Елизавета Деревянченко: Убить неверное. Продолжение

 136 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Тшува приближает человека к Б-гу, то есть ведет к Нему. Физическая расправа с «неверными» уводит в противоположном направлении. Между ними нет и не может быть ничего общего. Это две совершенно разные, непересекающиеся дороги. По законам математики их можно назвать параллельными.

Убить неверное

Елизавета Деревянченко

Продолжение. Начало

 Елизавета Деревянченко «Священная война»

Как сказано в ряде источников, «Понятие военного джихада (вооружённой борьбы за распространение ислама) стало основным значением слова для немусульман и получило название «священная война»». Нельзя не сказать, что это понятие для очень многих связано с жестокостью и кровопролитием. И небезосновательно… Сначала христианство проявляло немалую жестокость, сейчас она исходит от агрессивно настроенных представителей ислама.

Возникает вопрос: правомерено ли вообще такое понятие, как «священная война»? Полагаю, да. О ней говорится в Торе.

«Когда изострю до блеска Мой меч, возьмется за суд рука Моя, обращу Я мщение на врагов Моих и Моим ненавистникам воздам. Опьяню стрелы Мои кровью, и меч Мой пожирать будет плоть за кровь убитых и за плененных, за первые бреши, врагом пробитые» («Дварим», 32:41-42).

Полагаю в этих двух стихах перечислены главные составляющие такого понятия, как Священная война. Предлагаю подробно рассмотреть их.

В первую очередь хотелось бы обратить внимание на следующее. Сначала Всевышний говорит: «Когда изострю (до) блеска Мой меч, возьмется за суд рука Моя, обращу Я мщение на врагов Моих и Моим ненавистникам воздам». Получается, если речь идет о мече то и «мщение» врагам будет свершаться мечом, то есть, по логике, за этим должны были последовать слова: «и меч Мой пожирать будет плоть» и т. д. Но вместо этого упоминаются стрелы: «Опьяню стрелы Мои кровью», — говорит Всевышний. В чем причина того, что в действия меча вклинивается упоминание стрел? Полагаю, именно в них заключается главная составляющая Священной войны, раскрывающая подлинную суть повеления «убей неверного».

О Священой войне говорится в завершении Торы. Означает ли это, что Тора завершается объявлением Священной войны? Полагаю, нет. Объявлением этой войны было Синайское Откровение. Все последовавшее за ним, то есть дальнейшие Откровения Творца были разъяснением целей и способов ведения этой войны. Заверщающие Тору конкретное упоминание Священной войны, рассказывает, на мой взгляд, о том, как Всевышний будут помогать человечеству вести столь необходимые для полноценного существования и развития нашего мироздания «военные действия» этой, объявленной на Синае, войны.

Как следует из Торы, библейская (Священная) война осуществляются стрелами и мечом Всевышнего. Что подразумевают эти понятия? Почему упоминаются стрелы? Разве недостаточно одного меча?

Обратимся к Синайскому Откровению. Именно в нем, на мой взгляд, разгадка такого упоминания стрел Всевышнего, бодее того, разъяснение их сути и значения.

Земляной жертвенник

Сразу же после провозглашения 10 Заповедей Всевышний дает повеления об устройстве жертвенников:

«Жертвенник земляной сделай Мне и приноси на нем твои всесожжения и твои мирные жертвы. На всяком месте, где возглашать дозволю ИМЯ Мое, Я приду к тебе и благословлю тебя. А когда жертвенник из камней будешь делать Мне, не клади их тесанными, чтобы ты не занес твоего меча над ним и (тем) осквернил его. И не восходи по ступеням к Моему жертвеннику, чтобы не открылась твоя нагота при нем» («Шмот», 20:21-23).

Полагаю, именно этим Творец оговаривает, какими путями и методами должно исполняться исходящее от Него, то есть что можно и чего категорически нельзя.

Почему Он говорит о двух видах жертвенников: из земли и из камней? Разве недостаточно одного? Ведь на них делается одно и тоже: нож и огонь соответствующим образом воздействуют на плоть приносимого в жертву животного. Более того, о жертвенниках говорится по разному. В словах о земляном, на мой взгляд, желание Всевышнего приблизиться к человеку, одарить ощущением Своего присутствия и благословить его. О жертвеннике из камней сказано не только сухо и сжато, но даже как-то обнаженно-резко… В чем причины такой разницы? Полагаю, в следующем.

Первым Творец называет жертвенник из земли. Почему о нем, по логике вещей, имеющем определенное место, говорится: «На всяком месте, где возглашать дозволю ИМЯ Мое, Я приду к тебе и благословлю тебя»? Полагаю, жертвенник из земли подразумевает живого земного человека, плоть которого создана из «праха земного», то есть из земли. Земля мягкая, она может наполняться влагой (вода в еврейское традиции олицетворяет Слово Б-жье), изменять конфигурацию, как и способный внутренне меняться человек. Она может быть плодоносной. Человеческие разум и душа также. Получается, главное, самое результативное исполнение заповедей должно происходить внутри человека? Может именно поэтому то ли в помощь, то ли в награду за это говорится «приду к тебе и благословлю тебя», что подразумевает: «дам Шехине Моей пребывать над тобою», — объяснял Раши.

«Шехина — понятие многогранное. Наиболее функционально, на мой взгляд, такое ее определение: это — ощущение (внутреннее осознание) присутствия Всевышнего» — пишет рав Элиягу Эссас.

Почему столь щедро вознаграждаются подразумевающие происходящие внутри человека жертвоприношения на земляном жертвеннике?

Жертвенник, как правило, поздразумевает «жертву» за грех, то есть признание и стремление искупить порочные, недопустимые, имеющие ряд негативных последствий действия. Если земляной жертвенник олицетворяет происходящее внутри человека, то что могут подразумевать жертвоприношения на нем? Как известно, жертвоприношения осуществляются с помощью ножа и огня. Что же аналогично таким действиям внутри себя, то есть добровольному собственноручному воздействию на собственные пороки мечом (ножом) и огнем? Полагаю, беспощадный внутренний суд, проявляющийся раскаянием, муками совести и безудержным искренним стремлением исправить содеянное. Именно такое, столь болезненное и результативное воздейстивие на собственные пороки дает ощущение Шехины (присутствия Творца) и несет Высшее Благословение. Следует отметить, что ощущение Шехины, и слова Всевышнего «приду им благословлю тебя», подразумевают приближение к Нему. Как связаны раскаяние и муки совести с приближением к Б-гу?

Тшува

Еврейская религия придает огромное значение такому понятию, как «тшува». Оно является одним из основополагающих понятий еврейской религии. Слово «тшува» — дословно «возвращение» — означает раскаяние. Это фактически добровольная и осознанная «явка с повинной». К кому? Еврейская традиция утверждает, что в первую очередь к Б-гу. Более того, тшува, на мой взгляд, раскрывает подлинное значение слов «убей неверного».

Тшува — это исправление самого себя. Она кардинально преображает человека. Мудрецы Талмуда не единожды подчеркивали значимость этого понятия: «Сила раскаяние такова, что оно превращает грехи в заслуги. … оно достигает трона Г-сподня, продлевает жизнь человека и приносит избавление. … Туда, где стоят раскаявшиеся, не могут попасть даже праведники».

Рав Йосеф Дов-Бер Соловейчик со ссылкой на Рамбама объяснял: ««Раскаяние приближает (к Б-гу — Е. Д.) тех, кто отдалился. … Раскаяние, которое приводит к радикальному изменению образа жизни человека, ко второму рождению личности — это раскаяние, дающее спасение; другой вид раскаяния, отличный от этого, искупающий лишь некий определенный грех, называется раскаянием искупления. Первый вид раскаяния, рассматриваемый Маймонидом (Рамбамом — Е. Д.) в седьмой главе Законов Раскаяния, — высшая ступень прощения и искупления, так как при этом виде раскаяния грешник исчезает и его место занимает новый человек». Это исчезнувший грешник и есть собственноручно убитый в самом себе «неверный».

««Тшува» — самая оптимистичная идея человечества, согласно которой положение греха доступно стиранию, искуплению. Возможно новое определение прошедшего, возвращение к положению до греха. Человек может заново родиться через раскаяние, заново творить себя, он обладает способностью личностного и персонального обновления», — подчеркивал известный еврейский философ Йосеф Бен-Шломо. Тшува, на мой взгляд, и есть главная составляющая «Священной войны», на которой «убить неверного», не преступление, не кощунственное искажение исходящего от Б-га, а исполнение требуемого Им и огромное благо самому себе. «Отвергните от себя все преступления ваши, которыми вы согрешили, и сделайте себе новое сердце и новый дух; и зачем вам умирать, дом Йисраэйля? Ибо Я не хочу смерти умирающего, — слово Г-спода Б-га! — и обратитесь, и живите! («Иехезкель», 18:30-32).

«Тшува — одна из семи вещей, созданных Всевышним еще до сотворения мира», — утверждали еврейские мудрецы. Она в основе нашего мироздания, которому изначально присуще стремление к постоянному развитию и усовершенствованию.

«Посредством Тшувы человеческая воля разрывает сеть природных законов и создаёт новую ситуацию в личности и в жизни этого человека, — ситуацию, возвращающую его к чуду обновляющегося Творения, спонтанного акта Б-жественной воли. Ведь толчок к Тшуве в человеке есть только проявление «стремления всего бытия к совершенству», к укреплению жизненной силы, к преодолению конечного и ограниченного»*.

Стрелы Всевышнего

Разумеется, тшува несет немалые блага, но возникает вопрос. Признание собственной порочности, муки совести, раскаяние, стремление исправить собственые поступки… Насколько тяжко дается все это. Как трудно решиться и осуществить внутренний суд. Как сложно признаться в собственной порочности, низости, мучать и карать самого себя… Но и жить с терзающими муками совести невыносимо. Что делать? Полагаю, не пропустить того момента, когда Б-г приходит на помощь. Не бросает Всевышний человека в такой тяжкой сиитуации. Посылает свою спасительную стрелу. «Толчок к тшуве» и есть, на мой взгляд, стрела Всевышнего.

Знакомя с книгой профессора факультета еврейской философии Тель-Авивского университета Йосефа Бен-Шломо «Песнь жизни. Главы из учения рава Кука» равы известного израильского центра МАХАНАИМ рассказывают: «Все эти идеи, выражающие «этичный волюнтаризм» рава Кука, сфокусированы на его восприятии и интерпретации понятии «Тшува», происходящего от корня «шув» — «вернуть, вернуться», этот чрезвычайно важный термин иудаизма означает «раскаяние»; «возвращение»; «исправление греха»; «восполнение недостатка»; это же слово используется в смысле «ответ» и «Ответ»». Почему в определении тшувы, приводимым величайшим еврейским философом современности равом Куком, фигурируют не как принято «вопрос» и «ответ», а «ответ» и «Ответ»? При этом «ответ» с маленькой буквы исходит, на мой взгляд, от человека, а «Ответ» с большой буквы — от Б-га. Почему в случае раскаяния Б-г отвечает Ответом на ответ? Полагаю, потому, что Его Ответ является Ответом на не всегда ясно осознаваемую человеком готовность к раскаянию и стремление исправить содеянное. Происходящее в душе, особенно в стрессовых ситуациях и охвтивших чувствах отчаяния и безысходности, как правило, не может полноценно восприниматься и расцениваться разумом. Разум в таких ситуациях зачастую или молчит, или предлагает явно не то, что следует, но… Какие ощущения вызывают неотступно терзающие мысли, когда ни отвлечься, ни забыть о них, ни оправдаться перед самим собой? Полагаю, об этом адресованные Всевышнему слова царя Давида: «… стрелы Твои вонзились в меня, рука Твоя опустилась на меня ибо грехи мои превысили голову мою, тяжким бременем тяготеют они на мне, смердят, гноятся раны мои из-за безрассудности моей. Я согбен и поник совсем, целый день хожу в потемках. Ибо чресла мои полны воспалениями, нет здорового места на теле моем. Я изнемог и сокрушен чрезмерно, кричу я криком сердца моего» (Тегилим (Псалмы), 38:3, 5-9). И в этом «крике сердца» не вопрос, а ответ: «Скорее всего я еще не до конца понимаю, но ощущаю, что происходит. Я хочу обрести то, что поможет мне выйти из этого невыносимого состояния».

Такие ощущения и позиция царя Давида объясняются его глубокой подлинной верой? Нет.

«Раскаяние приближает к Вс-вышнему даже людей, далеких от Него. … В Храме было двенадцать ворот, по числу месяцев и колен Израиля, — не считая восточных ворот, всегда открытых для всех», — подчеркивал рав Элиягу Ки-Тов. Может Тшува и есть главные, всегда открытые для всех ворота внутреннего Храма Б-жьего.

Поэтому ощущения, аналогичные испытанным Царем Давидом, охватывают и поначалу неверующего Раскольникова (Ф. Достоевский «Преступление и наказание») после столь логично обоснованного им и весьма «успешно» осуществленного убийства процентщицы, незапланированной жертвой которого стала и ее сестра. От охвативших его душевных мук он заболевает, теряет ощущение реальности и находится на грани психического помешательства. «Что, неужели уж начинается, неужели это уж казнь наступает? Вон, вон, так и есть!», — осознает он. Это и есть самый искренний, не приукрашенный выкрутасами разума ответ Всевышнему. И Раскольников начинает искать Б-га, как единственный выход из того кошмара, который он сам себе устроил.

Аналогичное происходит и с Нехлюдовым (Л. Толстой, «Воскресенье»). Несправедливый суд над пьянствующей с купцом и обвиненной в его убийстве проституткой, к падению которой он, всеми уважаемый князь-аристократ, имел самое непосредственное отношение, порождает в нем неустранимое, неразрешимое доводами разума внутреннее страдание. И он просит Б-га помочь ему.

««Стыдно и гадко, гадко и стыдно», — думал между тем Нехлюдов, пешком возвращаясь домой по знакомым улицам. …«Стыдно и гадко, гадко и стыдно», — повторял он себе не об одних отношениях к Мисси, но обо всем. «Все гадко и стыдно», — повторял он себе, входя на крыльцо своего дома. … И одна за другою стали возникать в его воображении минуты, пережитые с нею. Вспомнил он последнее свидание с ней, ту животную страсть, которая в то время овладела им, и то разочарование, которое он испытал, когда страсть была удовлетворена.

… И он живо вспомнил минуту, когда он в коридоре, догнав ее, сунул ей деньги и убежал от нее. «Ах, эти деньги! — с ужасом и отвращением, такими же, как и тогда, вспоминал он эту минуту. — Ах, ах! какая гадость! — так же, как и тогда, вслух проговорил он. — Только мерзавец, негодяй мог это сделать! И я, я тот негодяй и тот мерзавец! — вслух заговорил он. — Да неужели в самом деле, — он остановился на ходу, — неужели я в самом деле, неужели я точно негодяй? А то кто же? — ответил он себе. … Негодяй, мерзавец! Они (люди) как хотят пусть судят обо мне, их я могу обмануть, но себя-то я не обману». И он вдруг понял, что то отвращение, которое он в последнее время чувствовал к людям, было отвращение к самому себе. И удивительное дело: в этом чувстве признания своей подлости было что-то болезненное и вместе радостное и успокоительное». Но так ли уж однозначно было происходящее внутри Нехлюдова?

««Ведь уже пробовал совершенствоваться и быть лучше, и ничего не вышло, — говорил в душе его голос искусителя, — так что же пробовать еще раз? Не ты один, а все такие — такова жизнь», — говорил этот голос. Но то свободное, духовное существо, которое одно истинно, одно могущественно, одно вечно, уже пробудилось в Нехлюдове. И он не мог не поверить ему. Как ни огромно было расстояние между тем, что он был, и тем, чем хотел быть, — для пробудившегося духовного существа представлялось все возможно. Скажу ей, Катюше, что я негодяй, виноват перед ней, и сделаю все, что могу, чтобы облегчить ее судьбу. Да, увижу ее и буду просить ее простить меня. Да, буду просить прощенья, как дети просят. Он остановился. Женюсь на ней, если это нужно».

Все, все самое лучшее, что только мог сделать человек, он чувствовал себя теперь способным сделать. Нехлюдов смотрел на освещенный луной сад и крышу и на тень тополя и вдыхал живительный свежий воздух. «Как хорошо! Как хорошо, Б-же мой, как хорошо!» — говорил он про то, что было в его душе». В этом прямая аналогия с рождением человека. Человеческая жизнь на земле также начинается с глотка живительного воздухза. Если этого не происходит — родившийся мертв. Нехлюдов радуется своим ощущениям, наверное, как приговоренный к смерти радуется внезапному известию о помиловании. С этого вечера герой Толстого становится другим человеком. Убит тот прежний Нехлюдов. Убит «неверный» в самом себе. Рожден новый, другой человек. И это является «Ответом» Всевышнего на «ответ» Нехлюдова. На жестокий, беспощадный ответ самому себе на свой же весьма нелицеприятный вопрос: «Да неужели в самом деле, неужели я в самом деле, неужели я точно негодяй? А то кто же? — ответил он себе. … Негодяй, мерзавец!».

Следует отметить, что охватившие Нехлюдова благостные чувства ««Как хорошо! Как хорошо, Б-же мой, как хорошо!» — говорил он» находят свое подтверждение в Каббале: «Из всех земных целей человека стремление к духовному является самой последней, верной, надежной, совершенной. … Кардинальное решение комфортности человека заключается только в сближении с Творцом», — утверждает Михаэль Лайтман.

Нельзя не подчеркнуть, что такое возрождение Нехлюдова становится источником возрождения Катюши. Она не только не стыдящаяся своего занятия, но и считающая себя очень важным и нужным человеком, так же в корне меняется. И если раньше более всего, любой ценой она старалась избежать несправедливого наказания и каторги, то теперь, узнав, что прошление о помиловании отклонено, говорит: «И не отменят — все равно. Я не за это, так за другое того стою»… Это ее ответ на заверения Нехлюдова, что он и дальше будет добиваться пересмотра вынесенного ей приговора. Но она уже сама себе вынесла приговор и ей не страшен прежний, вынесенный людьми. Ее ответ означает, что начинается возрождение прежней чистой, сияющей внутренним светом Катюши. Та, еще совсем недавно заботящаяся главным образом о том, как посильней выпятить грудь проститутка, убита в в ней. Убита ею самой. Получается, тшува одного человека плодотворна и благостна не только для него.

Подтверждение того, что стрелы Всевышнего подразумевают тшуву, более того, что именно в ней главная составляющая Священной войны, находится, на мой взгляд, в Талмуде. Рабби Йосеф-Ицхак Шнеерсон (шестой Любавичский Ребе) писал: » В Иерусалимском Талмуде (Макот, 2:6) приводится аллегорический рассказ. У Пророчества спросили: «Каково наказание грешника?» «Душа согрешившая умрет!» — ответило Пророчество. У Мудрости спросили: «Каково наказание грешника?» Мудрость ответила: «Грешников будет преследовать зло». Спросили у Торы: «Каково наказание грешника?» «Грешник принесет повинную жертву и будет искуплен», — последовал ответ. Наконец, спросили у Самого Всевышнего: «Каково наказание грешника?» Ответил Святой, благословен Он: «Пусть грешник совершит тшуву и будет ему прощено»».

Какие глубокие, поразительно точные аллегории. Действительно, внешний смысл пророчеств очень жесток, вот и говорит Пророчество: «Душа согрешившая умрет!». Почему мудрость говорит о преследовании грешников их грехами? Полагаю потому, что человеческий разум слишком часто оказывается беспомощным, бессильным, неспособным найти верное решение. Более того, он нередко способствует усугублению последствий греха следующими типичными доводами и аргументами: ничего особенного произошло; очень многие так поступают; никто ни о чем не догадывается, не стоит компрометировать самого себя; зачем мне неприятности и проблемы; т. д., и т. п. Но Тора подсказывает верное решение: «Грешник принесет повинную жертву и будет искуплен». Полагаю, именно земляной жертвенник подразумевает ответ Торы. Подлинную суть земляного жертвенника раскрывают слова Всевышнего: «Пусть грешник совершит тшуву и будет ему прощено».

Вино и кровь

В чем же причина столь сильного и позитивного воздействия стрел Всевышнего? Ведь зачастую приходящее извне отталкивается, отрицается, воспринимается, как грубое вмешательство в глубоко личные, внутренние человеческие сферы. Почему со стрелами Б-жьими совершенно иная ситуация? Полагаю потому, что в ситуации тшувы воля Всевышнего не подавляет, не подчиняет человеческую волю, а вступает в контакт с ней.

«Есть два параллельных источника ведущих к раскаянию: воля человека и воля Всевышнего, и само раскаяние «приводится в действие» в результате их встречи: «раскаяние поднимается из такой глубины, что на ней отдельная душа неразличима, но ибо эта душа там является лишь продолжением души бытийной, всеобщей; воля тшувы прикасается к воле мировой, в её наивысшем источнике». (Таким образом, для истинного пробуждения тшувы необходимо так глубоко заглянуть в свою душу, чтобы суметь увидеть в ней душу всего бытия, мировую волю — «МАХАНАИМ»). Тшува берёт свое начало одновременно и из мистической глубины воли Всевышнего, и из глубины души человека»*. Полагаю, именно поэтому Всевышний говорит: «Опьяню стрелы Мои кровью» («Дварим», 32:42). Почему «опьяню кровью»? Что в еврейской традиции означает вино?

Рав Яков Шуб рассказывает: «… вино используют для освящения Субботы и праздников. … возлияние вина было неотъемлемой частью порядка жертвоприношений в Храме. еврейской Традиции, можно найти в словах Маараля. Он говорит, что вино по своей сути не принадлежит этому миру. Его скрытая сущность относится к Будущему миру. Гематрия (числовое значение) слова «яин» (йуд-йуд-нун — 70) — «вино», такая же, как и у слова «сод» (самех-вав-далет — 70) — «тайна». … известный хасидский праведник Шем ми-Шмуэль замечает, что в природе обычно любая новая вещь лучше старой. Единственным исключением из этого правила является вино, которое с годами становится только лучше. Все материальное и внешнее в этом мире находится под властью времени, соответственно, со временем ветшает и портится. А вино «представляет» внутреннюю суть вещей, не зависящую от материального мира, поэтому со временем оно становится только лучше. … Иными словами, вино — это скрытый потенциал, который человек может раскрыть соответственно своему духовному уровню. … вино символизирует скрытый потенциал человеческой души».

Стрелы Всевышнего служат импульсом для мобилизации и раскрытия внутреннего человеческого портенциала, его зачастую сокрытых от самого себя cобственных духовных ресурсов. Именно этим, на мой вгляд, объясняется то, что стрелы Всевышнего «опьянены» кровью. Это подразумевает единение Б-жественного и человеческого. Присутствие «человеческого» подтверждается и упоминанием крови.

Для опъянения надо выпить вино, то есть в определнной мере наполниться им. Может поэтому ряд комментаторов и переводчиков трактуют слова «опьяню кровью», как «напою кровью». Какой смысл заключается в том, что стрелы Всевышнего наполнены кровью?

«Душа плоти — в крови она. … кровь жизненной силой искупает», — говорится в Торе («Ваикра,» 17:11). Еврейские мудрецы объясняли: «В Торе кровь часто выступает как символ жизненных сил. Кровь — самое непосредственное выражение жизненных сил и самый прямой образ души в материальном мире», говорится в классических комментариях к Торе «Сончино».

Получается, кровь олицетворяет человеческую духовность, зачастую глубоко сокрытые ресурсы внутреннего человеческого мира. Значит стрелы Всевышнего наполненны не чем-то инородным, чуждым, недоступным, а тем, что изначально заложено в человеке, является неотемлемой составляющей его внутреннего мира. Поэтому они не только не вызывают отторжения, но и оказывают столь позитивное воздействие. Тшува — «толчок», производимый «высшим импульсом» не подчиняет, не подавляет, а направляет человеческую волю на принятие, зачастую, единственно верного, спасительного решения.

Может именно в этом связь Тшувы с совершенствованием всего мироздания?

Две дороги

«…«тшува происходит из стремления всей реальности быть более укрепленной и внутренне наполненной, и в этом заключена жизненная сила преодоления ограниченных рамок бытия и его слабости»», — цитирует рава Кука прорфессор Бен Шломо.

Тшува, производящая «убийство неверного» в себе самом и способствующая появлению нового возрожденного человека, является преодолением «ограниченных рамок бытия и его слабости». Физическое устранение неверного ведет в противоположном направлении. В нем обнажается и проявляется главная глубоко порочная слабость нашего земного бытия — звериная жестокость животного человеческого начала. Разумеется, это не Священная война, а чреватые роковыми последствиями и потому недопустимые искажения Священных Текстов.

Тшува приближает человека к Б-гу, то есть ведет к Нему. Физическая расправа с «неверными» уводит в противоположном направлении. Между ними нет и не может быть ничего общего. Это две совершенно разные, непересекающиеся дороги. По законам математики их можно назвать параллельными. Между ними тысячелетиями мечeтся человеческий разум, пытаясь слелать невозможное: отыскать точки их соприкосновения, найти в них нечто связывающее их. Но подобное невозможно. Сколько же еще крови должно пролиться, чтобы люди осознали подлинную суть Священной войны? Если в тшуве «заключена жизненная сила преодоления ограниченных рамок бытия и его слабости», то физическая расправа с неверными» распространяет и утверждает самую опасную постыдную слабость нашего бытия — устремления животного человеческого начала, проявления зверя в человеке. Зверя, присвоившего себе право судить и карать других. Полагаю, именно это подразумевает упоминаемая в повелениях о каменном жертвеннике обнажающаяся человеческая нагота, но…»Вы хозяева над зверями внутри себя, хозяева, а не рабы», — утверждал Менахм Мендл Шнеерсон.

___
* Перевод книги профессора факультета еврейской философии Тель-Авивского университета Йосефа Бен-Шломо «Песнь жизни. Главы из учения рава Кука».

Продолжение
Print Friendly, PDF & Email

4 комментария к «Елизавета Деревянченко: Убить неверное. Продолжение»

  1. 1. \»Мильхемет Мицвах — священная война в иудаизме\» — https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D0%B5%D0%BB%D0%B8%D0%B3%D0%B8%D0%BE%D0%B7%D0%BD%D0%B0%D1%8F_%D0%B2%D0%BE%D0%B9%D0%BD%D0%B0
    Это то, о чем я и написал. Еще раз подчеркну, что следует учитывать особенность Израиля: религиозное и национальное в нем слито воедино, поэтому все войны за Израиль, границы которого оговорены в Торе и который является неотъемлемой частью еврейской веры, соответствуют определению священных.
    2,4. То, что Вы написали о Хуре, именно, соответствует другому разделу Вашей статьи, я же написал комментарий к данному разделу: о связи Священной, заповедной, войны с Амалеком с жертвенником как части Храма, что Вы и признали в 5). Что касается упоминания Хура в первой части Вашей статьи, то его убийство, как считается, языческим сбродом нельзя считать религиозной, а тем паче, священной войной. По алахе еврей должен погибнуть, но не изменить вере. Ну, а те христиане и мусульмане, которые не следуют одной из важнейших заповедей \»аврамических религий\», как Вы их называете, — \»Не убей\», то это на их совести. Конечно, им можно проповедовать о тшуве, раскаянии, но… Одно из имен Всевышнего, которым он открылся Моше, это — \»Будет то, что будет\». А что будет, мы узнаем от пророков. Не всем Он дает возможность тшувы, например, Фараону он ее не дал. Конечно, это можно понимать символически, а не исторически, но, я бы сказал: \»в каждом символе есть доля реальности\».

  2. «А вот возьми ее за рупь двадцать!» Весьма немногие решаются полемизировать с автором, а жаль. Не автора, конечно. У нее на каждое замечание, каждый вопрос есть ответ. Подробный, со ссылками. Уровень и объем знаний — малопредставимы. Работа, достойная того, чтобы стать книгой.

  3. Уважаемая Елизавета, прежде всего, спасибо за Ваш самоотверженный труд.
    Публицистика – не моя стихия, но выскажу пару замечаний, к которым Вы можете и не прислушиваться. По мне «убить» в заглавии, даже как метафора, звучит тяжеловато, может стоит закавычить это слово? Ваша цикл статей густо засажен смешанным лесом цитат, в котором, мне кажется, можно заблудиться. Не стоит ли этот цикл предварить кратким резюме, чтобы понять, куда вы, собственно, клоните?
    Поскольку же эта часть Вашей статьи попалась мне первой, то на нее и пишу свой комментарий, который, большей частью, представляет мое толкование затронутых Вами тем как дополнение к ним.
    Я думаю, что священная война – это прерогатива Всевышнего и она имеется только в Торе или исходит из нее. Даже когда мы ее толкуем как «внутреннею», в сознании отдельного еврея, она является выполнением заповеди, например, уничтожить, стереть имя Амалека (ам ло кадош – народ, не знающий святости), который символизирует сомнение в вере. И «стерильность» и непрерывность его уничтожения связана с тем, что если останется хоть одна его спора, то гриб сомнения снова разрастется. Аналогична абсолютность уничтожения квасного в Песах: даже одна его крошка может вызвать брожение (ума), привести к хахмаце – упущению возможности спастись. Конечно, и тшува, Вы правы, если ее понимать, как войну против дурных склонностей за выполнение заповеди «будьте святы» является священной. В тех же случаях, когда война понимается как историческое событие, Всевышний оговаривает: «Я буду воевать за вас». Тотальное уничтожение противника в таких войнах символизирует и дает возможность почувствовать ненавистность и неприемлемость для Него разврата и идолопоклонства, от которых должен отстраниться Израиль. Священной является война за Землю Израиля и ее оборону, т.к. она завещана Торой. Оборонительные войны других народов называются священными в культурном смысле, а не в религиозном. Захватнические же войны будь то из-за «святых мощей», или подчинения земель суверенитету ислама, оправдываемые политизированными религиями, никакого отношения к священным войнам не имеют.
    В отношении «Опьяню стрелы Мои кровью…» возможно следующее толкование. Если при выходе из Египта Всевышний так ожесточил сердце фараона, что тот не способен был постичь идею еврейского Б-га, то в будущем стрелы Всевышнего опьянят врагов Израиля до безрассудства и буйства в их ненависти к нему, кровь ударит им в голову, и они также будут неспособны постичь идею Всевышнего и будут обречены на погибель. Что же касается сопоставления меча и стрел, то последние являются более коварным, дальнодействующим оружием. Они и сейчас не перевелись – их заменяют ракеты. Видимо, не случайно Тора говорит об Ишмаэле, что он станет стрелком из лука, т. е. будет действовать коварно, в отличие от Исава, оружием которого станет меч.
    Что касается жертвенника, то, как следует и из текста приводимой Вами цитаты из Торы и из комментариев к ней Раши, речь идет о скромности при его изготовлении. Он предназначен для возвышения Б-га, а не человека, все усилия которого по изготовлению пьедестала для него или украшению архитектурой и резьбой с применением орудий из железа — материала для орудий войны, лишь «откроют наготу» — человеческую тщету и суетность перед лицом Всемогущего, чего не понимали идолопоклонники. Самый скромный жертвенник – из земли, но Тора реалистична: во-первых, в каких-то условиях земли может не оказаться, и тогда можно устроить жертвенник на камнях; во-вторых, человеку трудно отказаться от того, чтобы не украсить свое святилище, также как ему трудно отказаться от того, чтобы не назначить себе царя «как все». Тора упреждает такие желания конкретными указаниями того, как это сделать: и как выбрать царя, и как построить Ему дом – Храм в виде переносной Скинии.
    Можно обнаружить интересную связь между двумя затронутыми темами – священной войной и жертвенником, Храмом. Во время священной войны с Амалеком после выхода евреев из Египта, воздетые к Небу уставшие руки Моше, сидящего на камне, поддерживали Аарон и Хур: «…и были руки его верой» (Шемот, 17:12). Аарон и его сыновья стали первосвященниками в Храме, а племянник Хура, Бецалель – одним из главных его строителей. Т. е. вся ситуация представляет собой как бы прототип Храма, предназначение которого осуществлять связь с Всевышним, укреплять веру. Любопытно, что если Арон уступил толпе и изготовил Золотого тельца, то Хур погиб в противостоянии этому, принес себя в жертву ради истинной веры.
    Из последнего замечания я склонен сделать далеко идущий вывод. Излагая план производства работ по строительству Скинии, Всевышний говорит Моше: «Смотри, призвал я имя Бецалеля, сына Ури, сына Хура из колена Иуды и наполнил его божественным духом, мудростью и разумением, и знанием, и талантом к любому ремеслу…» (Шемот, 31: 2-3). Само имя Бецалель означает «под сенью Всевышнего», и в совокупности все эти его способности я называл бы Божественной интуицией (что примерно то же, что и Шхейна в приводимом Вами определении Рава Эссаса). Таким образом можно сказать, что все семейство Бецалеля обладало геном Божественной интуиции, но у каждого он проявлялся по-разному. Более того, истинный художник, у которого есть Божественная интуиция, может быть уподоблен в своем творчестве священнику, приносящему жертву Всевышнему, укрепляющему веру.
    Еще одна идея относительно жертвенника. С одной стороны, согласно Торе к жертвеннику нельзя подниматься по ступеням, а только по пандусу, чтобы «не открыть своей наготы»; с другой – к входу в Храм вели пятнадцать ступеней. Это можно истолковать так: при приближении к вере может использоваться «дискретный», понятийный язык, логические суждения, но для приближения к Всевышнему у жертвенника надо отдаться Шхине, Божественной интуиции. Тут попытки рассуждать выкажут лишь наготу приближающегося.15 ступенек соответствуют по гемматрии י — ה (йуд – хей) – первой части тетраграммы; вторая ее часть — ו — ה (вав – хэй) по гемматрии равна 11, что соответствует числу компонентов в курительной смеси для возжигания ее на специальном жертвеннике, и без облака дыма от которой нельзя входить в Святая-святых: «в облаке буду вам являться». Здесь облако закрывает понятийное видение окружения. Таким образом Имя как бы сопрягает в Себе понятийное и интуитивное знание. Эта же идея подтверждается в устройстве тфилин (филактерий): в головные тфилин четыре отрывка из Торы пишутся на отдельных пергаментах и вкладываются в отдельные ячейки, а накладываемы на руку — напротив сердца как средоточия интуиции эти отрывки пишутся на одном пергаменте и являют собой \»от\» – знак Всевышнего.

    1. Уважаемый Emil.
      Благодарю за подробный комментарий.
      Хотелось бы уточнить следующие моменты.

      1.Война за Землю Израиля и война с Амалеком в соответствии с еврейской традицией являются не Священными, а Заповеданными войнами.
      https://judaism.academic.ru/
      Рамбам пишет: «Царь прежде всего ведет заповеданную войну. Какая же война заповедана? — Война против семи народов [заселявших землю Кнаан], война с Амалеком и оборонительная война против врагов Израиля; и лишь затем он ведет войны по желанию, то есть — войны за расширение границ Израиля и чтобы возвеличить его».
      https://toldot.ru/articles/articles_1025.html
      Рамбам. Книга заповедей
      И война против Амалека — тоже заповеданная война; а ее законы разъясняются в 8-ой главе трактата Сота (44б).
      https://toldot.ru/articles/articles_30586.html
      «Заповеданная война» — это война против Амалека, завоевание Земли Израиля и война, которую начинают, когда есть опасность для жизни еврейского народа. Во времена Яэль был период опасности для жизни еврейского народа.

      2.Об убийстве Хура, связанного с изготовлением золотого тельца, я писала в первом разделе: http://club.berkovich-zametki.com/?p=36182. Там же и говорю о моем видении «убей неверное».

      3, О каменном жертвеннике и наготе будет сказано в следующем разделе.

      4. Вы пишите: «В отношении «Опьяню стрелы Мои кровью…» возможно следующее толкование. Если при выходе из Египта Всевышний так ожесточил сердце фараона, что тот не способен был постичь идею еврейского Б-га, то в будущем стрелы Всевышнего опьянят врагов Израиля до безрассудства и буйства в их ненависти к нему, кровь ударит им в голову, и они также будут неспособны постичь идею Всевышнего и будут обречены на погибель» Я знаю, что есть такой комментарий, но не могу согласиться с ним. Не желает Всевышний смерти нечестивого. Я об этом говорю несколько раз. В этой побликации: » спросили у Самого Всевышнего: «Каково наказание грешника?» Ответил Святой, благословен Он: «Пусть грешник совершит тшуву и будет ему прощено». В предыдущей сказано, что Соломон был награжден Всевышним такой огромной мцдростью за то, «не просил себе душ врагов твоих».
      В книге Пророков сказано: «Разве Я хочу смерти нечестивого? Только лишь возвращения нечестивого с пути его. И будет жить! Вернитесь, вернитесь с путей своих дурных, – и зачем умирать вам, дом Йисраэйля?! …Разве Я хочу смерти нечестивого, – слово Г-спода Б-га! – а не того, чтобы обратился он oт путей своих и жив был? Отвергните от себя все преступления ваши, которыми вы согрешили, и сделайте себе новое сердце и новый дух; и зачем вам умирать, дом Йисраэйля? Ибо Я не хочу смерти умирающего, – слово Г-спода Б-га! – и обратитесь, и живите!», («Иехезкель», 33:11; 18:23, 31-32).

      5. Разумеется и Храм, и жертвенник являются существенными составляющими Священной войны за человека.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *