Александр Локшин: Свидетельство, извлеченное из небытия

 99 total views (from 2022/01/01),  3 views today

Тем не менее, некоторое беспокойство меня не отпускало. Для того чтобы назвать моего отца «Шурой» и решительно вступиться за него, требовалось личное знакомство. Но никаких следов личного знакомства моего отца с Д. Самойловым не обнаруживалось…

Свидетельство, извлеченное из небытия

Александр Локшин

 Александр Локшин Вначале приведу фрагмент своей переписки с Ирэной Орловой (1942 -2018).

* * *

Irena Orlov to Aleksandr Lokshin , 7 Aug 2015, 23:19

Дорогой Александр Александрович!

Спасибо Вам огромное!

Почему-то именно сегодня весь мой день прошел с музыкой Вашего отца, хотя его музыку я немного знала еще живя в СССР, в Ленинграде.

Я живу в городе Вашингтоне, преподаю рояль. У меня есть очень талантливые ученики, которые почтут за честь играть эту музыку.

Когда-то в Москве я дружила с Толей Якобсоном, который, как я понимаю, преподавал литературу в школе, в которой Вы учились. В то время он очень переживал за Вас из-за неприятных слухов о Вашем отце.

Бедный Толя потом уехал в Израиль, где и покончил жизнь самоубийством. Его психика была абсолютно подорвана.

Позже, когда я приехала в Иерусалим и начала работать музыкальным терапевтом в псих. больнице, я читала его «дело». Ужас!

А где живете Вы? Напишите, если можно, о себе.

Еще раз, огромное спасибо!
Всего Вам доброго!
Ирэна Орлова

* * *

Aleksandr Lokshin to Irena Orlov, 7 Aug 2015, 23:42

Здравствуйте, Ирэна! Вот это неожиданность! Мне так не хватало живого Якобсона, чтобы объяснить ему то, что я теперь знаю (а тогда не знал). Что касается меня, то я живу в Москве, никуда не езжу. Почти ни с кем не общаюсь. За последние 25 лет удалось собрать достаточно материалов, чтобы сплетня о моем отце рассыпалась в прах. Издал две книжки.»Гений зла»(4-е издание, 2004) и «Музыкант в Зазеркалье» (3-е издание, 2013). Еще издал книжку писем и воспоминаний разных людей «Локшин — композитор и педагог». Все это есть здесь.

Всего Вам самого доброго!
Александр

* * *

Irena Orlov to Aleksandr Lokshin, 8 Aug 2015, 00:08

Дорогой Александр Александрович!

Я еще хотела Вам рассказать, что я познакомилась с Толей в доме у моей приятельницы (почти родственницы) Нонны Друян, которая дружила с Дэзиком (Давидом) Самойловым. И вот на одной из вечеринок, когда Толя, страстно приводя аргументы своей [бывшей] жены Майи, говорил об этом, Давид Самойлов сказал: «Я этим слухам не верю, их распускают сами стукачи, посмотрите на прекрасное лицо Шуры.» Эта фраза мне запомнилась. Я хотела Вас спросить, дружил ли Александр Лазаревич с Давидом Самойловым?

И Вам всего доброго! Как странно переплетаются нити судьбы!
Ирэна

P.S. Я не знаю, знакомо ли Вам имя Генриха Орлова, музыковеда, который уехал из Союза в 76 году? Я вышла за него замуж в 1983 году. Он очень ценил музыку Александра Лазаревича. Слухам не верил.

* * *

Aleksandr Lokshin to Irena Orlov, 8 Aug 2015, 00:32

Дорогая Ирэна! Нет, мой отец не был знаком с Давидом Самойловым и даже не знал его стихов. Ваше письмо, честно говоря, потрясло меня. Это замечательное свидетельство. Я хотел бы оба Ваши письма опубликовать в Интернете. Как Вы на это смотрите? Если Вам это кажется неуместным, я пойму и не обижусь)

Александр

P.S. Имя Генриха Орлова мне, к сожалению, незнакомо…

* * *

Эти четыре письма положили начало моему знакомству (хочется сказать — дружбе) с замечательной Ирэной Орловой. По моей просьбе слова Давида Самойлова о моем отце, обращенные к Якобсону, были опубликованы в «Этажах» (перед Интервью о моем отце).

Тем не менее, некоторое беспокойство меня не отпускало. Для того чтобы назвать моего отца «Шурой» и решительно вступиться за него, требовалось личное знакомство. Но никаких следов личного знакомства моего отца с Д. Самойловым не обнаруживалось. Ирэну это, впрочем, не особенно беспокоило.

— Вы же учились во второй школе в свое время? — спросила она меня как-то раз. — А у Самойлова там тоже учился кто-то из родственников… Вот на родительском собрании они и познакомились! [Цитирую по памяти, передаю смысл. — А. Л.]

— Мои родители ни разу не были ни на одном родительском собрании, — ответил я ей.

Но с чего бы вдруг Самойлов стал защищать незнакомого ему человека, называть его «Шурой»?

Загадка разрешилась случайно. Из книги воспоминаний Самойлова «Перебирая наши даты» я узнал, что его другом был Борис Чайковский, учившийся композиции у Н.Я. Мясковского (как и мой отец), а также у Шостаковича.

Это придает свидетельству Ирэны совершенно другой вес…

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *