Эдуард Гетманский: Евреи — личные враги Гитлера

 517 total views (from 2022/01/01),  1 views today

И в 107 лет Борис Ефимов продолжал работать. В основном он писал мемуары и рисовал дружеские шаржи, принимал активное участие в общественной жизни, выступая на всевозможных памятных и юбилейных встречах, вечерах, мероприятиях.

Евреи — личные враги Гитлера

(Ю.Б. Левитан, Б.Е. Ефимов)

Эдуард Гетманский

Продолжение. Начало

Эдуард ГетманскийЛевитан Юрий Борисович (имя при рождении: Юдка Беркович Левитан) (1914-1983) — диктор Государственного комитета СМ СССР по телевидению и радиовещанию, народный артист СССР. Родился 19 сентября (2 октября) 1914 года во Владимире (Владимирская губерния Российской империи), в еврейской семье. Его отец Борис Семёнович (Бер) Левитан работал в артели портным, мать Мария Юльевна была домохозяйкой. Но в 1929 году отца лишили права избирательного голоса (таких называли «лишенцами») за «использование наемного труда» и чудом не посадили. Борис Семёнович хотел, чтобы его сын стал инженером. Юра же мечтал о карьере оперного певца. Мальчик рос невысоким, достаточно щуплым, с очень буйной кудрявой шевелюрой. В детстве его прозвали «Трубой» — за зычный голос. Громогласный Юра был любимчиком у всех соседей, имел много друзей и рос счастливым ребенком, и никто из соседей не сомневался, что быть Левитану-младшему артистом. С детства целеустремленный Юрий мечтал связать свою жизнь с кинематографом, он грезил о славе и всесоюзной известности, такой, чтобы к нему подбегали на улицах и просили оставить автограф. Окончив школу, Левитан приезжает в Москву поступать в кинотехникум. Конечно, актера в нём не разглядели — невысокий рост, худощавое телосложение, специфическое владимирское оканье, невзрачная внешность помешали ему стать звездой кино и телевидения. Возможно, мир так и не узнал бы о Левитане, если бы сама судьба не подсказала ему попробовать свои силы в работе на радио.

Юрий случайно увидел объявление о наборе на курсы дикторов и отправился в Радиокомитет. Он не знал об этой профессии ничего, но кто-то сказал ему, что это почти артист, и Юрий пришёл на конкурс. «У вас волжский говор, областной диалект, не московский стиль, кто вас примет?!» — пыталась урезонить его секретарша, с неприязнью оглядывая долговязого паренька в больших очках, резиновых тапочках и выцветшей майке. Но в конкурсный список, все же внесла. Голос Левитана поразил профессионалов — он был столь четким, сильным и тягучим, тембр был редким, почти уникальным. Ему сразу предложили стажировку на радио в составе группы учеников при Радиокомитете. Первое время Левитан занимался тем, что разносил по кабинетам различные бумаги, готовил коллегам чай и бутерброды. Это было днем, а ночью он проводил многие часы, работая над своим произношением. Он читал все подряд — прозу, стихи, новости, делал это стоя, сидя, постоянно меняя положение, иногда даже вставая вверх ногами. Учителями 17-летнего Левитана стали выдающиеся дикторы и артисты того времени Василий Качалов и Михаил Лебедев. Преподавателем по технике речи и постановке голоса была Елизавета Юзвицкая. Вскоре от волжского говора не остается и следа. Худенький очкарик из провинции чеканил текст по-московски. Говорят, что, даже приезжая в гости на родину, Левитан не позволял себе расслабиться — говорил правильно и с интонацией диктора. Постепенно его стали выпускать в ночной эфир.

Левитан читал свежие выпуски периодических газет, чтобы жители отдаленных регионов страны могли первыми услышать самые главные новости Москвы. Одна такая ночь на 26 января 1934 года стала для судьбы Юрия Борисовича определяющей. Он по привычке размеренно и внимательно читал газеты в прямом эфире, озвучивая повестку грядущего дня в стране. И не знал, что в эти самые минуты Сталин слушает его ночной эфир. Сталин немедленно позвонил председателю Радиокомитета и сказал, что текст его речи на XVII съезде партии должен читать именно этот диктор. Никто не решился сказать Сталину, что 19-летний диктор, которому он поручил читать свой доклад всего-навсего стажер. На следующий день Юрия, который невероятно сильно волновался и был почти на грани обморока, усадили читать доклад Сталина в прямом эфире. В течение долгих пяти часов диктор выполнял это задание, ни разу не сбившись или совершив ошибку. Так, фактически за одни сутки, Левитан стал главным голосом страны. Коллеги между собой уважительно окрестили Левитана Юрбор — от имени-отчества Юрий Борисович. С 1934 года все доклады Сталина в эфире озвучивал именно Юрий Левитан. Голос этого человека стал поистине легендарным. Редкий талант сделал Юрия Левитана гостем в каждом доме на территории всего Советского Союза. Он приносил в каждую семью радостные и грустные новости, сообщал информацию о важных документах государственного значения.

Диктор Левитан стал голосом целой эпохи в истории страны, пережив вместе со всеми одно из самых тяжелых испытаний, которое выпало на долю советского народа. Фраза «Внимание! Говорит Москва! Работают все радиостанции Советского Союза…» стала фирменной карточкой Юрия Борисовича. Самым сложным периодом работы Левитана стал, конечно же, период с 1941 по 1945 годы. В течение долгих пяти лет он работал фактически без отдыха — с ним просыпались и засыпали жители Советского Союза. В голос Юрия Борисовича вслушивались солдаты на фронте, работники тыла и эвакуированные люди, люди в оккупированных городах. 22 июня 1941 года в 12 часов дня Левитан объявил о начале войны. Это сообщение Юрий Борисович прочитал 9 раз — через каждый час. «Говорит Москва. Граждане и гражданки Советского Союза! Сегодня, в четыре часа утра, без всякого объявления войны, германские вооруженные силы атаковали границы Советского Союза…». Вот как об этом рассказывает сам диктор. «Я помню, включил микрофон. Когда я произнес «Говорит Москва!», чувствую, что дальше говорить не могу. Застрял комок в горле. Из аппаратной уже стучат: «Почему молчите? Продолжайте». Сжал кулаки и продолжал: «Граждане и гражданки Советского Союза». Новость страшная. Но его голос не дрогнул.

Что такое Левитан для страны понимали не только друзья. С началом войны Левитану пришлось оставить дом, где ждали его жена и дочь, и обосноваться в гостинице «Москва» — слишком много было фронтовых сводок, требующих экстренного выхода в эфир. В Берлине быстро поняли, что радио — такое же страшное информационное оружие, как боевые «катюши». Адольф Гитлер, услышав голос Левитана, понял, какую страшную силу представляет человек, владеющий таким голосом. Гитлер лично отдал приказ, как только будет взята Москва, первым повесить Юрия Левитана. С первых дней войны Юрий Левитан стал врагом Германии и личным врагом Гитлера. Он заявлял, что Левитан является его личным врагом № 1. Вторым в списке главных врагов был назван Сталин. Фашистскими спецслужбами был разработан план по уничтожению Левитана, за его голову была обещана награда в 250 тысяч немецких марок, а специальная группа СС готовилась к заброске в Москву, чтобы ликвидировать диктора. Для того чтобы обезопасить главный голос СССР, Левитану выделили охрану, а по городу распускали ложные слухи о его внешности, благо в лицо Юрия Борисовича знали немногие. Не сомневаясь в начале войны в победе Германии, Гитлер очень хотел, чтобы мир узнал о ней из уст Левитана. Когда же фашисты поняли, что диктора № 1 Советского Союза выкрасть им не удастся, было принято решение его уничтожить. Летом 1941 года полутонная бомба упала во двор Радиокомитета, и немецкое радио поспешило сообщить: «Большевистский радиоцентр разрушен! Левитан убит». Но гитлеровцы поторопились — бомба угодила в канализационный люк и не разорвалась. Не прошло и нескольких минут, как голос Левитана зазвучал в эфире.

После работы саперов на корпусе бомбы обнаружили надпись на немецком языке, сделанную антифашистами, изготовившими ее: «Помогаем, чем можем». Эта бомба была предназначена именно Юрию Левитану. За Левитаном началась охота. Осенью 1941 года Левитан был эвакуирован в Свердловск вместе с диктором Ольгой Высоцкой. Вести вещание из столицы к этому времени стало технически невозможно — все подмосковные радиовышки были демонтированы, так как являлись хорошими ориентирами для немецких бомбардировщиков. Уральская студия была размещена в подвальном помещении, сам диктор жил в бараке поблизости, на условиях полной секретности, к нему лишь время от времени приезжали московские друзья. Информация для радиовыпусков поступала по телефону, сигнал ретранслировался десятками радиостанций по всей стране, что не позволяло запеленговать головной радиоузел. Из-за «режима секретности» конверты со многими текстами, которые доставлял офицер-фельдъегерь, можно было распечатать лишь перед самым выходом в эфир. Так что Левитану приходилось читать с листа. Поэтому он применял маленькую хитрость — первую фразу произносил, нарочито растягивая слова, а в это время успевал пробежать глазами следующий фрагмент текста, чтобы понять, о радостных или трагических событиях пойдет дальше речь, и придать голосу соответствующую интонацию.

Помимо собственно работы в эфире диктор также озвучивал документальные фильмы, которые монтировались на этой же студии. Информацию о пребывании диктора в Свердловске рассекретили лишь четверть века спустя. В марте 1943 года Юрия Левитана секретно перебросили в Куйбышев, где уже размещался Радиокомитет. В августе 1943 года он читал по радио первый за все время войны приказ о проведении салюта — в честь освобождения Орла и Белгорода. И сделал ошибку, произнеся «Столица нашей родины будет салютовАть…», между тем как по правилам русской речи следовало поставить ударение иначе: «салЮтовать». Однако никакого скандала не последовало: «наверху» просто решили отныне использовать это слово «в редакции» Левитана. На передовой устанавливались громкоговорители. Голос Левитана объявлял: «Каждые семь секунд на фронте погибает один немецкий солдат». А после этого над окопами звучала мелодия танго. И наши войска шли в контрнаступление. А Левитан стал получать письма с фронта. Солдаты писали: «Идем вперед. Берегите голос, работы вам прибавится». Из воспоминаний актёра Владимира Яхонтова: «Нельзя было жить, не слушая радио. Радио оповещало, сигнализировало, руководило нами, связывало родных и близких.

Голос, произносящий «Говорит Москва», приковывал внимание, он успокаивал, вселял надежду, его слушали за много тысяч километров по всей стране. «Говорит Москва» — слушали бойцы на фронте. «Говорит Москва» — слушали партизаны в лесах. «Говорит Москва» — слушали в госпиталях. «Говорит Москва» — слушали в осаждённом Ленинграде. Это был голос с «Большой земли»… Это был Ю.Б. Левитан. Миллионы людей слушали его голос. Слушая его, я думал: вот пример того, каков бывает результат, когда содержание и форма подачи материала слиты воедино…».

Баритон Левитана сравнивали с залпами «катюш», с металлом, прикрытым бархатом, называли голосом-набатом… Его голос был известен каждому жителю Советского Союза. Люди замирали у репродукторов, слушая о последних событиях на фронте. «Голос Юрия Левитана был равносилен целой дивизии», — так после войны о легендарном дикторе скажет маршал К.К. Рокосовский. Сам Левитан вспоминал, что не раз видел листовки, с обещанным вознаграждением за его уничтожение. Говорили даже, что Геббельс разрабатывал план похищения диктора. Фашистские пропагандисты мечтали, чтобы именно Левитан прочитал в Берлине сообщение о падении Москвы. Юрия Борисовича Левитана усиленно охраняли сотрудники КГБ. Даже фотографии его нигде не публиковались: внешность «главного диктора страны» являлась тайной. Диктор Анна Шатилова вспоминает: «В народе даже поползли невероятные слухи. Почему-то был слух, что у Левитана нет ног. Что он не достает до микрофона и ему подставляют скамеечку». Всего за время войны диктор прочитал около двух тысяч сводок и 120 экстренных сообщений. Однажды у Сталина спросили: «Когда наступит победа?». Вождь ответил: «Когда объявит Левитан». Сталин оказался прав, Приказ Верховного Главнокомандующего № 369 от 9 мая 1945 года «О победоносном завершении Великой Отечественной войны и безоговорочной капитуляции германских вооруженных сил» читал именно Юрий Борисович Левитан. Рано утром 9 мая 1945 года, в аппаратную набилась толпа народа. Все ждали, когда принесут долгожданную сводку о Победе. Полковник спецсвязи вручил Левитану пакет. Он его раскрыл и, наконец, прочитал радостное сообщение, которого ждали все советские люди и во всем мире. В 1945 году именно Левитан сообщил о долгожданной победе над врагом. Это было логично — только Юрий Борисович, зачитавший объявление о начале войны, мог завершить эту горестную часть истории страны.

«Нас не покидала одна мысль, одна мечта — когда же, наконец, доведется читать приказ о полной победе над гитлеровской Германией? — вспоминал Юрий Борисович. — И эта мечта сбылась… 9 мая 1945 года мне выпало счастье прочесть акт о безоговорочной капитуляции Германии… А вечером нас с председателем Радиокомитета Алексеем Александровичем Пузиным вызвали в Кремль и вручили текст приказа Верховного Главнокомандующего о Победе над фашистской Германией. Прочесть его надлежало через 35 минут. Радиостудия, откуда велись такие передачи, находилась недалеко от Кремля, за зданием ГУМа. Чтобы попасть туда, предстояло пересечь Красную площадь. Но перед нами — море людское. С помощью милиции и солдат взяли с боем метров пять, а дальше — никак. — Товарищи, — кричу, — пропустите, мы по делу! А нам отвечают: — Какие там дела?! Сейчас по радио Левитан приказ о победе передаст, салют будет. Стойте, как все, слушайте и смотрите! Ничего себе совет… Но как быть? Если пробьемся дальше, в такое плотное окружение попадем, что не выберемся. И тут нас осенило: в Кремле ведь тоже есть радиостанция, нужно читать оттуда! Бежим назад, объясняем ситуацию коменданту, и тот дает команду охране не останавливать двух бегущих по кремлевским коридорам людей. Вот и радиостанция. Срываем с пакета сургучные печати, раскрываем текст. На часах 21 час 55 минут. — Говорит Москва! Фашистская Германия разгромлена…».

После войны Юрий Борисович Левитан перестал работать на радио, зачитывая обычные новости. Голос, ассоциирующийся у всех без исключения жителей СССР с великими новостями, сложными и серьезными, не мог размениваться на проходные информационные сообщения об уборке урожая и трудовых успехах. Левитан читал правительственные заявления, вёл репортажи с Красной площади, из Кремлёвского Дворца съездов, участвовал в озвучивании фильмов. Именно Юрий Борисович Левитан возвестил о смерти И.В. Сталина. Именно Левитан возвестил всему миру о первом полёте человека в космос. Он рассказал о спуске на воду первого в мире атомного ледокола «Ленин». В 1965-1983 годах Левитан читал текст в телепередаче «Минута молчания». Юрий Борисович стал первым диктором в истории страны, который получил звание народного артиста СССР. О своей популярности Юрий Борисович говорил со свойственным ему юмором. «Я как-то спросил у него: Юра, тебе твоя популярность не мешает, — вспоминал актёр Борис Сичкин. — Очень мешает, — ответил Левитан. — Понимаешь, раньше, когда меня никто не знал, я шёл и плевал направо и налево, а сейчас, чтобы плюнуть, надо искать урну».

На Всесоюзном радио Юрий Борисович вёл передачу «Говорят и пишут ветераны». Левитан «озвучивал» Мамаев курган в Волгограде в творческом союзе с архитектором Е.В. Вучетичем. Он участвовал в записях некоторых сводок Сталинградского направления во время съёмок семисерийного хроникально-документального фильма «Страницы Сталинградской битвы». Специалисты подсчитали, что Левитан произносил 108 слов в минуту, И ни словом больше. С такой мастерски выверенной скоростью вещал на всю планету Юрий Борисович Левитан. И за всю свою жизнь он провел более 60 тысяч радиопередач. Левитан был награждён — орденом Октябрьской Революции (1974), орденом «Знак Почёта» (1964) и орденом Трудового Красного Знамени (1944). Левитан оставался главным диктором страны на протяжении всей карьеры. Скончался великий голос эпохи, народный артист Советского Союза Юрий Борисович Левитан в августе 1983 года от сердечного приступа в деревне Бессоновка Белгородской области во время встречи с ветеранами Курской битвы. Похоронен в Москве, на Новодевичьем кладбище.

В 1985 году, в канун 40-летия Победы, во Владимире в его честь была названа улица. На доме №2 по улице Диктора Левитана в мае 2000 года установлена мемориальная доска. В Алма-Ате, Уфе, Днепропетровске, Орске и Твери есть улицы, названные в честь Юрия Левитана. В 2009 году ТК «Цивилизация НЭО» снят документальный фильм из цикла «Гении и Злодеи», посвящённый Юрию Борисовичу Левитану. В преддверии празднования 70-летия Победы в Великой Отечественной войне, в День радио, 7 мая 2015 года, в сквере на углу улицы Диктора Левитана и проспекта Ленина во Владимире открыт памятник Юрию Левитану работы скульптора Игоря Черноглазова и архитектора Евгения Усенко. Выглядит он необычно. Называется — памятник голосу. На нем изображен старик и ребенок, которые, подняв голову вверх, с надеждой слушают голос, который несется из старинного репродуктора. Памятник так же оборудован системой интерактивной радиофикацией, что позволит слушать отрывки из выступлений великого диктора.

Ефимов Борис Ефимович (настоящее имя — Борис Хаимович Фридлянд) (1900-2008) — художник-график, мастер политической карикатуры. Родился 15 (28) сентября 1900 года в Киеве в еврейской семье ремесленника-обувщика Ефима Моисеевича Фридлянда и Рахили Савельевны Фридлянд Псевдоним под которым он стал известен сначала всей стране, а потом и всему миру Борис взял в честь своего отца. Борис начал рисовать уже с пяти лет. После переезда родителей в Белосток (ныне находится на территории Польши) поступил в реальное училище. Там учился и его старший брат Михаил — будущий известный публицист Михаил Кольцов, автор знаменитого «Испанского дневника». В Белостоке братья вместе издавали рукописный школьный журнал. Михаил писал тексты, а Борис — иллюстрировал. В августе 1914 года началась Первая мировая война, а летом 1915 года фронт стремительно приближался к Белостоку. Шло стратегическое отступление русской армии из Галиции и Привисленского края летом-осенью 1915 года с целью выиграть время, необходимое для наращивания военной промышленности, подготовки и пополнения резервов. Жители Белостока узнали, что такое бомбардировки с воздуха — над городом регулярно появлялись германские аэропланы и цеппелины. Следом за русской армией Белосток покинули и те его жители, кто не хотел жить под немцами.

Семья Фридляндов разделилась — родители вернулись в Киев, Михаил уехал в Петроград, а Борис перебрался в Харьков, где его, как беженца зачислили в 5-й класс местного реального училища. Борис не бросил свое увлечение и в Харькове. Свои рисунки он посылал брату в Петроград. Михаил учился в Психоневрологическом институте и одновременно делал карьеру журналиста — его фельетоны и очерки печатали в столичных газетах. Кроме того, он и сам редактирует прогрессивный журнал «Путь студенчества». Борис, разумеется, не слишком надеялся увидеть свои рисунки — шаржи и карикатуры на страницах столичной прессы, но вот в 1916 году, листая популярный журнал «Солнце России», он находит там свой рисунок — шарж на председателя Государственной думы Родзянко занимает половину одной из полос. Под рисунком стоит подпись «Бор. Ефимов». Наступил 1917 год. О том, что в столице произошла Февральская революция, Борис узнал в театре — на сцену вышел кто-то из театральной администрации и зачитал по бумажке текст об отречении Государя. И зрители, и актеры встретили это известие овацией и исполнением «Марсельезы». Летом, получив документы об окончании очередного класса реального училища, Борис едет к родителям в Киев. Одновременно в Киев приезжает и старший брат Михаил. В феврале 1917 года Борис находился в самой гуще киевских событий.

В составе студенческой милиции он даже принимал участие в аресте ряда царских сановников. Но лето закончилось, брат вернулся в столицу, а Борис остался в Киеве и поступил в третье по счету реальное училище. Закончив его, поступил в Киевский институт народного хозяйства, откуда перевелся на юридический факультет Киевского университета. Власть в городе постоянно менялась — немецкие интервенты, Петлюра, Скоропадский, Рада, Директория, Гетманщина… Но столь частая смена властей никак не мешает Борису заниматься любимым делом — рисовать. В 1918 году в киевском журнале «Зритель» появляется подборка шаржей Бориса Ефимова на поэта Александра Блока, актрису Веру Юреневу и театрального критика Александра Кугеля. К этому же времени относится и серия карикатур «Завоеватели» — своего рода зарисовки с натуры, своеобразный графический отчет о новейшей истории Киева. Когда весной 1919 года в Киеве устанавливается советская власть, молодой художник принимает ее безоговорочно. Он идет работать секретарем редакционно-издательского отдела Народного комиссариата по военным делам Советской Украины.

Борис Ефимов руководит выпуском газет, плакатов, листовок. Но приехавший в Киев брат Михаил, сотрудник газеты «Красная армия», просит его нарисовать карикатуру для этой газеты. За первой карикатурой последовала вторая, третья… По собственным воспоминаниям именно тогда Борис Ефимов осознал, что умение смешно рисовать это не баловство и не «хобби», это оружие, которое понадобилось революции. С 1920 года Борис Ефимов работает карикатуристом в газетах «Коммунар», «Большевик», «Вiсти». Руководит отделом изобразительной агитации ЮгРОСТА (РОСТА — Российское Телеграфное Агентство) в Одессе. Киев тем временем находится в руках белополяков и петлюровцев. Но Борис не верил, что его родной город надолго останется в руках врага, и попросил перевода из ЮгРОСТА в политотдел 12-ой армии, стоящей неподалеку от Киева. Он надеялся работать в газете этой армии, но вместо этого его назначают инструктором по изобразительной агитации Управления железнодорожных агитпунктов. В этой должности он пробует себя в новом жанре — принимает участие в создании большого агитационного панно на вокзале в Харькове. Вернувшись в освобожденный Киев, он становится заведующим художественно-плакатным отделом Киевского отделения УкрРОСТА и руководит агитацией Киевского железнодорожного узла. Одновременно он публикует свои карикатуры в популярных газетах Киева.

В 1922 году Борис Ефимов перебирается в Москву и становится самым молодым сотрудником газеты «Известия». Его основным жанром становится политическая сатира. Его работы печатаются и в других столичных газетах, в том числе и в главной партийной газете «Правда». Героями его карикатур становятся ведущие западные политики. Уже в 1924 году в издательстве газеты «Известия» выходит первый сборник его работ. Кстати, предисловие к этому сборнику и восторженный отзыв на него написал Лев Троцкий, в то время нарком по военным и морским делам и председатель Реввоенсовета СССР. Партийных вождей Ефимов тоже рисует, но рисует, разумеется, не карикатуры, а дружеские шаржи. Правда, эти шаржи прежде чем опубликовать, требовалось показать самим вождям. Сохранился шарж на Сталина работы Ефимова, но по воспоминаниям художника, Сталин его не утвердил — ему не понравилось то, что его нарисовали в огромных солдатских сапогах. Впрочем, никаких последствий этот неудачный шарж впоследствии для художника не имел. В том же 1924 году состоялась первая зарубежная командировка Ефимова. За первой командировкой последовали и другие. Например, в 1929 году он вместе со своим братом Михаилом принимает участие в европейском турне самолета «Крылья Советов» (АНТ-9, один из первых пассажирских самолетов советского производства).

У художника появилась возможность «вживую» увидеть героев своих карикатур. Например, он оказался в составе советской делегации, которую принимал Бенито Муссолини. На протяжении 1920-1930 годов художник создает галерею ярких и запоминающихся образов европейских политиков — громила Муссолини, клоун Гитлер, мартышка Геббельс, боров Геринг. Этих персонажей рисовали многие советские карикатуристы, но работы Ефимова, благодаря его неповторимому стилю, были одними из самых удачных. Иногда настолько удачными, что становились причиной нот протеста. Один за другим выходят сборники карикатур Ефимова «Лицо врага» (1931), «Карикатура на службе обороны СССР» (1931), «Политические карикатуры» (1931), «Выход будет найден» (1932), «Политические карикатуры» (1935), «Фашизм — враг народов» (1937), «Поджигатели войны» (1938), «Фашистские интервенты в Испании» (1938). В декабре 1938 года был арестован старший брат художника — Михаил Кольцов. Его отозвали из Испании, где он официально числился корреспондентом «Правды», а неофициально был политическим советником, представителем Советского Союза при республиканском правительстве. И, разумеется, выполнял и разного рода «неофициальные» задания. Республиканское правительство состояло из представителей всех разновидностей левых течений Европы, и направлять деятельность этого правительства в нужное русло и было одной из обязанностей Кольцова. Но и с корреспондентской работой он справлялся блестяще — его «Испанский дневник» был одной из самых популярных книг в нашей стране. Ему предъявили стандартные для периода Большого террора обвинения в шпионаже. 2 февраля 1940 года старший брат Бориса Ефимова Михаил Кольцов был расстрелян.

Борис Ефимов, как брат врага народа, ждал собственного ареста. Но обвинять его в связях с врагами народа или шпионаже никто не спешил. Правда, в первые дни 1939 года главный редактор «Известий» Яков Селих заявил, что увольнять Ефимова никто не увольняет, но публиковать его работы в газете тоже никто не будет. И Борис Ефимов написал заявление «по собственному желанию». Найти работу по специальности оказалось невозможно. Единственная работа, которую он нашел — создание серий иллюстраций к произведениям Салтыкова-Щедрина по заказу Государственного литературного музея В.Д. Бонч-Бруевича. Но в феврале 1940 года раздался звонок из редакции газеты «Труд» и Ефимову предложили работать в этой газете. Его карикатуры вернулись на страницы советских газет, но они выходили под псевдонимом В. Борисов. После прямого указания Вячеслава Молотова Борис Ефимов был вновь включён в обойму мастеров советской политической карикатуры, с возобновлением публикаций в «Правде», «Крокодиле», «Агитплакате» и других изданиях. А потом было 22 июня 1941 года. Уже на шестой день войны Борис Ефимов принимает участие в создании «Окон ТАСС» — прямого наследника легендарных «Окон РОСТА» времен Гражданской. Плакаты для «Окон ТАСС» рисуются по горячим следам сразу после получения очередной фронтовой сводки и сразу же уходят в тираж. Помимо плакатов Ефимов продолжает рисовать и карикатуры для ведущих газет. В поисках сюжетов он часто отправляется в командировки на фронт.

В годы войны были работы Ефимова, вызвавшие международный резонанс — его карикатуры о втором фронте, печатались и в британских газетах. Более того, содержание этих карикатур пересказывалось по радио. Впрочем, с открытием второго фронта союзники все равно тянули до 5 июня 1944 года, т.е. до момента, когда исход войны был уже очевиден всем. Получил признание в странах союзников и знаменитый ефимовский сборник карикатур «Гитлер и его свора». Посмотреть Борису Ефимову на свору Гитлера пришлось на Нюренбергском процессе. Впрочем, самого Гитлера живьём художник видел мельком в Берлине ещё в 1933 году. Ефимову представилась возможность рисовать «любимых» героев с натуры. После Великой Отечественной войны Борис Ефимов плодотворно работал еще более полувека. С 1966 года по 1990 годы он — главный редактор творческо-производственного объединения «Агитплакат». Автор политически злободневных карикатур на международные темы. Вместе с художниками В.Н. Дени, Д.С. Моором, Л.Г. Бродаты, М.М. Черемных, Кукрыниксами Ефимов создал в мировой культуре уникальный феномен — «положительная сатира». Борис Ефимов активно участвовал во всех политических кампаниях советского правительства: борьба с социал-демократическими партиями Запада, борьба с троцкистами, бухаринцами и им подобными, с космополитами, с генетиками — «вейсманистами-морганистами», с Ватиканом, «врачами-убийцами», с маршалом Тито, со «вражескими голосами» — радиостанциями Западной Европы и Америки и т.д.

В августе 2002 года Ефимов возглавил отделение искусства карикатуры Российской академии художеств. Борис Ефимович Ефимов — академик АХ СССР, Герой Социалистического Труда, народный художник СССР, лауреат двух Сталинских премий и Государственной премии СССР, Заслуженный деятель искусств РСФСР. Он награждён тремя орденами Ленина, орденом Октябрьской Революции, тремя орденами Трудового Красного знамени, орденом «Знак Почёта», орденом «Кирилла и Мефодия» I степени (Болгария) и орденом Почёта. 28 сентября 2007 года, в свой 107-й день рождения, он был назначен на должность главного художника газеты «Известия». И в 107 лет Борис Ефимов продолжал работать. В основном он писал мемуары и рисовал дружеские шаржи, принимал активное участие в общественной жизни, выступая на всевозможных памятных и юбилейных встречах, вечерах, мероприятиях. Борис Ефимович Ефимов умер на 109 году жизни 1 октября 2008 года. Ему довелось застать последние дни девятнадцатого столетия, прожить весь двадцатый век и застать новое тысячелетие». Урна с прахом замурована в колумбарии Новодевичьего кладбища.

Продолжение
Print Friendly, PDF & Email

3 комментария к «Эдуард Гетманский: Евреи — личные враги Гитлера»

  1. 4 октября 2008 года НЙТ опубликовала некролог Дугласа Мартина на смерть Бориса Ефимова (https://www.nytimes.com/2008/10/05/world/europe/05yefimov.html).
    «На протяжении почти всей истории Советского Союза карикатуры Ефимова касались самых разнообразных тем: лень в колхозах, бюрократическая неэффективность, судебные процессы над нацистскими лидерами в Нюрнберге, внешнеполитические проблемы (Берлин, Югославия, убийство Кеннеди), попытка Михаила Горбачева реформировать и спасти коммунизм», — писала НЙТ.
    В 1947 году Ефимов нарисовал карикатуру, которую иногда называют первым выстрелом холодной войны. На ней был изображен Эйзенхауэр, прибывший на Северный полюс в поисках эскимосов. Американские СМИ сообщили тогда об карикатуре как об очень серьезной новости. На этом знаменитом рисунке антарктическая птица пингвин была ошибочно изображена на том же Северном полюсе.
    Борис Ефимов: «Пропаганда родилась вместе с советским режимом в 1917 году, и за все 70 лет своего существования она способствовала консолидации общества, удерживала его в каком-то едином, сильном сообществе. А когда исчез Советский Союз и исчезла пропаганда, обнаружилась пустота».

  2. Борис Ефимов активно участвовал во всех политических кампаниях советского правительства: борьба с социал-демократическими партиями Запада, борьба с троцкистами, бухаринцами и им подобными, с космополитами, с генетиками — «вейсманистами-морганистами», с Ватиканом, «врачами-убийцами», с маршалом Тито, со «вражескими голосами» — радиостанциями Западной Европы и Америки и т.д.
    ____________________________
    Эта сатира понятно как называется. А что такое «положительная сатира», как уникальный феномен культуры, по определению автора.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *