Михаил Ривкин: Недельный раздел Мишпатим

 115 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Историческая память многострадального народа, как и индивидуальная память много страдавшего человека многомерна, многогранна и даже противоречива. В какой-то момент времени именно память о страданиях помогает лучше понять того, кто страдает сейчас и отождествить себя с его страданиями.

Недельный раздел Мишпатим

Михаил Ривкин

И пришельца не притесняй и не угнетай его, ибо пришельцами были вы в земле Египетской. Никакой вдовы, ни сироты не притесняйте. Если кого-либо из них ты притеснишь, то, когда возопиет ко Мне, услышу Я вопль его. (Шемот 22:20-22)

Мудрецы, Благословенной памяти, давно заметили, что Тора предупреждает нас об особом отношении к пришельцу ни много ни мало — тридцать шесть раз! (Баба Мециа, 59В). Ни одна другая заповедь, ни один другой нравственный принцип не повторяется столько раз! Ни заповедь любви ко Всевышнему, ни заповедь Шаббата, ни законы запрещённой и разрешённой пищи, ни запрет лгать, ни запреты отнимать чужое, которые столь часто повторяются в Торе в разных местах и в разных формулировках, не могут конкурировать с тем вниманием, которое Тора уделяет пришельцу, это внимание проявляется как в форме предписывающей заповеди («возлюби пришельца»), так и в форме предупреждений против плохого к нему отношения.

Но всякий раз, когда Мудрецы уверенно называют нам круглое число заповедей (а 36, как это ни странно, число круглое: 18*2, на иврите פעמים חיי), у нас возникают некоторые сомнения: а нет ли тут попытки «подогнать под ответ»? А правильно ли мы считаем эти «предупреждения»? Так, в Шемот 22:20 по простому смыслу не очень понятно, это одно предупреждение или два? «Не притесняй и не угнетай» — это просто поэтическое повторение и усиление, или же это два разных запрета? Устная традиция, как и во многих других случаях повторов в Торе, выводит из этих, достаточно близких по смыслу слов, два разных, самостоятельных запрета.

«Не притесняй — словами, не угнетай — денежно. Нельзя говорить пришельцу: вчера ты поклонялся идолам, и у тебя ещё свинина меж зубов, и ты смеешь против меня выступать?!» (Мехильта Шемот 22:20).

Мы видим, что реальный денежный ущерб и душевные муки, стыд и неловкость, вызванные грубым словом, приравниваются и считаются в равной степени предосудительными.

Однако повторение встречается не только в одном цитированном пасуке. Сам этот пасук повторяется в нашей недельной главе дважды, с небольшими вариациями:

И пришельца не притесняй; вы же знаете душу пришельца, так как пришельцами были вы в земле Египетской (Шемот 23:9)

И снова возникает вопрос: Шемот 22:20 и Шемот 23:9 это простое усиливающее повторение, или же вторая формулировка содержит что-то новое? В данном случае среди комментаторов нет единодушия. Ибн Эзра рассматривает и комментирует эти два пасука как единое целое:

«Не притесняй его в стране твоей, ибо есть у тебя сила больше, чем у него, помни, что и ты был пришельцем, как и он» (Ибн Эзра, Шемот 22:20)

Очевидно, что последние слова в этом комментарии относятся в большей степени к пасуку Шемот 23:9. Когда же очередь доходит то этого пасука, то Ибн Эзра его вообще не комментирует, полагая, что всё нужное по этому поводу уже сказано ранее.

Таково мнение большинства комментаторов, в том числе РАШБАМа. И даже те, кто пытаются найти какие-то отличия между двумя пасуками, ищут их скорее в объёме и в содержании запрета угнетать и притеснять, а не в самой мотивировке запрета. Единственный, кто стремится рассмотреть некие нюансы в этих двух столь близких формулировках — это ревностный сторонник буквального прочтения по простому смыслу РАШИ. Цитируя Мехилту, он продолжает

«Если оскорбишь его, он тоже может тебя оскорбить и сказать тебе: Ты также происходишь от пришельцев. — В недостатке, который и у тебя самого есть, не укоряй ближнего твоего» (РАШИ Шемот 22:20).

Иными словами, в данном случае мотивировка примерно такая: не связывайся с ним, он запросто может тебе ответить той же монетой, и что тогда будешь делать? В то же время мотивировка запрета в Шемот 23:9 у РАШИ уже поднимается до уровня настоящего гуманизма:

«… душу пришельца (Вы знаете), как тяжко ему, когда его притесняют” (РАШИ Шемот 23:9).

Надо полагать, что РАШИ несколько уточняет буквальный смысл пасука, и обращается не к индивидуальной памяти отдельного еврея, а к коллективной памяти всего еврейского народа, который познавал страшную судьбину пришельца не только в египетском рабстве, но и на протяжении всей своей долгой истории, и каждый раз убеждался, что доля несчастного и беззащитного чужака в лучшем случае оставляет «коренное население» равнодушным, а в худшем — пробуждает самые кровавые инстинкты. И пасук Шемот 23:9 требует от нас не просто помнить о былом рабстве, о тяжкой судьбе пришельца, но и внутренне отождествлять себя с тем пришельцем, который сегодня стоит перед тобой «в стране твоей» (Ибн Эзра).

На самом деле, РАШИ обращается к исторической памяти еврейского народа в обоих своих комментариях. Дело в том, что историческая память многострадального народа, как и индивидуальная память много страдавшего человека многомерна, многогранна и даже противоречива. В какой-то момент времени именно память о страданиях помогает лучше понять того, кто страдает сейчас, у тебя на глазах, и отождествить себя с его страданиями. И на этот случай РАШИ предназначил свой «гуманистический» комментарий к Шемот 23:9.

Но бывает и так, что тот же самый человек, или тот же самый народ, в другой момент своей жизни (своей истории), именно в силу чрезмерных страданий, которые он пережил, может продемонстрировать полное равнодушие к тому, кто «сейчас и здесь» переживает ровно то, что он пережил в прошлом. И на этот случай у РАШИ имеется «предостерегающий» комментарий к Шемот 22:20. Правда, само «предостережение» РАШИ выглядит не слишком убедительно. Ну, «ответит он мне той же монетой» на словах, ну и что? Реальная сила-то всё равно у меня! Но именно упоминание о Египте должно сразу прояснить и вопрос, у кого же «реальная сила». Не случайно, РАМБАН сопровождает этот комментарий РАШИ многозначительным пояснением:

«… а мне представляется правильным, что слова «И пришельца не притесняй и не угнетай его» и не думай, что нет у него избавителя, означают: ты должен знать, что были вы пришельцами в земле Египетской, и Я видел притеснения, которыми Египет вас притеснял, и Я им отомстил, /…/ и Я избавляю каждого человека от того, кто сильнее его. И потому «Никакой вдовы, ни сироты не притесняйте» ибо Я услышу вопль их. /…/ ибо ты его притесняешь, так как нет у него защитника, так знай же, что он защищён лучше всякого смертного!» (РАМБАН Шемот 22:20-22).

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *