Михаил Ривкин: Недельный раздел Ваякэл

 251 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Евреи подарили человечеству множество новшеств и открытий, как в духовной сфере, так и в сугубо практической, материальной. Но нет дара более всемирного, нет новшества более универсального, нет второго такого «изобретения», которым, в равной мере, пользовались бы все люди Земли, как Седьмой день.

Недельный раздел Ваякэл

Михаил Ривкин

Моше собрал всю общину сынов Израиля и сказал им: «Вот вещи, которые Б-г повелел сделать: Шесть дней будет делаться работа, а седьмой день будет для вас святыней, Шабат, празднуемый для Б-га прекращением работы; всякий совершающий работу в этот день будет предан смерти. Не зажигайте огня в день Шабата во всех местах своего проживания.» (Шемот 35:1-3, перевод по Ш-Р. Гиршу)

Упоминание о Субботе, таким образом, предшествует детальному описанию тех работ, которые Г-сподь заповедал нам совершить для сооружения Мишкана. На первый взгляд, не очень понятно, почему Суббота упомянута именно тут. Ведь есть у нас уже Четвертое Речение -точное, детальное и недвусмысленное Б-жественное веление помнить и освящать Седьмой День. Неужели что-то там неясно? Неужели нам нужны повторения? Подробнее всего ответил на этот вопрос Ицхак Абарбанель:

«Заповедал нам Благословенный изготовить Мишкан и его Сосуды, дабы указывали они на Близость Г-спода Благословенного, и на то, что пребывает Шехина (Б-жественное присутствие) среди народа Его. И потому мог бы человек подумать, что эти действия более возвышены, чем любые другие повеления, указанные в Торе, в том числе и чем бездействие в Шаббат. Ибо совершенство любой вещи проявляется в деятельном аспекте, и действие более полно, чем бездействие и покой, тем более, такое возвышенное и святое действие. Потому могут евреи подумать, что сооружение Мишкана перевешивает соблюдение Субботы,. /…/ И потому сказал Г-сподь Моше, чтобы тот сказал Израилю: «Однако субботы Мои соблюдайте» (Шемот 31:13), как бы ни было важно и свято для тебя сооружение Мишкана, оно не перевешивает Субботы, но должны вы Субботу соблюдать» (И. Абарбанель Шемот 35:1-3)

И. Абарбанель, таким образом, ограничивается объяснением формы теста Торы, т. е. внятно разъясняет, почему требование соблюдать Субботу появилось именно перед описанием Мишкана. Но именно его пространное и весьма убедительное изложение того, что «мог бы человек подумать», его философски продуманное противопоставление действия и бездействия, ещё более заостряет и властно требует ответа на вопрос о содержании текста! Как же так получилось, что на самом деле всё наоборот, что именно в этом конкретном случае бездействие перевешивает действие?

Это далеко не единственный случай, когда И. Абарбанель стремится усилить и углубить свой комментарий, привлекая философские рассуждения, но в какой-то момент логика абстрактного философского силлогизма вступает в непримиримое противоречие с логикой Торы. Нам сегодня трудно понять, насколько сам И. Абарбанель отдавал себе отчёт в таких противоречиях. Возможно, это просто некая редакционно-стилистическая небрежность, но возможно, что для автора было самоочевидным, что Тора всегда права, и нет нужды специально опровергать каждый философский вывод, который сТорой не согласуется. Если философия противоречит Торе — тем хуже для философии!

Так или иначе, современные еврейские мыслители уже не могут себе позволить такой роскоши — обойти вниманием эту диалектику действия и бездействия. Они должны искать и находить ответы на вопрос, что же такое есть в Субботе, что перевешивает все священные обязанности еврея, отменяет приоритетность действия перед бездействием. Убедительный ответ предложил Авраам Йеошуа Хешель в своей книге «Суббота и её значение для современного человека»:

«Все цивилизации стремятся победить пространство, господствовать повсюду, увеличить число принадлежащих нам предметов, наполняющих это пространство, увеличить присутствие в пространстве, увеличить силу и власть — и при этом убежать от времени. Мы стремимся умножить наше «иметь» и при этом неизбежно теряем наше «быть». Ибо не количество предметов, которые у нас имеются дают нам полноту бытия, но те часы, те мгновения, когда мы обретаем наш Мир. Иудаизм более заинтересован во времени, чем в пространстве.

Слово «святость», одно из самых важных понятий в Торе, выражающее Тайну и Суть Б-га, впервые появляется в рассказе о Сотворении Мира. Этим словом обозначена не гора, не жертвенник, и не какой-то из сотворённых Б-гом феноменов и реальных объектов. Ни одно место в Мире не обозначено в качестве святого. Что же там сказано? «И благословил Б-г день седьмой, и освятил его» (Брейшит 2:3) /…/ При сотворении мира только одна святость установлена, и это святость дня. И только спустя время, перед дарованием Торы, от одного-единственного народа потребуют быть «царством коэнов и народом святым» (Шемот 19:6)» (A. J. Heschel The Sabbath: Its Meaning for Modern Man. 1951)

Итак, в иудаизме, в еврейской цивилизации, в отличие от всех остальных цивилизаций, «быть» важнее, чем «иметь». Истинная полнота бытия обретается не покорением внешних объектов и сил, а покорением своих страстей (Пиркей Авот 4:1). Истинная святость обретается не созданием какого-то реального культового атрибута, пусть даже самого священного, а именно отстранением и удалением от любого пространственно-активного действия, именно в «те часы, те мгновения, когда мы обретаем наш Мир». Не покорение пространства, но покорение времени — вот пафос иудаизма. И истинная святость — это именно святость времени, а не святость пространства.

Но слово святость, наряду со своим первичным значением, приобретает в Торе, в момент, когда народ Израиля стоит у подножия горы Синай, ещё одно, качественно новое значение. Не только один день из семи назван святым, но и про один-единственный народ из всех народов сказано «народ святой». Что же означает слово «святой» применительно к народу? Из общего смысла пасука ясно, что народ Израиля относится к народам мира подобно тому, как коэны относятся ко всему остальному народу Израиля. С одной стороны, на коэнов наложены более строгие ограничения в плане ритуальной чистоты и брачных запретов. С другой стороны, только на коэнов возложена великая миссия совершать Б-жественное служение и только коэны имеют право вступать во внутренний придел Храма, остальные евреи должны оставаться во внешнем приделе. В этом смысле коэны обладают особым качеством святости. В плане запретов подобие достаточно очевидно: на евреев, действительно, наложены неизмеримо более строгие ритуальные и культовые ограничения, они связаны неизмеримо более строгими предписаниями, чем народы мира. Но можно ли говорить о какой-то особой миссии и о каком-то особом приделе, доступном только евреям, сегодня, две тысячи лет спустя после разрушения Храма?

Все цивилизации, по самой своей природе, стремятся, как это справедливо подметил А. Хешель, к безграничной пространственной экспансии. Единственная цивилизация, в которой невозможно углядеть никакого намёка на стремление к пространственному расширению, это цивилизация еврейская. Даже в длительный период диаспоры, когда присутствие евреев заметно в самых разных частях мира, это присутствие остаётся внепространственным, оно не отражается на границах сфер влияния культур и цивилизаций. Идея А. Хешеля об отсутствии в иудаизме интереса к покорению пространства эмпирически подтверждается.

А как обстоит дело с покорением времени? Почему А. Хешель назвал свою книгу «Значение субботы для современного человека», а не «… для современного еврея»? Г. Гейне назвал ТАНАХ «портативной Родиной» евреев, и этим очень точно определил внепространственный характер еврейской цивилизации. Но и в этой «портативной» (внепространственной) Родине есть свой внепространственный Храм. И это, безусловно, Суббота, Седьмой день. И именно Седьмой день (правда, сдвинутый) давно превратился в своего рода «внепространственный Храм», в единый временной масштаб и единый социально-экономо-культурный ритм для всех обитателей Земного шара, без исключения. Люди самых разных культур, говорящие на самых разных языках и исповедующие самые разные религии, не похожие друг на друга абсолютно ни в чём, добровольно приняли и строго соблюдают этот единый ритм и единый временной масштаб. Некоторые цивилизации приписывают Седьмому дню специально-религиозное значение, некоторые — нет, но на всемирный семидневный ритм это никак не влияет. Для всего человечества Седьмой день остаётся выделенным, уникальным, не похожим на другие дни недели.«Внепространственный Храм», в котором каждый человек прекращает свои непрестанные попытки победить пространство и обретает, наконец-то, «полноту бытия, те часы, те мгновения, когда мы обретаем наш Мир» и сегодня гордо возвышается над всей планетой.

Евреи подарили человечеству множество новшеств и открытий, как в духовной сфере, так и в сугубо практической, материальной. Но нет дара более всемирного, нет новшества более универсального, нет второго такого «изобретения», которым, в равной мере, пользовались бы все люди Земли, как Седьмой день. И, казалось бы, вполне логично и естественно было ожидать, что этим Седьмым днём станет именно освящённая от века Суббота, а не какой-либо другой день. Почему же этого не случилось? Дело в том, что и внепространственный Храм, подобно Иерусалимскому Храму, состоит из двух приделов — внешнего и внутреннего. Во внешний придел имеют доступ все люди, без исключения. Во внутренний -только «царство коэнов», т. е. евреи. И святость внутреннего придела, разумеется, выше святости придела внешнего, святость Субботы выше святости Воскресенья. Во внешнем приделе народ остаётся как бы почтительным зрителем, а во внутреннем — коэны совершают своё Священное служение. Воскресенье — день отдыха: пассивного или активного, но именно отдыха. Его смысл в том, что человек прекращает свою обычную повседневную деятельность. Для Субботы отказ от повседневной деятельности это тоже необходимое условие, но далеко не достаточное! Прекращение работы это не самоцель, а средство наилучшим и полнейшим образом «праздновать для Б-га», т. е. полностью посвятить этот день Б-гу, отделить его от остальных дней, сделать его непохожим на них не только фактом отсутствия повседневной работы, но и каждой прожитой минутой, каждым действием или бездействием еврея. И наши помыслы, и все наши действия в этот день должны быть посвящены только Творцу, и именно в этом состоит предвечная святость Субботы.

Print Friendly, PDF & Email

Один комментарий к “Михаил Ривкин: Недельный раздел Ваякэл

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *