Александр Биргер: Памяти Александра Межирова

 249 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Сейчас слова долг и порядочность, мера и каноны, вера и надежда употребляются не часто, да и не в том контексте, не модные это слова. Их часто заменяют другие: толерантность, все-дозволенность, все-ядность, терпимость и т.д. Мода — дама капризная, изменчивая.

Памяти Александра Межирова

(1923 — 2009)

Александр Биргер

Александр Межиров

26-го сентября исполняется 95 лет со дня рождения Александра Петровича Межирова, большого русского поэта, фронтовика. В самом начале войны А. М. был призван в армию и после курсов подготовки десантников отправлен на фронт в составе 8-го парашютно-десантного корпуса.

А. Межиров несколько раз приезжал в США , где его приглашали преподавать в университетах США ; в 1992 г. он стал «невозвращенцем». Как отмечал сам поэт, Гудзон стал ему Волгой, Нью-Йорк — почти Москвой. Правда, лишь на короткий отрезок в полтора десятилетия в конце его земного пути.
Сначала постоянно, затем -только зимой — он жил в Нью-Йорке…

Навстречу пересудам, сплетням
В Манхэттене на холоду
Теплом овеянный последним,
По калориферу иду

А летом в Орегоне, где “сухие дожди”…

…И океан сухой.
А в Портленде и климат неплохой,
Почти, как в средней полосе России.

Климат в Орегоне приближается к тропическому. У нас больше заметны не зима-весна-лето-осень, а скорее — сухо-мокро. В этом году больше — сухо, сейчас немного дождит.

Так что, не взыщите, пишу об Александре Петровиче, а за окном и на душе — слякоть.

* * *

«Слово на кахетинском празднике»

Мне слышен треск сгорающей лозы,
И женский плач летит во все края,
И в каждой винной капле вижу я
Запекшуюся капельку слезы…

***

Баллада о возвращенном имени

От зеленого поля села
До зеленого поля стола,
По которому крутится-вертится шар заказной
В знаменитой пивной,
В «Метрополе»,
Деревенского парня судьба довела,
Как тогда говорили, по божеской воле.
Вскоре сделался он игроком настоящим. А это
Многократно усиленный образ поэта,
Потому что великий игрок
Это вовсе не тот, кто умеет шары заколачивать в лузы,
А мудрец и провидец, почти что пророк,
С ним, во время удара, беседуют музы.
Как поэт, он обидой ничтожной раним,
Как игрок, ненадежной удачей храним,
Потому что всегда Серафим
Шестикрылый свои простирает крыла
И над ним,
И над полем зеленым стола,
По которому крутится-вертится тот партионный
Или этот, поменьше, в котором «своя»,
Кариолисовы утверждая законы,
Куш, деленный на доли, кому-то суля.
В святцах смысла особого не разумея,
В честь Есенина перекрестили Егора в Сергея
Игроки игрока. И в назначенный срок
Первородное имя к нему возвратилось. Игрок
Кий сменил на пророческий посох
И творит не на аспиде шульцовских досок,
А на белых страницах — проводки рифмованных строк.
Что прославить ему суждено,
Поле сельское, или сукно,
По которому…
Впрочем, не все ли равно.
У поэзии нет преимущества перед игрой —
Вечный бой — лишь бы только остаться собой.

Ни к тому и ни к этому лиру его не ревную, —
Все присущее миру в гармонию входит земную.

* * *

Прошло больше девяти лет со дня смерти А. П. Межирова в Нью-Йорке.

Всё чаще я вспоминаю слова, которые он никогда не произносил, но которые всегда присутствовали, о чём бы он не говорил, какие бы стихи он не читал — свои, Некрасова, Блока, Смелякова, Пастернака, Мандельштама… Он помнил много стихов; в своё время он помнил выход из двух карточных колод, а это могут не многие.

Сейчас слова долг и порядочность, мера и каноны, вера и надежда употребляются не часто, да и не в том контексте, не модные это слова. Их часто заменяют другие: толерантность, все-дозволенность, все-ядность, терпимость и т.д. Мода — дама капризная, изменчивая. Я не уверен, что критики, следующие модным напевам, знали его стихи, мысли, надежды.

Знают они, скорее всего, несколько строчек, потому что нет знания без любви — к поэту и его творениям. Они ничего не могут знать о его муках, о его боли и его любви к стране, к людям, о его верности — Долгу. А, между тем, всё это так очевидно, так ясно — в каждой строчке поэта Александра Межирова:

«К ЧЕМУ СУДЬБУ ЕГО СУДИТЬ  зачем без толку бередить зарубцевавшуюся рану?»

«А кругом без конца и без края, в полнокровной грозе половодьем бурля, вся набухшая, тёплая и сырая, мне доверенная Земля.» (1944)

«Одиночество гонит меня в путь-дорогу в сумрак ночи и в сумерки дня. Есть товарищи у меня, слава богу, есть товарищи у меня».

«Мы под Колпином скопом лежим и дрожим, прокопчённые дымом. Надо всё-таки бить по чужим, а она — по своим, по родимым…»

«Трескучим самосадом прерывисто дышу, году в семидесятом об этом напишу»

«Над Курою город старый, первый лист упал с чинары — это листопад опять. Первый лист упал со звоном, был когда-то он зелёным и не думал опадать…»

«Остаёшься в слове сына полуграмотном, блатном, — и болит невыносимо, ходит сердце ходуном».

«Анна, друг мой, маленькое чудо, у любви так мало слов…»

«Не скажу о ней ни слова, потому что все слова — золотистая полова, яровая полова…»

«АЛЕКСАНДР МЕЖИРОВ — ПОЭТ ГОЛОВОКРУЖИТЕЛЬНОЙ И ВСЕЮ ЖИЗНЬЮ ОПЛАЧЕННОЙ ИГРЫ» — Татьяна Бек.

Все слова, все наши слова… Но не его, не его стихи, которые бесценными алмазами останутся в русской поэзии — навсегда.

Орегон, США
2013 — сентябрь 2018

Print Friendly, PDF & Email

4 комментария к «Александр Биргер: Памяти Александра Межирова»

  1. Дорогие Инна Ослон, Лев Мадорский и, не менее дорогие 199 просмотревшие очерк! Спасибо за прочтение, всего наилучшего, всех витаю. По сей день витая в облаках и в сети, перечитываю стихи А.М. и нахожу это перечитывание интересным. Не все стихи можно найти в первозданном виде, т.к. сетевые авторы позволяют себе модифицировать кое-что. Назовём это “интерференцией” (см. очерк Льва М. в Мастерской).
    Одну строфу из «Слово на кахетинском празднике» нашёл в работе Владимира Мощенко в журнале Дружба Народов 2013, 9 -“Запекшаяся капелька слезы”. Не уверен, что это “Слово…” имеется в Антологии Е.Е. Всем — благополучия и много интересных находок.

  2. Спасибо, Александр! Я сама очень люблю Межирова. Хорошо написано.

  3. Спасибо, Александр, за отличный очерк и за память о большом поэте

  4. …Летом Александр Межиров жил в Орегоне,
    в Портленде , “где климат неплохой..”
    * * *
    Не забывай меня, Москва моя…
    Зимой в Нью-Йорке проживаю я,
    А летом в Орегоне, где сухие
    Дожди, дожди. И океан сухой,
    А в Портленде и климат неплохой,
    Почти как в средней полосе России.
    Оказия случится, поспеши,
    Чтобы письмо упало не в могилу.
    Пошли негодованье — от души,
    А также одобренье — через силу.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *