиться какими-то своими нуждами хотя бы один разок ради меня. Так нет же, только для себя стараешься (и так далее).

Нужно ли объяснять, что говорящий (говорящая) характеризует именно себя как эгоиста?

  1. «Упрямый»

Здесь ситуация очень похожа:

— Ну, что ты упрямишься? Соглашайся! Ни за что мы не поступим так, как ты предлагаешь. У тебя нет другого выхода, кроме как согласиться с нами. Твое упрямство всех безумно раздражает. Оно иррационально. Ты хочешь, чтобы мы приняли твое предложение, но этого не будет никогда. Запомни: ни-ко-гда! Соглашайся, пока не поздно. Не будь таким идиотским упрямцем! Ты упрям, как осел!

  1. «Зануда»

Ситуация аналогична двум предыдущим:

— Ну и зануда же он! Нудит и нудит все время одно и то же. Невероятный зануда. Никак не может остановиться. Все уже осатанели от этого его занудства! Как только таких земля терпит… Все время, представьте себе, повторяет одну и ту же мысль разными словами. Ну, как ему не надоест… Это ж надо ангельское терпение иметь, чтобы такого зануду выдерживать…

  1. «Без юмора»

Еще один бумеранг:

Понимаете, человек без юмора — это не та личность, которая меня может хоть как-то заинтересовать. Поэтому я и пишу в анкете «ч/ю обязательно!» Да, если вы не знаете, ч/ю — это сокращение такое, общепринятое. Я не смогу полноценно общаться с человеком, лишенным чувства юмора и хотя бы элементарной самоиронии. Не говоря о том, чтобы жить вместе, вести хозяйство… Поэтому первое, на что я смотрю в анкетах, — это именно наличие ч/ю. А дальше — уже все остальное: рост, вес, образование, предпочтения всякие. Вкусы там литературные и музыкальные — все это имеет для меня хоть какое-то значение только при наличии полноценного ч/ю!

  1. «Тупой»

Наш профессор — тупой или глухой. Мы материмся, а он делает вид, что не слышит и про свою Древнюю Грецию треплется.

Замечу, что наверняка существуют и другие слова и словосочетания-бумеранги, которые обнаружатся со временем. Вполне возможно, кстати, что, подобрав подходящий контекст, можно почти любую отрицательную характеристику запустить в виде бумеранга.

Анти-бумеранги

  1. «Обидчивый»

Я ему надавал по мордасам, а он со мной, понимаешь, здороваться перестал. Обидчивый очень.

  1. «Малозаметный»

Это слово, конечно, далеко не всегда обнаруживает свойства анти-бумеранга, но, тем не менее, вот пример:

— Видите ли, обращаясь к Вам и предлагая свою кандидатуру, должен сразу предупредить, что у меня имеется небольшой, совершенно малозаметный недостаток, который заключается в том, что одно мое ухо имеет несколько нестандартную форму. Уверяю Вас, что никто этого не обнаружит не только при первом знакомстве, но и в дальнейшем… Тем более, что некоторые неудобства, связанные с этой моей особенностью, с лихвой перекрываются моей коммуникабельностью и начитанностью, широким кругозором и знанием жизни…

  1. «Проститутка»

«Но -— темнеет. Присядь, перекинься шуткой
с говорящей по-южному, нараспев,
обезьянкой, что спрыгнула с пальмы и, не успев
стать человеком, сделалась проституткой

И. Бродский

«Проститутка» неожиданно мстит автору тем, что оказывается штампом, которому явно не место в этом стихе.

  1. «Друг»

«Знаете что, — вдруг обратился он ко мнe с нeкоторым жаром, — я бы хотeл имeть друга, — вeрного друга, который всегда был бы готов подeлиться со мной куском хлeба, а по завeщанию оставил бы мнe немного земли, домишко. Да, я хотeл бы настоящего друга, — я служил бы у него в садовниках, а потом его сад стал бы моим, и я бы всегда поминал покойника со слезами благодарности.»
В. Набоков

В отличие от предыдущего примера, здесь антибумеранг ударяет не в автора, а в персонажа; см. роман «Отчаяние». Иными словами, антибумеранг запущен Набоковым сознательно, а не является авторским промахом.

В заключение замечу, что до сих пор мне не попадалось ни разу адекватное определение пошлости. «Банальность», «сальность» и «вульгарность» лишены чего-то самого существенного, притаившегося в понятии «пошлость».

Мне, впрочем, кажется, что всякая пошлость — это просто-напросто антибумеранг.

На этом заканчиваю, предвидя читательское возмущение.

* * *

… И вновь мы возвращаемся к проблематике, начатой изысканиями Дмитрия Гаранина, — поэтическое слово и его влияние на судьбы людей.

* * *

Александр Левинтов

Ольга Ларина и её дети

Согласно семейным хроникам, долгое время хранившимся в имении Лариных в Полтавской губернии, после дуэли и смерти Владимира Ленского Оленька, прежде столь веселая всеобщая любимица и хохотушка, резко посерьёзнела, собралась даже было в монастырь, но пожалела родителей: Таня к тому времени уехала в Москву, где вскоре вышла замуж за героя войны 1812 года, генерала Грёмина, домой и не приезжала и редко писала — уход Оли в монастырь означал бы для родителей скорую и одинокую старость.

Таня овдовела очень быстро, на третий год замужества. Подагра, болезни от ран и пылкая романтическая привязанность к молодой, по-деревенски здоровой девушке трудно сочетаемы. Вскоре после смерти генерала, как только минули положенные на вдовий траур сроки, Татьяна вновь стала выезжать в свет, переехала из старомодной Москвы в пышный и блистательный Петербург, где познакомилась, случайно, разумеется, с одним из прототипов Онегина, шведско-голландским дипломатом французского происхождения, вышла за него замуж и навсегда покинула опостылевшую ей Россию с её двумя нелепыми и зябкими, особенно зимой, столицами. Всю оставшуюся и весьма продолжительную жизнь она провела в Париже, поражая местное общество несокрушимыми здоровьем и аппетитом, родила сына, Жоржа, так и не узнавшего, что по матери он — русский. Умерла она в новомодной тогда среди парижских русских тоске по родине, nostalgia. Злые французские языки болтали, что русская nostalgia — хороший повод выпить водки, а водка, как известно, хорошо консервирует старость, особенно, если ею запивать чёрную икру; именно по этой причине русские старики и старухи так подолгу задерживались на этом, парижском свете. Жорж полностью растворился в абсенте и кальвадосе, потомства не дал и засох в одной из швейцарских лечебниц для безнадежных, даже не пережив свою матушку, и сильно не пережив.

Минуло три года после смерти Владимира. Оля регулярно, дважды в год, в день его тезоименитства, 15 июля, и в день кончины, 26 декабря, навещала его могилку в ограде храма в имя Успения Богородицы в его родовом сельце Поленино, что в шести верстах от имения Лариных.

Так, незаметно для себя она чуть не засиделась в девках и поздно по местным понятиям и нравам, аж в 17 лет вышла замуж за другого соседа, очень милого и состоятельного молодого человека, Ивана Даниловича Хамилова.

Неблагозвучность фамилии, а равно и неугасающая память о нелепо погибшем поэте, увлекли Олю на экстравагантный поступок: она убедила и жениха и родителей своих, и жениховых родителей, и даже приходского батюшку, сохранить в замужестве ее девичью фамилию, а, буде Бог наградит её детьми, то и за ними сохранить её.

Так, благодаря романтической прихоти Ольги Лариной в её многочисленном потомстве сохранилась традиция сохранения родителевой фамилии за отпрысками и мужского и женского полу.

В отличие от своей старшей сестры, которую в родном доме мало понимали, а потому и недолюбливали, Ольга оказалась весьма плодовита. Шутка ли: шесть сыновей и пять дочек. Правда, справедливости ради надо сказать, что до взрослого состояния дожили не все: Танюшка и Павлуша померли в младенчестве от неизвестной болезни, троих унесла в один год холера, Лёвушка упал с дерева и зашибся насмерть. Оставшиеся же шестеро выросли вполне здоровыми, сами дали спелое и богатое потомство и умерли в почтенной старости.

К концу бурного столетия из корня Ольги Лариной в живых оставалось девятеро её внуков, рассеянных не только по Полтавской, но и другим губерниям Малороссии, осевших также в Пензе, Москве и Самаре. Решительно и доподлинно известно, что никто из них не снискал себе ни славы ни известности, но все слыли людьми добрыми, порядочными и честными.

В 1893 году у Александра Ларина, проживавшего в Полтавской губернии, родился сын Борис, единственный из всех Лариных удостоенный упоминания в энциклопедиях как крупный филолог и доктор наук. Правда, в середине 21-го века его изо всех этих энциклопедий вымарали, так как он оказался специалистом по враждебному литовскому языку.

Зато, начиная с 20-х годов 20-го века стала активно всплывать дворня Лариных, многочисленные Ларкины и Ларькины. По мере освоения школьного образования они активно переделывались в своих бывших господ Лариных. Сначала это были колхозные активисты и стахановцы, даже председатели колхозов и бдительные чекисты, ударно, с перевыполнением плана, разоблачавшие врагов народа, контрреволюционеров, шпионов-диверсантов и наймитов мирового империализма (именно тогда и прекратился род Лариных, разоблаченных по всем статьям УК), но со второй половины 20-го века эта поросль внедрилась и укоренилась в отечественную культуру, интеллигенцию: Ксения — радиожурналистка, Александр — математик, разработчик ЕГЭ, Владимир Ильич — адвокат, Владимир Владимирович — директор заповедника, Алексей — композитор, Игорь — актёр и режиссёр, Николай — художник, Олег — поэт, а один из Лариных стал даже членом национальной сборной, правда, по хоккею.

* * *

… В завершение нашего сборника научных трудов, учитывая новогодний характер оного, — историко-биографические миниатюры из жизни выдающихся персонажей.

* * *

Александр Левинтов

Чудачества и странности знаменитостей

Иван Сергеевич Тургенев, будучи барином, гурманом и гастрономом, тем не менее любил исподтишка посещать Macdonald’s: украдет у какого-нибудь зазевавшегося Гончарова сюжет — и в ближайшую забегаловку Macdonald’s, уж очень хорошо шло ворованное с биг-маком, чипсами и под кока-колу

Согласно Диогену Лаэртскому, Сократ любил заправлять гречневую кашу грецкими орехами, считая, что сочетание этих двух истинно греческих продуктов есть квинтэссенция ахейской кухни. К сожалению, этот эпизод из книги Диогена Лаэртского был сильно поврежден и потому не попал во все последующие переводы.

Однажды Александр Сергеевич Пушкин, не доезжая до Бологое, зашел в придорожную харчевню и заказал пожарские котлеты. Нежная утроба поэта не выдержала столь сильного испытания. Зав. производством трактира, конечно, судили и выпороли на конюшне, но с тех пор к привычной золотухе у поэта прибавился хронический понос, что в конце концов и стало последней роковой каплей при ранении на дуэли.

Говорят, Ленин очень любил детей, но понимал, что буржуазное общество с его прогнившей моралью не поймет этой любви и боялся, что его осудят за это, поэтому вынужден был есть пустые щи или картошку с селедкой. Иосиф Виссарионович Сталин тоже очень любил детей, но он ничего не боялся.

Внучка Джульетты, Дездемона Капулетти, оказалась развратницей, каких Верона не видела. Опозоренная на весь город, она бежала с каким-то афро-европейцем в Венецию, где и была убита своим сожителем.

Яблоко раздора, подкинутое во время пира богов Эридой, как показали новейшие радио-рентгенологические исследования, было испорченным и содержало в себе червя сомнения. Столько крови, жизней и времени было убито ахейцами и троянцами напрасно. Кстати, подобное же подпорченное яблоко упало и на Ньютона, в результате чего вся физика этого Исаака оказалась весьма сомнительной. Пришлось открывать теорию относительности, чтобы хоть как-то исправить сложившуюся ситуацию.

Однажды Архимед поспорил с Эвклидом, кто из них толще. Великий сиракузский математик и механик нашел оригинальное решение спорного вопроса: он предложил на пари пить пиво — кто больше выпьет, тот и толще. Так был открыт первый закон Архимеда, а второй, который более известен, был открыт им же в ванном отделении Сиракузских бань в компании с тем же Эвклидом, вошедшим таким спорным образом во всемирную историю науки и техники.

Сальватор Дали и Пабло Пикассо имели соседние участки в дачном кооперативе под Барселоной и дружили семьями. Жена знаменитого сюрреалиста Гала как-то угостила чету Пикассо ленивыми голубцами. Это русское национальное блюдо так понравилось Пабло, что на следующий день он нарисовал свою известную картину «Голубка», но его жена, ревнуя мужа к Гале, на ближайшем же аукционе продала полотно и, как потом выяснилось, очень продешевила.

Житель Урюпинска Иван Петрович Сидоров так и умер, ничем не знаменитый, и мы никогда не узнали ли бы о его существовании, если бы не его коза, ставшая первым экспонатом музея Козы в этом самом затрапезном городе провинциальной России: она оказалась матерью козла Кузьки, отличавшегося необыкновенной духовитостью и агрессивностью.

Банкуя в блэк-джек против маркиза де Сада, граф Сен-Жермен, нечаянно и неожиданно для себя обдернулся и вытащил из обшлага вместо червового туза даму пик. У его противника следующей картой к бубновому тузу пришел трефовый валет. С тех пор, если у кого бы то ни было собирались тройка, семерка и пиковая дама, у его визави непременно выпадают туз и валет треф. Вот и вчера, на мою комбинацию тройка, семерка, дама пик Палыч собрал туза и валета треф. У вас до получки не найдется хоть сколько-нибудь?

Во время официального визита Перуна по приглашению Зевса на Олимп состоялся обмен дарами; в числе прочих фигурировали амброзия — с ахейской стороны и медовая брага — с нашей. Два записных гурмана, Ярило и Гелиос, несколько увлеклись инонебными напитками и на следующее утро дружно не вышли на работу. Это явление, названное людьми солнечным затмением, стало, нечасто и нерегулярно, но повторяться. Иногда оно приобретало характер полного затмения. Позже к этой компании присоединились Селена и Дидилия, напивавшиеся также до затмения, порой полного. К нашему благополучию, у остальных богов оказался более или менее стойкий иммунитет против пьянства.

Следующий: Выпуск II. Святочные страшные рассказы
Print Friendly, PDF & Email

25 комментариев к «2018! Новогоднее попурри. Выпуск I. Сборник научных трудов»

  1. Александр А. Локшин
    . .
    Есть обычай у поэтов…
    Собираясь на охоту,
    Мажут ядом бумеранги.
    —————————
    Иосиф Бродский
    Квинтет
    . . .Марку Стрэнду
    I
    Веко подергивается. Изо рта
    вырывается тишина. Европейские города
    настигают друг друга на станциях. Запах мыла
    выдает обитателю джунглей приближающегося врага.
    Там, где ступила твоя нога,
    возникают белые пятна на карте мира…

    И накапливается как плевок в груди:
    «Дай мне чернил и бумаги, а сам уйди
    прочь!» И веко подергивается. Невнятные причитанья
    за стеной (будто молятся) увеличивают тоску.
    Чудовищность творящегося в мозгу
    придает незнакомой комнате знакомые очертанья.
    II
    Иногда в пустыне ты слышишь голос. Ты
    вытаскиваешь фотоаппарат запечатлеть черты.
    Но — темнеет. Присядь, перекинься шуткой
    с говорящей по-южному, нараспев,
    обезьянкой, что спрыгнула с пальмы и, не успев
    стать человеком, сделалась проституткой.

    Лучше плыть пароходом, качающимся на волне,
    участвуя в географии, в голубизне, а не
    только в истории — этой коросте суши.
    Лучше Гренландию пересекать, скрипя
    лыжами, оставляя после себя
    айсберги и тюленьи туши.

    Алфавит не даст позабыть тебе
    цель твоего путешествия — точку «Б».
    Там вороне не сделаться вороном, как ни каркай;
    слышен лай дворняг, рожь заглушил сорняк;
    там, как над шкуркой зверька скорняк,
    офицеры Генштаба орудуют над порыжевшей картой.

    Тридцать семь лет я смотрю в огонь.
    Веко подергивается. Ладонь
    покрывается потом. Полицейский, взяв документы,
    выходит в другую комнату. Воздвигнутый впопыхах,
    обелиск кончается нехотя в облаках,
    как удар по Эвклиду, как след кометы…

    Я понимаю только жужжанье мух
    на восточных базарах! На тротуаре в двух
    шагах от гостиницы, рыбой, попавшей в сети,
    путешественник ловит воздух раскрытым ртом:
    сильная боль, на этом убив, на том
    продолжается свете.

    Ночью над плоскогорьем висит луна.
    От валуна отделяется тень слона.
    В серебре ручья нет никакой корысти.
    В одинокой комнате простыню
    комкает белое (смуглое) просто ню —
    живопись неизвестной кисти.

    Весной в грязи копошится труженик-муравей,
    появляется грач, твари иных кровей;
    листва прикрывает ствол в месте его изгиба.
    Осенью ястреб дает круги
    над селеньем, считая цыплят. И на плечах слуги
    болтается белый пиджак сагиба…

    Было ли сказано слово? И если да, —
    на каком языке? Был ли мальчик? И сколько льда
    нужно бросить в стакан, чтоб остановить Титаник
    мысли? Помнит ли целое роль частиц?
    Что способен подумать при виде птиц
    в аквариуме ботаник?
    1977
    :::::::::::::::::
    A.Л.: … И вновь мы возвращаемся к проблематике, начатой изысканиями Дмитрия Гаранина, — поэтическое слово и его влияние на судьбы людей.
    ——————————
    Возвращаемся к блестящим зысканиям ДГ, что нам Пушкин, Набоков, Бродский…
    «Было ли сказано слово?»

  2. Александр Левинтов
    Ольга Ларина и её дети

    Показалось не смешным. И удостоилось таких же несмешных рецензий. (см. отзывы). Закон генетики: то что вложил, то и получил. Впрочем, полагаю, что надо перечитать.

    Александр Левинтов
    Чудачества и странности знаменитостей.

    Полно замечательных перлов! Их столько, чтo этот жемчужный супчик надолго запомнится!
    Очень понравился вот этот:

    “Во время официального визита Перуна по приглашению Зевса на Олимп состоялся обмен дарами; в числе прочих фигурировали амброзия — с ахейской стороны и медовая брага — с нашей. Два записных гурмана, Ярило и Гелиос, несколько увлеклись инонебными напитками и на следующее утро дружно не вышли на работу. Это явление, названное людьми солнечным затмением, стало, нечасто и нерегулярно, но повторяться. Иногда оно приобретало характер полного затмения.”

    Никто еще так жизненно не объяснял затмение! Да, господа, ануннаки выпивали! И еще чем-то вроде наркотиков увлекались! А чем по вашему был Нектар, Сома, Напиток богов, знаменитый Философский камень, которого добивались все алхимики и который на поверку оказался белым порошком? Очень понравилось!

  3. Дмитрий Гаранин. Клинический анализ случая сексуальных домогательств в гендерно-неравноправном российском обществе XIX века-

    Очень хорошо! Особенно понравилось слово “недопривилегированный. И другие слова.

    Владимир Янкелевич. Таинственные хромосомы

    Понравилось! Такой прелестное мужское сновидение с доработанным в дневное время сюжетом! После слов “А ты домогался сегодня?’ я бы поставила точку. Ибо лучше уже не скажешь! Можно было бы даже добавить: «Фима заплакал.» Чтобы показать, что счастье призрачно и в принципе недостижимо. И на этом завершить. Обрезайте все лишнее! Обрезайте! — мне ли вас учить!

    Самуил Кур. “Золушок” — это так современно! Это могло быть написано только на исходе 2017-го, Великого Трансджендерного, года!

    Александр А. Локшин
    Бумеранги и антибумеранги

    Приветствую желание выразить, наконец-то, языком плаката-афоризма-формулы или просто посыла, страстно желающее выражения, но так и не нашедшее его явление жизни: вокруг одни козлы!
    Насчет стихотворения Бродского резко несогласна. Это стихотворение полно экзистенциальной силы и философского осмысления антропологии. Просто само последнее слово при всей его жизненности оказалось нестихотворным. Вам понравилось бы гораздо болше, если бы первая строчка звучала так:
    «Но — темнеет. Присядь, перекинься взглядью!”
    Или
    “Уйди, помаши мне ручкой”
    Рифмы сразу заиграют!

    Продолжение рецензии следует

  4. Д.Гаранин: — Безусловно, лучший прикол из всего новогоднего разнообразия.
    В.Янкелевич+Г.Быстрицкий: — Мои старшие литтоварищи немного перестарались. Идея показать как не надо писать с одновременным разоблачением хороша. Классно раздули словоблудие на ровном месте. Но в примерах пошлости переборщили, читатели не поверили. Потому и интриги не получилось, раскусили вас с вашим соавторством.
    С.Кур: — Очень профессионально, но сюжет давно затертый. Жаль, с таким изложением можно такое наворотить…
    А.Локшин: — Скучно. Разве что Бродского позадевал.
    А.Левинтов: — По объему творчества приблизился к полному собранию сочинений Ленина – очень писучий. По публикации напоминает молодую Латынину (коллегу Лариной), когда она делала чудные винегреты: были там и колбаса, и килька со шпротами, и лук с чесноком, и овощи и манная каша.

  5. Сильвия
    «Хорошее начинание, между прочим«
    —————————————
    И правда, начинание хорошее, вроде козлотура.
    Несмотря на то, что авторы копали глубоко, «аж до генетического базиса», тексты получились скучные. Понравились С. Кур, второй очерк Владимира
    Янкелевича, бумеранги и чудачества А. Лакшина и комментарий
    Григория Б. » В одну телегу впрячь не можно Коня и трепетную лань…»

  6. Александру Левинтову. Про Пушкина. Насколько я помню, генерал Гремин – персонаж оперы Чайковского. В романе Пушкина имя мужа Татьяны Лариной не упоминается….П.И. Чайковский написал либретто, ввел персонажа, написал для него арию. Я ошибаюсь..?

    1. Да, вы ошиблись. Либретто написал М.И. Чайковский — брат Модинька. А имя Гремина появилось у Пушкина в сожженной Гоголем главе из «Путешествий Онегина». Гоголь очень тщательно готовился к сожжению «Мертвых душ» и немало потренировлся на рукописях друзей. Поэтому некоторые сразу же делли копии. А другие их отговаривали: «Да рукописи не горят!». Бумага тогда была такая пожаропрочная. После 1812 г. кто-то изобрел. Ведь, в московском пожаре сгорела рукопись «Слова». В «Слово» — это ихо все! Без него вся русская история — фейк!

      1. Вопрос к знатокам:
        Князь подходит
        К своей жене и ей подводит
        Родню и друга своего…»
        Евгений Онегин – родня мужа Т.Л.

        1. Владимир Набоков пишет, что возможно они были двоюродными братьями.

    2. нет, конечно, но как-то его надо было назвать/
      С наступающим

  7. Г-ну Левинтову. А вы не боитесь попасть под каток борцов с искажением «отечественной» истории. Это я — насчет Тургенева. Помнится, еще полвека назад, я кормил своего первенца манной кашей под примерно такой рассказ: «Иван Сергееич Тургенев оочень любил манную кашу. Рано утром он просыпался, расталкивал молодку Дуньку, только заснувшую, было, от барских ласк и кричал: «Дунька! Где моя манная каша?» И Дунька, в чем была, бежала на кухню и приносила барину его любимую кашу. Однажды, у Тургенева, в Лутовинове заночевал Лев Толстой. С вечеру великие писатели сильно наизучались тогдашнего литературного процесса под хорошую смородиновую, обсуждая проблемы разночинцев, активно вторгавшихся в такое чисто барское дело, как умствование. А наутро они проснулись. По оба бока Дуньки. А Лев Николаич, надо сказать, к тому времени перешел на чистый вэгэтарьянс и питался одной манной кашей. Однако, будучи, чуть не до вакуума выдоенным ненасытной Дунькой, сладко храпевшей сейчас справа от него, он вспомнил свою бурную юность, а также — детство и отрочество, когда обжирался скотской плотью, желательно, кровящей… А тут, и Иван Сергеич проснулся, по левый бок Дуньки, привычно погладил ее тугие ягодицы и взвыл: «Дунька, давай скорее манную кашу!» А Лев Николаич прорычал: » Нет! Прежде бифштекс!» Тогда Иван Сергеич вцепился ему в бороду, а Лев Николаич ответил ему тем же, и пошли они кататься на широкой дунькиной спине, с криками: «Ах, крепостник ты е…ный!», «А ты- граф ядовитых трав!» и т.д., и т.п. И закончилось тем, что Л.Н., голодный и с подбитым глазом укатил к себе в Ясную Поляну, а И.С. забрался в мансарду и быстро написал главу к «Отцам и детям» про Феничку. Этот эпизод вкратце изложен у В.Шкловского в его книге «Лев Толстой».

  8. Д.Гаранин — пример изящного, тонкого юмора. Спасибо!
    » Сюда добавляются гнетущие мысли о продаже имения…» — здорово!

  9. В одну телегу впрячь не можно Коня и трепетную лань…
    Временно исполняющий обязанности лани Янкелевич предложил идею: снабдить парня тремя мужскими хромосомами У и посмотреть что из этого получиться. Идея для новогоднего попурри показалась забавной, я накатал тысячи полторы слов и, как водится у неуверенных, сразу засомневался. Для такого скромного по объему текста преамбула, вернее часть её «знакомство с героем» показалась чрезмерной. Она выглядела так:
    «К тридцати годам сына родители серьезно забеспокоились. Симпатичный, высокий, ловкий в движениях, талантливый программист с успешной карьерой Фима, не имел интереса к женщинам. Ладно бы он не имел, отшучивался, что рано еще связывать свою судьбу, на ноги стать надо и все такое — так и противоположный пол совершенно к Фиме был равнодушен.
    Это бросалось в глаза, Фима втайне мучился и не мог найти объяснений такому загадочному феномену, пока московская сестра Ирина, работавшая в Институте общей генетики имени самого академика Вавилова, не сказала:» — Фима, приезжай, я сделаю тебе генетический анализ…
    Комп насчитал 82 слова, я запереживал. Вполне можно было обойтись и четырьмя словами: «Фиму не любили девушки». А как именно не любили, почему, как он к ним относился — все это в дальнейшем значения не имело, тема другая.
    Но соавтор думал иначе и увеличил вступительную часть до слов сестры в два раза. Ладно, думаю, хочется Володе щегольнуть праздничным остроумием — пусть будет.
    Однако взыскательной лани остроумие показалось неполным, а попросту скучноватым (что и правда), решил Володя народ развеселить до упаду. Не скажу за читателей, но меня мой соавтор озадачил, самостоятельно увеличив уже отправленный вариант до 227 слов.
    Пустопорожнее словоблудие не по теме не является моей главной литературной мечтой, поэтому я попросил мое имя из авторов убрать.
    К тому же сегодня я заметил, что Харви «… хватал, но исключительно мамину грудь и по исключительно уважительной причине — чтобы молочка пососать». Под этой пошлятиной я бы точно не подписался, у меня был совсем другой вид харассмента.
    PS К произведению «Чудо нано…» вообще отношения не имею. Единственно, после предварительного прочтения задал робкий вопрос: «Чо за херня?».

  10. Вынужден добавить еще несколько слов. Два телефонных звонка вынуждают меня написать это пояснение. В рассказике «Чудо нанотехнологий» — водка настоящая, это не фотошоп, как посчитали звонившие. Только не стоит ее покупать, водка ниже среднего… Но бутылка — красивая. Видеоролик в рассказике — не реклама, а часть статьи. Смотрите его и enjoy!

  11. Рассказы прочёл с удовольтвием. Не буду никого выделять, чтобы других в преддверии Нового года не обидеть. С наступающим, дорогие друзья!

  12. Понравился Гаранин, Кур, Левинтов. Янкелевич минус Быстрицкий — многословен. Плюс российская специфика слегка угнетает для святочного рассказа.

  13. Мой комментарий касается пока исключительно рассказа «Хромосомы». Дело в том, что значительный труд в эту нетленку вложил и Григорий Быстрицкий. Им было написано много важного, а уж про повадки важенок — это вообще — его эксклюзивная тема. Все же среди авторов возникли принципиальные разногласия, из-за которых Григорий снял свою фамилию из авторов.
    Прежде всего я хочу выразить глубокое сожаление всем читателям и себе, любимому, лично из-за этой потери. Надеюсь, что уход из-за эстетических разногласий не развалит все творческие союзы Портала. Свои эстетические претензии к рассказу, я прошу Григория высказать принципиально, сурово и не глядя на лица ни на наши, ни в телевизоре. Да послужит это вящей славе российской словесности!!!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *