Павел Кожевников: Поднимет ли детская рука «мои года, моё богатство»?

 352 total views (from 2022/01/01),  2 views today

И вдруг я понял причину моей грусти-тревоги. Я испугался забвения! Ведь уйдём все мы, со своим временем, мечтами, исканиями и заблуждениями. Уйдёт эпоха! И останется после нас только хлесткое, жестокое слово «совок»! И ничего больше.

Поднимет ли детская рука «мои года, моё богатство»?

Павел Кожевников

Лечу от друга из Мюнхена. Злость, по поводу задержки рейса, начинавшая разгораться как угли в мангале от ветра, быстро тухнет. Неплохой обед, сдобренный белым сухим вином, делает своё дело: в душу вползает романтика. В иллюминаторе такой аквамарин неба и белые облака, что поневоле веришь в рай. Но что-то мешает “оттянуться” по полной. Что-то грузилом сдерживает душу, готовую взметнуться в эту изумрудную синь. Что?

Друг детства Яша? Его крепкое объятие борца при встрече, его, блеснувшие слезинкой темные глаза, при расставании? Не могу разобраться в своих чувствах. Я отнюдь не сентиментален, но что-то щемит моё сердце, что-то грустно-тревожное. Что же это?

Жизнь покидала меня по свету. Было всё: и взлеты до небес и падение с них. Всё это закалило, где-то и сделало чёрствым, моё сердце. Бывал в таких переделках, что никому не пожелаешь. Привык к ветрам и ласковым и студёным. Но что же гнетёт моё сердце на этот раз?

Всё было здорово. Я, живущий в Штатах, съездил навестить друга детства Якова, который обосновался неподалеку от Регенсбурга, в маленькой немецкой деревушке Пфакофен. Вернее, не просто навестить, а приехал на свадьбу его сына. Свадьба была потрясающая: сто с лишним гостей со всей Германии приехали ее справлять. Шла она на русском языке с немецкими «вставками». Было уйма тостов. Пили с русским размахом, но пьяных не было.

Человек шесть гостей были Deutchvolk (настоящие немцы), остальные — русские немцы! Странное сочетание, не правда ли? Русские немцы…

Там, в бывшем Союзе, мы их звали немцами, а здесь, на исторической родине, их зовут русскими! С ума сойти! Но, наверное, так оно и есть. И всех нас, выходцев из бывшего СССР, во всём мире, независимо от нашей национальности, по-привычке зовут русскими.

Хотя, нет! Какие они, да и все мы русские? Мы не русские, не немцы, не евреи, не украинцы. Мы все… совки. Впрочем, «совок» — это дрянное слово, придуманное иммигрантами, удиравшими волна за волной из рассыпающегося Союза. Тогда всё вчерашнее было плохим, а всё заокеанское было идеальным! МакДональдсы, жвачки, джинсы, памперсы были ключиками в западный рай, страну мечты, а всё своё — каким-то серо-скучным, совковым.

Как пена над пивом, прошла, быстро испарилась идеализация Запада. Ностальгия подкралась медленно, незаметно. Люди потянулись к прошлому: в местах компактного проживания иммигрантов из бывшего Союза появились свои газеты, рестораны и магазины с идентичным набором периода «развитого социализма» — солёные огурцы, селёдка, «Мишка на Севере» и т. д. Самыми дефицитными товарами у нас на Западе стали, … не смейтесь, — килька и ливерная колбаса!

В первый приезд к Якову в Германию повёз он меня к своим родителям в маленький посёлок, хотя посёлком назвать его с трудом поворачивается язык; в принципе, это крохотный городок — мечта коммунистов, мечтавших о сращивании города и деревни…

Мы заехали во двор, окруженный аккуратными двухэтажными домиками. В самом центре стояла мини-лавка, к которой тянулась небольшая очередь. Женщины с пластиковыми сумками и авоськами не торопились отовариваться. Я оторопел: слышалась чистая русская речь! Словно это было не в центре Германии, а в какой-нибудь российской глубинке!

Из интереса посмотрел, чем же торгует разбитной малый: огурцы, селёдка, колбаса -тот же «совковый» набор, что и в моем Колорадо за океаном!

Позже Яков пояснил, что всё это есть и в магазинах, но люди предпочитают покупать в приезжающей раз в неделю лавке, где можно поболтать со знакомыми, обменяться новостями. Словом, это своего рода «русский клуб». Такие сходки в магазинах раздражают местных немцев и, поэтому, не приветствуются хозяевами этих заведений. В магазинах здесь принято покупать, а не разговаривать.

Легко, конечно, поиронизировать над этими людьми. Здесь было много пищи для задорновых, хазановых и иже с ними. А у злопыхателей это вызывало настоящий оргазм — ну что, удрали, а теперь жалеете? Домой хочется? Ну уж, фигушки, без вас воздух чище!… Не раз и не два я слышал это там в России и в Казахстане. Успокойтесь, ребята! Никто не собирается возвращаться! Да и куда возвращаться? Мы уезжали из другой страны. А эту — мы не знаем, она нас пугает, нам в ней нет места!

Здесь, на Западе, мы хорошо или не очень, но пристроились. Материально всё о’кей. Подрастают дети, внуки. Многим из них глубоко до лампочки наши ценности. По-русски уже с акцентом. А вот нам, старикам…

Самый разгар «немецкой» свадьбы. Перекрикивая музыку, под которую танцуют красивые молодые люди, спорят два «русских» немца — Иван и Антон Антонович. Антон Антонович, по паспорту Отто, ветеран. Бывший механизатор откуда-то из Казахстана, с добрым открытым лицом был по-житейски мудр и не столь категоричен, как его молодой и горячий оппонент Иван.

Спорили о родине -той, которую оставили.

— Родина нас кинула, — горячился Иван, — как кидала и до этого двадцать пять раз!

— Ваня, а почему двадцать пять, кто считал? — пробовал разрядить атмосферу я, сводя всё к шутке.

Но Иван даже и не расслышал мою реплику.

— Не возражаю, — ответил Антон Антонович. — Кидала. Но было много и хорошего, чего здесь нет и не будет. Я, например, из простого сельского паренька стал там уважаемым человеком, орденоносцем. У меня всё было: машина, дом, почёт и уважение. А сейчас что? Кто меня здесь знает? Поговорить по душам и то не с кем…

— Дело не в том, знают или нет, дело в том, что у Вас хорошая пенсия и сортир в доме, а не на улице…

— Э-э, сказанул, — парировал Антон Антонович. — Сортиром такое не измеришь, молодой человек! Он сказал ещё что-то, но я не расслышал, музыка захлестнула его последние слова. Иван, махнув рукой, вышел на веранду покурить.

Отцы и дети. Извечный конфликт. Отцы, чьи полотна судеб сотканы не только из гулаговских ниток, и дети, вставшие во весь рост и получившие право на своё собственное Я, с презрением отметающие всё, что было в прошлом. Всё: и плохое, и хорошее.

И вдруг я понял причину моей грусти-тревоги. Я испугался забвения! Ведь уйдут Антоны Антоновичи, уйдём все мы, со своим временем, мечтами, исканиями и заблуждениями. Уйдёт эпоха! И останется после нас только хлесткое, жестокое слово «совок»! И ничего больше. И будет гордый и свободный внук стыдливо прятать подальше старые альбомы с выцветшими фотографиями своих неулыбчивых дедов и бабок в изношенных и серых одежонках, смотрящих с надеждой и печалью из глубины страшных времен в чёрные объективы громоздких фотоаппаратов…

Поднимет ли детская рука «мои года, моё богатство»?

Мюнхен — Москва — Колорадо Спрингс

Print Friendly, PDF & Email

28 комментариев к «Павел Кожевников: Поднимет ли детская рука «мои года, моё богатство»?»

  1. Паш, доброго здравия!
    Здравствуйте все участники дискуссии!
    Позвольте и мне вставить своё «фи».
    — «Всё правда и неправда обо всём» –
    Мысль не нова, но в земном плане многое разъясняющая.
    А в Небесном? – так читайте Библию!
    Любви и добра всем нам!
    ***
    Вася Попов
    https://www.stihi.ru/avtor/hitbest

    1. Я польщён вниманием Васи Попова — одного из талантливейших поэтов, бардов, философов современной России.
      Спасибо, вам огромное.

  2. Человек шесть гостей были Deutchvolk (настоящие немцы), остальные — русские немцы!
    ———————————————————————————-
    Вот из Вики: «Фо́льксдойче (нем. Volksdeutsche) — обозначение «этнических германцев» (см. Фольксгеноссе) до 1945 года, которые жили в диаспоре»

    1. Вы правы, эту неточность я заметил позже. Спасибо за внимательное прочтение.

  3. Очень хорошо подмечена «глубокая трагедия» русских немцев, репатриировавших, как только стало возможным, «с Поволжья и Караганды», метнувшихся в родимый, колбасный и розовощекий Фатерлянд. А за ними и евреи подтянулись. Не смутило «наследие». Их рука всю память и прошлое немецкого народа подняла легко и так же легко выбросила. Потому, что розовощекие детки на фантиках Рождественских марципан всегда были веским аргументом. Настолько глубоким, что разные господа «невзоровы и невслуховы» не стесняются философствовать на тему блокады Ленинграда. А и правда, зачем столько смертей? Сдались бы тогда и пили бы теперь баварское пиво, насвистывая темы из Макаревича. Нет? Не из Макаревича? Ну, из Вагнера. Композиторы одного масштаба, кто разницу заметит?
    Так вот, уважаемый господа, мне бы хотелось привлечь ваше внимание не к щенячьему всхлипыванию бывших «совков» во неметчине, а к истинной трагедии, настоящей, глубокой и потрясающей по своим геоплитическим масштабам. Я говорю о крушении берлинской стены. О том, в каком ужасном положении оказались так до сих пор и не сумевшие интегрироваться в «развитое общество» восточные немцы. Что стало с их землями, переживающими упадок и разрухи, что стало с их сознанием? Это вам не «совки» и даже не «русские немцы». Это «свои», только воспитанные в рамках других ценностей. Худших? Не уверен. Лучших? Не нзаю. Но это действительно трагедия и не на одно поколение. И детская рука их внуков и правнуков еще будет поднимать и разгребать руины цивилизации этого безвинно растоптанного народа.
    Что же касается «наследия»… Разве мы можем в полной мере понять все оттенки внутреннего мира героев «Унесенных ветром»? Или нам понятны и ясны мрачные закоулки души «Турбиных»? Помните, как Жванецкий шутил про советский кинематоргаф, где сын рабочего пытается играть аристократа? Какой бы он ни был актер, как можно сыграть то, с чем ты НИКОГДА не сталкивался? Как передать вкус земляники тому, кто никогда ее не пробовал? Похоже на клибнику, но чуть кислее? Не смешите нас. Мы можем оставить книги и очерки, картины и фильмы, музыку, наконец. Будует ли это читать и смотреть? Будут, как читают классику. Но актуральность нашего «наследия» в любые времена будет иной, адаптированной к их современности и, значит, очень далекой от той, о которой мы писали. Это закон времени и эволюции. Что же в этом такого?
    И последнее, о «страхе забвения». Этот мотив с легким оттенком детского эгоизма из меня выбили очень давно. Когда, возможно, циничный, а может быть просто честный советский полковник готовил из нас будущих офицеров медицинской службы. Однажды, он заметил: «похороны с воинскими почестами и салютом — это для живых. Мертвы уже все равно».
    Мне совершенно все равно вспомнят ли меня и не важно даже каким словом. Старые раввины говорили «Из праха мы пришли, в прах и уйдем. Но наша задача сделать мир, из которого мы уходим, чуточку лучше, чем тот, в который мы пришли». И это то, что мы делаем, хотим или нет, очевидно или позти незаметно. Мне не важно будет ли перечисленноь мои имя в списке авторов этого мира. Я сделал свою работу и этого больше, чем достаточно. Поэтому страх забвения мне не понатен. Кто я? Песчинка бытия, сложившаяся в его великолепное здания. Вот и славно.
    И Автору великая благодарность. Он своим эссе действительно сделал этот мир чуточку лучше. Какая же память может быть выше этой?

    1. Прошу простить за досадные опечатки. Форма попорчена, но смысл остается доступным, надеюсь. 🙂

  4. Ну что Вы так напали на автора, он просто поделился своими мыслями пока летел в самолёте? Могу всех читателей заверить, что внуки у него прекрасные, очень любят деда. Он с ними много занимается, говорит с ними и на русском и на английском, устраивает им настоящие семейные праздники. Таким внуки, будем надеяться, и запомнят своего деда.

  5. Авторы не всегда читают (а некоторые даже не знают о существовании Гостевой). Поэтому переношу под свою ответственность комментарий Хулигана- сюда.
    -Хулиган
    2018-11-08 11:58
    Автор испугался забвения…забвение это и есть мир в котором мы живем, до рождения и после смерти, как кому суждено…и если мы помним выдающихся избранных, то в их времена жили сотни миллионов нормальных, хороших людей, полностью забытых…кто их вспоминает, кроме энциклопедий…целые народы исчезли…
    И к чему автор приплел свадьбу немецких колхозников из Казахстана, к слову почитающих Сталина, который их туда и заслал и голосующих за нацистов… что не удивительно, так как их деды и прадеды призывались в вермахт и участвовали в карательных операциях…в частности, «колонисты» в Одесской области и других местах на юге по локоть в еврейской крови и сегодня активные антисемиты и питательный бульон для путинской агентуры…знает ли об этом Автор, а если не знает, то нечего писать о своих «гамлетовских сомнениях» и уважении внуков…

    1. Хулигану.
      Меньше всего мне бы хотелось отвечать хулигану и хаму. Но, отвечу.
      Вы, Хулиган, не только по отношению к автору, вы ещё и циник, грязный циник, который не боится «забвения» своих предков, который мажет чёрной краской людей, которых и не знает. Автор не «приплёл» свадьбу «немецких колхозников», а рассказал то, что видел, и что заставило его задуматься, хотя это слово не из Хулиганского лексикона. Видимо, у Хулигана плоховато со знанием истории, иначе он бы не стал писать такую вопиющую глупость, обвиняя поволжских немцев в «почитании Сталина, который их туда и заслал и голосующих за нацистов… что не удивительно, так как их деды и прадеды призывались в вермахт и участвовали в карательных операциях…» К вашему сведению, г-н Хулиган, этот кровавый палач – Сталин, заслал их в Сибирь, в Трудовую Армию, откуда возвратились не все…
      Питательный бульон для скинхедов готовите вы, а не они. Вот такие как вы, разжигаете ненависть и ксенофобию. Да и не еврей вы вовсе, евреи не бывают такими хулинганами и манкуртами, для которых «гамлетовские сомнения» — это антисемитизм, а уважение внуков – пустой звук. Думаю, что рановато вам участвовать в таких разговорах. А если поздновато, то уж точно ваша хулиганская рука не подымет богатств своих дедов.

  6. “..деды и бабушки… привезли с собой советские нетерпимость и абсолютную уверенность в их и только в их правоте, стали ультраправыми радикалами и ксенофобами/расистами, и, что, может быть, самое неприемлимое для внуков — не стали гражданами (в полном, а не в «паспортном» смысле) стран, куда приехали, а остались патриотами страны, которая проводит все более враждебную политику против их новых стран и ведет против них пропитанную лютой ненавистью пропаганду…
    ::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::
    К эмоциональному, в лучшем смысле этого замусоленного определения, “докладу
    Ильи Г.” при-соединяюсь. Добавлю немного: деды и бабушки привезли с собой хЛИПкую уверенность в своей правоте, полмешка гречки (каждый :)), пару георгиевских ленточек, потёртые комс- и ком- книжечки, пожелтевшие профсоюзные грамоты и СТали ультра-ЛЕВыми радикалами, настоящими ленинцами-марксИстами-сталинистами и .. гремя огнём, сверкая блеском стАЛИ…
    Зоя Мастер правА — “Всё идёт из дома, независимо от его географического местоположения. Не знаю, не берусь судить.. Но я точно знаю, насколько необходимо объяснять детям, ПОЧЕМУ мы уехали оттуда. Может, тогда у них не возникнет желание строить социализм ЗДЕСЬ…” — — Может быть, несмотря на колледжи и прочую галиматью и пропаганду СМИ и професСОРскую- СоросОвскую, которая выдаётся за последние достижения науки и искусства – во всех Порталах, Гостевых, реже – в Мастерских.
    p.s. Если помнить, что Мои года-мое богатство – песня грузинского певца Вахтангта
    Кикабидзе, не только название статьи, чтобы “оттянуться по полной” и что неподъёмные грузы марксизма-ленинизма детскими руками не поднять — не захочется детям таких нагрузок, независимо от их географического местоположения, — ни в Мюнхене, ни в Москве, ни в Колорадо-Спрингс. Ни, тем более, — в Сан-Франциско, Нью-Йорке, где всё так очевидно.
    p.p.s. Дети-то поумнее будут своих родителей и дедушек-бабушек.

    1. Господи, Aleks B., где это вы таких дедов и бабушек увидели? Мне кажется, наоборот, большинство, кто сюда приехал, привезли свою мечту на лучшую жизнь для своих детей и внуков! Кстати, среди советских иммигранов, больше консерваторов, республиканцев, чем «соровцев». О какой «правоте» вы и Илья здесь рассуждаете? О каком левом радиКАЛизме ведёте речь? Ну, привезли грамоты, фото выпускных классов, любимых учителей. И что в этом? Что за манкуртизм вы проповедуете? Зачем на бедных старушек и дедулей вы загружаете «неподъёмные грузы марксизма-ленинизма»?
      Про «колледжи и прочую галиматью и пропаганду СМИ и професСОРскую- СоросОвскую, которая выдаётся за последние достижения науки и искусства – во всех Порталах, Гостевых, реже – в Мастерских» — ничего не могу сказать. Это не ко мне.
      С уважением, Павел

  7. Подымет ли детская рука…., зависит от нас и только от нас. Всё идёт из дома, независимо от его географического местоположения. Моя приятельница не рассказывает детям (они родились в Питере, привезли их в Колорадо в возрасте 3-х и 7-ми лет) о жизни в СССР. Говорит, зачем им это знать? Смысл? Дети выросли, по-русски не говорят, потому что родители (она еврейка, муж — русский) с ними общаются по-английски. Не знаю, не берусь судить, правильно ли лишать детей возможности знать ещё один язык (неважно какой именно), чтобы потом учить его за деньги в колледже. Но я точно знаю, насколько необходимо объяснять детям, ПОЧЕМУ мы уехали оттуда. Может, тогда у них не возникнет желание строить социализм ЗДЕСЬ.

  8. Очень, Павел, непопулярный текст вы здесь предложили почтеннейшей публике…
    Ну что это значит — «Что-то грузилом сдерживает душу, готовую взметнуться в эту изумрудную синь… И вдруг я понял причину моей грусти-тревоги. Я испугался забвения!» ?
    То ли дело неплохо закусить, белого вина выпить, да бросить через иллюминатор последний взгляд на восток с мыслями «как здорово, что мне не туда! В страну чудовищной пропаганды… далее по привычному, накатанному… Как классно, что ничего уже меня с ней не связывает… Какой я все-таки молодец…»
    А вы какую-то русскую лавку в центре неметчины вспомнили… Струйку упаднического настроения приносите в океан похожего на комсомольский оптимизма, всезнания как правильно и жажды мстительного обхезывания.
    Но зато и приз получили: дали вам инструкцию, как и чем теперь гордиться надо.
    «Совок» — это дрянное слово, придуманное иммигрантами…» — вы правы, но я вам больше скажу: уезжали совсем из другой страны, что запомнили, то и законсервировали. Самые хорошо сохранившиеся совки как раз и живут за границами своей бывшей. А внуки — уже не совки и вспоминать будут по человечески, без идеологии.
    Не грустите, с художественной стороны настроение передано замечательно.

    1. Думаю, рассказ об «обратном отсчёте», о том, какими нас запомнят дети и внуки и что сделать для того, чтобы эта память была доброй и уважительной. И наверное, текст ещё и о поисках гармонии с самим собой. Это ведь только кажется, что мы себя знаем. Поиск самого себя — дело трудное. Легче тому, кто всегда САМОдоволен. Хотя, вполне возможно, автор имел в виду нечто другое.

      1. Зоя, вы прекрасно поняли то, что я хотел сказать. Спасибо. С уважением, Я

  9. «И будет гордый и свободный внук стыдливо прятать подальше старые альбомы с выцветшими фотографиями своих неулыбчивых дедов и бабок в изношенных и серых одежонках, смотрящих с надеждой и печалью из глубины страшных времен в чёрные объективы громоздких фотоаппаратов…
    Поднимет ли детская рука «мои года, моё богатство»?»
    ******
    Будет и не поднимет не потому, что будет стесняться «выцветших фотографий своих неулыбчивых дедов и бабок в изношенных и серых одежонках, смотрящих с надеждой и печалью из глубины страшных времен в чёрные объективы громоздких фотоаппаратов» — их не стеснялись и не стесняются «гордые и свободные внуки» и правнуки нищих и оборванных польских и галицийских крестьян, сицилийцев, евреев из местечек Черты, ирландцев из пораженной бесконечными вспышками голода Ирландии… Будет и не поднимет потому, что его деды и бабушки в отличие от всех вышеперечисленных и вышенеперечисленных привезли с собой советские нетерпимость и абсолютную уверенность в их и только в их правоте, стали ультраправыми радикалами и ксенофобами/расистами, и, что, может быть, самое неприемлимое для внуков — не стали гражданами (в полном, а не в «паспортном» смысле) стран, куда приехали, а остались патриотами страны, которая проводит все более враждебную политику против их новых стран и ведет против них пропитанную лютой ненавистью пропаганду…

    1. Уважаемый Илья, спасибо за вашу точку зрения. Но, думаю, вы не поняли лейтмотив моей статьи. Или поняли по-своему. Не хочется спорить по поводу «гордых и свободных внуков»
      польских и галицийских крестьян … Не хочется напоминать вам о кровавой истории в этих странах, написанной не только ангельскими золотыми ручками, а и радикальными-ксенофобскими… Так что идеализировать не надо ни один народ, у всех всего хватает…
      Не знаю, что привезли другие деды и бабули в Америку, Израиль, США…, но я привёз доброту и благодарность тому народу, который приютил меня, дал в жёны прекрасную женщину. И таких как я – большинство. Вы, ведь тоже себя причисляете к нам, а не к тем, кого вы так здесь погано изобразили.
      Да, есть люди, приехавшие не по своей воле на Запад, которые по ряду различных причин не влились в новую обстановку. Большинство – это глубокие старики, которым уже поздно изучать язык. Менять свои привычки, менталитет, культуру. О них у меня в рассказе «Пансионат». И что плохого, что они остались патриотами тех стран, где прошла их жизнь? Для них те страны – не нынешние правители, а земля отцов и дедов.
      О стране, «которая проводит все более враждебную политику против их новых стран и ведет против них пропитанную лютой ненавистью пропаганду…» — это, видимо, вы о США? Но это тема для отдельного разговора.
      С уважением, Я

  10. О будущем гадать не возьмусь. А вот о прошлом вспомнилось… В те годы, когда Вы учились в пединституте, я начинал в этом городе работать психиатром. А в начале 1970-ых в вашем институте преподавал математику и заканчивал работу над кандидатской мой младший, теперь уже покойный, брат. Так что не исключено, что мы встречались в те годы. И если бы нам кто-то сказал, что спустя полвека мы встретимся в неизвестном нам тогда интернете уже гражданами других стран, мы бы только посмеялись над этой бурной фантазией. А что до забвения, будем надеяться, что внуки будут что-то помнить о нас — живых людях, какими мы были, а не мёртвую бирку «совоr” или что-то подобное. Добра Вам и Удачи.

    1. Привет, земляк! Это точно — «если бы нам кто-то сказал, что спустя полвека мы встретимся в неизвестном нам тогда интернете уже гражданами других стран, мы бы только посмеялись над этой бурной фантазией…» У меня есть родственники в Израиле. У них на вечеринке я встретил своего сослуживца, встретил неожиданно. Вот там был и смех и слёзы… Вашего брата я помню, жив ли он? С ув. Я

      1. Виктор, простите, что не прочитал ваше письмо повнимательнее. Это я о брате. Было поздно вчера, когда я отвечал на рецензии, торопился, вот и допустил такое; а сегодня перечитал и понял, что сделал вам больно. Примите мои искренние извинения и соболезнования по поводу потери вашего брата. Напишите мне в личку о себе и о нём. Искренне и с уважением, Павел

  11. Историческая родина немцев из России — Германия, как у евревв — Израиль. А сама Россия — просто родина. Понятие «совок» — не т. с. этническое, а политическое или психологическое. Вот Антон Антонович, хороший человек, но остался совком, потому что до сих пор гордится своим бывшим исключительным положением (орденоносец с машиной) на родине. Тоска же по той родине — это естественное явление: грусть по молодости, по тогдашним успехам, по прекрасной природе … Я приезжал не раз в Новосибирск, ходил на могилки, гулял по знакомым местам, но возвращался все-таки ДОМОЙ. А гордиться теперь надо успехами детей и внуков.

    1. Эх, Михаил, если бы так всё было просто, как в математике за первый класс: «историческая родина немцев из России — Германия, как у евревв — Израиль. А сама Россия — просто родина…»
      А что делать «полукровкам», таким как я? Во мне — русская, украинская, мордовская и, подняв не так давно «недетской рукой года-богатства» предков, узнал о капельке еврейской крови. Где моя историческая Родина? Я в России не жил, жил в Советском Союзе, в одной национальной республике.. Меня влекут одинаково украинские песни, еврейская мудрость, русская вольность и американский рационализм. А вот про мордву я ничегошеньки не знаю. Ушла эта ветвь из моего гендрева навсегда в туманное прошлое. А так хочется оживить её и узнать, а кто же были они, мои предки, имена которых я и не знаю. И мне наплевать, были ли они бедными, или дворянами, патриотами или националистами. Не я им судья…
      Не бывает, Михаил, «просто родины». Есть Родина, есть зов крови. Я в Израиле чувствовал себя сыном этого красивого и великого народа, но я не знаю ни языка, ни культуры. Я русский по языку, а по культуре – я уже американец. Мне претит хамство, бездушие чиновников в России, скинхеды, квасные патриоты… Меня Россия била нещадно. На похороны отца не пустила. Мне бы обидеться на неё, но я не обиделся, не обругал страну бранным словом. Я понял, что этот чиновник – мерзавец, и его национальнсть – мерзавец. А что я люблю там? – люблю щедрость простого народа, моих друзей, среди которых много национальностей, с которыми можно и попариться, и поболтать до утра обо всём и вся, посмеяться над дураками и дорогами, рассказать анекдоты, не боясь быть уволенным за политическую некорректность, пофлиртовать с красивыми женщинами…
      Но после этого, я, как и вы, еду всегда домой в США, оставляя позади в бывшем СССР своих друзей, родственников и свою бедную, но такую прекрасную юность.
      Придёт время, Б-г даст, и я проведу своих внуков по тропинкам детства, расскажу им всё – и плохое и хорошее — о той исчезнувшей стране. И пусть уже они передадут по эстафете этот рассказ, который поможет им быть не манкуртами, а настоящими людьми.
      Искренне спасибо за ваше мнение.

  12. Хороший честный рассказ — без оглядки на мнения будущих читателей. Только так и надо.

    1. Спасибо, Марк. Мне дорого мнение читателей, но оглядываться на чьё-то мнение не привык.
      Всех вам благ, Павел

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *