Генрих Иоффе: Сказ про академика Пятака и Витину диссертацию

 261 total views (from 2022/01/01),  1 views today

А дело было так. Захватил один из полков этого корпуса с боем город Крыжополь. Ну бойцы, натуральное дело, маленько на базаре пошалили, жидовочек кое-каких потрогали. А тут как раз поезд Троцкого нагрянул. «Комиссара ко мне!» Привели дрожащего Пятака. Троцкий кричит: «Расстрелять его сукиного сына!»

Сказ про академика Пятака и Витину диссертацию

Генрих Иоффе

 Генрих Иоффе Нет, что бы там ни говорили, а перестройка, особенно поначалу, была клёвым временем. Лафа! Торг шёл повсюду. От Белорусского вокзала, помню, по всей улице Горького торгаши плечо к плечу стояли. И чем только не торговали! Вёдрами, женскими бюстгальтерами, старыми замками с ключами, картинами, половиками, сапогами, «Кратким курсом ВКП (б)», балалайками, «Моей борьбой» Гитлера, полной генеральской формой с орденами, чёрт те чем… А вот разными удостоверениями и дипломами чтоб на улицах подторговывали — этого вроде бы не было. Их предлагали преимущественно в переходах метро. Подходит к вам молодой интеллигентный человек в кепочке, тихо так спрашивает:

— Академическим или университетским дипломами не интересуетесь?

— Само собой.

— Тогда отойдёмте малость в сторонку.

Не скажу, чтобы в ходу были дипломы академиков, но уж кандидатские и докторские, а иной раз даже членкоровские дипломы — за эти только бабки готовь. Но мы с моим другом Витей Медниковым пошли другим путём. Зачем бабло тратить?

Витя сварганил диссертацию «Как надо строить социализм в одной отдельно взятой стране» и представил её к защите в научный совет «Диссердел» профессоров Хмурова и Темнова. Все вроде ничего. Но одна доцентша из этого совета по фамилии Дебильнова выступила против с такой злобностью, что аж грохнулась на трибуне в обморок и её отвезли в Склиф. Почему она так остервенела против Витька — ума не приложу. Говорили, правда, будто он не ей, а другой даме с кафедры руку на колено возлагал. Хмуров же и Темнов по её наущению написали разгромную латуху. Диссертацию зарезали. Мы с Витькой поехали к нему на квартиру, выпили всю водку, заготовленную для запланированного диссертационного банкета, закемарили. На утро с большого бодуна я сказал ему:

— Нет, так не пойдёт. Не сдадимся. Как писал Шолохов, «поглядим ишо, чья переважить».

— Что имеешь в виду? — безнадёжно спросил Витька

— Узнаешь!

А надо сказать, что работал я в те поры в «Ультранаучном Консилиуме по истории государственных переворотов» знаменитого учёного Петра Макаровича Пятака. В партии он — аж с 3 апреля 17-го, самого Ленина на броневике встречал на Финляндском вокзале! За колесо держался. Все было при нем: две премии вождя народов, Гертруда, 6 орденов. В своей области он был ГЛАВНЫЙ. Его слово — закон. Написал он, к примеру, «а меньшевики — большие мерзавцы». И все пишут так же, давая сноску — (См. П. Пятак, Соч., т. 2, стр. 2068).

В гражданскую войну комиссарил он в корпусе «Другое казачество». Троцкий его тогда чуть было не расстрелял, о чем он всем с удовольствием рассказывал, чтобы показать как он далёк от троцкизма. А дело было так.

Захватил один из полков этого корпуса с боем город Крыжополь. Ну бойцы, натуральное дело, маленько на базаре пошалили, жидовочек кое-каких потрогали. А тут как раз поезд Троцкого нагрянул.

— Комиссара ко мне!

Привели дрожащего Пятака.

Троцкий кричит:

— Красную Армию позоришь, мерзавец! Значит так сделаем. Первая пуля — комиссару! Расстрелять его сукиного сына!

Члены поезда Троцкому «в ноги»:

— Помилуйте его! Молодой, глупый. Сгодится ещё мало ли на что!

— Ладно, — пробурчал Троцкий, поправляя пенсне, — Но если ещё раз…

И вот со временем стал этот Пятак «главным академиком». К нему-то я и обратился.

— Пётр Макарыч, примите, пожалуйста, меня и моего лучшего друг Витька.

Отвечает:

— Вы — это мне понятно, а Витек к чему?

— Наука и дело…

— Так бы сразу и сказал.

Заходим в квартиру. Кабинет огромный. Весь от пола и почти до потолка завален кипами и грудами каких-то газет, журналов, бумаг, книжек. Самого Пятака за всем этим не видать.

Вдруг один из бумажных завалов зашуршал и зашевелился. Из него показалась лысина с пушком. Затем появился морщинистый лоб и слегка крючковатый нос. Рот как будто расщепили топориком И из этой щели раздался вопрос Вите Медникову:

— И кто же Вы будете, молодой человек? Зачем пожаловали?

— Я Медников Виктор

— Ничего себе! Что я должен?

— Его папа военный, — начал я, — Он воевал против белых. Помните песню? «На Дону и в Замостье тлеют белые кости, над костями шумят ветерки?»

Пятак приподнял бесцветные брови:

— Ну и? Вы интересуетесь этими костями? Зачем они Вам?

— Нет, Вы тогда комиссарствовали над казачеством, а отец Вити — Фёдор Медников — состоял при Вас адъютантом.

— Фёдор Медников при мне!?, — поразился Пятак, — Какой Фёдор? Что-то не могу вспомнить, разве что с большим трудом, а? Много у нас Федей тогда было. Полно!

Я кивнул на диссертацию Виктора и провёл ладонью себе по горлу.

— Дозарезу нужна защита диссертации этого талантливого человека. Он сперва обратился в «Диссердел» к Хмурову и Темнову…

— Зачем?!, — закричал Пятак, — Это же банда! Мафия! Надо было сразу к нам!

— Он не знал, что…

И тут учёный все понял.

— Ах, Федя Медников!, — вспомнил он, — Как же, как же. Ну как же! В адъютантах у меня был. Точно. Боевой парень. Орёл! Всегда впереди конной лавы с шашкой наголо! Как он теперь-то? Жив, здоров?

— Сейчас на Дальнем Востоке. А это вот сын его — Виктор, мой лучший друг, написал блестящую диссертацию «Как строить капитализм после строительства социализма в одной отдельно взятой стране». Вот она, перед Вами.

Пятак, хлопнув рукой по переплету диссертации, сказал:

— Как же, как же, читал, читал автореферат. Толково, толково. Своевременная и нужная работа. Без неё теперь не обойтись. Что от меня требуется?

— Вот тут-то и вся закавыка, — сказал я, — Виктор на сей раз решил подать свою работу к защите в совет директора библиотеки Корского, а Вы, всем известно, в этом совете самый авторитетный деятель. Вот мы и вспомнили, что отец Виктора — Ваш незабываемый боевой товарищ и обращаемся к Вам: поддержите Виктора.

— О чем речь!? — воскликнул Пятак, — Для своего старого, незабываемого друга и рубаки — да ради бога!

Он вырвал из блокнота листок, протянул его нам и сказал:

— Напишите все, что я должен сказать Корскому о моем незабываемом боевом друге и диссертации его сына, а то ведь я могу забыть и перепутать, чёрт его подери… Для верности, напишите что-либо и забавное.

Мы взяли листок и стали писать.

  1. Незабвенный друг—Медников Фёдор Палыч.
  2. Характеристика — преданный боевой товарищ, рубака — парень.
  3. Отношения более поздние — самые лучшие, близкие. Выпивали.
  4. Шуточное: как-то вошёл наш полк в Крыжополь, видим рекламу — «продажа дёгтя, хомутов и прочих деликатесов».
  5. Оценка диссертации сына — актуальное исследование. Принять к защите немедленно.
  6. Приходите с женой в гости. Деток прихватите!

Что мы там ещё написали, я уж не помню, но записку нашу академик в телефонном разговоре с Карским «разыграл» мастерски. Сам Станиславский, наверное, крикнул бы на том конце телефонного провода: «Верю!»

Мы вышли от Пятака довольные и весёлые. Не подвёл!

— А что сейчас может делать реальный Фёдор Медников?, — спросил я Виктора.

— Скорее всего, «Зубровку» пьёт. Он никакого Пятака в глаза не видел.

* * *

Ну а диссертация Виктора? Министерство рекомендовало её как учебное пособие для всех вузов, и Хмуров с Темновым, скрежеща зубами, читают по этому пособию лекции студентам. А Дебильнова ушла на пенсию.

Print Friendly, PDF & Email

2 комментария к «Генрих Иоффе: Сказ про академика Пятака и Витину диссертацию»

  1. Прошу прощения за допущенную ошибку в упоминании авторов темы о О. Бендере.

  2. Очень хороший. смешной и остроумный рассказ. Прочитал с большим интересом, с веселым настроением. Сюжет его,хотя и воспринимается несколько гротесковым,но не более чем, в теме с О. Бендером у братьев Васильевых.
    Напрашивается в послесловии реплика: «Актуальная диссертация Вити послужила основой переквалификации старых коммунистических кадров, оказавшихся не способными построить социализм не только в мире. но даже в одной отдельно взятой своей стране, на овладение навыками построения , на развалинах Совковии, вновь возрождаемого капитализма.
    Факты, увы, свидетельствуют, что строительство капитализма у бывших коммуняк как-то не заладилось. Большинству бывших советским гражданам. и даже их потомкам, родившихся уже тогда. когда трамваи шли уже формально при капитализме, не по душе и не по нраву оказываются достигнутые условия жизни. Причинами имеющихся пороков мафиозного характера существующего подобия современному капитализму, может явиться несовершенство Витиного учения, или дебильность учеников, оказавшихся не способными избавиться от привитых совковых комплексов..Скорее всего -причина именно в этом.Потому и решили избрать себе в помощь идею сталинизма.
    Как бы не пришлось Вите написать новую диссертацию на тему о методах восстановления режима сталинизма.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *