Оскар Шейнин: Две серьёзные книги об истории Израиля

 622 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Шарон указал, что многие в Израиле наивно полагали, что наличие атомного оружия у Ирака приведёт к какому-то приемлемому балансу сил. Он, Шарон, считал подобную точку зрения опасной даже для великих держав, тем более для взрывоопасного Ближнего Востока с неуправляемым Саддамом Хуссейном.

Две серьёзные книги об истории Израиля

Оскар Шейнин

Полагаем, что эти книги недостаточно известны русскоязычному читателю и предлагаем их описание.

Первая из них — Stewart Steven (1981), The Spymasters of Israel. Hodder & Stoughton, London — посвящена разведывательной службе Израиля (см. наш §1). На суперобложке автор был назван международным журналистом, сам же он указал, что беседовал со многими сотрудниками разведки Израиля.

Вторую книгу — Ariel Sharon with David Chanoff (1989), Warrior. The Autobiography of Sharon. Simon & Shuster, New York — написал выдающийся израильский военачальник и фактически он описал историю армии Израиля (см. наш §2).

§1. Моссад (служба внешней разведки Израиля) возник в 1951 г. (с. 32), и его начальником стал Гуриель (Guriel) из маловлиятельного политического управления Министерства иностранных дел. Его не утвердили, но он успел заявить, что следует знать не только вооружение вероятного противника, но и как его собираются применить (иначе: но и его тактику и стратегию). Эту истину поняли не сразу.

Специальные операции остались на долю военной разведки, но Моссад должен был их утверждать (с. 33), а его начальником стал Харел (Harel), обладавший сильным чутьём.

Вопреки Харелу было принято политическое решение об операции в Египте (с. 69), о нападении на здания и посольства Англии и США в этой стране. Последует-де обвинение коммунистов и воинствующих мусульман, начнутся потрясения, и Запад поймёт опасность нового диктатора Египта, полковника Нассера. Этот детский план должна была к тому же выполнить группа агентов, которые не имели ни малейшего представления о подпольной работе, и всё это готовилось вне связи с Моссадом. В 1955 г. группу разоблачили (с. 79).

Военную разведку возглавил Харкаби Harkabi (с. 85; год не указан), и в 1955 — 1956 гг. (с. 88) были ликвидированы двое руководителей палестинских террористов, которых поддерживал президент Египта, Нассер. И в военной разведке, и в Моссаде появился лозунг: Разум — наше самое мощное оружие (уничтожай руководителей, а не рядовых террористов), а Харел получил контроль и над военной разведкой.

Видимо, именно Моссад сумел добыть копию речи Хрущёва о злодеяниях Сталина (с. 98). Её дали американцам, те опубликовали текст речи, компартии Европы сильно пострадали, а американская разведка начала сотрудничать с Моссадом. В самом Израиле публиковать речь Хрущева побоялись: могла быть запрещена эмиграция советских евреев.

Но в 1959 г., в результате глупого недоразумения (с. 102) Харкаби пришлось уйти. Впрочем, на с. 129 автор указал 1958 г.

В 1960 г., после длительной и дорогостоящей операции, которой непосредственно руководил Харел, в Аргентине, под носом полиции был схвачен Эйхман (с. 108). Его вывезли в Израиль, судили и казнили. Подробности операции описали Peter Z. Malkin, Harry Stein (1990), Eichmann in My Hands. Winter Books, New York.

В своей библиографии эти авторы перечислили другие описания этой операции, в том числе Isser Harel (1976), The House on Garibaldi Street. New York.

Оказывается, что в 1957 г. дочь слепого старика, еврея по отцу, пережившего ужасы нацизма, познакомилась с молодым человеком по имени Эйхман (сам Эйхман жил под псевдонимом). Дочь упомянула это отцу, и тот сумел кружным путём сообщить об этом израильской миссии в Западной Германии. Моссад не сразу поверил полученной информации, затем долго проверял её.

При неудаче пойманного, но ещё не вывезенного Эйхмана передали бы аргентинской полиции (и вообще застрелить его можно было сразу же). Малкин был на заседании суда и убедился, что Эйхман так и не понял своей чудовищной вины. И авторы добавили: новый Эйхман мог бы (до поры, до времени!) оставаться добропорядочным бюргером …

Советник премьера, Бен-Гуриона, оказался советским шпионом. В 1975 г. Харел арестовал его за спиной премьера (с. 115 — 116). Харел долгое время подозревал его, но премьер потребовал, чтобы Харел прекратил свои попытки уличить советника. Отношения Харела с премьером испортились.

Положение Харела ещё более усложнилось после успешной акции Моссада (с. 117 — 125). В 1960 г. ортодоксальный дед выкрал внука из семьи недостаточно религиозного сына, но мальчишку в конце концов отыскали в США. Моссад не только занялся полицейским делом, но и восстановил против себя влиятельных ортодоксальных евреев. Влиятельных потому, что лейбористы (иначе не назовёшь членов Рабочей партии) обычно не имели большинства в Кнессете и объединялись с малыми религиозными партиями.

Место Харкаби занял Херцог (Herzog). Уйдя в отставку в 1962 г., он сумел поставить на своё место Мейра Амита (Meir Amit), с. 130. Амит (с. 131) указал, что каждый сотрудник разведки должен знать, что и почему он что-то делает, т. е. повторил завет Суворова (Наука побеждать, 1806. М., 2011): Каждый солдат должен знать свой манёвр. Критикуя Харела, Амит (с. 132 — 133) заявил: дело разведки — изучать вооружённые силы арабских стран, а не ловить эйхманов.

Это заявление было крайне уместно: Харел ничего не знал о ракетах Египта, изготовленных под руководством немецких специалистов, которых пригласил Нассер. Более того (с. 137), узнав об этих ракетах, Харел пришёл в ужас, Амит же, в духе Харкаби и Херцога, доверял лишь исследованиям и проверкам данных: ракеты были ещё далеко не доведены до готовности.

Амит был также назначен временным директором Моссада (с. 154) и постепенно привлёк на свою сторону его сотрудников, которые души не чаяли в Хареле. В 1963 г. Амит был окончательно назначен главой Моссада, а начальником военной разведки стал близкий ему Ярив (Yariv), с. 157. Но нерешительный премьер Эшкол не забыл Харела, который к несчастью оказался опекуном обеих служб.

Но ещё в 1962 г. и в начале 1963 г. Харел (с. 145) начал охоту на немецких специалистов, работавших в Египте. Двух сотрудников Моссада, однако, арестовали в Швейцарии (с. 147) и Харелу пришлось уйти (с. 152).

Двух агентов Моссада арестовали и в арабских странах; их радиопередачи были запеленгованы сотрудниками ГРУ (с. 166). Нигде более автор не упоминает этой советской разведки (Главное разведывательное управление армии), и каждый, кто прочёл книгу Аквариум Суворова, согласится, что он, автор, ошибся.

Один из этих агентов, Элие Коган (Elie Cohen), сообщал особо ценные сведения. Так, его данные о будто бы неприступных сирийских укреплениях Голанских высот позволили израильским войскам в Шестидневной войне легко преодолеть их. После судебного фарса его казнили (с. 165 — 171).

В 1961 г. Советский Союз начал поставлять арабским странам лучший в то время истребитель МИГ-21. Моссад, однако, сумел убедить иракского лётчика, христианина-маронита, перелететь на своём новейшем истребителе в Израиль. (Маронитов в Ираке преследовали.) То был громадный успех (с. 172 — 183).

Другим триумфом была победа в Шестидневной войне 1967 г., обусловленная точными разведывательными данными: за три часа на египетских аэродромах было уничтожено около 400 самолётов (с. 189) и аналогичный успех был достигнут в Иордании и Сирии. Каждый из этих аэродромов, равно как и распорядок дня лётчиков, были изучены агентами военной разведки под руководством Ярива, а коды сообщения рассекречены сотрудниками талантливого инженера Неемана (Ne’eman) (с. 191). Преодолев инерцию многих сотрудников разведки, он добился приобретения и использования компьютеров и другой техники. Он же изобрёл систему компьютерного слежения за подводными лодками.

Победоносная война привела к крайне опасному презрительному отношению к Египту.

В 1965 г. во Франции разразился скандал. Король Марокко, Хассан, опасаясь революционных идей других арабских стран, заключил тайный союз с Израилем. Стремясь ликвидировать оппозиционера, сбежавшего во Францию, марокканская секретная служба заручилась поддержкой Моссада, Амит лишь потребовал, чтобы при убийстве оппозиционера его сотрудников не было (с. 198 — 202).

Операция удалась, но в Израиле накануне выборов возмутились политики (с. 204 — 206), которые в первую очередь думали о собственном благополучии, а Харел справедливо заявил, что ничего не знал об этой ненужной и аморальной операции и отказался от своей должности. Во Франции Де Голль закрутил гайки, и некоторые сотрудники секретной службы задумали убрать его и посвятили в свои планы Израиль. За помощь в заговоре пообещали поставки военных материалов, однако Израиль выдал заговорщиков. Путч провалился, и всё же Де Голль, узнав всё-таки об участии Моссада в марокканской операции, выгнал его европейский штаб из Франции (с. 208).

Более того, был наложен запрет на поставку уже оплаченных самолётов Мираж, которые, конечно же, продавались в другие страны. Моссад и военная разведка совместно сумели выкрасть чертежи Миража в Швейцарии (с. 212 — 216), и на основе этого самолёта в Израиле построили свой собственный истребитель-бомбардировщик (с. 220).

Во время Шестидневной войны русскими ракетами был потоплен израильский эсминец (с. 221), и только после этого Генеральный штаб согласился на модернизацию флота. Во Франции были заказаны и построены по израильским чертежам канонерки (фактически же — малые ракетные судна). Пять канонерок покинули Францию, однако Де Голль запретил дальнейшие поставки, поскольку в ответ на террористическую деятельность палестинцев Израиль уничтожил 13 ливанских самолётов (с. 223). Неясно, почему ливанских, а действия Де Голля были видимо вызваны тем, что Ливан считался важным для Франции.

Ещё две канонерки отплыли из французского порта по недоразумению, да и пять оставшихся сумели забрать обманным путём (с. 232).

В целях пропаганды арабские беженцы из Израиля были оставлены в лагерях в прилежащих странах, и многие из них заговорили о возмездии (с. 237). В 1963 г. под покровительством Нассера возникла Организация освобождения Палестины, ООП, и в 1965 г. началась её террористическая деятельность (с. 238).

Захватывались самолёты, а пассажиров выпускали в обмен на арестованных террористов; было успешно атаковано израильское посольство в Парагвае (с. 245); начались захваты самолётов других стран (с. 246 — 247). Как можно понять автора, террористы распоясались в Иордании, откуда поэтому самым жестоким образом вышвырнули вообще всех палестинцев (с. 247). В результате принятых мер израильский авиаперевозчик Эль Аль стал самым надёжным в мире (с. 249).

Закончив пятилетний срок пребывания в своей должности, ушёл Амит, потому что тот самый нерешительный премьер Эшкол не разрешил ему остаться ещё на два года (с. 251 — 252). Но Амит всё же начал вводить в Моссад новую технологию, сформулировал разумные принципы разведки и, главное, объединил Моссад и военную разведку.

Директором Моссада стал Цви Цамир (Zwi Zamir) (с. 252). Он не был знаком с разведывательной работой, но начал самоотверженно и успешно трудиться. Были разоблачены наивные дилетанты, пособники террористов, и от них потянулась ниточка к банде Баадер-Мейнхоф (с. 255). Ещё важнее оказался переход на сторону Израиля интеллектуала, связанного с той же бандой (с. 257): этот немец вдруг узнал, что он еврей. С бандой было покончено.

В 1971 г. от ООП откололся Чёрный сентябрь, который начал компанию самого разнузданного террора (с. 260). ООП была под началом Арафата, привычки которого были изучены, а его преемник мог быть хуже него; Арафат поэтому оставался в некотором смысле нужным (с. 264).

Самым отвратительным актом Чёрного сентября оказалось убийство членов олимпийской команды Израиля в Мюнхене в 1972 г. Оказалось, что охрана команды была плохо организована, причём одним из виновников трагедии был сотрудником Моссада (с. 261 — 262).

Моссад перешёл в наступление. Было ликвидировано несколько руководителей Чёрного сентября (с. 269), а в Бейруте убито более сотни террористов. Захваченные там документы показали, что Чёрный сентябрь имел обширные международные связи и что готовились меры по революционной перестройке умеренных арабских стран (с. 274).

Но провалилась операция Моссада в Норвегии, несколько его сотрудников остались там в тюрьме. Моссад был слишком занят другими делами и не уделил достаточного внимания Норвегии, а участники операции ещё не приобрели нужного опыта (с. 281 — 289).

Началась война Судного дня (1973 г.). Ярив (с. 296) предвидел катастрофу: системой управляют трое бесстрашных (Моше Даян, министр обороны; Элазар (Elazar), начальник генштаба; и Эли Цейра (Eli Zeira), начальник военной разведки). Что же имел Ярив в виду? Во всяком случае (с. 299), Египет умело дезинформировал всех ложными заявлениями о своей слабости и подстроенными неудачами на манёврах и военных парадах.

Отвратительным было поведение самонадеянного Цейры. Он получал достаточно сведений о подготовке Египта к войне, но клал их под сукно: не хотел верить им и сумел убедить и Моше Даяна, и премьера, столь же самонадеянную Голду Мейр, в длительной невозможности войны. Да и новейшее вооружение Египта оставалось неизвестным. Единственным, но безуспешным критиком Цейры оказался Ицхак Хофи (Yitzhak Hoffi), ставший после 1973 г. директором Моссада (с. 311). И неясно, замечает автор (с. 301), почему не озаботились независимым подтверждением мнения Цейры. Моссад потерял значимость сравнительно с военной разведкой, был занят борьбой с палестинским террором, а его исследовательский отдел пришёл в упадок (с. 398).

Результат известен: войну удалось выиграть, но с большими потерями, причём первые двое суток Израиль оставался на грани катастрофы. А Цейра? Его отправили в отставку, но думается, что его следовало судить как государственного изменника.

В 1976 г. Хофи возглавил операцию по спасению пассажиров захваченного самолёта Эйр Франс из Найроби, столицы Уганды (с. 312 — 315). Исключительно трудная и, казалось, невыполнимая операция прошла блестяще и стала классической.

В заключение несколько поучительных эпизодов.

Агент Моссада благополучно, кружным путём, добрался до Бейрута и засел в номере гостиницы (с. 164). Нервный срыв! Несколько дней просидел в номере, с большим трудом его уговорили вернуться в Израиль. Выгнали с позором, но почему во-время не заметили, что он негоден?

Разоблачённый агент Моссада как-то машинально сообщил полиции адрес явочной квартиры (с. 287).

Другой разоблачённый агент (с. 288), как оказалось, но не было заранее выявлено, страдал клаустрофобией (боязнью замкнутого пространства). Попав в тюрьму, он сразу же сообщил всё, что только мог.

§2. Шарон (1928 — 20014) был киббуцником и сыном киббуцника, любовь в земле сохранил навсегда, но стал военным, занимал самые высокие должности в армии.

В 1947 — 1949 гг. участвовал в Арабо-Израильской войне, стал командиром ударной группы бригады. В 1953 г. создал отряд, который впоследствии был преобразован в спецназ при Генеральном штабе. Командовал дивизией во время Суэцкого кризиса 1956 г., был командующим военными округами. Сыграл решающую роль в войне Судного дня. Министр сельского хозяйства в 1977 — 1981 гг., создавший стратегически важные еврейские поселения в Иудее и Самарии. Министр обороны в 1981 — 1983 гг., руководил Ливанской войной в 1982 г. Обо всём этом он и написал в своей биографии.

Известно, конечно, что Шарон стал министром иностранных дел в 1998 — 1999 г. и премьером с 2001 г. В коме с 2006 г., заслужил прозвище бульдозер.

Вся жизнь Шарона прошла в бесконечных спорах с осторожным и трусливым окружением и начальством, особо — с Моше Даяном и злобным завистником Хаимом Бар-Левом, см. ниже. Считался независимым и совершенно необычным (с. 286).

Вот Даян, человек выдающихся способностей (с. 185), один из немногих, поддержавший идею создания поселений в Иудее и Самарии (с. 369).

Самый храбрый в бою, самый трусливый при принятии гласных решений (с. 222). Примерно в 1950 г. заявил автору (с. 250):

Знаешь, почему ты выполняешь все операции? Ты не требуешь письменных приказов, как все остальные, тебе достаточно устного разрешения.

Свои намерения он обычно формулировал двусмысленно, чтобы при неудаче оставаться в стороне (с. 76). Вопреки требованиям обстановки старался ограничивать военные действия (с. 139, 140, 151). Отказался дать приказ об отходе от негодной оборонительной линии (с. 229, см. также ниже).

Рядовой агент Массада бездействовал ввиду нервного срыва, и его прогнали (конец §1). А высшее должностное лицо бездействовало, притом трусливо и систематически. И что? Да ничего! Как с гуся вода. А мы бы считали, что он государственный изменник.

И что можно сказать о Бар-Леве? Повторим: злобный завистник, трус (вблизи сражений не появлялся), думал лишь о том, как унизить Шарона и возвыситься самому, фактически — за счёт жизни сотен солдат. Вопреки смыслу построил малопригодную оборонительную линию Лева и воспрепятствовал отходу с неё и перед войной Судного дня, и во время этой войны. Также во время этой войны более всего боялся развивать достигнутый Шароном успех (с. 318), и так же, как Даян, остававшийся на командных должностях. В 1955 г. сыграл главную роль в позорном суде над Шароном по вздорному поводу (с. 113). Суд продолжался два месяца, отрывая Шарона от борьбы с террористами, и был прекращён Даяном по его требованию.

Далеко не безгрешна была Голда Мейр. Она заявила, что не вмешивается в кадровые вопросы военных (с. 222 и 470), хотя обязана была вмешиваться, пусть при участии советников. Не поверила в приближавшуюся войну Судного дня (с. 265), а при суждении о ком-либо прежде всего интересовалась его партийной принадлежностью (с. 271).

Да что там! В 1982 г. Ирак строил атомный реактор, открыто грозил Израилю, но более года кабинет министров не решался уничтожить реактор (с. 382). Стало известно, что другие арабские страны втихомолку очень радовались успешному налёту авиации на реактор. Шарон указал, что многие в Израиле наивно полагали, что наличие атомного оружия у Ирака приведёт к какому-то приемлемому балансу сил. Он, Шарон, считал подобную точку зрения опасной даже для великих держав, тем более для взрывоопасного Ближнего Востока с неуправляемым Саддамом Хуссейном. И становится понятно, почему Израиль в своё время не уничтожил иранский реактор. Этому втихомолку радовался бы весь мир кроме оголтелого Советского Союза и его упёртых союзников.

Но почему всё-таки очень часто мнением Шарона пренебрегали? Маяковский частично ответил (Трус, 1928): желали Увязать бы льва с ягнёнком, с кошкой мышь согласовать. Частично, потому что такова, видимо, человеческая натура вообще: всякое необычное — опасно! Не только появление кометы, но и рождение человека с необычайными способностями. Таких людей считали порождением дьявола, и католическая церковь их частенько казнила.

В случае Израиля были и дополнительные причины: мощная международная защита бедных (но богатых нефтью!) арабов, и сильное влияние левых, т. е. лейбористов. Социалистические идеи были особенно сильны у первых киббуцников, и на первых порах Советский Союз поддерживал Израиль в надежде заполучить нового союзника. Дело дошло до того, что во время Ливанской войны впервые в истории Израиля левые подчинили интересы безопасности страны своим партийным устремлениям (с. 480).

Сильное левое движение, подкреплённое наивными идеалистами, — вот одна из основных слабостей Израиля. Новые поколения израильтян не знают еврейской истории и готовы на бесконечные уступки арабам. Так заявил Шарон (с. 533, год не указан) на своей лекции в киббуце религиозных евреев. И когда кто-то заявил, что не желает (читай: отказывается) служить в армии, Шарон ответил: тогда ты не должен быть гражданином Израиля.

В заключение скажем: верхушка Израиля ничем не лучше верхушек других демократических стран, к тому же страна сильно зависит от ортодоксальных евреев. Эль Аль по субботам не летает, земля в субботние годы не обрабатывается, нет современной конституции.

Print Friendly, PDF & Email

6 комментариев к «Оскар Шейнин: Две серьёзные книги об истории Израиля»

  1. Во Франции Де Голль закрутил гайки, и некоторые сотрудники секретной службы задумали убрать его и посвятили в свои планы Израиль. За помощь в заговоре пообещали поставки военных материалов, однако Израиль выдал заговорщиков

    ****

    Не совсем так или совсем не так. ОАС собирался убрать Де Голля в 1962 году, т.е. задолго до похищения Бен Барки в 1965. После этого перестаешь удивлятлся остальным перлам типа «Дело дошло до того, что во время Ливанской войны впервые в истории Израиля левые подчинили интересы безопасности страны своим партийным устремлениям» — во время Ливанской войны у власти было ПРАВОЕ правительство Бегина…

    1. Илья Г.! После первой Ливанской Шарон был обвинен в Сабре и Шатиле. А потом были «4 матери», которые привели к позорному бегству Барака.

      1. Михаил
        13 марта 2019 at 13:22 | Permalink

        Илья Г.! После первой Ливанской Шарон был обвинен в Сабре и Шатиле. А потом были «4 матери», которые привели к позорному бегству Барака.

        ***********

        Михаил! В тексте написано «ВО ВРЕМЯ» — вот на это я и прорегировал. Вы пишете «ПОСЛЕ», что к моему постингу не имеет никакого отношения.

  2. Автор:»…террористы распоясались в Иордании, откуда поэтому самым жестоким образом вышвырнули вообще всех палестинцев»… Это неверно: иорданский король Хусейн подавил террористов ООП танками, и они перебрались в Ливан, а после 1982 г. — в Тунис. «Палестинцы» же и сейчас составляют 70% населения Иордании.

  3. Думается, в конце опечатка: не «демографических», а «демократических».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *