Елизавета Деревянченко: Убить неверное. Продолжение

 140 total views (from 2022/01/01),  2 views today

В Великий Синедрион входил 71 человек. Могло ли такое множество религиозных авторитетов, не задумываясь о последствиях, столь кощунственно нарушать множество важнейших еврейских законов? Разумеется, нет.

Убить неверное

Елизавета Деревянченко

Продолжение. Начало

 Елизавета Деревянченко События

«Коран отрицает многие эпизоды жизни Иисуса описанные в Евангелиях. Это в первую очередь относится к его искупительной миссии, а также к суду над ним, его распятию и воскресению», — утверждает имам Ильдар Зиганшин. Об искупительной миссии и воскрешении будет сказано далее.

На мой взгляд, самой абсурдно-чудовищной фальсификацией Евангелий являются события, связанные с арестом Иисуса Христа и судом над ним, происходившие в первый день Песаха, точнее в первую пасхальную ночь, поскольку у евреев день начинается с вечера.

Еврейский закон категорически запрещает в Субботу и праздники работы, связывающие человека с материальным миром. Например, запрещено: охотиться, убивать животное, обрабатывать его шкуру, писать и стирать написанное, заканчивать недоделанную работу, переносить вещи из одного владения в другое и т. п. Итак, убивать животное запрещено, а человека, выходит, можно? Если бы действительно Синедрион устроил судилище в Песах, это означало, что его судей и первосвященника надо немедленно увольнять, а то и самих судить. Что значит для евреев первая ночь Песаха?

Святая ночь

Первую ночь Песаха еврейская традиция называет «ночью, освящающей праздник». Рав Элиягу Ки-Тов рассказывал:

“Ночь освящения праздника принадлежит всем поколениям еврейского народа, она сопровождает его из года в год, входит в каждый дом. … Вот что написано в книге ШЛА (автор один из духовных лидеров ашкеназских евреев, мыслитель и каббалист рабби Йешая бар-Авраам а-Леви Гурвиц — Е. Д.): «Святость этой ночи и относящихся к ней законов очень велика, ибо именно в нее Всевышний избрал нас из числа других народов и освятил Своими заповедями. Поэтому мы и все наши домочадцы должны остерегаться в эту ночь любых посторонних разговоров. Мы должны думать только о своей близости к Всевышнему, заниматься исключительно исполнением заповедей, относящихся к этой ночи, и говорить со своими домочадцами только о чудесах, совершенных Всевышним во время нашего Исхода из Египта»”.

Но, как сообщают Евангелия, именно в святую ночь явилось «множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и старейшин народных», которые взяли «Иисуса и отвели его к Каиафе первосвященнику, куда собрались книжники и старейшины» (Мф. 26:47; 57).

Если суд над Иисусом происходил в первую ночь Песаха, то получается, что в суде над ним участвовали подвыпившие люди. По еврейским законам подобное недопустимо.

Первой ночи Песаха предшествовал Седер, на котором выпивалось 4 бокала вина.

В материалах центра «Толдот» говормится: «Один из ключевых законов Пасхального Седера — закон о четырех бокалах вина, выпиваемых на протяжении Седера. Каждый из этих бокалов является отдельной заповедью, которую обязаны исполнять как мужчины, так и женщины». У еврейских мудрецов нет единого мнения о размерах используемого на Седер бокала. Например, духовный лидер и ведущий законоучитель своего поколения. Величайший мудрец Торы и авторитет в области еврейского закона Хазон Иш (р. Авраам-Йешаяу Карелиц) считал, что объем бокала 150 куб. см», то есть 4 бокала — это 600 миллилитров вина.

Как отмечает рав Элиягу Ки Тов: «Галаха запрещает преподавать Тору или отвечать на галахические вопросы тому, кто выпил более, чем ревиит (примерно 130 миллилитров) вина или другого алкогольного напитка». Получается запрещено заниматься серьезными вопросами спьяну, особенно при тех требованиях, которые предъявляет к судопроизводству еврейская религия. Кстати, найденные судьями свидетели, якобы, свидетельствовавшие против Иисуса, также были после Седера, то есть не вполне трезвые. Так можно ли было, предварительно выпив 600 миллилитров вина, допрашивать свидетелей и выносить смертный приговор при той значимости, которую еврейская традиция придает тщательности и точности судебных процессов?

«Подробно допрашивай свидетелей, однако тщательно подбирай слова, чтобы те не использовали их для облегчения себе лжесвидетельства», — предписывает Пиркей Авот, (1:9).

К еврейскому суду, на котором все участники процеса не совсем трезвые даже римляне относились бы с удивлением. В Гмаре есть рассказ (Трактат Недарим, 49): знатная римлянка увидела раби Иегуду, сидящего в суде с раскрасневшимся и сияющим лицом. Удивилась она: “Пьяница — судья?” Сказал он ей: “Я пью вино только в пасхальный седер, в кидуш и авдалу».

Место судилища

Евангелия утверждают: «Тогда (в первую ночь Песаха — Е. Д.) собрались первосвященники и книжники, и старейшины народа во двор первосвященника, по имени Каиафы» (Мф. 26: 3). Опять же полнейшая чушь.

В электронной еврейской энциклопедии сказано: «В Мишне о Великом Синедрионе говорится как о собрании мудрецов, созывавшемся в Храме, в так называемой Палате тесаных камней, дважды в день (приблизительно в 7.30 утра и в 3.30 дня) и никогда не созываемом в ночное время, в Субботу и праздники или в канун их. Это было собрание, «от которого закон исходил на весь Израиль»».

Правда двором первосвященника дело не ограничились. «И поднялось все множество их, и повели его (Иисуса — Е. Д.) к Пилату» (Лк.., 23:1). Несколько человек еще можно не заметить, но целое «множество», шествующее к резиденции главного оккупанта смогло бы остаться незамеченными?

Еврейская традиция огромную значимость придает правосудию, называя главным атрибутом Всевышнего — справедливый суд. Но похоже Синедреон времен Иисуса Христа то ли не знал, то ли пренебрег этим. Они сначала арестовали Иисуса, а потом начали выяснять в чем его вина. «Первосвященники и старейшины, и весь Синедрион искали лжесвидетельства против Иисуса, чтобы предать его смерти, и не находили; и, хотя много лжесвидетелей приходило, не нашли. Но наконец пришли два лжесвидетеля и сказали: он говорил: могу разрушить храм Божий и в три дня создать его» (Мф., 26:59-61). Такое вот с заранее известным приговором судилище…

Как следует из Евангелий, смертный приговори Иисусу был вынесен единогласно: «Они же сказали в ответ: повинен смерти» (Мф., 26:66). Но если бы все «они» сказали «повинен смерти», то по еврейским законам Иисуса должны были отпустить. «Если члены Сангедрина единогласно вынесли обвинительный приговор, обвиняемого… отпускают на свободу», — объясняет рав Ханох Лернер. Значит обязательно, чтобы хоть один из судящих нашел аргументы в защиту осуждаемого на смертную казнь. Если этого нет, судебное разбирательство считается проведенным не должным образом.

Много ли авторитетных и уважаемых людей участвовали в столь грубых нарушениях еврейских законов? Евангелия сообщают: «Первосвященники и старейшины, и весь Синедрион» (Мф., 26:59).

Вообще-то у евреев не может быть одновременно много первосвященников. Первосвященник — один. Кроме того, о каких «старейшинах» идет речь?

«Герусия — это «совет старейшин». Время возникновения института герусии в древнем Израиле точно не установлено. Исходя из ряда ссылок на «старейшин» или «старейшин города» (зкеним, зикней хa-‘ир) в Библии, Иосиф Флавий приходит к заключению, что герусия существовала у евреев уже в библейские времена и выступала — наряду с первосвященником и пророками — в качестве высшей судебной инстанции. … Предполагается, что из герусии развился к концу эпохи Второго храма (период евангельских событий — Е. Д.) Синедрион», — сказано в электронной еврейской энциклопедии.

В Великий Синедрион входил 71 человек. Могло ли такое множество религиозных авторитетов, не задумываясь о последствиях, столь кощунственно нарушать множество важнейших еврейских законов? Разумеется, нет.

Евангелия так рассказывают о предшествующих Песаху событиях: «Тогда собрались первосвященники и книжники и старейшины народа во двор первосвященника, по имени Каиафы, и положили в совете взять Иисуса хитростью и убить; но говорили: только не в праздник, чтобы не сделалось возмущения в народе» (Мф., 26:3-5). Разумеется, они понимали какую бурю негодования вызовет такое грубейшее нарушение еврейских законов. В аресте Иисуса в первую пасхальную ночь были заинтересованы оккупанты. Во-первых, все сидят по домам и празднуют, не увидят, как бравые воины конвоируют Иисуса. Во-вторых, вряд ли станут бунтовать в Песах.

А как в соответствии с Евангелиями повели себя «простые смертные»? Они, так же, как и их идейное руководство, самым чудовищным образом нарушали еврейские законы. Например. «… рабы и служители, разведя огонь, потому что было холодно, стояли и грелись. Петр также стоял с ними и грелся» (Ин., 18:18), хотя в Субботу и праздники зажигать или тушить огонь категорически запрещается. Другие, вопреки всем законам «святой ночи» и собственным недавним восхищенным крикам: «… осанна Сыну Давидову! благословен Грядущий во имя Господне! осанна в вышних!» (Мф., 21:9), и «… плевали ему в лице и заушали его; другие же ударяли его по ланитам и говорили: прореки нам, Христос, кто ударил тебя? Люди, державшие Иисуса, ругались над ним и били его» (Мф., 26:67-68; Лк., 22:63). И делали они это там, где находились люди, «от которого закон исходил на весь Израиль». Какая чудовищная фальсификация. «Тора строжайшим образом запрещает унижать его, бить или подвергать мучениям преступника. Иудаизм требует уважения к человеческой личности вне зависимости от ее социального положения (вплоть до того, что запрещается наносить оскорбление преступнику, приговоренному к смертной казни). … закон требует от судей стремиться спасти человека и не выносить смертный приговор.», — говорится в классических комментариях к торе «Сончино».

«Приговорить человека к смертной казни через еврейский бейт-дин (суд) в те времена, когда бейт-дин выносил такие приговоры, было очень трудно. Необходимым условием было, чтобы два свидетеля предостерегли его до преступления. Понятно, что редко кто после этого совершал преступление в присутствии свидетелей. Поэтому смертные приговоры были очень редки», — объяснеяет рав Бенцион Зильбер. Но судящие Иисуса «старейшины народа, первосвященники и книжники» похоже даже не знали в чем точно его вина: «… и начали обвинять его, говоря: мы нашли, что он развращает народ наш и запрещает давать подать кесарю, называя себя Христом Царем» (Лк.,23:2). Так кем же все-таки: Христом, то есть Машиахом или еврейским царем? В чем конкретено его вина?

Могла ли огромная толпа евреев собраться в первый день Песаха и кричать язычнику-оккупанту Пилату «Распни, распни его!»? Опять же, грубейшая фальсификация. «Тора не признает казней, изобретенных специально для того, чтобы преступник мучился как можно дольше. Каждый народ и каждая империя, появляясь на мировой арене, приносили с собой какой-либо новый способ мучительного убийства. Так, римляне ввели в обиход распятие на кресте живого человека, мучения которого могли продолжаться больше суток. Тора требует проявления любви и сострадания даже к преступнику» («Сончино»). Ряд источников сообщает, что в описываемых Евангелиями событиях, связанных с арестом, судом и казнью Иисуса Христа, содержится более 20 нарушений еврейских законов.

Но исходя из текста Евангелий получается, что в соответствии с гуманными еврейскими законами действовал трижды защищавший и оправдывающий Иисуса Понтий Пилат. Неудивительно, что через не столь уж большой промежуток времени христианство стало государственной религией Римской империи. Оказывается римская верхушка всегда «придерживалась» гуманных библейских законов.

В стремлении доказать это есть, на мой взгляд, просто анекдотичный момент. В своем «безмерном» желании Пилата защитить Иисуса от «жаждущей» его распятия «озверевшей» еврейской толпы, он продемонстрировал окупированному и презираемому им народу свою трусость: «Когда же первосвященники и служители закричали: распни, распни его! Пилат говорит им: возьмите Его вы, и распните; ибо я не нахожу в нем вины. Иудеи отвечали ему: мы имеем закон, и по закону нашему он должен умереть, потому что сделал себя сыном Б-жиим. Пилат, услышав это слово, больше убоялся» и скрылся в претории» (Ин., 19:6-8). Чего же так испугался всемогущий игемон? Не иначе как нарушения безмерно «почитаемых» им еврейских законов…

Утверждал ли Иисус свою божественность? «… в 1965 году профессор Иерусалимского университета Шиломо Пинес нашёл в Стамбуле арабский манускрипт, один из фрагментов которого представляет собой древнейший текст, переведённый с арамейского языка.

Авторы текста — члены общины назореев в Иерусалиме подчеркивали, что они всегда оставались верными закону Моисея и почитали Иисуса не как Б-га, а как пророка иудейского. Они клеймили апостола Павла как фальсификатора учения Иисуса и ренегата, перешедшего на сторону римлян. Даже в современных канонических христианских Евангелиях нет ни одного однозначного высказывания Иисуса о своей божественности. Более того, современные канонические Евангелия дают сведения о том, что если бы Иисус заявил о своей божественности, то это было бы расценено как страшное богохульство для иудеев. Этот грех карался в иудейском обществе смертной казнью (Евангелие от Иоанна, 19: 7). Поэтому если бы Иисус, вопреки иудейской религии и традиции заявил бы такое, то он никогда бы не завоевал популярности в Иудее». Кроме того, в Евангелиях он не единожды назван пророком (Мф.,21:11; Ин., 6:14; Лк., 7:16).

Поражает с какой «объективностью» и христианской «любовью» изображены евреи, но самое удивительное и необъяснимое в том, что сами же Евангелия при внимательном прочтении полностью разоблачаю многовековую ложь, связанную с судом и казнью Иисуса.

Обвинение

Все попытки придать преследованию Иисуса сугубо религиозную подоплеку даже нессмотря на вполне вероятное соучастие в этом религиозной верхушки несостоятельны. Мне думается, что в вопросе осуждения и вынесения приговора Иисусу возможны два варианта.

1. Он был судим и приговорен, как подозреваемый в сопричастности к мятежу против окупантов, поскольку в период евангельский событий в стране постоянно вспыхивали восстания. Тому были веские причины.
Вот, что рассказывают исследователи о главном окупанте Иудеи: «Понтий Пилат — римский префект Иудеи c 26 по 36 годы н. э., римский всадник (эквит). Тацит называет его прокуратором Иудеи, Иосиф Флавий — правителем (игемоном) и наместником, однако найденная в 1961 году в Кесарии надпись, датируемая периодом правления Пилата, показывает, что он, как и другие римские правители Иудеи с 6 по 41 годы, был в должности префекта. … Правление Пилата ознаменовалось массовым насилием и казнями. Налоговый и политический гнёт, провокационные действия Понтия Пилата, оскорблявшие религиозные верования и обычаи иудеев, вызывали массовые народные выступления, беспощадно подавлявшиеся римлянами. Современник Пилата философ Филон Александрийский характеризует его как жестокого и продажного самодура, виновного в многочисленных казнях, совершённых без всякого суда. Иудейский царь Агриппа I в письме императору Калигуле также перечисляет многочисленные преступления Пилата: «подкуп, насилия, разбойничество, дурное обращение, оскорбления, непрерывные казни без вынесения судебного приговора и его бесконечная и невыносимая жестокость»».

Суд и казнь Иисуса вероятнее всего совпали с одним из бунтов против оккупантов, что подтверждается следующим. «Был тогда у них известный узник, называемый Варавва» (Мф., 27:16). «Тогда был в узах некто, по имени Варавва, со своими сообщниками, которые во время мятежа сделали убийство» (Мк., 15:7). «Варавва был посажен в темницу за произведенное в городе возмущение и убийство» (Лк., 23:19).

Иисус Христос был казнен месте с этими мятежниками. Скорее всего и осуждены они были одним судом. В чем обвинили Иисуса? В том, что он провозгласил себя «Царем Иудейским». Евангелия не единожды подтверждают это. «Пилат спросил его: ты Царь Иудейский? И была надпись вины его: Царь Иудейский. Пилат, отвечая, опять сказал им: что же хотите, чтобы я сделал с тем, которого вы называете Царем Иудейским? … и поставили над головою его надпись, означающую вину его: сей есть Иисус, Царь Иудейский. … И была над ним надпись, написанная словами греческими, римскими и еврейскими». Получается все, от оккупантов до паломников должны были знать это. Издеваясь над приговоренным Иисусом, римские солдаты надели на него красный плащ (багряницу) и терновый венец, подразумевающие символы царской власти. После этого они стали насмехаться над ним — вставали на колени, кланялись и говорили: «Радуйся, Царь иудейский!», а после плевали на него и били тростью по голове и лицу».

Поскольку обстановка в стране была явно неспокойной ряд выссказываний Иисуса мог расцениваться, как протест против окупантов. Взять хотя бы молитву Отче Наш: «Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое; Да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; … ибо Твое есть Царство и сила и слава во веки» (Мф., 6:9;10;13). Получается, что «и воля, и Царство, и сила, и слава» не могут и не должны принадлежать ни Пилату, ни римскому императору, а какому-то неведомому, непонятному еврейскому богу? Кстати, как отмечает Исраэль Ронен: «… в это время в Иудее возникли крайние группы, видевшие в любой иностранной власти заклятого врага и осуждавшие любые попытки евреев сотрудничать с «земным» режимом».

Когда повсюду устрашающе прохаживались хорошо вооруженные римские воины, Иисус во всеуслышанье призывал: «Не бойтесь убивающих тело» (Мф., 10:28).

Заслуживает внимания заданный Иисусу провокационный вопрос: «… позволительно ли давать подать кесарю, или нет?» (Мф., 22:16). С чем он связан. Полагаю с тем, что, как не единожды говорится в Евангелиях, Иисус довольно тесно общался с мытарями. Как пишут исследователи: «Мытарем в Новом Завете называется человек, занимавшийся сбором податей и налогов в Древней Иудее. Так как мытари состояли на службе у римского прокуратора Иудеи (по сути, у оккупационных войск), то они считались предателями иудейского народа. За это они были всеми презираемы и нелюбимы, а общение с ними как минимум не приветствовалось или даже считалось грехом». Получается, он служащих оккупантам евреев отвращал от подобной деятельности: «… Иисус увидел человека, сидящего у сбора пошлин, по имени Матфея, и говорит ему: следуй за мною. И он встал и последовал за ним» (Мф.,9:9). Могло ли такое понравиться оккупационным властям? Разумеется, нет, но все-таки восстания, тем более, убийства, как Варавва, он не учинял, то есть для римских властей был безопаснее Вараввы. Поэтому возможен иной вариант.

Пилат и первосвященник

Следует отметить, что смерти Иисуса могли желать не только оккупанты. В его преследовании могли быть заинтересованы представители религиозной верхушки. Кому были адресованны резкие, зачастую оскорбительные высказывания Иисуса Христа? Полагаю религиозной верхушке. И вот почему: «Высший еврейский орган — институт первосвященства — находился в подчинении римских наместников, которые на первом этапе прямого управления Иудеей (6-42 гг. н. э.) обладали правом смещения и назначения первосвященников. Наместник Иудеи Валерий Грат (15-26 гг. н. э.) приобрел известность, сместив трёх первосвященников. Четвертый, назначенный им первосвященник, Йосиф Кайафа, принимавший участие в суде над Иисусом Христом, оставался на своем посту в течении долгого времени (18-36,37 гг. н. э.)», — рассказывает Исраэль Ронен. Не свидетельствует ли такой долгий срок «добросовестной» службы Кайафы, охвативший весь период правления Пилата о том, что он и его соратники хорошо ладили с римской властью и слов «лицемеры» и » порождения ехидны» вполне заслуживали. Им, по всей видимости, очень мешал столь резкий на высказывания, отлично знающий иудаизм и собирающий многотысчсные толпы народа «стихийный» лидер.

Объективности ради следует рассмортреть еще один вполне реальный мотив стремления Кайафы ликвидировать Иисуса, которого народ хотел видеть свои царем. Первосвященник полагал, «… что лучше одному человеку умереть за народ» (Ин., 18:14), поскольку само собой разумеется, что воцарение Иисуса мирным не было бы. А какими методами римские войска подавили бы это восстание уточнять не нужно. Были бы многочисленные жертвы. Но если в этом можно убедить ближайшее окружение, то в отношении многих тысяч людей подобное вряд ли было возможным. Более того, отношение народа к Иисусу исключало это. Я думаю, первосвященнику бы от такого предложения не поздоровилось. Вряд ли народ ценил и уважал прислужника оккупантов. Поэтому вполне вероятно, что прикрываясь заботой о благе народа, он в первую очередь стремился убрать мешающего лично ему. Прием хорошо известный и часто используемый. Ради устранения Иисуса он не побоялся пойти на шантаж игемона.

«На праздник же Пасхи правитель имел обычай отпускать народу одного узника, которого хотели», — говорится в Евангелиях (Мф., 27:15), хотя ряд исследователей сомневается был ли тогда такой закон.

Но если действительно существовало правило освобождать преступника на Песах, то само собой разумеется, что Пилат хотел казни Вараввы, а первосвященник — Иисуса.

Варавва, как уже говорилось, был «известным мятежником», замешанным в мятеже и убийстве. Иисус пока еще ни в чем таком замешан не был. Кайафу же не очень-то занимал мятежник Варавва с сообщниками, а вот Иисус, как кость в горле: «Ибо знал (Пилат — Е. Д.), что первосвященники предали его (Иисуса — Е. Д.) из зависти» (Мк., 15:10). Вот и пошел первосвященник на шантаж прокуратора: «Если отпустишь его, ты не друг кесарю; всякий, делающий себя царем, противник кесарю» (Ин., 19:12). В Евангелиях говорится, что это кричала огромная толпа. Но такие политические игры происходят с глазу на глаз, а не с участием многотысячной толпы, поскольку расправа с неугодными, как правило, не афишируется… Кроме того, неужели евреи так сильно любили римского кесаря, насколько были преданы ему? До и возможен ли массовый шантаж? Полагаю, вряд ли. Первосвященник мог сказать такое Пилату только наедине. Если бы люди услышали, как их религиозный лидер защищает и оберегает власть кровавого язычника-кесаря, последствия этого для первосвященника были весьма печальными… Поэтому абсурдно выставлять весь народ подлецами и предателями.

Полагаю, из двух рассмотренных вариантов вывод один: расправа над Иисусом, несмотря на высокаую вероятность сопричастия высокоапоставленного религиозного деятеля, имела чисто политическую подоплеку. Сколько раз в истории человечества религиозные деятели преследовали весьма далекие от религии, политические цели. «Во все времена негодяи старались маскировать свои гнусные поступки преданностью интересам религии, нравственности и любви к отечеству», — утверждал Генрих Гейне.

У каждого народа есть свои подлецы и предатели. Но христианство выставляет весь еврейский народ таковыми, сегодня устилающих путь Иисусу и кричащих: «… осанна Сыну Давидову! Благословен Грядущий во имя Господне! Осанна в высших!» (Мф.21.8;9), а назавтра в таком же составе, количестве, с тем же энтузиазмом кричащих оккупанту-язычнику: «Распни, распни его!». Поэтому очень бы хотелось получить ответ на следующий вопрос: если мы способны так запросто переметнуться в противоположную сторону, грубо нарушать свои основополагающие законы, как в ситуации с арестом и судом над Иисусом, то как же нам удалось сохранить и свою веру, и свой облик, и свои традиции в условиях изгнания, многовековой бесчеловечной травли, насильственныъх крещений, погромов, массовых убийств и т. п.? Ведь христиане всегда видели и сейчас очень многие видят нас такими, какими сами же изобразили в Евангелиях. И относятся соответствующим образом.

Стремление выставить весь еврейский народ повинным в казни Иисуса опровергается самими же Евангелиями, где четко сказано, что смерти Иисуса хотела лишь ограниченная группа лиц: «… предали его первосвященники и начальники наши для осуждения на смерть и распяли его» (Лк., 24: 20).

Преследование Иисуса Христа и все связанные с этим события носило чисто политический характер. То, что подтасованные и фальсифицированные несведущими в еврейской религии людьми политические события стали Священными Писаниями имело множество отрицательных последствий. Иисус и все сказанное им — религия в чистом виде, а приписанные и ставшие неотъемлемой составляющей его учения политические разборки никакого отношения к религии не имеют. Политика, в какие бы белоснежные одежды не облачалась, и какие бы возвышенные слова не произносила, всегда означает и утверждает власть одного или нескольких человек, которые, как и все люди, весьма далеки и от понимания добра и зла, и от знания истины. Политика — это власть силы, а не этических ценностей и правды. Известный французский философ Пьер Буаст справедливо заметил: «Политика провозглашает великие принципы, но признает только право сильного». Прав тот, кто сильнее, а не тот, кто ближе к Б-гу. Вера — это в первую очередь человеческая мораль. Не может вера основываться на политике. Как очень верно заметил известный современный политолог Андраник Мигранян: «Мораль и политика — принципиально разные сферы». Вот и стали многочисленные многовековые проявления христианства «политикой сильного», утвержающего свою правоту с позиции силы. Крестовые походы, беспредел инквизиции, насильственные крещения, погромы… Сколько раз христианство силовыми методами доказывало свою истинность? Но в этом нет и не может быть служения Б-гу, исполнения сказаенного Им.

Кому адресованы следующие слова Иисуса: «Я никогда не знал вас; отойдите от меня, делающие беззаконие» (Мф., 7:23)? Предлагаю поискать ответ на этот вопрос в первых главах Торы.

Сотворение человека происходило в 2 этапа: первая глава Торы рассказывает о сотворении человека в 6-ой день, вторая — в 8-ой. На 6-ой день, приступая к сотворению человека, Всевышний говорит: «Создадим человека в образе Нашем по подобию Нашему. И властвовать будут они (люди) над рыбой морской и над птицей небесной, и над скотом, и над всею землей, и над всем ползучим, что ползает по земле». Итак, человек обретает столь вожделенную очень многими власть. Почему она столь вожделенна?

В первой главе Торы, рассказывающей о шести днях сотворении мира Б-г (Всесильный) назван именем «Элогим», что означает «Судья» и, как объясняют наши учителя, «указывает на то, что все существующие силы, где бы они ни проявлялись, всегда находятся во власти Всевышнего» («Сончино»). Получается, физический, растительный и животный миры были сотворены Всевышним, выступившим в роли Судьи и Властелина. Видимо поэтому они существуют в строгом соответствии с изначально установленными законами природы. Вполне вероятно, что человеку, сотворенному по Образу и Подобию Судьи и Властелина стало присуще стремление к власти. Но учитывая, что человеку недоступно подлинное знание добра и зла, не опасно ли, не пагубно ли это? И опасно, и пагубно. Неспроста в комментариях к Торе «Сончино» говорится: «Человек (иврит: адам). Здесь, как и во многих других местах текста, имя Адам использовано как имя нарицательное»…

Во второй главе при описании 8-го дня к имени Б-г добавляется имя Г-сподь (Милосердный): «И сформировал Господь Б-г человека — прах с земли, и вдохнул в ноздри ему дыхание жизни, и стал человек живым существом» («Берешит», 2:7). Еврейские мудрецы говорят, что «живым существом» буквально означает «душою живою». Полагаю в 8-ой день человек обрел Б-жественную душу, главный источник подлинного милосердия, способного укрощать внутреннего судью и властелина.

Неужели в 6-ой день человек был сотворен без души? Разумеется, нет. Менахем Мендл Шнеерсон со ссылкой на Каббалу объясняет: «У каждого из нас есть две души: животная душа, воплощение наших естественных эгоистических интересов, и Б-жественная душа, воплощение наших духовных желаний — стремления выйти за пределы собственного «Я» и соединиться с тем, что неизмеримо выше. Животная душа присуща всем живым существам и несет в себе инстинкт самосохранения и продолжения рода». Получается, в 6-ой день человек получил только животную душу. Полагаю животная душа, а не Б-жественная порождает столь решительно и безапелляционно действующих судей и властелинов. Утверждающие и насаждающие свою религию силовыми методами ведомы не Б-жественной, а животной душой. Угодно ли подобное Всевышнему?..

Христиане утверждают, что приняли «крест» Иисуса и «ключ» от проповеданного им Царства, но слишком много веков этот «крест» в их руках был мечом столь положительно изображенного в Евангелиях римского захватчика и оккупанта Пилата, потому что по внешней конфигурации крест и меч слишком похожи, а разглядеть суть учения Иисуса при таком отношении к евреям оказалось нереально. Да и «ключ» частенько отпирал дверь не Царства Б-жьего, а преисподней. Отношение к евреям было полностью перенято христианским миром у оккупантов-римлян. Но это все якобы обосновано и оправдано тем, что что евреи сами приняли на себя вину за смерти Иисуса: «И, отвечая, весь народ сказал: кровь его (Иисуса — Е. Д.) на нас и на детях наших» (Мф., 27:25). Сами, как говорится, напросились… Пилат руки умыл… (Мф., 27:24). Чист, не запятнан… Какое блестящее оправдание растянувшейся на тысячелетия травли евреев. Но самое удивительное в том, что «смерти на кресте» не было, а расплата за столь «чудовищную» вину состоялась по полной.

Продолжение
Print Friendly, PDF & Email

2 комментария к «Елизавета Деревянченко: Убить неверное. Продолжение»

  1. Уважаемый Леонид.
    Я думаю «Рим направил бы карательный легион, который не стал бы разбирать правых и виноватых\» при первой же попытке сбросить Ирода и сделать царем Иисуса.
    С Синедрионом вопрос неоднозначный. Есть мнение, что с приходом к власти Ирода произошли существенные ограничения полномочий Синедриона. Есть свидетельства, что в 30 г. до н. э. Синедрион судил первосвященника Гиркана за заговорщицкую деятельность, направленную против Ирода. Имеются сведения, что Ирод обошелся без Синедриона , собрав у себя дома свой личный совет из людей, приближенных им к власти, который также назывался Синедрионом.

  2. Библия полна сведений о Царском происхождении Христа и о его праве на трон.
    Если бы он стал царём, это грозило не только отнятием имущества у состоятельных гр-н, но и ХАОСОМ в гос. управлении. Не получив дани из Иудеи, Рим направил бы карательный легион, который не стал бы разбирать правых и виноватых.
    Вот почему Синедрион посчитал Христа более опасным лицом, чем разбойника. lbsheynin@mail.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *