Леонид Рохлин: Вещее озарение. Окончание

 125 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Перед завтраком решили освежиться. Широкие окна бассейна были настежь открыты и ветви берёз, окружавшие шеренгой отель, свешивались в помещение. Пустынно. Лишь две-три пары лежали в шезлонгах. Вдруг мужчина заметил, как на ближнюю ветку сел знакомый ворон…

Вещее озарение

Леонид Рохлин

Окончание. Начало

Словно сон. И ведь никто не поверит, если расскажу кому-то о встрече с …. Демоном. Господи! Испытываю необыкновенное ощущение ясности, лёгкости, бестелесности. Никаких желаний, стремлений. Лишь смятение чувств.

Это естественное состояние — заметил негромко Ворон — здесь ведь только твоя душа. Переполненное желаниями тело там, в гостинице, в кровати.

Аббадон молчал. Огромные глаза пронзительно сверкали. Вид был властным и величавым. И одновременно скорбным. Он поднял руку и раскрытой ладонью направил её в сторону мужчины. Послышалось бормотание, в котором отчётливо ощущалось удивление.

Не может быть! Что я вижу! То ли происки сатаны, то ли фортуна улыбнулась мне. Ну ка, Ворон, передвинь душу смертного ближе к Священному Светильнику Творца.

Да, да! Конечно — это фортуна. Благодарю за подарок, Творец!

В тишине огромного зала раздался клекочущий смех.

Наступила пауза. Затем в голосе Аббадона зазвучало удивление.

Смотри мой Ворон, как славно и слаженно сработались древняя душа этого смертного, данная Творцом со сложным сознанием современного человека. Получилось весьма оригинально.

Большой Ворон молча захлопал крыльями.

Я открою тебе, человек, причины моего удивления. Да, я более всего любил созерцать людей древней Греции. Прикипелся к этой стране, особенно к людям золотого века Афин. На народных собраниях, на рынках и площадях, везде где-бы они не собирались, случайно или преднамеренно, шли горячие споры и обсуждения. Невидимый, я участвовал в них. Проблемы торговли, войны и мира, любви, искусств и философии — всё и всегда волновало граждан, метеков, вольноотпущенных и даже рабов. Ты возбудил меня, потому что рассмотрев твою душу, увидел одного из тех людей. Творец придал тебе душу человека из Афин. Метека-иудея, чужестранца, чьи предки давно заселили Пелопоннес. Твоя душа принадлежала их потомку, купцу из Афин, владельцу крупных мастерских, торгующему керамикой в городах восточного Средиземноморья. Как угадал, мой Ворон, увидев эту душу…

Ты, смертный, напоминаешь мне взбудораженного вопросами и проблемами гражданина Афин. Они любили меня. Ценили. По мнению Сократа я сидел в каждом смертном в роли ангела-хранителя. Меня хорошо понимал Аристотель, произнеся как-то на собрании “… быть счастливым, значит жить в гармонии с Демоном…” Со мной смертный, со мной!!!

Голос Аббадона вдруг загремел с неистовой силой.

Да, мой Ворон! Пора мне вновь очутиться там и вкусить от искреннего неистовства тех страстей. Послушай, смертный. Мы сейчас окунёмся в действие и слова древних Элевсинских мистерий со зрелищами, песнопениями, музыкой и танцами. И твоё современное сознание передаст другим людям непосредственные впечатления о славной жизни людей той эпохи. В виде подробного рассказа. Мы войдём в Элефсину незаметно, в толпе страждущих.

Я рад твоему пробуждению, мой повелитель — воскликнул Ворон.

Казалось и он встряхнулся от долгой спячки. Громкое карканье, взмахи огромными крыльями, нетерпеливые прыжки — всё подтверждало готовность к путешествию.

Только прошу тебя мой Повелитель быть осторожным и осмотрительным. Мир изменился. И если недавно, две-три тысячи лет тому назад, а люди искусства даже три-четыре столетия назад, любили тебя и многое прощали, то ныне некоторые твои действия, ты конечно догадываешься о чём речь, могут окончиться проклятиями. Помни это!

В ответ раздался громкий счастливый смех.

Ты опять намекаешь на последний случай с грузинской княжной. Нет! Отныне я не буду во имя земной любви отрекаться от старой мести и гордых дум. Хотя Творец занят более небом, но сонм ангелов вновь помешает моей торжествующей страсти. Я знаю. Да и стар я стал. Равнодушен к земным утехам. Вряд ли смогу издать нежные звуки любовных песен и уж тем более из глаз не скатятся тяжелые слёзы. Нет! Ныне буду сторонним наблюдателем. Хочу в душе этого метека высветить память о жизни его древнего предка купца, а сознание оставить сегодняшним. В нём одновременно будут полыхать два костра. Освещая прежнюю память о событиях золотого века Афин и события современной жизни. Восторженные мысли чужестранца, возможно страстные, неистовые, его смятение, испуг — вот что станет для меня бодрящей радостью.

Из-за моря выплывал огромный оранжевый диск солнца. Первые лучи коснулись белой шапки далёкого Олимпа и она засверкала алмазными гранями огромного бриллианта. Солнце поднималось всё выше и осенние лучи, окончательно разогнав темноту, ярко высветили длинную фалангу людей, под звуки музыки шествующих по узкой дороге вдоль порожистой реки.

Смотри, смертный! Это по священной дороге из Афин идут паломники со всей Греции, посвящённые в таинство страданий богини плодородия Деметры, странствующей в поисках украденной дочери и дарования земле рассвета, когда боги вернут ей дочь Персефону из Подземного мира. Им предстоит долгий 22-километровый путь. В Элефсину, в храм богини Деметры. Воздать почести в честь ежегодного возвращения дочери, поклониться таинству воскрешения. Торжественное шествие подобно ежегодному весеннему возрождению семян, брошенных по осени в землю. Во главе шествия мужчины из богатейших семейств Афин и других городов Аттики. Здесь жрецы, архонты, стратеги, судьи и богатые купцы. А дальше простые граждане. Но все здесь посвящённые в таинства Деметры. Только посвящённые.

Я жадно всматривался в невиданное театрализованное зрелище V века до нашей эры.

Я, живущий в XXI веке, обременённый мыслями и делами современных событий.

Всё шествие производило впечатление плывущей армады кораблей, влекомых разноцветными парусами. Заплетённые в косы чёрные волосы и аккуратно подстриженные клинышком густые чёрные и рыжие бороды сотен людей, одетых в алые, пурпурные, тёмно-красные длинные до лодыжек хитоны, сколотые на плечах пряжками, иногда украшенных сверкающими драгоценными камнями. Люди держали в руках алые полотнища, овеянные разноцветными лентами. За армадой плыли в белых хитонах лодки-люди простых посвящённых. Среди массы людей тут и там мелькали, сверкая на солнце, ещё более яркие пятна, словно одежды капитанов кораблей. То шли жрицы и посвящённые женщины. Последних было немного. Редко белокурые, чаще тёмноволосые с длинными распущенными косами, повязанными пёстрыми лентами, с подкрашенными свинцовым суриком щеками и губами, подведёнными ламповой сажей бровями и ресницами. Они были в длинных до земли платьях из лёгкой льняной пурпурной ткани в полоску и вышитых каймой, открытых с правой стороны и на ветру приоткрывающих белую короткую нижнюю тунику. Браслеты, ожерелья, серьги, броши, драгоценные застёжки и пряжки, разноцветные ленты вокруг локтей и предплечий неистово сверкали, блестели всеми мыслимыми земными красками. Жрецы и женщины несли изображения Иакха, сына Деметры, божества подземного мира. Мы вольёмся в шествие, Аббадон?

Подожди! Не торопись. Сначала привыкни и присмотрись к людям. Хочу предупредить тебя. Будь предельно молчалив и находчив, находясь между ними. Я буду всегда рядом, но помочь не смогу. Тайны обрядов Деметры строго охраняются от непосвящённых. Никто из непосвящённых их не знает. Даже благочестивый Эсхил едва избежал смерти за несколько строк, лишь приоткрывших эту тайну.

Смотри! Если жрецы узнают в тебе непосвящённого, а тем более чужеземца, то не миновать смерти. И тогда твоя жена утром найдёт рядом холодеющий труп, а душа улетит к Богу и я не смогу её возвратить.

Пожилой потомок метека не обратил внимание на слова демона. С восхищением, как зачарованный, смотрел на людей, бегущую речку и ближние и дальние горы, на плантации олив и смоковниц, словно на живой, одухотворенный спектакль, в котором судьба сподобила участвовать.

Вот шествие остановилось и все участники, воздев руки, смеясь, кривляясь и пританцовывая, стали выкрикивать ругательства. Особенно выделялась необыкновенно красивая молодая женщина, окруженная юношами.

Это гетера Фрина — промолвил Аббадон, перехватив восторженный взгляд. Любимая великого Праксителя. Это она позировала для его Афродит. А люди посвящают шуточные непристойности служанке Деметры, которая старалась развеселить богиню, плачущую по дочери. Погоди, ещё не время войти в толпу. Подождём до наступления темноты.

И ещё одно. По прибытию к храму, все посвящённые будут пить специальный настой из ячменя, грибов и мяты. По преданию его пила Деметра вместо красного вина, найдя дочь в доме греческого царя и затем необычайно развеселившись, выдала ему обряды воскрешения. Ты не употребляй напитка. Ни в коем случае. Ты увидишь, как люди придут в дикое исступление. Тебе захочется этого, обязательно, но тогда ты можешь выдать себя. Помни об этом. Помни и то, что суд жрецов жесток и неумолим.

В кромешной темноте, в свете многочисленных факелов, шествие подошло к храму Деметры. Там их ждали жрецы. Они протягивали каждому чашу с мутным напитком.

И люди медленно пили, утомлённые походом. Одну за одной. Именно в этот момент и появился в толпе мужчина в тёмно красном хитоне.

Поколебавшись, видя пристальный взгляд жреца, я взял протянутую чашу и выпил. Привычно, по русски, одним глотком. Двери огромного окруженного колоннами прямоугольного здания были настежь открыты и под пристальным взглядом служителей в желтых хитонах посвящённые группами вступали в храм. В огромный зал Телестериона — святилища, разделённого четырьмя двухэтажными дорическими колоннадами на центральную часть и три двухэтажных придела. В глубине центральной части зала в свете факелов ослепляла золотом своих одежд скульптура Деметры, устрашая людей копьём, щитом и змеями. Буквально сразу я почувствовал странное облегчение. Напряжение, ожидание опасности, исчезло. Овладевало, разливаясь и захватывая сознание, чувство безумной радости. Вседозволенности. Счастья. Каким-то не захваченным уголком сознания удивлялся внезапной лёгкости, феерии чувств, ощущению физического совершенства.

Всё могу, всё хочу, мне всё подвластно — кричала опьянённая душа, требуя активных действий.

Жадно вглядываясь в освещённые факелами радостные лица бородатых опьянённых людей, примыкая то к одной то к другой группе, понимая их восклицания, реплики, слова песен и сам что-то отвечая, пританцовывая, я переходил из одной части святилища в другую. Забыв об опасности, подставлял лицо внезапно разливающемуся сверху ослепительному свету. В дальнем приделе храма услышал раздающиеся со всех сторон страшные звуки. В свете факелов мне открывались ужасные сцены кровавой борьбы чудовищ, выплывали украшенные роскошными одеждами статуи богов и жертвенники, священные реликвии Деметры.

Помнится, долго метался по храму в упоении раздирающих душу страстных чувств. Душа, объятая бурным восторгом, призывала любовь. И тут вновь увидел Фрину, которую высоко подняв на руках, несли её поклонники. В свете факелов, чуть прикрытая тканью, гетера, громко смеясь, нараспев декламировала лирические тексты в такт шагов поклонников, которые выносили её из храма. Я ринулся к ним и грубо оттолкнув несущего, уже на выходе из храма, подставил ладони под талию божественной гетеры. Забыв о предостережении Аббадона, заговорил.

Фрина, я знаю тебя. Видел обнаженную скульптуру в Париже. А теперь и лицо. Как оно прекрасно. Великий Пракситель прославил твою красоту на века и тысячелетия.

Гетера широко открыла глаза, замолкла, не понимая речи. Прислушались и окружающие. Процессия остановилась на выходе. Молодую женщину опустили на каменные плиты. Прохладные лучи утреннего солнца осветили разгорячённые фигуры людей. Осветили и тело молодой женщины, ясно видимое сквозь прозрачную ткань. Это меня окончательно сразило.

Я вытянул руки, стараясь кончиками пальцев коснуться одежды женщины и горячо продолжал.

Во всех странах мира вот уже 2500 лет сияет твоя красота, привлекая толпы восторженных мужчин. Ты стала для нас идеалом женственности. Странное ощущение. Я держал твое горячее тело в руках, я обладал им… Я единственный…

Последнее буквально закричал во всё горло.

Видимо горящие глаза, исступленность непонятной, но явно любовной речи возымело действие. Фрина вытянув руку, погладила моё гладкое безбородое лицо. Отдёрнула руку, скривив губы. Удивлённо спросила.

Кто ты, так резко отличающийся от нас, греков. И лицом и речью. Из какой страны и как смог попасть на праздник таинств Деметры. Почему нам не понятны твои слова.

Меня угрожающе окружили поклонники гетеры. Только тут я осознал, что они не понимают речи. Замолчал, не зная что предпринять. Действие напитка видимо почти прошло. Почувствовал опасность ситуации. Ведь Аббадон предупреждал. Что я наделал? Где он?

Стал оглядываться в поисках единственного спасителя. И вновь услышал голос Фрины. Теперь он звучал торжественно. Я понимал каждое слово.

Мы знаем, что среди звёзд живут невидимые души. Тебя спустил ко мне крылатый Гермес. Боги Олимпа восхищены мной. Они прислали мне вестника страсти и наслаждения. Не трогайте его — она обратилась к юношам — это мой гость на сегодняшнем пиршестве.

За выходом из Храма вдоль морского берега простиралось пустынное плоское травяное пространство, постепенно нисходящее в песчаный пляж. Море было тихим, спокойным, почти бесшумным. Лишь крики чаек, да шипящие звуки от набегающих небольших волн колебали воздух. Постепенно поле заполнялось сотнями разгорячённых людей. Из храма жрецами были принесены жертвенники и огромные кувшины с водой и вином. Заполыхал огонь и в жертву Деметры были принесены два больших быка.

Началось шумное необузданное пиршество. Опьянённые люди беззаботно веселились, развлекались пением, декламацией непонятных текстов и танцами. Воздух наполнился ароматом костра, жареного мяса и вина. Озираясь, я чуть отошел от Фрины. Увидел как двое молодых людей из окружения гетеры быстро направились к храму. Это насторожило. Становилось жарко и очень хотелось нырнуть в прохладные воды. Тут внезапно услышал голос Абадона.

Я же предупреждал тебя, смертный. Будь осторожен и постепенно уходи. Те двое пошли за жрецами. Расправа будет жестокой, так как ты, непосвященный, да к тому же чужестранец, лицезрел священные реликвии Деметры. Я не смогу тебе помочь… Вон там вдали, видишь, виднеется лес. Только в лесу, где никто не сможет тебя видеть, я унесу твою душу в мой дворец.

Но было поздно. Подошла Фрина. Совсем близко. Я ощущал аромат необычайных духов и молодого разгорячённого тела женщины. Этот запах и её пронизывающий взгляд опьянял, вызывая дрожь. Мысли об опасности вновь исчезли. Она взяла сильными длинными пальцами мою руку и мы медленно подошли к самой кромке воды. За нами неотступно следовали поклонники. Вокруг неистово шумела и сверкала в лучах жаркого солнца огромная разноцветная толпа людей. У кромки гетера остановилась, отбросила в воду кубок с вином и нагнулась, опираясь на мою руку, отстегивая сандалии. Затем быстро распустила волосы, заплетённые вокруг головы и одним движением сбросила прозрачный пурпурный пеплос. Только яркие ленты вокруг локтей и предплечий остались на теле женщины.

И пятясь, воздев руки к солнцу, стала входить в ласкающую воду.

Восторженные вопли потрясли толпу. Находясь невероятно близко, я жадно и бесстыдно пожирал взглядом обнаженное тело. Вздрогнул, заметив, прежде чем она вошла в воду, сросшиеся два левых пальца на правой ступне гетеры. Промелькнула мысль.

Божья отметка… Далёких неведомых предков…

Женщина медленно уходила в море. Я остановился. За гетерой следовали мужчины её окружения. Тут что-то пронзило моё сознание. Я оглянулся и увидел как из храма быстро шли жрецы в желтых хитонах, направляясь в мою сторону. Это за мной. Надо бежать. Бежать. В спасительный лес. Забыв о Фрине и обо всём великолепии праздника, растолкал людей и понёсся по пляжу. Оглядывался и видел, что к жрецам присоединилось много мужчин, некоторые с копьями, и все с воплями неслись за мной. Бежал что есть сил, а заветный лес всё ещё был далёк. Задыхался, сердце бешено билось, ноги подкашивались, увязая в песке. Толпа была уже рядом. Чьё-то копьё вонзилось справа, больно задев плечо. Привычно заорал. Замелькали первые спасительные деревья и кусты. И тут почувствовал как чья-то рука коснулась плеча. Стала дёргать. От страха заорал во всю мощь лёгких, призывая на помощь… жену.

Проснись ты, наконец, дурень старый! Что ж это такое. Дома спросонья орёшь и здесь. Ведь сейчас сбегутся со всей гостиницы. Полночи не могла уснуть. Только начала засыпать, а тут твои вопли…Господи! Когда ж ты успокоишься!!!

Пожилой мужчина сел, изумлённо оглядываясь. Сквозь открытые шторы наступал рассвет, в сумеречном свете виднелся обнаженный склон горы, в открытое близкое окно бились ветви берёзы. Справа, распластавшись на животе, подсунув руку под огромные белые груди, старалась заснуть рассерженная благоверная. Мирный, родной пейзаж.

Господи! Что ж это было. Неужели сон! Какой прекрасный и красочный!

Мужчина долго сидел, покачивался и перед взором, медленно разворачиваясь, словно лента кинофильма, проходили сказочные события то ли ночи, то ли дня. Вспомнил всё в мельчайших деталях.

Что же это было? Сон — озарение…

Но тут на подоконник резво опустился огромный чёрный ворон. Знакомый. Он находился на расстоянии протянутой руки и чёрные кристаллики глаз чуть ли не вплотную буравили мужчину.

Это не сказочный сон — послышался гортанный голос -то было, смертный, вещее озарение. Просветление. Тебе открылись истины и главная среди них. Ты был. Ты есть. Ты будешь. Ты бессмертен, потомок метека, меняя во времени лишь физический облик, но не сущность. Это касается каждого смертного, что хорошо понимали в древней Греции и Риме Но постепенно люди запутались в тысячелетних хитросплетениях посредников иудеев, буддистов, христиан и мусульман. Люди забыли древние истины Творца, а их глашатаи, и главный среди них мой повелитель, великий демон Аббадон, стали для человечества носителями зла. Или сказки. Ты вечно свободен, метек и вот тебе прощальный подарок Аббадона.

Ворон клювом вытащил из-под крыла и перебросил на одеяло маленькую деревянную коробочку.

Береги подарок. Никогда не прощайся с ним. Он бесценен.

И улетел, тяжело махая крыльями.

Мужчина проснулся окончательно. Увидел резную коробочку и осторожно взял в руки, боясь открыть. Но любопытство взяло верх. Сверкнули грани прозрачного кристалла, глубокого насыщенного ярко-красного цвета в серебряной резной подкове с цепочкой. Долго разглядывал подарок, боясь дышать, не зная названия, но понимая крайнюю редкость минерала. Его душила радость, вдруг прорвавшаяся громким смехом. Проснулась жена.

Что с тобой сегодня? То орёшь, то смеёшься. С ума сходишь, старый.

Да — заорал пожилой мужчина — схожу. Ты права. Ночью пришло озарение, увиденное и услышанное, как наяву, а только что получил материальное подтверждение ночному озарению. Вот оно настоящее счастье. Душа моя вечна и не подвластна тлению. Вечна, о женщина! Вечна!.

Поздним жарким утром пожилая пара прощалась с высокогорным курортом Bryce Canyon. Перед завтраком решили освежиться. Широкие окна бассейна были настежь открыты и ветви берёз, окружавшие шеренгой отель, свешивались в помещение. Пустынно. Лишь две-три пары лежали в шезлонгах. Вдруг мужчина заметил, как на ближнюю ветку сел знакомый ворон. И в этот момент открылась дверь и в бассейн вошли двое. Молодой атлетического сложения человек и хрупкая женщина. Они подошли к соседним шезлонгах. Совсем близко.

И сбросили халаты. Мужчина оторопел.

Фрина! Фрина! Фрина! Это же она. Это же её лицо, фигура, запахи.

Он чуть не закричал. С трудом сдержался и пристально разглядывая молодую женщину, медленно озирая фигуру сверху вниз, вдруг привскочил. Увидел сросшиеся два левых пальца на правой ступне.

И тут же услышал громкое карканье.

Это она, метек. Она…Фрина…Это тебе мой прощальный подарок.

Как обещал. Наслаждайся.

И улетел, хлопая крыльями от радости.

Мужчина продолжал пожирать глазами женщину. Та не обращала внимания, привыкшая к пристальным взглядам. Но присутствия чёрного ворона испугалась и её приятель пошел к окну, чтобы закрыть ставни.

Ты что на неё уставился. Нет! Ты нынче совсем рехнулся. Забыл, что лысый и старый — тихо с раздражением промолвила жена. Он же тебе сейчас морду набьёт и будет прав.

Но муж лишь таинственно улыбался.

Вскоре они сидели в машине. Мощный мотор, тихо урча, уносил гостей на очередной перевал. Жена сидела за рулём, молчала. Мужчина чувствовал её праведный гнев. Но сердце пело от непонятной радости.

Это не сон! Это было! Великий Властелин Бездны, незримый хранитель бессмертных Аббадон послал мне приветствие. Напомнил о себе.

Фантасмагория!!!

P.S. Через год острое любопытство заставило мужчину найти в Оклэнде старого опытного ювелира.

Ну что вам сказать, молодой человек — съязвил ювелир — не буду спрашивать откуда это у вас. Знаю, что продавать не собираетесь, иначе бы не ко мне пришли, да и таких денег у меня нынче нет. Это редчайший кристалл, таких не более 5–7 в мире. Тут 3,8 карата. Это паинит и цена заоблачная. Куда более десятка миллионов долларов. Оставьте мне свой адресок. Вдруг пригодится.

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *