Юрий Окунев: Портрет Рабби Давида Якобсона из Любавичей

 254 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Юрий Окунев

Портрет Рабби Давида Якобсона из Любавичей

От редакции: эта заметка — краткий анонс большой статьи Юрия Окунева, публикация которой ожидается в апрельском номере «Заметок по еврейской истории».

В 1882 году, незадолго до своей кончины, Четвёртый Любавичский Реббе Самуил Шнеерсон — правнук великого цадика  Шнеура Залмана Шнеерсона, основателя религиозного движения Любавичских хасидов ХаБаД, — назначил раввином местечка Любавичи своего ученика Давида Якобсона.

Давид Якобсон родился в 1852 году в семье раввина Бенциона Якобсона. В сохранившихся документах Давид подписывался следующим образом (в переводе с еврейского): «Давид, сын благословенной памяти Рабби Бенциона Якобсона, Рабби в Любавичах». История сохранила предание о том, как он в 14-летнем возрасте женился на столь же юной Лее Зеликсон — дочери тогдашнего раввина местечка Любавичи Авраама Зеликсона. Брак Давида и Леи был счастливым — у них родилось 14 детей! От детей Давида и Леи произошли многочисленные потомки раввина Давида Якобсона, живущие ныне в России, Белоруссии, Израиле, США и Германии. Подробный рассказ о семейном древе Давида Якобсона ещё предстоит написать, но этот рассказ, конечно, выходит за рамки нашей короткой статьи. Точная дата смерти раввина Якобсона неизвестна, но есть основания предположить, что он скончался между 1922 и 1930 годами.

Во времена, когда Давид Якобсон был раввином в Любавичах, это еврейское местечко достигло наивысшего расцвета — оно стало важнейшим центром хасидизма и представляло собой сравнительно крупный посёлок Оршанского уезда Могилёвской губернии Российской империи. Здесь регулярно устраивалась известная во всей округе ярмарка, процветали торговля льном, кожевенное и швейное производство. Это был центр религиозного и профессионального образования евреев. В Любавичах работало еврейское мужское училище с ремесленным отделом. Здесь процветала известная Любавичская ешива «Томхей тмимим» — центр еврейской учёности всей Белоруссии, выпускники которой впоследствии возглавляли многие синагоги Европы и США. Четыре поколения цадиков из рода Шнеерсонов собрали в Любавичах уникальную библиотеку старинных книг по истории, философии и религии. В тёплое время года хасиды-паломники приходили сюда пешком и приезжали семьями на подводах — чтобы помолиться в местной синагоге, посмотреть библиотеку цадика, набраться святости и духовной силы. Жизнь в местечке была наполнена трудом, учёбой и молитвами, религиозные книги и светские учебники были в каждом доме, и их чтение являлось непременным атрибутом повседневной жизни, высокий интеллект и образованность сочетались с простотой сельской жизни — удивительное чудо в маленькой деревеньке, затерявшейся на гигантских пространствах нашей грешной планеты, чудо под названием Любавичи! Давид Якобсон был одним из последних официальных раввинов в Любавичах. Он выполнял свои обязанности и после 1915 года, когда Пятый Любавичский Реббе Шолом Дов Бер Шнеерсон уехал из Любавичей в Ростов-на-Дону, а вместе с ним Двор Любавичских Реббе навсегда покинул свою Родину. В советские времена в Любавичах организовали колхоз, задавленная властями национально-религиозная жизнь евреев постепенно заглохла, и, тем не менее, к моменту трагедии 1941 года в Любавичах ещё проживало более полутысячи евреев[1]. К счастью, раввин Давид Якобсон не дожил до кровавого разлома мировой истории, а его дети и внуки к тому времени давно уже покинули это, когда-то благословенное, место.

В наши дни в деревне Любавичи евреев нет. Это небольшое поселение с несколькими сотнями постоянных жителей не всегда обозначено даже на картах крупного масштаба, оно существует за счёт туристов и религиозных паломников. О еврейском прошлом местечка напоминает Мемориал памяти убитых любавичских евреев, возведённый здесь в 2011 году на пожертвования и с помощью Евангельских христиан России, а о его великой религиозной истории  – восстановленные Дом-музей Шнеерсона и Двор Любавичских Реббе, да ещё остатки надгробий над могилами Великих Любавичских цадиков.

Как бы ни сложилась дальнейшая судьба этой небольшой смоленской деревни, имя ее — ЛЮБАВИЧИ — бессмертно, ибо в XX веке, вместе с волнами еврейской эмиграции из России, состоялся необыкновенный по своей мощи всемирный миссионерский поход любавичских хасидов, приведший к образованию крупных центров Хабада в Израиле, США и многих других странах. Праведный сгусток веры невероятной плотности, таившийся до поры до времени в окружении льняных полей и берёзовых рощ в небольшом белорусском местечке Любавичи, словно взорвался и, стремительно расширяясь, усеял карту мира созвездиями Хабада — в наше время существуют сотни общин Любавичских хасидов в десятках стран по всему миру.

***

Мой личный интерес к истории жизни и облику знаменитого раввина Любавичей Давида Якобсона объясняется просто — он мой прадед по отцовской линии.

Когда в 1999 году, уже в Америке, я взялся писать историю нашей семьи, то знал о своём прадеде Давиде Якобсоне очень мало. По сути дела — мне и не от кого было о нём узнать. Моя бабушка Раиса — дочь Давида Якобсона, умерла ещё до моего рождения, а дедушка Исаак умер от голода в блокадном Ленинграде, когда мне было всего 3 года. Что касается моего отца, то он предпочитал не распространяться о своих предках — все они, и по линии Окуневых, и по линии Якобсонов, относились к самой зловредной, с точки зрения коммунистической идеологии, категории лиц, именовавшихся «служителями религиозного культа». О своём знаменитом прадеде я впервые узнал не от родителей, а от своей тётки, которая по моей просьбе составила схему нашего семейного древа и у квадратика с именем Давид Якобсон скромно написала — «был раввином в Любавичах». Собственно говоря, этой сверхкраткой фразой исчерпывались мои сведения о прадеде.

Жгучий, нарастающий интерес к предкам заставил меня искать всевозможные обходные пути добычи информации о прошлом, ибо все члены семьи старшего поколения ушли к этому времени в мир иной. Тем не менее, я понимал, что после их смерти у родственников могли сохраниться какие-то документы, письма, а, может быть, если повезёт, и фотография Давида Якобсона. Поэтому я немедленно попытался найти ещё живых родственников. Этот поиск растянулся на несколько лет, он сам по себе мог бы составить сюжет увлекательной детективной повести с удивительными страстями и характерами, но я опускаю здесь все подробности, ибо поиск этот оказался в итоге абсолютно бесплодным.

Другая моя попытка узнать что-либо о Давиде Якобсоне была связана с поисками в общинах Хабада. Где-то в середине 2010-х годов, в синагоге нью-йоркского района Квинс познакомился я с обаятельным молодым раввином Эли Блохом из местной общины Хабада и  упомянул, что ищу сведения о своём родственнике Давиде Якобсоне, служившим раввином в Любавичах. К моему удивлению, это имя было знакомо Эли Блоху, он утверждал, что о Давиде Якобсоне есть сведения в хасидских летописях и обещал мне отыскать их. Вскоре Эли связал меня с раввином Аароном Лейбом Раскиным из Бруклина, который прислал краткие сведения о Давиде Якобсоне и об истории его назначения раввином Любавичей. Кроме того, Аарон прислал мне копию подлинного письма Давида с его личной печатью и перевод этого письма на английский язык. У нас с Аароном завязалась переписка, он проявлял живой интерес к моим поискам и в одном из писем спрашивал, нет ли у меня фотографии Давида Якобсона — увы, у меня её не было.

Шли годы, но портрет Давида Якобсона отыскать не удавалось, и, казалось, — уже не удастся отыскать никогда.

***

Всё решил, как это часто бывает, случай. В декабре 2012 года в 147-м номере сетевого журнала «Заметки по еврейской истории» (редактор — Евгений Беркович) была опубликована моя статья «Чудо в трагической оболочке», посвящённая 70-летию трагических событий Холокоста в местечке Любавичи. В январе 2013 года среди многих комментариев к статье появилась короткая реплика Зинаиды Майзелис из Санкт-Петербурга: «Большое спасибо за публикацию. Если это возможно, хотелось бы связаться с Юрием Окуневым. У нас с ним один прадед — Давид Якобсон — любавичский раввин». (Как потом мне рассказывала Зинаида, ей посоветовал прочитать мою статью раввин Нисон Руппо из Костромы.) Вскоре я разыскал телефон Зинаиды Майзелис и немедленно позвонил ей — это был взволнованный разговор нашедших друг друга родственников, объединённых, к тому же, общим интересом к истории своих предков. Самые радужные предчувствия подтвердились — через час в моём компьютере был присланный Зинаидой фотопортрет Давида Якобсона, который я искал более 10 лет. Фото было очень скверного качества, но что это могло значить по сравнению с главным — оно было найдено! Любопытно, что в тот же день это же фото прислал мне из Бруклина Аарон Лейб Раскин, получивший его от Нисона Руппо из хасидской общины российского города Кострома, который, в свою очередь, получил фото от Зинаиды Майзелис.

Так счастливо закончилась эта история — теперь у нас есть фотопортрет знаменитого раввина Любавичей Давида Якобсона. Я привожу его в откорректированном виде — это помог сделать Борис Якобсон, праправнук Давида, живущий в Иерусалиме!

Исследование мужских ветвей наследников раввина Давида Якобсона, проделанное на основе материалов семейного архива Зинаиды Майзелис, показало, что к настояшему времени сохранилась ветвь его наследников по мужской линии, имеющих фамилию Якобсон: Давид — Залман — Абрам — Яков — Борис — Ариэль и Гай-Беньямин. Мне эта ветвь представляется символической, ибо она отражает историческое движение основного ствола еврейского народа: Ариэль и Гай-Беньямин Якобсоны — поколение прапраправнуков Рабби Давида Якобсона, служившего раввином в местечке Любавичи, родине Хабада, живёт отныне в Иерусалиме!

Давид Якобсон, сын благословенной памяти Рабби Бенциона Якобсона, Рабби в Любавичах

Март 2013, Лонг-Айленд, Нью-Йорк

Print Friendly, PDF & Email

3 комментария к «Юрий Окунев: Портрет Рабби Давида Якобсона из Любавичей»

  1. Статья очень интересная. Мне бы хотелось побеседовать с автором об этой статье
    на bookface.

  2. Трогательная по своему пиетету и подходу статья автора.

    Конечно же ХАБАД в «миссионерском походе». Но этот поход они интенсивно ведут среди своего собственного народа, за что хабадникам большое спасибо.

  3. Основательно и интересно. Пример тщательного исследования и занимательного изложения его результатов.
    Во фрагменте статьи помещенной в «Мастерской» прозвучала фраза о «миссионерском походе» ХАБАДа. Автор действительно считает деятельность ХАБАДа явлением такого порядка? Я бы воздержался от использования этого слова в характеристике и описании деятельности еврейских организаций. Да и сами ХАБАДники против такой характеристики их деятельности (см.: http://www.moshiach.ru/FAQ/torah/1757.html)
    С лучшими пожеланиями.
    М.Ф.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *