Ольга Генкина: «Большое видится на расстоянии»

 583 total views (from 2022/01/01),  1 views today

В день похорон собралось огромное количество людей. Грохотали залпы орудий. Но мне было не легче: умер самый дорогой мне Человек и жизнь моя пошла по ухабам… Но это другая история. Без прошлого нет настоящего…

«Большое видится на расстоянии»

Ольга Генкина

 Ольга Генкина Мои отец и мать все годы Великой Отечественной войны, будучи врачами, оперировали и спасали тысячи раненных на Ленинградском фронте. Основную часть своей статьи я посвящу именно им, но вначале я мысленно склоню голову перед погибшими родными.

Трое братьев моей матери — Деньщиковой Евгении Борисовны — погибли в боях под Сталинградом. Четвертый, двоюродный брат, Олег Лукомский, пропал без вести и лишь через 15 лет пионеры-следопыты сообщили, что он был разведчиком. Его смело проведенная партизанская операция позволяет поставить его имя в один ряд с именем прославленного Ивана Сусанина. Выдав себя за сына немецкого колониста, он предложил гитлеровцам свои услуги, обещая тайными тропами провести их к партизанам. Через связного он предупредил товарищей, чтобы они приготовились к встрече. К вечеру близ села Сычевка Житомирской области начался бой. Партизаны отряда «Смерть фашизму», в составе которого находился Олег, в короткой, жаркой схватке разгромили врагов. Олег Лукомский остался жив, но погиб в другом бою, посмертно награжден орденом Отечественной войны первой степени.

Существует множество мудрых изречений: «Мертвые открывают живым глаза», «Большое видится на расстоянии», «Время — лучший судья». Все они указывают на один и тот же феномен: со смертью человека, особенно, если это неординарная личность, его связь с нами не ослабевает, а делается активнее и плодотворнее.

Семья матери Ольги Генкиной — Евгении Борисовны Деньщиковой
Семья матери Ольги Генкиной — Евгении Борисовны Деньщиковой

Отец — Генкин А. А. был очень добрым, умным, мужественным человеком.

Папа родился в 1907 году в Туле. Был восьмым ребенком.

Папа с приемными родителями Ольгой и Соломоном, 1912 год
Папа с приемными родителями Ольгой и Соломоном, 1912 год

Через год умер его отец, и родная мать Александра Генкина отдала папу на воспитание своей родной бездетной сестре Ольге, которая вместе с мужем Соломоном Гольдштейном жила в Ставрополе.

Александра — родная мать моего отца, 1905 год
Александра — родная мать моего отца, 1905 год

Отец своих новых родителей полюбил безмерно. В 1920 году он уехал в Ленинград, для поступления в Военно-Медицинскую Академию.

Отец (справа) со своей родной семьей в Москве, 1933 год
Отец (справа) со своей родной семьей в Москве, 1933 год

При первой возможности навещал своих приемных родителей, всегда шла переписка. Письма от Ольги и Соломона были с моим отцом на всех фронтах. В 1942 году в Ставропольском крае были расстреляны родители моего отца. И какую же боль он испытал, когда получил в 1943 году извещение из военкомата, что его родители были зверски убиты фашистами.

Дом в Ставрополе, откуда повели Ольгу и Соломона на расстрел
Дом в Ставрополе, откуда повели Ольгу и Соломона на расстрел

В документе, который по сей день хранится у меня и превратился в тряпочку, было написано, что Гольдштейны были расстреляны, а люди после войны сказали отцу, когда он приехал в Ставрополь поклониться символической могиле родителей, что его мать и отец были брошены заживо в колодец… Боль за них не утихала у папы до конца его дней. Не утихает и у меня. Документы об их гибели я отослала в Израиль в музей Яд Вашем.

Ему была уготовлена тяжелая жизнь, но колоссальная сила духа, цельность взглядов и устремлений помогли ему выдержать все испытания.

Отец
Отец

В армии отец служил с 1925 года. Участвовал в боях на Халхин-Голе, в Западной Белоруссии, в боях с белофиннами (1939-1940). С первых дней ВОВ работал заместителем начальника автохирургического отряда, командиром перевязочного взвода, старшим хирургом и начальником групп хирургического усиления на передовых Ленинградского фронта.

В 1944 году был тяжело ранен осколком авиабомбы во время работы в хирургическом госпитале 1-й линии под Нарвой.

Удостоен правительственных наград.

Учился отец в Военно-медицинской академии в 1926-1931 г. г. (альбом его выпуска находится в музее Военно-медицинской академии, как и многие другие фронтовые документы). С этим альбомом связана такая история: На Ленинградском фронте, пока отец зачастую круглосуточно оперировал раненых, сотрудники НКВД проверяли содержимое его чемодана, смотрели, затушевал ли он в Альбоме фотографии расстрелянных как врагов народа своих сокурсников, как позже выяснилось, отличных врачей! В Музее демонстрируется папин Альбом выпускников ВМА 1931 года, в котором больше половины фотографий затушеваны. ТРАГЕДИЯ!

После войны он работал преподавателем в ВМА на кафедре госпитальной хирургии, делился с курсантами не только теоретическими, но и практическими познаниями.

Папа со своими родными братьями в Москве, 1959 год
Папа со своими родными братьями в Москве, 1959 год

Отца связывала большая дружба с профессором Тувием Яковлевичем Арьевым. Помню рассказ о том, что Т. Я. Арьев поведал о фактах биографии отца писателю Юрию Герману. Тот наделил ими своего героя Владимира Устименко, — главного персонажа трилогии «Дорогой мой человек».

23 февраля считается днем именин Валентины. Вечером 1000 человек пошли на ужин, а мои будущие родители отправились в блиндаж к медсестре Валентине отмечать ее именины. Началась бомбежка. 1000 человек, которые были в столовой — все погибли, а в блиндаж полетели осколки авиабомб.

В книге описана картина бомбежки, во время которой женщина (моя будущая мать) закрывает собой врача, но осколок авиабомбы, прожигая одежду, попадает герою Владимиру Устименко (моему отцу), фронтовому врачу в ногу, выбивает коленную чашечку и тяжелое ранение делает его инвалидом войны. Это случилось 23 февраля 1944 года, когда мои мать и отец работали в роте усиления 23-й армии Ленинградского фронта. Это ранение отца решило и мою судьбу. Папе тогда было 37 лет.

Моя мать — Евгения Борисовна — коренная москвичка, родилась в 1916 году.

По окончании 1-го московского Ордена Ленина Медицинского института в 1941 году на выпускном вечере вместе с дипломом ей вручили направление на работу на Ленинградском фронте в качестве врача-хирурга. Всю ВОВ работала под руководством моего отца в полевых госпиталях в звании капитана мед. службы.

В 1944 году находилась на усовершенствовании в Военно-Медицинской Академии им. Кирова в хирургической клинике, где после ранения преподавал мой отец.

Мама имеет правительственные награды: Орден Отечественной войны 1-й степени за боевые отличия, Медаль «За оборону Ленинграда», медаль » За победу над Германией в Великой отечественной войне 1941-1945 г.

Мои родители поженились в 1945 году перед моим рождением. В 1946 году были направлены на работу в военный санаторий г. Саки, где сакские грязи спасли отца. Не пришлось ампутировать ногу. Затем мы переехали в Евпаторию, где родители разошлись… Сбылось предсказание Юрия Германа…

Отец работал в детских санаториях, а мама стала работать врачом-гинекологом в Евпаторийских здравницах.

Я жила с мамой и сестрой, но ежедневно приходила к отцу… В 15 лет вынужденно уехала на учебу в другие города СССР.

А до этого времени — наша квартира всегда была в цветах от благодарных женщин. Почтовые ящики переполнялись письмами о том, что мама за месяц курортного лечения могла вылечить многих женщин от бесплодия и новорожденные дети получали имена Евгений или Евгения в честь лечащего врача….

Так как в Евпатории был филиал Космического Центра, на лечение к маме попадали и космонавты. Она была лечащим врачом Ю. А. Гагарина

Мама с Ю. Гагариным в 1967 году
Мама с Ю. Гагариным в 1967 году

Мои родители пережили Ленинградскую блокаду, работая на передовых линиях фронта, оперировали раненых круглосуточно. По документам, мой отец проводил за месяц 270-300 первичных операций. Мать была его ассистентом. Они спасали тысячи людей.

В детстве я любила по очереди расспрашивать родителей о запомнившихся операциях. Помню, папа говорил, что ему приходилось делать операции на сердце. В приказном порядке, например, надо было «оживить» «врага народа», который заколол себя шилом, и отцу это удалось! Или один из рассказов мамы: «В один из дней мы с отцом оперировали 18 часов подряд! После тяжелой работы расстерелизовались, вышли покурить и вдруг видим — около палатки сидит, согнувшись, пожилой человек. Мы спрашиваем: «Что с тобой, солдат?» Он молча распахивает шинель и мы видим огромную дыру в груди и бьющееся сердце! В первую минуту — шок! Потом восклицание: «Да ты должен был первым попасть на операционный стол!» А он отвечает: «Пусть молодые живут!» Мы набрали второе дыхание, снова приготовились к операции (на 20-ом часу рабочего дня) и сделали раненому все, чтобы отправить его с передовой в госпиталь».

Помню, спрашивала у родителей, какая операция для них была морально самой тяжелой. Они ответили — последняя! В 1944 году им пришлось оперировать 22-летнего солдата-минера, подорвавшегося на мине. Пришлось ампутировать обе руки и обе ноги! Такой человек впоследствии нужен будет только родной матери, если она у него есть. Это — истинная трагедия войны!

Меня всегда интересовало, почему родители оставили Москву и Ленинград, переехали навсегда в Крым, хотя у них была возможность вернуться в столицы. Когда я отнесла документы отца, его награды в музей Военно-Медицинской Академии Санкт-Петербурга, директор музея ВМА мне сказал: «В благодарность я хочу кое-что для Вас сделать, приходите завтра». На следующий день он мне показал архивные документы моего отца Генкина Александра Абрамовича — личные карточки с 1925 года, где красным карандашом, жирно, было обведено «ЕВРЕЙ»!!! И тогда я поняла, что отъезд родителей в Крым был связан не только с тяжелым ранением моего отца, но и с тем, что он мог загреметь в ДЕЛО ВРАЧЕЙ, которое назревало.

Узнав, что отец умирает от онкологии, я сорвалась, в чем была, с ребенком в Евпаторию, круглосуточно ухаживала за отцом. Я тогда жила на Ставрополье (по направлению из законченной мною консерватории) с годовалым ребенком. Сына бросала чужим людям.

Генкин Александр Абрамович — подполковник медицинской службы Ленинградского фронта, отец Ольги Генкиной
Генкин Александр Абрамович — подполковник медицинской службы Ленинградского фронта, отец Ольги Генкиной

Умер папа в 1976 году и добавилась боль по рано ушедшему отцу. Похоронами отца занималась я одна.

Пришла в украинский военкомат со словами: «Умер великий врач, участник четырех войн, который спасал тысячи раненых. Нужны воинские почести и почетный караул на похоронах».

Мне ответили: «Принесите нам все ордена отца, и мы дадим почетный караул»… Пришлось это сделать.

В день похорон собралось огромное количество людей. Грохотали залпы орудий.

Но мне было не легче: умер самый дорогой мне Человек и жизнь моя пошла по ухабам… Но это другая история.

Без прошлого нет настоящего…

Print Friendly, PDF & Email

17 комментариев к «Ольга Генкина: «Большое видится на расстоянии»»

  1. Ольга Александровна!!! Огромная благодарность Вам за статью о Ваших исключительно- замечательных родителях и дедушке…очень интересный материал…

  2. Это потрясающая история. Читала на одном дыхании. Сколько житейских историй останутся никому не известными, есть не писать об этом. Пишите, как можно подробнее. Это такое счастье гордиться своими предками.

  3. Это должны мы все доносить до сердец и душ наших детей. Нам всем сейчас не хватает той человечности, силы и доброты.

  4. Спасибо, Ольга, за Вашу статью. Мурашки по коже. Мой дедушка тоже погиб на фронте и отец вырос без папы. Какое было поколение и какие люди!

  5. Оля! Прочитала твои заметки о героическом прошлом твоей семьи. Хорошие отзывы, и только два дурацких. По-моему не стоило на это реагировать: умные люди с благодарностью вспомнили о твоих близких. А других ничем не проймешь, и уж, конечно, не ответными словами. Я помню твоего папу, доброжелательного, умного человека. Царство Небесное всем нашим близким, уже ушедшим от нас. Среди них были настоящие герои и просто хорошие люди. Спасибо им!

  6. Достойно и любовно о героических «винтиках» великой Победы. И гражданская жизнь прожита так, что потомкам есть что предъявить современности в назидание. Спасибо родителям, спасибо дочери!

  7. Ольга, Вам и всем нам есть кем и чем гордиться! Низкий поклон Вашей семье!

  8. Ваше воспоминание о родных вам людях вызывает у меня огромное уважение. Конечно же ваши родители были необыкновенно мужественные и достойные люди, и вы справедливо ими гордитесь. Читая ваши воспоминания, я невольно вспоминал своих родителей, и многое в их судьбе пересекалось с тем, о чем пишите вы. Я не верю в жизнь после смерти, но, если я ошибаюсь, уверен ваши родители гордились бы вами, прочитав ваши о них воспоминания.

  9. Наконец-то, в отзывах на статью откликнулся РАВНОДУШНЫЙ человек, которому все равно, сколько невинных людей было расстреляно фашистами во время Великой Отечественной войны, сколько людей было спасено русскими, американскими, французскими войсками (авиа полком Нормандия-Неман), какие уникальные операции по спасению людей делали наши врачи на передовой, под бомбежкой, не имея под руками нужных медицинских инструментов…. Как круглосуточно оперировали врачи, болея от голода цингой, возвращая раненым жизнь… Когда замечательный поэт Евгений Евтушенко написал » Бабий Яр,»- ему приходило много гадких отзывов В ответ Великий Поэт написал мудрое стихотворение, Я позволю себе процитировать хотя бы четверостишье:» О,РУССКИЙ МОЙ НАРОД! Я ЗНАЮ. ТЫ ПО СУЩНОСТИ ИНТЕРНАЦИОНАЛЕН, НО ЧАСТО ТЕ, ЧЬИ РУКИ НЕ ЧИСТЫ, ТВОИМ ЧИСТЕЙШИМ ИМЕНЕМ БРЯЦАЛИ»…

    1. Алене Павленко

      Сколько пафоса!
      «Никто не забыт, ничто не забыто!»
      «Спасибо деду за Победу!» и прочее…
      Бла-бла-бла.
      ……………
      А Евтушенко вообще не авторитет.

  10. Статья прошла бы «на Ура!»
    как школьное сочинение на тему
    «Кем были ваши бабушка с дедушкой».
    А так… не ахти

  11. Ольга Александровна!
    Ваш публикация о родителях тронул душу….до слез….
    Спасибо Вам за память,мы должны знать и передавать будущему поколению,благодаря кому мы живем и обладаем мирным небом над головой….Дай Бог Вам здоровья!
    Спасибо Вашим родным и близким,которые смотрят на нас с небес!
    Спасибо Вам за то,что ,благодаря Вашей истории мы смогли прикоснуться краешком к жизни по истине Героев Великой Отечественной Войны!
    С уважением,Ольга Шурман

  12. Очень душевно написано!
    Преклоняюсь перед заслугами Ваших родителей и Вашей силе духа! Здоровья Вам, Ольга Александровна!

  13. Дорогая Ольга Александровна!
    Вы сделали большое дело.Написали хорошую и нужную статью. Я прочитала с большим интересом.
    Здоровья Вам и творческих сил.
    С уважением Любовь Михайловна Борухзон.

  14. Геннадий

    Дорогая Олечка!

    Очень интересный и своевременный рассказ о жизни и подвигах наших людей в простых и экстремальных ситуациях.

    С большим уважением и любовью,

    Геннадий Ярославский

  15. Ольга Александровна, я просто под огромным впечатлением от вашей статьи, вы имеет предков , которыми нужно гордиться и ваш сын должен гордо продолжать их достойное имя, и ваша внучка обьязательно должна дорожить этим прошлым ,,, как жаль, как обидно, что в такой стране как Россия , великая Россия , так просто забывает достойные имена , но если нет от государства понимания важности помнить и дорожить своим прошлым , своя семья должна хранить их память и особенно молодёжь

  16. Кому интересно.

    «..В детстве я любила по очереди расспрашивать родителей о запомнившихся операциях. Помню, папа говорил, что ему приходилось делать операции на сердце. В приказном порядке, например, надо было «оживить» «врага народа», который заколол себя шилом, и отцу это удалось! Или один из рассказов мамы: «В один из дней мы с отцом оперировали 18 часов подряд! После тяжелой работы расстерелизовались, вышли покурить и вдруг видим — около палатки сидит, согнувшись, пожилой человек. Мы спрашиваем: «Что с тобой, солдат?» Он молча распахивает шинель и мы видим огромную дыру в груди и бьющееся сердце! В первую минуту — шок! Потом восклицание: «Да ты должен был первым попасть на операционный стол!»

    А он отвечает: «Пусть молодые живут!»

    Мы набрали второе дыхание, снова приготовились к операции (на 20-ом часу рабочего дня) и сделали раненому все, чтобы отправить его с передовой в госпиталь».

    Помню, спрашивала у родителей, какая операция для них была морально самой тяжелой. Они ответили — последняя! В 1944 году им пришлось оперировать 22-летнего солдата-минера, подорвавшегося на мине. Пришлось ампутировать обе руки и обе ноги! Такой человек впоследствии нужен будет только родной матери, если она у него есть. Это — истинная трагедия войны! »

    Простой солдат с мудростью ЧЕЛОВЕКА — не плебс -разве не понятно? Как-то так.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *