Юлий Герцман: Экспромты (избранное из Гостевой). Продолжение

 153 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Можно спорить с людьми, с которыми не согласен, можно в пылу спора обозвать друг друга неприятными словами — хотя я не поклонник этого, можно пародировать друг друга — что я делаю с удовольствием. Что нельзя делать — спорить с безграмотным ограниченным человеком. Это негуманно.

Экспромты

(избранное из Гостевой)

Юлий Герцман

Продолжение. Начало

Случайно ткнул в клавишу: руки после выходных дрожат от напряженной интеллектуальной работы.

* * *

Это отвратительно, когда “воспоминатель” теряет чувство масштаба.

* * *

Борис Эфраимович [Альтшулер],
Поздравляю — несколько запоздало — с отличной книгой. В силу полного своего невежества я не могу обсуждать адекватность Вашего тезиса о происхождении ашкеназийских евреев от хазар, поэтому ограничусь оценкой качества изложения.

Во-первых, книга прекрасно структурирована. Обширность предмета могла спровоцировать некоторую хаотичность изложения (чем, кстати, часто грешат работы Л. Н. Гумилева), но Вы сумели избежать этой опасности.

Во-вторых, книга привлекательна тем, что в ней нет заявлений, не подкрепленных либо ссылкой, либо жестким логическим рассуждением. Я не нашел ни одного места, где бы материал «провис».

В-третьих, привлекает эрудиция, причем не только и даже не столько профессиональная, но — общая. Свободное и уместное цитирование стихов — лишь один пример.

В-четвертых — язык. Он безукоризнен. Никакого занудства (которое, к сожалению, часто полагается необходимым атрибутом «научности»), никакой истерики (которая, к неменьшему сожалению, зачастую используется как признак убежденности).

Есть два маленьких вопроса:

1) На стр. 123 Вы пишете, что «известнейшим властителем (Септимании) был герой многих сказаний своего времени Вильгельм Оранский». Вы уверены в этом? Насколько мне не изменяет память, Вильгельм — родовое имя старших представителей Нассауского дома, который владел княжеством Орания лишь с XVI века, т. е. гораздо позднее описываемых событий.

2) На стр. 136 Вы отмечаете иудео-белорусский и иудео-украинский языки. Что это? Я полагал, что евреи в этих областях пользовались диалектами идиш, различия между которыми минимальны (в основном, за счет замещения звука «а» звуком «о». Если это не так, будьте добры, уточните.

Вот, собственно и все. Настоятельно рекомендую нашему сообществу прочесть эту книгу, не пожалеете. Опять же, сам тезис о происхождении от хазар может вызвать инстинктивное отторжение, но предмет спора будет, как мне кажется, интересен.

* * *

Борис Маркович, вопрос не ко мне, а к Борису Эфраимовичу. Вы уж разбирайтесь, а я, в очередной раз встав между двумя Борисами, в очередной раз загадаю желание.

* * *

Игорь, я Вас умоляю: перестаньте называть меня «уважаемым» — чувствую себя персонажем Райкина: «Я тебя уважаю, ты меня уважаешь, мы оба — уважаемые люди».

Во-вторых, в этом прелесть (без иронии) капитализма: выигрывает сильнейший. Они разумно вложили деньги и рынок двинул активы вверх. Никто не мешал их конкурентам сделать то же, но они струсили, обжегшись на молоке, усиленно дули на корову.

В-третьих, Мура я тоже терпеть не могу. Для меня это все одна шайка — без различия на левых и правых: Мур, Бек, Лимбо, эта бездарная актрисулька из Air America, фамилию забыл — Горафло, что-то вроде. Они все играют на самых низменных инстинктах: зависти, жадности, страхе. Если работники финансового сектора зарабатывают миллионы — флаг им в руки. Забота государства должна заключаться только в регулировании рынка и вменении адекватного налогообложения, но уж никак не регулировании зарплат и премий.

* * *

Игорь, Вы говорили, что считаете Мура говном, так Таиби еще почище будет. Ему вообще мерещатся заговоры капиталистов за каждым углом.

Что касается продажи воздуха во время «short sale», то это — единственная информация, заслуживающая внимания. Правда — старенькая. Еще в 1996 году Барни Франк внес в комитет, где он был старпомом, резолюцию сокращающую т. н. «время доставки» до начала следующей биржевой сессии. Резолюция не прошла. Через 10 лет, став из старпомов командиром этого самого комитета, Франк опять попытался провести резолюцию, но был одернут двупартийным посылом сами знаете куда: экономика т. н. «цвела», и ничего не нужно было менять. Главной фишкой было: «Рынок сам сбалансирует риски». Как он сбалансировал, мы знаем. Но это не был заговор, это было увлечение ложной идеей.

* * *

Игорь, я ведь с Вами согласен на 100%. Однако, если это заговор, то тогда надо вязать, судить, сажать, а система хорошая. Но если это червоточина финансовой системы, то гораздо продуктивнее будет ее починка, которая, мне кажется, вполне возможна. Вот поэтому я этих Таиби, Лимбо, Глена Бека, Мура с их заунывным исполнением: «Враги сожгли родную хату» — на дух и не переношу. Схарчили две гиены двух своих? Схарчили. Продавали при этом воздух? Продавали. Нарушили при этом закон? Увы, нет. Закон — дерьмовый. Давить надо на Конгресс, чтобы поменять закон. Давить должна, в первую очередь, администрация. Давит она? Нет. И в этом ее порок, а не в том, что Обама родился в Кении.

* * *

Игорь, я к принципу «diversity и affirmative action» отношусь отвратительно как к таковому, что на данном этапе он не просто изжил себя, но губителен, потому что создает внепрофессиональные критерии поощрения. У меня недавно была дружеская перепалка с приятелем. Он — дирижер, музыкальный руководитель Лос-Анджелеской оперы. И если меня считают либералом, то в сравнении с ним я — либертарианский ку-клукс-клановец. У нас за рюмкой чая как раз зашел разговор о принципе affirmative action, который он поддерживает всячески. Я ему говорю: «Джеймс, вот у меня совершенно нет слуха, и я прочел, что таких как я — меншинство. Как бы ты смотрел, если бы нам, безухим, выделялось определенное количество мест в оркестрах и труппах? Это — ведь то же самое.» Он пытался логически возразить, запутался, засмеялся и мы продолжили т. н. «русское чаепитие».

Что же касается Вашего: «И еще вопрос: мы уже официально отказались от принципа melting pot в пользу salad bowl?», то я бы дружески предостерег от увлечения мктафорической политологией. Мне кажется, что общество самоорганизуется естественным путем, а не директивами ЦК. Что вырастет, то вырастет.

* * *

Игорь, Вы читали сегодня о том, что два сенатора: Орин Хеч (республиканец, мормон, Юта) и Джон Керри (демократ, католик, Массачусетс), позабыв партийные и конфессиональные споры, внесли поправку в сенатскую версию? Согласно этой поправке, молитва приравнивается к психоукрепляющей процедуре, проводящий эту молитву — к психологу, и как таковой, имеет право на оплату своего труда страховой компанией. Наш идиотизм идиотичнее всех идиотизмов.

* * *

Так кто же спорит? Пусть себе на здоровье ходят в синагоги, церкви, мечети, к шаманам, кто куда хочет, тот пусть себе ходит и укрепляет здоровье. Я не понимаю только, какое это отношение имеет к государственному закону в стране, где религия отделена от государства?

* * *

Дурость нынешней администрации, как мне кажется, повторяет дурость предыдущей. Те пытались достичь консервативных целей с помощью либерального инструментария (оплата лекарств чего стоит), эти же поступают с точностью до наоборот. Краткосрочные политические дивиденды это принесет, а вот в долгосрочной перспективе радости видится очень мало.

* * *

Я русское телевидение из Нью-Йорка смотрел 6 месяцев, когда моя кабельная компания решила поощрить меня за лояльность и дала на выбор три бесплатные программы: русскую, корейскую и арабскую. До сих пор жалею, что не выбрал корейскую. Мыльные оперы я не смотрел, естественно, а вот из политических программ была лишь одна вполне приличная, в которой участвовал Давид Гай и какой-то молодой раввин (фамилию позабыл). Остальные были страшны. Из какой провинци повытаскивали этих ведущих, одному господу известно. Какие-то дурацкие ужимки, педалирование, но самое главное — содержание.

Передача по экономике. На улице сентябрь 2008 года. Уже началось, и началось сильно. Сидят три гражданина, каждому сильно за 80, представляются профессорами. Судя по лексикону, преподавали в Шепетовском техникуме маслобойной промышленности.

Один говорит: «Шо такое, все говорят, кризис, кризис, мы шо кризисов не видели?»

Второй: «Это все демократы мутят воду, они специально отдавали дома неграм, чтобы те оттуда не выселялись и голосовали за них».

Третий (тужась, как будто у него запор): «Это все Бреттон-Вудская система виновата, я уже писал в джуйку, чтобы отменили».

Ведущий (того же возраста и той же квалификации): «Давайте просуммируем. Кризиса нет, а есть негры, но мы их долой».

Я уже не говорю о политическом комментаторе по фамилии Топаллер, который, кажется, только недавно произошел и до сих пор удивляется, что ходит на двух конечностях.

Ну так чего же ожидать?

* * *

Из-за таких как г-н Гринберг республиканцы — на фоне общего разочарования в администрации Обамы — потеряли еще одно место в Конгрессе, принадлежавшее им со времен Гражданской войны. Их идеал отчетливо выражен в статье г-на Вольского: беда страны — в людях с высоким IQ.

Очень трогателен был также оценщик общественного вляния Расмуссен, которого эти красавцы время от времени вытаскивают перед выборами и который каждый раз садится в лужу. В этот раз — в передаче О´Райли — он заявил, что кандидат партийных чайников выиграет с большим отрывом. И, как всегда, попал пальцем в Лимбо.

* * *

Дешевый популистский комментарий типа: «Кипит наш разум возмущенный».

* * *

Я, конечно, не специалист, но всё это выглядит стёбом. Серьезный источник или кто-то балуется?..

С тех пор, как существует Google, всё очень легко — набираете в нём «Kelly Bulkeley Republicans have more Nightmares than Democrats» (можно без кавычек) и…

Ой спасибо, батюшка, что вы нас, неразумных учите, а то же до нашего захолустья Гугл еще не добрался. Как написали, так я сразу все понял!

Только вопрос у меня был другой, извините за назойливость. Может, слышали — в 1962 г. Бартини (был такой авиаконструктор) опубликовал в «Докладах АН СССР» пародию, которую распознать мог только специалист. Вот и я Вас обеспокоил вопросом: уж не пародия ли это?

* * *

Томас Фридман — величайший болтун и вертопрашка. Он в одном предложением может возразить самому себе раза три, а потом покаяться перед собой, любимым. Что у него не отнять — звериный нюх, он всегда знает откуда дует ветер и какие запахи этот ветер несет. Раз уже Хиллари высказалась, и Фридман подхватил, назвав требования к Израилю о полном прекращении строительства в поселениях «идиотским» — что-то носится в вздухе.

* * *

Илья, я с огромным удовольствием прочел Ваши тезисы к циклу статей «Почему американские евреи голосуют за демократов?». Я не оговорился — каждый из Ваших параграфов достоин отдельной статьи, и тогда бы и реакции типа: «откуда вы это взяли?» было бы поменьше. Я думаю, что вы слишком много общаетесь с американскими евреями, для которых ответ определяется уже чуть ли не рефлекторно. Я вчера за ланчем задал этот вопрос трем приятелям (все — в третьем поколении), ответы были короткие, и самый внятный: «Так они же (республиканцы — Ю. Г.) — чужие. Нашим же нужно объяснять. Они ведь до сих пор не верят, что систему АВАКС продал саудовцам не Картер, а Рейган. Это при том, что саудовцы числили только одного врага — Израиль (Иран тогда был не в счет из-за войны с Ираком, с которым, кстати, саудовцы делиться информацией не желали). Вот так: табличка, слева — Администрация, справа — что было сделано (сделано, а не неаболтано как в последние 8 лет) для Израиля и что против Израиля. Многие удивятся.

* * *

Свою точку зрения на причины последнего кризиса я изложил в своей (единственной) экономической статье, опубликованной в «Заметках», поэтому буду крайне краток. Покойный Пол Самуэльсон, славившийся острым языком, как-то сказал в ответ на утверждение, что биржа хорошо предсказывает рецессию: «Конечно, ведь в девяти случаях их пяти (Sic!) она ее провоцирует!»
Вина Гринспена: бездумное повышение кредитной ставки в 2000 году изатем же уже просто безумное снижение после 2002 года. Плюс то, что указано в «Гардиан», но это уже вторично: Председатель ФР не регулирует деривативы, Гринспен выражал лишь точку зрения.

Вина Клинтона: подписание законодательного акта уничтожающего закон Гласса-Стегалла, успешно работавший с 1933 года. Снос стены между банками и инвестиционными структурами привел к прямому выходу закладных на биржу и превратил их в предмет спекуляции.

Вина Буша: безосновательное снижение налогов, освободившее массу денег, которая, не будучи связана ростом реального сектора экономики, еще больше разогрела спекулятивные тенденции.

Кризис 2001 года был гораздо менее суров, чем нынешний, поскольку касался только одного сектра экономики, проявившего, кстати, сильную выживаемость. Хотя позиции во многом были утрачены, но многие из.com-овских инноваций были похвачены брольшими компаниями.

Изменения учетной ставки в идеале действительно сглаживают пики (рост ставки — сильнее, снижение — слабее), но только в том случае, если они адекватны реальным процессам, а не фантазиям на темы этих процессов. Поэтому я считаю, что Бернанке — превосходный регулятор, а Гринспен после 1998 года (до этого — идеальный) — отвратительный.

* * *

Конечно, Вы правы и в том, что корни нынешнего кризиса — чисто финансовые и не имеют никакого отношения к тому, о чем гневно вещал дедушка Маркс (хотя его труды, должен покаяться, тоже знаю чрезвычайно поверхностно, может он и этот тип кризиса предусмотрел). Надеюсь, Вы понимаете, что меры, которые мы обсуждали, не имеют ровным счетом ничего общего с социализмом — что бы ни говорили некоторые наши собеседники в Гостевой. Обычный здравый смысл. Целесообразность.

* * *

Виктор, что Вы, прости господи, несете? Ваш любезный Карл Генрихович мечтал об обобществлении средств производства, или, на худой конец, прибыли. Мы же с гр. Буквоедом и близко даже к этому не подходим. Наоборот, нераспределенная прибыль, как мне видится в юношеских мечтах, вообще не должна облагаться налогом. Большим налогом может облагаться личный доход, превышающий, скажем. пять порогов товарного потребления ($100,000×5) и две-три средние по стране цены дома. Дальше начинается прогрессия. Дело не в социальной зависти, а в национальной целесообразности — если прибыль по арежнему по льготной ставке перекачиваться в личные доходы. финансовый сектор будет распухать и лопаться, распухать и лопаться, и никакой Рейган нам не поможет. В 2001 году налог на дивиденды упал до 15%, к гадалке ходить не надо было, чтобы понять, что в бизнесах произойдет значительное замещение собственного капитала заемным. В 2003 году я опубликовал в Лос-Анджелеской газете «Панорама» статью, где анализировал соотношение ликвидных активов к ликвидным пассивам по стране и пришел к выводу. что через пять-семь лет нас ожидает кризис. Я сделал это предсказание, заметьте, не имея ни капли цыганской крови в жилах. Как Вы думаете, если провинциальный среднеквалифицированный экономист мог провести такой анализ, высококвалифицированные правительственные аналитики — не могли? Чушь. Знали, понимали, но верили, что произойдет какое-нибудь чудо. А оно не произошло. И не произойдет. И дело закончится тем, что финансовый сектор, уже оторвавшийся от обслуживания реальной экономики, высосет из последней все силы. И Маркс здесь рядом не стоит.

* * *

Ю. Герцмана — в Конгресс!

Уже пришиваю дополнительный карман для взяток.

* * *

Прелестно написано. Маленькая поправка к примечаниям: академик С. В. Ольденбург, хотя и был дворянином, не был князем и к герцогской фамилии Ольденбургов отношения не имел. Он был ученым-востоковедом и Непременным секретарем Академии почти с начала века и до конца 20-х.

* * *

Прощай, страна моя родная!
Прощай, Америка! Вот-вот
Над континентом засияет
Социализма небосвод…

По мне, Александр Матлин — автор очень талантливой и смешной прозы. Приведенные вирши и не талантливы, и не остроумны. Думаю, что, скорее всего, они приписаны Матлину. Но если это все-таки он написал их, что же… каждый талантливый человек имеет право изредка споткнуться.

* * *

Я не собирался читать эту статью — слишком далека тема тема от моих интересов, но увидел отзыв А. Штильмана, а его мнение — если это только не в области политики! — ценю чрезвычайно высоко.

Прочел — и не пожалел, почерпнул очень много. Но вот, что забавно, автор пишет: «М. Шатерникова (Институт кино) развивала свою любимую тему — как неверно изображают американские фильмы самый прогрессивный класс Америки — рабочий класс!»

Марианна Шатерникова сейчас живет в Лос-Анджелесе и пишет кинообзоры в газету «Панорама», и в каждом втором проклинает либералов Голливуда, которые неверно изображают… что бы они там ни изображали. В общем, боец не заметил потери отряда.

* * *

Прелестная зарисовка. Тут над знать, что «предприниматели» в Латвии и Эстонии (про Литву не знаю) отличались от собратьев в других местах страны большей открытостью и самоуверенностью — они ведь выросли в те времена, когда частное предпринимательство не было преступлением. Они были легкой добычей для жуликов, плохо умели прятаться от властей и чрезвычайно удивлялись, когда их «брали», за что, мол?

* * *

Когда дело не касается политики, читать Штильмана — одно удовольствие. Умно, тонко, с теми милыми подробностями, которые и отличают настоящую прозу.

* * *

Удивительно интересно! Казалось бы, суховатое бесстрастное изложение отдельных фактов, а вместе складывается во впечатляющую картину. Я помню статью Шейнина о математике Маркове, написанную таким же «обезвоженым» языком и столь же интересную.

* * *

Извините, руки после выходных заикаются. Больше не повторится!

* * *
Ну вот — замечательный народ, воспитанный Советской Властью и Электрификацией всей России. Одна из самых больших удач моей жизни — в том, что могу наблюдать это издали.

* * *

Дорогой Эдмонд, а где Вы брали «суммарные макроэкономические статистические данные»? Замечательному экономисту Игорю Яковлевичу Бирману понадобились годы кропотливых исследований, чтобы из советских открытых данных вычленить правдивую информацию. Извините, я не уверен, что Ваша квалификация, а также затраченное свободное от работы время, достаточны для адекватного анализа.

* * *

Дорогой Эдмонд, талант здесь ни при чем, тем более, что он у меня не ахти какой — я говорю об аппарате анализа и самих данных. Не было двух отчетов, создающих «вилку», был один — лживый, со смещенными оценками — и для внутреннего, и для внешнего потребления. Для того, чтобы выделить реальные цифры, нужно было провести весьма громоздкие вычисления: выделить тренды, проверить входные факторы на коллинеарность, удалить незначимые факторы, расчитать эластичность по факторам и т. д. Сейчас, имея персональные компьтеры и возможность купить пакет статанализа, тудности, конечно, сводятся только к квалифицированной постановке задачи, но тогда, в 1972 году, когда самой мощной ЭВМ в широком пользовании был «Минск-32», в стандартное МО которого входил лишь расчет среднеквадратичного отклонения, сомневаюсь, что Вы могли произвести эти расчеты. Значит, остается, только озарение, не имеющее никакого отношения к статистике, но лишь к интуиции озаренного. Вот против этого я ни одного слова не скажу.

* * *

Дорогой Эдмонд, поскольку Вы тоже горячо одобрили изыскания г-на Островского, не затруднитесь поделиться выводами, которые Вы из нее сделали. Только, пожалуйста, без размышлений, а совершенно конкретными, типа: в ЮАР надо было сделать то-то и то-то, в Зимбабве так-то и так-то, как в случае с Ираком: нам не нравился Хуссейн, мы его скинули и сейчас в Ираке счастливая жизнь и демократия наперевес.

Что касается роли латинос, то мои взгляды на них не взаимоисключающие а взаимодополняющие, ибо простой однозначной оценки не существует: они что-то внесли положительное, что-то отрицательное. Так что в этом случае «товарищ Эренбург упрощает».

* * *

Извините, что я, дилетант, вмешиваюсь в беседу специалистов, но меня всегда интересовало, могло ли тамошнее правительство, если бы хотело, получить для себя подлинную статистику? Мне кажется, что у них не было для этого ни малейшей возможности.

Уважаемый Элиэзер, попытаюсь ответить на Ваш вопрос. Прямым счетом — невозможно. Я работал около пяти лет в системе ЦСУ СССР и знаю, о чем говорю. Ложь проникала в цифры, начиная с первичного уровня, и затем лишь усугублялась. Попытки создать параллельные потоки информации (напр. — через партийные органы) проваливались, едва родившись по понятным причинам. Требовались многосуточные вычисления, чтобы получить косвенные оценки, которые запаздывали примерно на год и ошибки которых достигали 20%. Потом эти данные передавались в Госплан, и на их основе делались разверстки.

* * *

Как Вы, профессиональный экономист, относитесь к реформам Е. Гайдара

Вы спрашиваете, могли ли быть решения более осторожными, растянутыми во времени. Мне кажется, что — да, если бы они были приняты на два года раньше. К концу 1989 товарное покрытие рубля в среднем по стране колебалось от 83 до 87 копеек (данные ГВЦ Госплана СССР). Такая ситуация непростой, но еще вполне управляемой. Нужно было либо насытить рынок дорогими товарами, именно дорогими, очень дорогими, чтобы связать избыток денег, образовавшийся в нерегулируемом сегменте экономики (т. н. кооперативы, малые предприятия и т. д.), либо связать эти деньги. Для того, чтобы насытить товарами Горбачев попросил у развитых стран потребительский кредит в размере 5-7 миллиардов долларов. В этом ему было отказано. Министр финансов ССР, впоследствии — премьер-министр Валентин Сергеевич Павлов, которого, вопреки устоявшемуся мнению, я считаю замечательным финансистом, несправедливо осмеянным и оболганным, пытался через Политбюро и Правительство притормозить выпуск новых денег (в 1991 году он пытался связать деньги в Сбербанке), но у руководства не хватило политической воли на это. Оставался единственный рецепт.
К концу 1991 года (заметим, все независимые республики еще пользовались рублем, и Госбанк СССР исправно кредитовал корреспондентские счета банков этих республик по обыкновенным запросам) товарное покрытие рубля колебалось в зависимости от региона в пределах 36-76 копеек. Минимум приходился на промышленные центры с градообразующими предприятиями тяжелой индустрии, максимум — на Москву. Впрочем, три региона составляли исключение: Латвия, Литва и Эстония. У меня сейчас нет данных по двум первым, но в Эстонии к концу 1991 года реальное товарное покрытие составляло 92 копейки. Чудес здесь не было. В начале 1990 года к власти в Эстонии пришло первое неноменклатурное правительство, возглавляемое лидером Народного фронта социологом Эдгаром Сависааром (сейчас он — мэр Таллинна). Инициативная группа экономистов предложила правительству принять поэтапный план освобождения цен с параллельным снятием ограничений на хозяйственную деятельность. Этот план после обсуждений был правительством принят. Вой и вопли продолжались примерно два месяца, после чего хозяйства адаптировались. Я отнюдь не хочу идеализировать эстонскую модель перехода к рынку — там хватало своей дряни, но такой дикой ситуации с «задержками» зарплат учителей, обесточиванием целых поселков и т. д. — и близко не наблюдалось.

В России же — из-за опоздания — медленный поэтапный переход был невозможен: скорость роста товарного дефицита сводила на нет любое частичное решение. Поэтому действия Гайдара были вынужденными и адекватными. Я не думаю, что он понимал последствия этих действий — он был типичным тепличным сынком зажиточных родителей, довольно вялым, умным, флегматичным, но не очень, знаете ли, определенным в своих действиях. Но, может, в его характере и лежала разгадка того, что он сделал немыслимое для вменяемого политика. Теперь — дело истории ставить ему оценки.

* * *

«Таким образом, мне приходилось идти против общего течения в России, как бы желавшего не нарушать то положение, которое существовало. Конечно, были такие люди, которые понимали, что металлическое обращение лучше, нежели бумажно-денежное обращение, но и они были все-таки против меня, боясь моей энергичности и решительности, -— которые и вели к успешности. Я же с своей стороны отлично понимал, что если я не проведу это дело быстро, то оно, по той или по другой причине, совсем не удастся.
Вообще из последующего моего государственного опыта, я пришел к заключению, что в России необходимо проводить реформы быстро и спешно, иначе они большей частью не удаются и затормаживаются.»
С. Ю. Витте, «Воспоминания»

Дорогой коллега, соглашаясь в целом с великим С. Ю., в то же время не могу забыть замечательный скетч Жванецкого «Сильно быстро делали».

* * *

Мне кажется, что Cергею Юльевичу было полегче, чем Егору Тимуровичу — порядок при Александре Третьем был твердым, и царь министра поддерживал безоговорочно.

Да уж, такого веселого бардака, который творился в приснопамятном СССР в те годы, при Александре Александровиче не было. Но, с другой стороны, именно этот бардак ускорил уничтожение империи, за что ему наш душевный виват!

* * *

Маркс, Вы сошли с ума.

И подпись: Энгельс.

* * *

Дорогой Тартаковский,
Зачем же нам с Вами, атеистам, лезть в дела, крайне далекие от нас и диктовать, ЧТО есть настоящая вера и КАК следует общаться с высшим существом.

Если какая-то группа людей считает, что Шнеерсон — выдающийся мыслитель, лидер поколения, чудотворец, Машиах и проч. — это совершенно не мое дело, да и не Ваше тоже, как мне кажется.

Но вот если эта группа людей считает, коль если я не признаю, что Шнеерсон — выдающийся мыслитель, лидер поколения, чудотворец, Машиах и проч., я должен быть исторгнут из сообщества человеческого, подвержен остракизму, заболеть проказой и т. д. -то вот это как раз мое дело.

Один из самых здравых, разумных и доброжелательных собеседников в Гостевой верит, что глава Любавичского движение помог его сестре. Он из-за этой веры ни йоты не теряет в моих глазах, и мне было бы крайне обидно и неприятно, если мое неверие в это чудо уронило бы меня в его глазах.

У нас есть масса тем для обсуждения, не задевающих религиозные и — напротив — атеистические предпочтения. Тем более, что Шнеерсон умер, ответить вам не может, а слушать Карузо в напевах Хаймовича — не лучший способ познакомиться с бельканто.

* * *

А нам-то с Вами какое до этого дело? Атеист, ратующий за целостность религии — парадокс, достойный пера Бернарда Шоу. Так и просится в «Человек и сверхчеловек».

* * *

Дражайший Маркс Самойлович, я был потрясен Вашим объяснением принципа неопределенности! Не сочтите за труд интерпретировать нам струнную теорию Вселенной в терминах анального секса, отягощенного геморроем. Очень просим!

* * *

Саддам Хуссейн опустошил пойму, где раньше был лабиринт проток и скрытых островков, служивший убежищем для шиитов.

Конечно, даже термин такой существовал: «болотные арабы». Саддам приказал осушить пойму и сжечь камыши. Маркс Самойлович спутал: монголы виноваты в том, что система ГЛОНАСС не запускается, а шииты, то — Саддам виноват.

* * *

Мой дорогой Маркс Самойлович!
Во первых строках моего письма спешу сообщить, что Вы мне и даром не нужны. Вы меня не читали (что просто), я Вас не читал (что гораздо сложнее, так как, судя по автоссылкам Вы объяли практически все отрасли науки — от происхождения Вселенной до причин ожижения стула, и все это умудряетесь объяснить на уровне виртуозного владения четырьмя правилами арифметики).

Как Вы заметили, я НИКОГДА не позволял себе бранных слов в Ваш адрес, я вообще небольшой любитель прицельных плевков. Другое дело, если — как у любого, впрочем, многостаночного гения — у Вас проскакивает полная ахинея, то мне хочется ответить. Не Вам, а ахинее. Я надеюсь, Вы понимаете разницу?

Даже будучи акмеологом?

Что касается выражения моего лица, то какой харей бог снабдил, той и пользуюсь. Не всем же иметь одухотворенное лицо наперсточника, только что наколовшего очередного лоха и ищущего пути, куда утечь от возмездия. Так что, извините, милый, чем богаты, тем и рады.

Насколько мне известно, у нас с Борисом Марковичем общих родственников нет, но радует меня гораздо больше тот момент, что в славном городе Бердичеве у нас родственников точно не было.

* * *

Ни в коем случае, повторяю: ни в коем случае я не хотел обидеть ни город Бердичев, ни его обитателей. Тем более, что родился в такой глухомани, по сравнению с которой Бердичев — чистый Париж. Конечно же, я имел в виду отсутствие родстава с почтенным МСТ.

* * *

Кто бы объяснил почтенному духом Марксу Самойловичу, что если он печатает продукт своей мозговой деятельности в Гостевой, то этот продукт открыт для оценки. Причем, не всегда восхищенной. Он же несогласие воспринимает как личное оскорбление и начинает брызгать слюной на оппонента.

Некоторые вопросы, освещаемые блеском его интеллекта, я просто пропускаю в силу своей ничтожности в них. Так, я ни разу не высказался по поводу лечения гомосексуализма холодными обтираниями и гантельной гимнастикой по методу профессора Мюллера. Молчал и во время порхающего предложения о взятии Ливана отрядом голых девственниц верхом на подводных лодках со стороны долины Бекаа — молчал, ибо несмотря на высокое звание старшего лейтенанта запаса (дающее, кстати, право на титулование: «ваше запасное благородие»), очень слаб в военной теории — например, до сих пор не могу разобраться, почему Ленинградская Академия войск связи носила имя Семена Михайловича Буденного — где уж мне базлать о Ливане… Не привлек меня и канал из Красного моря в Мертвое: я гидротехнику понимаю лишь на уровне душа и проклятых спринклеров, которые все время ломаются и надо отдавать кровные 20 долларов близлежащему мексиканцу на починку.

Но вот есть несколько вопросов, в которых я чувствую себя достаточно уверенно. Я, более или менее сносно, владею аппаратом математической статистики, для чего мне, естественно, надо было изучать теорию вероятности. Поэтому, узнав от МСТ, что случайность — это неосознанная закономерность, или что-то подобное, я искренне изумился. А уж доказательство знаменитого принципа неопределенности соединением коитуса с мочеиспусканием, привело мои конечности в длительный и высокочастотный тремор. Я не выдержал и отреагировал. Затем последовал прорыв МСТ в истории — утверждение о разрушении дамб монголами, противоречащее свидетельствам очевидцев разрушения этих дамб. Я опять отреагировал.

Далее последовал тартаковский анализ моего лица, воспитания, происхождения и проч.

При этом, однако, прошу заметить, что я к Тартаковскому отношусь нежно, ибо такие люди нашу жизнь — украшают. Скучна бы она была без них.

* * *

Извините меня, Маркс Самойлович, я больше никогда не буду рецензировать Ваши высказывания и не буду также обращаться к Вам по поволу Ваших взглядов.

Можно спорить с людьми, с которыми не согласен — а мы здесь редко соглашаемся друг с другом, можно в пылу спора обозвать друг друга неприятными словами — хотя я не поклонник этого метода ведения дискуссии, можно пародировать друг друга — что я делаю с удовольствием. Что нельзя делать — спорить с безграмотным ограниченным человеком. Это негуманно.

Поэтому из активных обожателей Вашего присутствия в Гостевой я перехожу в пассивные и буду наслаждаться молча.

Главное — не оставляйте стараний, маэстро, не вынимайте палец из носа. Ведь еще столько мировых проблем не решено!

* * *

Вы не сможете доказать детерминисту, почему, скажем, нельзя измерить периметр Черного моря, хотя его площадь может быть измерена для данного момента времени с точностью до квадратного метра. Длина периметра же зависит от масштаба и может — в зависимости от того, какой картой вы пользуетесь — меняться в разы. В то же время этот периметр достаточно точно описывается в дробных координатах, но попробуйте объяснить нашему оппоненту, что это такое, он тут же найдет пример из функционирования кишечника. Беда в том, что — не знаю как в Америке — но в СССР было очень много напложено последователей профессора А.К. Тимирязева («Сына памятника» — как его называли), считавшего, что «здравый смысл» превосходит знания. Поэтому наш оппонент и бесится, когда сталкивается с чем-то выходящим за шоры его «здравого смысла», будь то работы профессора Кагана или небрежные заметки в Гостевой.

* * *

Беда в том, что дон Рэба, как правило, бьет дона Румату, и последний вынужден ретироваться. Специалисты разбивают голову над тем, что такое постоянная Больцмана: одна из основных мировых констант или искусственно сконструированный перевод джоулей в градусы, и тут появляется дон Рэба с объяснением, от которого нижний дух захватывает.

* * *

Очень внятная и хорошо написанная статья с четкими акцентами.

* * *

Шаова я тоже очень люблю. К сожалению, на концерт поехать не смогу из-за неизлечимого заболевания: жуткого насморка. Гугнявлю как француз, разоряюсь на клинексах.

* * *

Умер Вагрич Бахчанян — самый остроумный человек нашего поколения. Ему принадлежали знаменитые: «Мы рождены, чтоб Кафку сделать былью», «Лишний человек — это звучит гордо» и еще десятки других, таких же блестящих и точных. Его коллажи невозможно было втиснуть в рамки какого-либо жанра, сам Бахчанян был отдельным жанром русской культуры. Вечная ему память.

* * *

Вот Вам пример — Хельмут Ньютон, чьи родители с ним успели убежать смерти. Он состоялся в Австралии и Америке, но завещал похоронить себя в Берлине. Кто объяснит такое?

А вот еще парадокс. Фейхтвангер, убежав из Германии, поселился в Лос-Анжелесе, купил здесь дом вблизи океана, назвав его «Вилла «Аврора» Этот дом вместе с библиотекой был завещан университету, который привел его в полное запустение. Пребывая в безденежьи, университет продал дом. Покупателем стало правителство Германии (!), которое устроило в вилле убежавшего из Германии еврея Немецкий культурный центр. Возглавляемый евреем из Нью-Йорка. Никакого отношения не имеющим к Германии (предки откуда-то из Белоруссии).

* * *

Я был довольно хорошо знаком с Давидом Самойловым (моя жена работала завлитом в театре, где ставили его пьесу, отсюда — неформальное общение). Так вот, он отчетливо ощущал еврейство в себе и совершенно не ощущал себя частью еврейского народа…

Он был очень остроумный человек, и если уж кого-то выбирал в качестве мишени, тому приходилось несладко. Так, он любил доводить своего однокласника милейшего и тишайшего театроведа Юлия Осиповича Кагарлицкого, придумывая тому неслыханные хулиганские и сексуальные похождения. В то же время даже самые безобидные шутки в свой адрес не одобрялись. Правда, я его однажды насмешил, придумав для театрального капустника пародию на литературоведческую статью, где доказывалось, что Самойлов — графоман и плагиатор, и строки своего знаменитого стихотворения «Папа молод и мать молода» он украл у Николая Добронравова (мужа Пахмутовой), сочинившего: «И Ленин такой молодой, и юный Октябрь…», потому что каждый знает, что Ленин и Ростов — папа, а революция и Одесса — мама. Самойлов отнял у меня листок с пародией и увез в Москву.

Был я и на том самом вечере памяти Пастернака, на котором он умер. Прямо за кулисами.

* * *

А почему бы Вам не описать это подробнее? Если не Вы, то кто же?

Я не был за кулисами в это время, я сидел в зале. Рядом сидели друзья Давида Самойловича: Михаил Мишин и Татьяна Догилева, которые приехали с ним из Пярну. Вечер шел своим чередом, Вы знаете, я даже не помню, выступил ли Самойлов или нет, наверное, выступил, иначе бы засуетились. Ведущий со сцены обратился в зал: нужен врач. Несколько врачей быстро пошли за кулисы. Вечер закончился, мы разошлись, ничего не зная. Узнали на следующий день. Описывать, в общем-то, нечего.

Я лучше как-нибудь потом опишу, как я его встречал на автостанции и провожал — остановкой в квартире моей тещи — на московский поезд. Самойлов был с каким-то надоедливым хмырем, страшно раздражавшим до той минуты, пока он не стал читать свои стихи: «Евреев за то покарает судья…» Губерман потом вставит этот эпизод в свои воспоминания, обозвав меня и тещу-биохимика таллинскими журналистами.

* * *

Дорогой Юлий, я уже зарезервировал место в одном из номеров «Заметок» для Ваших воспоминаний.

Дорогой Евгений, я же еще молоденький писать воспоминания, мне же всего-то каких-то ничтожных 62 года. Дайте дожить до нормального маразма, я Вам такого навспоминаю!

А говоря серьезно, я же ничего другого и не пишу.

Доберусь и до того, как мне пришлось прыгать на ходу с поезда, потому что Самойлов не хотел отпускать из купе — я на свое несчастье признался ему, что не понимаю верлибра, ну он и решил прочесть маленькую лекцию, а поезд тронулся…

Но… пока у меня на выходе рассказ, как я в колонии трудился членом наблюдательной комиссии райисполкома.

* * *

Это совершенно разные вещи — случайные опечатки (куда я включаю и невольное отстранение от грамматических правил, вызванное долгим неупотреблением) и нарочитое коверкание языка.

В Вашем случае случайные искажения не затмевают смысла написанного, в то время как у любителей коверкать язык, за эти коверканием зияет пустота.

Так что, Вам не в чем каяться.

* * *

Мне недавно прислали статью Лямпорта, смысл которой был в том, что интеллигенты слушали песни Окуджавы, а он в это время торговал заграничным барахлом. Вывод: Окуджава — говно, да и слушатели его не лучше. В качестве положительного примера приводятся писатели, которые жили не с литературы — у кого имение было, у кого профессия. Первая категория для живущих в СССР была особо, конечно, актуальна. В качестве представителей второй категории знатоком Лямпортом назывались Чехов и Булгаков. При этом умалчивалось, что оба перешли на литературные хлеба, лишь только получив возможность зарабатывать писательством.

* * *

Тут мы с г-ном Герцманом…

Вот, дожил, уже открыто обзывают меня «г-ном». Никакого почтения к возрасту.

* * *

Я Вас умоляю: перестаньте называть меня «уважаемым», мы же не на Кавказе, в конце концов.

* * *

Ну вот, хотел ответить, нажал не ту кнопку, руки дрожат, голова трясется. Не обращайте внимания.

* * *

Астафьев — замечательный прозаик. Его роман «Прокляты и убиты» просто страшно читать.

* * *

Единственная в моей жизни книга, которую я просто физически не смог дочитать: «Записки Пиквиккского клуба».

Я вообще к Диккенсу не очень… но прочел все, что переводилось на русский, а «Записки» начинал читать раз пять и бросал на десятой-двенадцатой странице. Просто охватывало какое-то отвращение. При том, что масса людей, среди них — те, чьим мнением я дорожил, не понимали, как можно не восхищаться «Записками». Я честно начинал сначала, и бросал, дойдя до роковых страниц.

Продолжение
Print Friendly, PDF & Email

2 комментария к «Юлий Герцман: Экспромты (избранное из Гостевой). Продолжение»

  1. Замечательные тексты. Пример того, как надо писать комментарии.

  2. Вот как надо писать комменты ! Это тоже искусство, хотя и пишется на коленке…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *