Лина Городецкая: Дорогами “Амбуланса”

 263 total views (from 2022/01/01),  2 views today

Лина Городецкая

Дорогами “Амбуланса”

8 апреля (27 нисана) — Йом ха-Шоа — День Катастрофы и Героизма евреев Европы

В последний раз я смотрела немое кино… Нет, это не был фильм о незамысловатых и искрометных приключениях героев Чарли Чаплина и не горячая мелодрама с участием Веры Холодной… В последний раз я смотрела немое кино в просмотровом зале Дома-мемориала борцов гетто имени поэта Ицхака Каценельсона. В Израиле этот музей больше знают под названием «Лохамей ха-Гетаот».

Этот черно-белый пятнадцатиминутный фильм назывался «Амбуланс»…

… По дороге едет старомодная угловатая машина «Скорой помощи». А на продуваемой ветрами площадке дети играют в «прятки». Дети ведь всегда играют. Но вот машина с красным крестом, который на экране виден черным, останавливается рядом с ними, и мальчик, ведущий игру, снимает с глаз повязку. Они стоят, прижавшись, друг к дружке, с десяток мальчишек и девчонок возраста, который мы называем младшим школьным. Еще не умея ощущать страха Неизбежности, они с удивлением смотрят на вышедшего из машины человека в черной форме. «Что сейчас будет?» — написано на их лицах. И только высокий мужчина, стоящий в центре группы детей, напряженно и мучительно старается держать себя в руках. И даже понимая беспомощность попытки защитить детей, он прижимает к себе двух девчушек.

Они вместе, учитель и его ученики, заключенные в желтое небо и кольцо черных эсесовских форм. Их ведут по полю к машине, и у одной из девочек спадает с ноги сандалик. Она хочет поднять его, но рядом стоит эсесовец с овчаркой и девочка тщетно пытается дотянуться до сандалика. При каждой такой попытке собака бросается на нее. Девочка со смешными косичками растерянно и недоуменно смотрит на Учителя — она привыкла искать в нем защиту, но его попытки также безнадежны. Последний шаг, отделяющий от сандалика, означает смерть от собачьих зубов на глазах у детей.

И Учитель ведет девочку, неуклюже старающуюся не касаться босой ножкой земли.

Но вот их подвели к «Амбулансу». Водитель неторопливо и аккуратно прикрепляет шланг к выхлопной трубе… А ребята опять играют: одна девочка нашла травинку и надкусывает ее, а светловолосый мальчик запустил в небо маленький пластмассовый самолет. И вдруг собака, забыв все уроки дрессировки, бросается в траву и несет мальчику его игрушку. Она ласкается к нему, она еще не забыла щенячьи игры, в которых всегда принимают участие дети.

А солдаты в эсесовских формах забыли их навсегда. Дверь кузова «Амбуланса» открывается и они подгоняют к ней детей; тех, кто поменьше и послабее, пинками забрасывают вовнутрь. Учитель заходит последним, и пока дверь не захлопнулась, он и его ребята смотрят на небо. А по небу, как и полагается осенью, летят стаи птиц, летят на юг, где тише, теплее, сытнее. Летят без страха перед границами, патрулями и облавами. И птичье облако — последнее, что видит маленькая группа, погруженная в кузов машины. «Амбуланс» тронулся в путь, газ по шлангу пошёл в кузов… Вдогонку лает собака. Вот и всё… В немом кино говорят глаза и руки.

Старшеклассники, находящиеся в зале, не спешат вставать с кресел. Лишь четверть часа назад они вошли в зал, толкаясь и жуя жевательную резинку. А сейчас, как и я, сидят оглушенные немым фильмом. Экскурсовод рассказывает о его создании. Фильм «Амбуланс», не документальный, а игровой. Поставил его в 1961 году польский режиссер, сценарист и продюсер Януш Моргенштерн (советским зрителям он был известен как режиссер-постановщик сериала «Ставка больше чем жизнь«). Фильм посвящен памяти Януша Корчака… Мальчишки и девчонки с экрана смотрят на ребят в зале. Они могли бы быть родителями их пап и мам. Но «амбуланс» с черным крестом уже отъехал, и пластмассовому самолетику больше никогда не лететь в небо…

«Амбуланс» — не выдумка, не полет фантазии. Он — образ и символ трагедии, но образ реальный. Как средство массового уничтожения газовые камеры стали использоваться нацистами в 1943 году. А подобные «амбулансы» были их предшественниками. При этом достигалась двойная цель: проводился страшный эксперимент по использованию газа и параллельно — психологическое обучение нацистских солдат, не всегда готовых быть фанатично жестокими, как спокойно, без содрогания убивать беззащитных людей. Цель была достигнута.

Солдаты Третьего рейха в этом преуспели. Из 3 миллионов евреев, проживавших на оккупированной территории Советского Союза, после войны в живых остались 1 миллион 400 тысяч человек. А из польской общины, насчитывавшей до войны 3.5 миллиона евреев, уцелели 500 тысяч. Исчезли тысячи еврейских общин, существовавших веками в Европе. Об их истории, традициях и трагической гибели повествуют экспонаты музея, расположенного в Западной Галилее, на территории кибуца «Лохамей ха-Гетаот».

Впрочем, экспонаты этого музея заслуживают отдельного рассказа…

 

Print Friendly, PDF & Email

14 комментариев к «Лина Городецкая: Дорогами “Амбуланса”»

  1. Когда мы что-то делаем, то думаем, что это все видят и понимают. Когда мы что-то говорим, то уверены, что нас слышат. Отмечая этот страшный день Катастрофы, мы думаем, что все заодно, что мы все готовы бороться, чтобы не повторилось. А в это время, где-то в сердце Израиля, живут и, к сожалению, работают евреи, пережившие катастрофу и ратующие за уничтожение Израиля. Так ведь они еще и преподают в университетах, мутят воду в студенческой среде при хорошей зарплате за счет вкалыващих граждан этой удивительной страны. Есть ли в Израиле принудительное лечение для больных на голову? Я думаю, что переселение их в места проживания преимущественно арабского населения, вылечит их без затрат и в кратчайшие сроки. Жаль, что Израиль слишком демократичный.

  2. Садик

    Вот он садик аленький.
    Пахнут розы робко.
    Ходит мальчик маленький
    Узенькою тропкой.

    И похож мальчоночка
    На бутончик ранний.
    Лишь бутон раскроется –
    Мальчика не станет».

    Франтишек Басс (1930-1944), Терезин

    1. Не возможно привыкнуть к мысли, что в те роковые времена закономерными датами рождения и смерти стали годы короткой жизни юного поэта из Терезина…
      Раньше не слышала об этом стихотворении.
      Бьет … Больно бьет…

  3. Прочитал «Дорогами “Амбуланса” …
    Мои родители были в Жмеринском Гетто… Мой отец там очень заболел и мама за ним ухаживала и… Стали под Хупу там же… Но говорить о том периоде они не любили..
    И я не могу писать об этом и не люблю делать комментарии.
    Но ты Лина молодец!

    1. Да, Эзра, я знаю. Многие пережившие Катастрофу ушли из этого мира, так и не рассказав свою правду о ней. Не смогли. Только что по израильскому радио была передача о больнице «Абарбанель». В ней находятся люди с душевными расстройствами. Там есть целое отделение для пациентов, выживших в Катастрофу. В основном, это люди,которые десятки лет держали свою душевную боль при себе… Но здесь нет советов, как правильно себя вести. Недавно я брала интервью у женщины, которая не была готова говорить с родными о концлагере, а когда она все-таки согласилась побеседовать со мной, то была рада нашему общению. И мне даже кажется, что ей была важна эта беседа,

  4. Спасибо, уважаемая Лина за ещё одну важную и оправданную трагическую по содержнию иллюстрацию ко Дню Катастрофы, где Ваш небольшой текст сопроовождают кадры из фильма Януша Моргенштерна «Амбуланс» и рисунки из музея Ицхака Кацельсона. Миниатюра автора фильма в память и по аналогии с поступком Януша Корчака, зашедшево не в небольшой фургон с циничным названием, а в более объёмную камеру смерти, нельзя смотреть без душевного трепета, даже таким немолодым зрителям, казалось бы уже повидавшим всё… Отнюдь. Есть ещё авторы, могущие своими репотртажами доводить до волнения и закалённых хирургов. Это я о Вас и с благодарностью к Вам за то, что не даёте людям забыть то, что не подлежит забвению Никогда.

    1. Дорогой Семен, просто, я не могу не писать о том,что меня волнует. Фильм «Амбуланс» сфотографирован в моей памяти. А если пишешь о том,что тебя волнует, поднимается эмоциональный уровень текста.

  5. За отрывок из фильма, добавленный к статье, я благодарю руководство Портала, это самая лучшая иллюстрация к ней. Фильм поставлен талантливо и сильно.

  6. Шесть раз в неделю, вот уже пятнадцать лет, приближаясь к старинному акведуку, следующему за ним амфитеатру и «Музею Каценельсона» я притормаживаю, перестраиваюсь в правый ряд, обозначаю, поворот и въезжаю на территорию кибуца «Лохомей а-Гетаот»- «Бойцов гетто».
    Мой завод расположен на территории этого кибуца. Кибуцники, бывшие бойцы еврейского сопротивления нацизму из Литвы и Польши основали кибуц и завод. Еще несколько лет тому назад, многие из них приходили по утрам на завод, на работу как волонтеры.
    Мы всегда спешим, нам службе эксплуатации, всегда некогда, мы всегда в напряжении и только справившись с неполадкой, позволяем себе расслабиться. В такие минуты я перебрасывался с ветеранами несколькими фразами на идише или на русском (многие из них знали титульный язык империи).
    Ежегодно в эти дни памяти, въезд в кибуц перекрывают, организовывают стерильную зону.
    Музей, его гости: бойцы ЦАХАЛ и слушатели курсов еврейской молодежи из Диаспоры принимают Президента, Главу правительства и Начальника генерального штаба.
    И ветеранов — бойцов гетто на этих встречах с каждым годом все меньше и меньше.
    Это и понятно и грустно.
    Но гостей всегда много, и возраст аудитории не меняется… Солдатам всегда по двадцать…
    Спасибо за рассказ.
    М.Ф.

    1. Да, Марк, все меньше и меньше их…Вчера во время официальной церемонии в Иерусалиме зажигались шесть свечей памяти. По традиции это делают «ницулей Шоа» — выжившие в Катастрофе, заранее они рассказывают о своих судьбах в маленьких клипах. Один из участников церемонии успел сняться в клипе, но умер за день до Дня Катастрофы. Свечу зажгла его жена…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *