Аркадий Гайсинский: Как в кино

 230 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Приукрашивание национальной истории — занятие распространённое и понятное. А вот выдавать за историю страны заведомые мифы — занятие опасное. Нужно бы русским задуматься над предупреждением Василия Ключевского: «История ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков».

Как в кино

Аркадий Гайсинский

В первый день праздника православной Пасхи по 1-му (проправительственному) каналу Российского телевидения был показан красочный фильм «Крещение Руси», который, наверное, следует отнести к категории образовательных, но можно считать и документальным, поскольку его сценарий основан на официальном документе российской историографии — «Повести временных лет», написанной монахом Киево-Печерского монастыря Нестором в начале 12в.

Понятно, что прежде зрителя знакомят с краткой историей начала российской государственности («призвание варяг» в 862г), а затем более подробно рассказывают: почему и как Русь приняла православие (988г.). В общем, кино — как кино, но вот что удивляет: неужто его вдохновители и создатели так и не поняли на печальных примерах истории своей страны: к чему приводит легализация вранья?

1

Официальная версия принятия Великим князем Киевским Владимиром Святославичем христианства именуется «корсунской», поскольку в ней утверждается, что Владимир крестился в расположенном на Крымском полуострове городе Херсонес, захваченном русами у греков в результате шестимесячной осады весной 988г. В русских летописях этот город именуется Корсунью.

Предыстория приобщения Владимира к православию по «корсунской» версии такова (приводится в изложении И. А. Заичкина и И. Н. Почкаева):

«При Владимире отношения Киевской Руси с Византией отличались непостоянством. Сначала киевский князь был союзником византийского императора Василия II. Когда претендующий на императорский трон полководец Варда Фока возглавил восстание малоазийской знати против Византии, Василий II обратился к Владимиру за военной помощью. Владимир снарядил и послал через Болгарию к берегам Босфора 6000 воинов. В битве под Абидосом русская дружина сражалась отчаянно и сыграла решающую роль в разгроме Варды Фоки. Достаточно сказать, что тогда погибло около 2000 русских воинов. Однако Василий II не только не отблагодарил должным образом русских, но и приказал не пускать их в Константинополь и сразу же переправить в Болгарию.

Узнав от вернувшихся в Киев дружинников о таком неблагодарном поступке императора, Владимир решил проучить греков. Он пошёл в поход на город Херсонес (Корсунь) и после длительной осады взял его. Отсюда он потребовал от Византии выполнить все ранее заключённые с Русью договоры: вывести войска из устья Дуная, заплатить дань воинам (живым и мёртвым), которые помогли Василию разгромить Варду Фоку, скрепить мирный союз между Русью и Византией брачным союзом Владимира и принцессы Анны, сестры Василия II и внучки Константина Багрянородного. Владимир предупредил греков, что в случае их отказа выполнить все его требования он пойдёт войной на Константинополь. Требования Владимира были удовлетворены с одной поправкой: чтобы стать мужем Анны, он должен принять христианство. Владимир ответил, что готов креститься. С трудом уговорили Анну ехать в Русь. Наконец, она согласилась и приехала в Корсунь. По словам летописца: «Владимир тот час крестился, был назначен во св. крещении Василием и после крестин пошёл с Анной к венцу… Вернувшись в Киев, Владимир приказал рубить и жечь все кумиры, а Перуна велел привязать к хвосту коня и стащить с горы в Днепр. Народ плакал, но князю не перечил»[1].

Летописный рассказ о крещении в Корсуни в изложении Н. М. Карамзина выглядит несколько иначе:

«Владимир мог бы креститься и в собственной столице своей, где давно уже находились церкви и священники христианские, но князь пышный хотел блеска и величия при сем важном действии: одни цари греческие и патриарх казались ему достойными сообщить целому его народу уставы нового богослужения. Гордость могущества и славы не позволяла также Владимиру унизиться, в рассуждении греков, искренним признанием своих языческих заблуждений и смиренно просить крещения, он вздумал, так сказать, завоевать веру христианскую и принять её святыню рукой победителя. Собрав многочисленное войско, великий князь пошёл на судах к греческому Херсону…. Завоевав славный и богатый город… российский князь ещё более возгордился своим величием и через послов объявили императорам, Василию и Константину, что он желает быть супругом сестры их, юной царевны Анны, или, в случае отказа, возьмёт Константинополь. Родственный союз с греческими царями казался лестным для его честолюбия… Василий и Константин, надеясь с помощью сильного князя российского спасти трон и венец, ответствовали ему, что от него зависит быть их зятем, что приняв веру христианскую он получит и руку царевны и царство небесное. Владимир уже готовый к тому, с радостию изъявил желание креститься. Херсонский митрополит и византийские пресвитеры совершили сей обряд торжественный, за коим следовало обручение и самый брак царевны с Владимиром… Великий князь, как верный союзник императоров, немедленно отправил к ним часть мужественной дружины своей, которая помогла Василию разбить мятежника Фоку и восстановить тишину в Империи»[2].

Как видим, два рассмотренных изложения «корсуньской» версии принятия Владимиром новой веры принципиально отличаются друг от друга:

из первого следует, что военная помощь грекам предшествовала крещению, а поход русов на Корсунь стал следствием невыполнения греками взятых на себя обязательств. Крещение же Владимира стало как раз выполнением поставленного ему греками условия бракосочетания с принцессой Анной;

из второго следует, что корсунский поход был акцией хорошо продуманной Владимиром, давно решившим принять новое вероисповедание из «греческих рук», но в то же время не желавшего попадать в зависимость от Константинополя. Русский отряд был послан на помощь грекам уже после крещения и бракосочетания князя.

Но как бы там ни было, а крещение Владимир принял «от греков» и можно представить ликование в их стане, притом, что жертва, принесенная варвару в лице порфироносной принцессы, оказалась не напрасной. Но что это:

«Мы, наверное, знали бы дату крещения из византийских источников, но в них о крещении не говорится. Введение христианства в целом государстве Константинопольским патриархатом акт государственно важный для политики и дипломатии Византии, её церкви оказался не зафиксированным в империи. Невероятность этого настолько очевидна, что отсутствие таких сведений — «нулевой» вариант 10в.-превратилось в аргумент католических теологов в пользу того, что крещение Руси — дело западных миссионеров… Возникает догадка, что византийские источники молчат о крещении Владимира и Ольги потому, что ни то, ни другое не осуществлялось Константинополем»[3]

2

Цель корсуньского похода Владимира как реакция князя на обидное обхождение греческих императоров с русскими воинами вызывает сомнения и по другой причине. Почему местом приложения княжеского недовольства стал Херсонес, если, как писал Н. М. Карамзин:

«сей торговый город, построенный в самой глубокой древности выходцами гераклейскими, сохранял ещё в 10в. бытие и славу свою, несмотря на великие опустошения, сделанные дикими народами в окрестностях Чёрного моря, со времён Геродотовых скифов до казаров и печенегов. Он признавал над собой верховную власть императоров греческих, но не платил им дани, избирал своих начальников и повиновался собственным законам республиканским»[4]?

Херсонес, по сути, не был «болевой точкой» для Византийской империи и доказательство тому — налицо: летопись подчёркивает длительность осады города (не менее шести месяцев), но за это время в метрополии палец о палец не ударили, чтобы как-то помочь попавшим в беду соплеменникам «признававшим над собой верховную власть императоров греческих».

Если же греков, как сообщает летописец, испугала угроза захвата русами Константинополя, то угрожать столице Владимир мог также как и его предки — без посредства Херсонеса, да и зачем: всё-таки, поход в Крым требовал затрат и материальных, и физических. Кроме того, военная судьба весьма капризна и переменчива — мало ли что….

Ещё раз обращаю внимание: если бы крещение Великого князя киевского, а затем и всей Руси, было связано с греками — в Византии придали бы этому факту должное значение, однако в греческих источниках об этом — ни слова.

Следовательно, вывод о том, что корсунский поход Владимира имел своей целью единственно захват Корсуни, дабы «завоевать веру христианскую и принять её святыню рукой победителя», не подтверждается. У русского князя были иные планы: подчинение Тавриды, но это отдельная тема.

3

Но и сама дата Крещения Руси как будто бы точно указанная летописцем — 988г, оказывается, также нуждается в уточнении. Если крещению Руси предшествовало крещение Владимира в Корсуни, то следует обратить внимание на сообщения арабских и византийских источников о том, что взятие Корсуни совпадает по времени с появлением в небе «огненных столпов». Дата появления «огненных столпов» известна точно: 7 апреля 989 года. Значит, или русы приняли христианство (988г.) ещё за год до того, как их князь был крещён в Корсуни, или в Корсуни Владимир не крестился.

Корсунский поход Владимира — реальное событие, но связь этого похода с принятием киевским князем христианства — сомнительна: гораздо более существует свидетельств тому, что на момент осады Корсуни Владимир уже был христианином. Например, монах Иаков Черноризец в «Памяти и похвале русскому князю Владимиру» (написанной ранее «Повести временных лет») говорит, что князь Владимир крестился в 988 году, а взятие Корсуни и женитьба на сестре греческих императоров произошли через три года после крещения.

Надо понимать, что сомнения в истинности «Корсуньской легенды» имели место уже во времена Нестора, поэтому летописец защищает своё сочинение:

«Не знающие же истины говорят, что крестился Владимир в Киеве, иные же говорят — в Василеве, а другие и по-иному скажут».

Закономерен вопрос: а почему были такие сложности с канонизацией Владимира, почему византийская церковь так упорно отказывала множеству обращений по этому поводу и русских князей, и русской церкви? Ведь Владимир стал Владимиром Святым только в 1240 году по личному указанию Александра Невского, да и то лишь в Новгородской церкви. Поэтому уместно напомнить, что христианство было значимой религией в Киевской Руси ещё при князе Игоре:

В год 944. На следующий день призвал Игорь послов и пришел на холм, где стоял Перун; и сложили оружие свое, и щиты, и золото, и присягали Игорь и люди его — сколько было язычников между русскими. А христиан русских приводили к присяге в церкви святого Ильи, что стоит над Ручьем в конце Пасынчей беседы и Хазар, — это была соборная церковь, так как много было христиан — варягов».

Христианкой была и Великая княгиня Ольга — бабка Владимира:

В год 6463 (955). Отправилась Ольга в Греческую землю и пришла к Царьграду. И был тогда царь Константин, сын Льва, и пришла к нему Ольга… И крестил ее царь с патриархом. Просветившись же, она радовалась душой и телом; и наставил ее патриарх в вере, и сказал ей: «Благословенна ты в женах русских, так как возлюбила свет и оставила тьму. Благословят тебя сыны русские до последних поколений внуков твоих».

4

К принятию новой веры древними русами имели отношение и намного более древние евреи — как без них?

Имеются ввиду описанные в «ПВЛ» беседы князя Владимира с представителями трёх религиозных конфессий: ислама, католицизма и иудаизма для, якобы, уяснения преимуществ и недостатков каждой из них.

Евреям было отказано по следующим причинам:

«В год 6494 (986) Услышав об этом, пришли хазарские евреи и сказали: «Слышали мы, что приходили болгары и христиане, уча тебя каждый своей вере. Христиане же веруют в того, кого мы распяли, а мы веруем в единого Бога Авраамова, Исаакова и Иаковля». И спросил Владимир: «Что у вас за закон?». Они же ответили: «Обрезаться, не есть свинины и заячины, соблюдать субботу». Он же спросил: «А где земля ваша?». Они же сказали: «В Иерусалиме». А он спросил: «Точно ли она там?». И ответили: «Разгневался Бог на отцов наших и рассеял нас по различным странам за грехи наши, а землю нашу отдал христианам». Сказал на это Владимир: «Как же вы иных учите, а сами отвергнуты Богом и рассеяны? Если бы Бог любил вас и закон ваш, то не были бы вы рассеяны по чужим землям. Или и нам того же хотите?»

Конечно же, на самом деле никаких вышеупомянутых экзаменационных собеседований не было — тем более касательно особенностей религии евреев, уже давно живших в Киеве. Но в драматической сцене «Владимир — хазарские евреи» отражено отношение автора летописи и его современников к иудеям:

«Христиане же веруют в того, кого мы распяли»

Как видим — по Нестору — хазарские евреи согласны с предъявляемым их народу обвинением в мученической смерти Христа и не должны поэтому удивляться соответствующему к себе отношению.

«Он же спросил: «А где земля ваша?». Они же сказали: «В Иерусалиме». А он спросил: «Точно ли она там?».

Хазарские евреи чистосердечно признались:

«Разгневался Бог на отцов наших и рассеял нас по различным странам за грехи наши, а землю нашу отдал христианам».

Но если хазарские евреи честно ответили на поставленный вопрос, то и летописатель обязан был поступить честно и признать их как минимум провидцами, потому что он описывал события конца 10в., а Иудея («земля наша») попала под власть христиан только более чем через 100 лет — на исходе 11в. (1-й Крестовый поход состоялся в 1099г.). Нестор в цифры не вдавался.

«Как же вы иных учите, а сами отвергнуты Богом и рассеяны? Если бы Бог любил вас и закон ваш, то не были бы вы рассеяны по чужим землям. Или и нам того же хотите?»

Ну какой, простите, дурак будет принимать веру народа, отвергнутого его же Богом и живущего по закону нелюбимому его же Богом?

«Затем прислали греки к Владимиру философа» и Нестор продолжил его устами:

«Сказал же Владимир: «Пришли ко мне евреи и сказали, что немцы и греки веруют в того, кого они распяли». Философ ответил: «Воистину веруем в того; их же пророки предсказывали, что родится Бог, а другие — что распят будет и погребен, но в третий день воскреснет и взойдет на небеса. Они же одних пророков избивали, а других истязали. Когда же сбылись пророчества их, когда сошел он на землю, был он распят и, воскреснув, взошел на небеса, от них же ожидал Бог покаяния 46 лет, но не покаялись, и тогда послал на них римлян; и разбили их города, а самих рассеяли по иным землям, где и пребывают в рабстве».

Вот так-то: «избивали и истязали» тех своих пророков, кто предсказывали, «что родится Бог, а другие — что распят будет и погребен, но в третий день воскреснет и взойдет на небеса»?

А что царь Давид, избежал «избиения и истязания»? Ведь фигуральный православный философ (понимай — Нестор) без тени сомнения объявляет знаменитого еврейского царя чуть ли не пророком христианства:

«И о воскресении сказал Давид: «Восстань, Боже, суди землю, ибо ты наследуешь среди всех народов».[5]

Ну, если царь Давид сказал «о воскресении»-то комментарии, как говорится, излишни.

5

В настоящее время несоответствие упомянутой «Повести временных лет» исторической действительности считается доказанным:

«Первые сомнения в правдивости изложенных в «ПВЛ» событий содержатся в «Истории государства Российского», написанной Н. М. Карамзиным.

При развитии российской историографии способ, при помощи которого летописец излагал события, получал всё больше критических оценок. По мнению историков, ПВЛ составлена из разновременных кусков, из произведений разных жанров (фольклорные предания, церковная публицистика, правовые документы). Кроме того, ПВЛ, как и многие древние летописи, фактически являлась сводом, и каждый новый автор мог дописывать в неё что-то своё; таким образом летопись, ее литературная форма и ее идейное содержание росли постепенно, меняясь под влиянием идей и направлений своего времени[. По словам Д. С. Лихачёва, в ПВЛ обнаруживаются явные вставки, разрушающие логическое развитие рассказа. Известный российский источниковед М. Д. Приселков отзывался о Повести временных лет, как об «искусственном и малонадежном» историческом источнике»[6]

Один из наиболее известных российских историков и лингвистов Дмитрий Лихачёв в предисловии к книге «Древняя Русь и Великая Степь» также широко известного Льва Гумилёва написал: «Нестору-летописцу Л. Н. Гумилёв отказывает в доверии, опираясь на работу А. А. Шахматова и автора этих строк».

Приукрашивание национальной истории — занятие распространённое и понятное. А вот выдавать за историю страны заведомые мифы — занятие опасное. Нужно бы русским задуматься над предупреждением своего же авторитетного учёного Василия Ключевского:

«История ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков».

___

[1] И. А. Заичкин. И. Н. Почекаев. Русская история. М.1992. сс.45-46.

[2] Н. М. Карамзин. ук. соч. с.104.

[3]Г. Прошин.«Второе крещение». В сб. «Как была крещена Русь». М.1989. с.135.

[4] Н. М. Карамзин. Ук. соч. с.105.

[5] Теилим.Псалом 81-8

[6] Википедия. Статья «ПВЛ»,

Print Friendly, PDF & Email

3 комментария к «Аркадий Гайсинский: Как в кино»

  1. Небольшой, наверное — эмбрион будущей Руси ? … Всё удовольствие, о д н а к о, дорогой Аркадий, досталось мне, хазарину, а не варягам. 🙂 А Киевская не старше Таманской, точно не старше? — Или это христианство у Кыеви старше ? Шолом — Вам.

  2. «И было лето 4450 (689 г.)……..»
    Уважаемый Алекс! Эта цитата- ещё один (среди многих прочих) аргумент существования Таманской Руси .Именно продолжением Таманской Руси, а не придуманных варяг,стала Киевская Русь. Эта тема подробно рассмотрена в моей книге «Неизвестная история Руси:три составляющие». Скачивание свободно.Благодарю Вас,коллега,за добрые слова.

  3. ««И было лето 4450 (689 г.), и усилилась борьба между исмаильтянами и персами в ту пору, и были поражены персы ими, и пали они под их ноги, и спаслись бегством многочисленные евреи из страны Парас, как от меча, и
    Уважаемый Аркадий, нельзя спорить с вашим главным тезисом о мифотворчестве, кот. расцветает пышными «цветками» во всех областях. Спору нет. Однако, заглянул в Вашу старую работы и был несколько озадачен: «…двигались они от племени к племени, от государства к другому народу и прибыли в страну Русию и землю Ашкеназ, и Швецию и нашли там много евреев».»… В те баснословные годы — Русия? Разве что — у шведов :). А работа Ваша коллега (а тоже строитель — в прошлом) —
    понравилась. Жаль, что в суете быстротекущих событий читатели не находят времени на такие статьи, как Ваша.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *