Леонид Смиловицкий: По следам еврейских кладбищ Беларуси. Копыль

 778 total views (from 2022/01/01),  4 views today

В музее мне рассказали, что это евреи построили комплекс Горгаза на своем кладбище. Я не поверил и стал уточнять. Действительно: Шпунт, Вайнер, Пинчанский, Шехтман. Все евреи, все при должностях. Почему они промолчали, не возмутились, не протестовали, а выполняли указания? Это были члены партии, советские госслужащие…

По следам еврейских кладбищ Беларуси

Главы из будущей книги
Копыль

Леонид Смиловицкий

Продолжение. Начало

 Леонид Смиловицкий В Копыль меня пригласила Валентина Леонидовна Шуракова (Волчкевич), бессменный с 1985 г. директор Копыльского районного краеведческого музея, с которой, как оказалось, у нас одна alma-mater — исторический факультет Минского педагогического института им. А.М. Горького. Интересно было побывать на родине Менделе Мойхер-Сфорима (Шолем-Янкева Абрамовича, 1835-1917 гг.) — основоположника современной светской литературы на языке идиш, Абрама Израилевича Паперны (1840-1919 гг.) — писателя и педагога, Льва Наумовича Клейнборта (1875-1950 гг.) — известного журналиста и литературного критика, Залмана-Вигдора Храповского (1882 — ?) — собирателя фольклора на идиш, Тишки Гартного (Дмитрия Федоровича Жилуновича, 1887-1937 гг.) — писателя, поэта, драматурга, журналиста, первого главы правительства Советской Беларуси. Мне было важно узнать, что сохранилось в Копыле от некогда богатой и многообразной еврейской жизни в этом типичном городке Беларуси, и что знают об этом современные жители.

Место в истории

Копыль (бел. Капыль, польск. Kopyl, идиш Kapulia) — город, центр одноименного района Минской области на реке Мажа (правый приток р. Морочь), 120 км от Минска, 9 км от железнодорожной станции «Тимковичи» на линии «Барановичи-Осиповичи», связан магистральными шоссе с Уздой и Несвижем.

Копыль с его деревянными домами, крытыми соломой, иссохшими и сгнившими заборами стоял на высокой горе, посреди полей, лугов и лесистых холмов. По одной из версий, название Копыля происходит от слова «копыла» — деревянной колодки для пошивки обуви. Впервые город упоминается в 1005/1006 г. в уставной грамоте Туровской епархии. Под 1274 г. Копыль упомянут в Волынско-Галицкой летописи в контексте совместного похода южнорусских князей и татар на Новогрудок во время войны галицко-холмского князя Льва с великим князем Литовским Тройденем. В 1395 г. великий князь Литовский Витовт отобрал у своего сводного брата, князя Владимира Ольгердовича, Киев, а взамен отдал Копыль. После смерти Владимира княжество перешло к его сыну Александру. На Копыль неоднократно нападали крымские татары. Первый их набег 1502 г. был отбит, но в следующем году город и волость сильно пострадали. В 1508 г. и 1521 г. объединенные белорусско-литово-польские дружины нанесли татарам мощные удары.[1]

В конце XVI в. во время антифеодального восстания на Украине и в Беларуси в границах Слуцко-Копыльского княжества действовал казацкий отряд Северина Наливайко. С 1612 г. Копыль — владение князей Радзивиллов. В 1652 г. король Ян Казимир даровал городу магдебургское право и герб. В Копыле начали проводить регулярные ярмарки и торги, действовали ремесленные цехи сапожников, портных, ткачей, шапочников, мясников и гончаров. В середине XVIII в. Копыль имел 12 улиц, 136 «дымов» (дворов) христиан и 53 «дыма» иудеев. В 1750 г. в городе упоминаются 244 ремесленника, 98 портных, 55 ткачей, 39 прядильщиц, 7 обработчиков металлов (всего 20 профессий).[2]

М. Горшман. Иллюстрация к рассказу Шолом-Алейхема «Тевье молочник» и Менделе Мойхер-Сфорима «Путешествие Вениамина 3-го»

В результате второго раздела Речи Посполитой (1793 г.) Копыль оказался в Слуцком уезде Минской губернии Российской империи. Позже статус города царская администрация понизила до местечка. В 1828 г. в результате брака Стефании Доминиковны Радзивилл и Льва Петровича Витгенштейна Копыль перешел во владение рода князей Витгенштейнов. На 1859 г. в Копыле было 257 дворов, действовали костел, церковь, собор, два иудейских молитвенных дома, две водяные мельницы и шесть магазинов. В 1886 г. — работали четыре иудейские молитвенные школы, пивоварня, мельница, шесть постоялых домов и 87 торговых лавок.[3]

В конце XIX в. мужское население Копыля представляло следующую картину: православных — 1511 чел., католиков — 73, иудеев — 868, мусульман — 109.[4] Евреи, белорусы и татары разительно отличались по внешнему виду, языку, обычаям, вере и историческим преданиям, но все они жили в мире. Людей сближали соседские и экономические интересы. Завидовать было нечему, все с большим трудом искали пропитания. Не существовало и конкуренции, поскольку каждая группа имела свою сферу приложения и поэтому дополняла, а не соперничала друг с другом. Евреи занимались ремеслом, торговлей, посредничеством, держали корчму, учительствовали. Белорусы — земледелием и ткачеством. Татары — огородничеством, кожевенным делом и извозом. Вот как пишет об этом в своих воспоминаниях Менделе Мойхер-Сфорим: «В городке евреи и христиане жили дружно, не скрывали друг от друга ни радостей, ни несчастий. Если кто-нибудь из евреев играл свадьбу, знакомые христиане делали подарки: кто курицу, кто несколько десятков яиц, кто каравай хлеба, а кто кулич — каждый по своему состоянию. То же самое было в случае торжества у кого-нибудь из христиан».[5]

Базарный день в Копыле. Из фондов районного краеведческого музея в г. Копыль

По оценке Абрама Израилевича Паперны татары держались ближе к евреям, чем к христианам, что автор пытался объяснить следующим образом: «Сказывалась общая азиатская кровь, и некоторое сходство религиозных понятий и традиций».[6]

В 1902 г. в Копыле открылось двухклассное училище для мальчиков и одноклассное училище для девочек; в 1911 г. была построена паровая мельница. В конце 1917 г. в местечке насчитывалось 645 дворов и более 5,3 тысяч жителей. В годы первой мировой войны (февраль — декабрь 1918 г.) Копыль оккупировали немецкие войска, в августе 1919 — июле 1920 гг. — польские войска. 15 июля 1920 г. Красная армия освободила город от поляков. 17 июля 1924 г. Копыль стал районным центром Минского округа, здесь работали библиотека, театр, народный дом, больница, аптека, семилетняя школа, сыродельный и кирпичный заводы, гончарная и сапожная артели. В июне 1929 г. агроном Минькин сообщал в Комиссию по землеустройству трудящихся евреев при Президиуме ЦИК БССР (Белкомзет) в Минск, что в Копыле и его пригородах были трудоустроено 79 семей, которым было выделено 753 га земли (артели им. Абрамовича, им. Переца, «Веккер», «Труд», поселок Кель).[7] В тридцатые годы в Копыле работали мельница с лесопилкой, торфозавод, хлебопекарня, маслозавод, типография, сапожная, швейная, столярно-мебельная артели, кузница, ремонтные мастерские, электростанция. 27 сентября 1938 г. Копыль получил официальный статус поселка городского типа. До войны в Копыле проживали 5 тыс. 59 жителей.[8]

Еврейская община

Первое упоминание о евреях в Копыле относится к началу XVII в. Известно постановление Литовского Ваада 1639 г. о том, что на ярмарках в Копыле должны находиться специальные представители общины для разбора конфликтов между еврейскими торговцами. По ревизии 1847 г. Копыльское еврейское общество состояло из 1824 душ, а в 1897 г. — 2671 еврей из 4463 всех жителей или 60%.[9]

Рост еврейского населения Копыля позволяет проследить такой исторический источник как инвентари. Самый ранний из известных исследователям инвентарей Копыля 1642 года свидетельствует о том, что из 289 дворов еврейских было 4 (что составляло 1,4 %). В 1669 г. в Копыле насчитывалось 253 дворов, 13 из которых принадлежали евреям (около 5%), а в 1765 г. евреям принадлежало 54 (около 30%) из 234 дворов. Согласно инвентаря за 1818 год в Копыле было 308 дворов: 134 еврейских (около 43%), 172 христианских и два татарских.[10]

Впечатляет разнообразие занятий, которые кормили жителя местечка. По словам Абрама Израилевича Паперны, баня в Копыле, кроме пятницы и субботы, выполняла функцию свечного “завода”. Банщик Пиньке (Пинхус) сочетал в своем лице еще три должности: изготовителя свечей, погребальщика (члена похоронного братства Хевра Кадиша) и бадхена (тамады, традиционного шута, развлекавшего гостей во время семейных торжеств и свадеб).[11]

Евреи в Копыле молились в трех синагогах, в том числе в Большой синагоге (Гройс шул) и ряде бейт-мидрашей. Для созыва евреев на молитву в Копыле был Юдель по прозвищу «шульклепер», который утром и вечером обходил город с молотком в руке и дважды ударял им в ворота или калитку еврейского дома, давая знать, что пора идти на молитву. В случае же, когда в городе кто-либо умирал, население извещалось об этом тремя ударами. В субботу, когда носить молоток и стучать было нельзя, Юдель-шульклепер, обходил город и звучно кричал: “Евреи, в синагогу!” Паперна свидетельствует, что Юдель не ограничивался положенным числом ударов, а стучал, рвал ставни и кричал до тех пор, пока не убеждался, что обыватель встал с постели. В пятницу, в полдень, он тем же напевом призывал: “Евреи, в баню!” (Паперна …, с. 21).

Пожары, вспыхнувшие в 1845 г. и 1865 г., нанесли большой урон Копылю и его жителям. Еще один пожар, охвативший город в апреле 1886 г., уничтожил не только сотни жилых домов и хозяйственных построек, но и Большую синагогу. Среди раввинов, которые служили общине, был Йом-Тов Липман, который жил в конце XVIII в. Его сменил раввин Бер, а его в свою очередь наследовал рабби Зискинд. В 1900-х годах раввином в Копыле служил Яков-Меир Кравчинский (1869-1914 гг.), а его сменил раввин Израиль-Яков га-Леви Лидер.[12]

Семья раввина Израиля-Якова га-Леви Лидера (в центре) с женой Шоше-Диной Мендель (сидит крайняя слева) с их зятем раввином Арье-Лейб Юдовским (сидит крайний справа) и его женой Хавой (стоит крайняя справа), дочерью Фейгл и внуком Менделем Юдовским. Фото 1917 г. Из семейного архива Леи Музы из Кирьят-Ям

Часть верующих евреев в Копыле принадлежала хасидам, а другая — «литвакам» (миснагдим), сторонникам Виленского гаона Элияху бен Шломо Залмана. Первоначально разногласия между хасидами и литваками носили полемический характер, но впоследствии религиозное мышление вылилось в своеобразный жизненный уклад и целостное мировоззрение. Негласно обе стороны объединились в начале ХХ в., выступив против Гаскалы — еврейского просвещения, интеграции в светскую жизнь и эмансипацию евреев.

Согласно свидетельству Д. Жилуновича, в Копыле активно работал кружок сионистов: они имели свою библиотеку, организовывали вечеринки. Родом из Копыля были такие деятели сионизма, как Герш (Цви) Аронович Вайнбаум (1904, Копыль — ?), член Национально-трудового (правого) «Хе-Халуца» и партии «Хит’ахадут», арестован в 1927 г. в Копыле, выслан в Чимбай (Каракалпакия), в 1929 г. получил визу в Палестину, куда прибыл в том же году, дальнейшая судьба неизвестна), а также Иосиф Моргенштерн (1889, Копыль — ?) — в юношестве принадлежал к сионистскому кружку «Пирхей Цион» (цветы Сиона), с 1903 г. — в Америке, активист организаций «Трудовые сионисты», позже просоветских IKOR (Yidishe kolonizatsye organizatsye in rusland — Еврейская колонизационная организация в России) и Ambidzhan (Всеамериканское товарищество помощи в Биробиджане), публиковал статьи о еврейской иммиграции и главы своих воспоминаний в еврейской прессе («Idishe velt», «Yidishe kultur») Нью-Йорка).[13]

В 1919 г., несмотря на все переживания и трудности, в Копыле еще продолжала теплиться жизнь в пяти синагогах, которые имели 10 свитков Торы, 72 книги, три шофара.[14] Погромы гражданской войны миновали Копыль не в последнюю очередь потому, что городок находился далеко от почтового тракта, и при запущенности дорог, ведущих к нему, туда мало кто заглядывал.

После потрясений, вызванных революциями 1917 г. и гражданской войной, еврейское население уменьшилось, многие евреи эмигрировали за океан. В 1925 г. выходцы из Копыля основали в США землячество, которое оказывало посильную поддержку своим землякам. Однако еврейская часть населения в Копыле все еще продолжала доминировать. В 1923 г. евреи насчитывали в городе 1573 чел., в 1926 г. — 1680 чел. (42,8%), в 1939 г. — 1435 чел. (28%).[15]

Раввин Лидер

С Копылем связана важная страница в жизни известного раввина Израиля-Якова га-Леви Лидера, которые благодаря своей учености заслужил редкое и очень почетное звание гаона (великого мудреца). Израиль-Яков родился в 1865 г. в местечке Крынки, что в 46 км от Белостока. Его отец Хаим-Йосиф га-Леви Лидер был из катонистов. После того, как он отслужил 25 лет в царской армии, Хаим получил надел земли и право на бесплатное образование своим детям. Израиль-Яков учился в гимназии и получил прекрасное светское образование, свободно владел русским языком.

Однако молодому человеку этого показалось недостаточно, и он поступил в знаменитую Воложинскую иешиву. В 1898 г. Хаим Лидер женился на Шоше-Дине Мендель, дочери известного богача в Белостоке Авраама-Арье Гринштейна, которая по свидетельству современников, сочетала в себе образованность, скромность и утонченность.

Израиль-Яков оказался прекрасным педагогом, оратором, и благодаря своим дарованиям вскоре был приглашен на должность раввина и председателя раввинского суда Новороссийска. Но записали его переплетчиком, чтобы получить право на жительство вне черты оседлости. У Израиля и Шоши родилось 12 детей, 8 из которых умерли. После этого по совету своего родственника раввина Хаима из Слонима семья покидает доходное место в Новороссийске, а Израиль торжественно пообещал, что остальные четыре дочери, если они выживут, он выдаст замуж за раввинов. В Копыле как раз освободилось место раввина, община здесь была скромной, но выделялась своей еврейской ученостью. Раввин Лидер прожил в Копыле все тревожные годы первой мировой войны, революции и гражданской войны. Здесь в 1919 г. на старости лет у него родился единственный сын Хаим-Герц. В годы становления советской власти Израиль был арестован, но выкуплен и в 1922 г. получил разрешение перебраться в Польшу, где возглавил общину в Ляховичах (ныне Брестская область). Видный талмудист и оратор, раввин Лидер стал активистом ортодоксальной партии «Агудат Исроэль» (иврит. Союз Израиля). После своей смерти в 1932 г. Израиль-Яков га-Леви Лидер оставил 13-летнего сына, а четыре его дочери, Хана, Рахель, Хава и Фейгл, вышли замуж за раввинов.[16]

Семья раввина Израиля-Якова га-Леви Лидера. Фото до 1913 г. Из семейного архива Леи Музы из Кирьят-Ям

Гибель общины

Немцы пришли в Копыль 29 июня 1941 г., спустя неделю после начала войны. В начале июля 1941 г. было образовано гетто, границы которого включали площадь Ленина и улицы Партизанская, Тракторная, Пролетарская, Горького с двумя выходами через ворота на площади Ленина и ул. Комсомольская. Гетто кружили деревянным забором и колючей проволокой высотой в три метра. Белорусы, которые жили на этих улицах, должны были в течение трех дней покинуть район. По приблизительным подсчетам, в гетто Копыля оказалось две тысячи узников, включая беженцев и жителей окрестных деревень.[17] Немцы назначили юденрат, которым руководили сначала Коганом, а затем Элькин. Все взрослые узники должны были безвозмездно выполнять принудительные работы: чистить отхожие места, конюшни, разбирать завалы, заготавливать лес, собирать урожай, стирать белье, готовить пищу для солдат. Евреи под страхом смерти должны были выплачивать контрибуции деньгами, ценностями или вещами, необходимыми оккупантам. Узников не кормили и не лечили, добыть продукты питания можно было только с помощью обмена у белорусских соседей. Для этого с риском для жизни нужно было тайком выбраться из гетто под проволочным заграждением.[18]

Осенью 1941 г. в Копыле был образован жандармский пост, который руководил белорусской полицией. Полицию в Копыле возглавляли Богданович — отец бывшего директора средней школы № 2 города Копыля, после него Сосновский — отец бывшего заместителя председателя Копыльского райисполкома, и Дубовик, который в конце войны сумел уйти вместе с немцами в Германию.[19]

Однако, несмотря на строгий режим, в гетто возникло подполье. Молодые люди искали оружие, они собрали радиоприемник и принимали сводки Совинформбюро. Так в Копыле узнали, что война не окончена, а немецкое наступление под Москвой в декабре 1941 г. потерпело провал.

Первая акция уничтожения в Копыле была проведена 25 марта 1942 г. Гебитскомиссар Слуца Генрих Карль прибыл в Копыль, чтобы лично руководить расправой над евреями. Полиция согнала узников в синагогу (после войны — рыбный магазин, сейчас — частный магазин на территории рынка), где провели селекцию. Они отобрали около одной тысячи ремесленников и членов их семей, а остальных 1300 чел. расстреляли недалеко от города. Тела убитых на санях свозили в яму, вырытую на краю леса у деревни Каменщина.[20]

Окончательно гетто в Копыле было ликвидировано 22-23 июля 1943 г. Многие евреи прятались в подвалах и тайных схронах. Часть узников оказала сопротивление. Они обстреляли карателей со второго этажа синагоги и крыш соседних домов, бросали гранаты и подожгли гетто. В результате пожара две трети города были полностью разрушены. Полностью было уничтожено оборудование местного отделения немецкого Центрального торгового общества «Восток». Многие люди задохнулись от дыма.[21]

Точное количество спасшихся во время восстания не установлено. Считается, что накануне и во время ликвидации гетто 23 июля, из Копыля смогли спастись около 200 евреев, остальные погибли.[22] Группа из десяти человек (Янкель Мышковский, его жена Двора, сын Борис, Мейша Наймерк и сестра Хиля, Лотвин с женой и сыном Мишей) прятались в подземном укрытии на территории гетто, а ночью, когда немцы ушли, выбрались на поверхность и через огороды добежали до реки Мажи, а затем добрались до партизанской зоны. Ещё одна группа из семи евреев спряталась в конюшне возле церкви и ночью покинула Копыль.[23]

Часть копыльских евреев, которым удалось спастись, присоединилась к партизанам. Лев Моисеевич Гильчик, у которого нацисты расстреляли двоих детей и жену, создал партизанский отряд № 5, позже переименованный в отряд им. Г.К. Жукова партизанской бригады им. К.Е. Ворошилова партизанского соединения Слуцкой зоны Минской области. Комиссаром у Гильчика стал Исаак Зеликович Беркович. Отряд действовал в Копыльском, Клецком, Ляховичском и Краснослободском районах Полесья. В него вошли бывшие узники Несвижского и Новосверженского гетто.[24]

Памятник жертвам Холокоста в Копыле 1950 г., не сохранился. Фото из фондов Копыльского районного краеведческого музея
Памятник жертвам Холокоста в Копыле 2010 г. после реконструкции при финансовой поддержке фонда Саймона Марка Лазаруса. Фото автора 13 августа 2019 г.
Памятник на месте массового расстрела евреев Копыля, установленный в центре Копыля в 1995 г. Фото автора 13 августа 2019 г.

Музей

Музей в Копыле открыли в 1978 г. Структура его была типичной — история до 1917 г., 1917 год, довоенный период, война, послевоенный, строительство социализма и коммунизма. Здание музея неприспособленное, это бывшая кожевенная мастерская конца XIX в. Шмуэля Рабиновича. Потом здесь размещался райисполком, затем управление сельского хозяйства, отдел статистики, а далее одну третью часть здания отвели под музей. В 1997 г. музей получил для своих нужд все здание и через несколько лет после реконструкции посетители увидели новые экспозиции: «Археологическая история Копыльщины», «Местечко Копыль», «Начальная школа конца XIX в.», «Этнография и быт», «Трагедия и подвиг. Век ХХ». При этом выставлены не копии, артефакты — подлинные предметы обихода и быта, инструменты, фотографии, которые завораживают. Они будто излучат историю.

Меня поразила жадность, в хорошем смысле слова, у научных сотрудников к историческому прошлому и стремление его изучить и сохранить. Музей переполнен экспонатами, они везде — в коридорах, в кабинетах сотрудников, даже у директора (буфет позапрошлого века из дома Аси Левиной, который хозяева передали перед репатриацией в Израиль). Столько артефактов! И постоянно идет поиск. Записываются воспоминания, собираются экспонаты. Директор музей — это мотор! Наиболее значимые проекты последних лет — это «Опекуны счастья», «Тропами мужества». Наиболее полные и интересные коллекции — «Иконопись», «Народное ткачество», «Археология», «Живопись, стекло, фарфор». Параллельно с экскурсиями в музее работают культурно-образовательные программы: «Письмо из 1944 …», «Путешествие в прошлое», «Предметы с бабушкиного чердака». В 2010-2019 гг. сотрудники музея осуществили следующие проекты: зелёный маршрут «Межречье Мажи и Морочи», «Вклад уроженцев Копыльщины в мировую культуру», «Опекуны счастья». Открыт филиал в д. Велешино — музей этнографии и быта конца XIX — начала ХХ вв.

Валентина Леонидовна Шуракова и ее коллеги, к моему приятному удивлению, не боятся еврейской темы. При создании экспозиции они исходили из этнографического, а не национального принципа. Важно было показать жизнь Копыля и его жителей. Отсюда обилие еврейских документов, экспонатов и предметов. Рассказ о культуре и литературе подан в музее через произведения уроженца Копыля Менделя Мойхер-Сфорима (1835-1917 гг.). Мне показали четыре оригинальных подготовительных рисунка, подписанные их автором — Менделем Хаимовичем Горшманом, который иллюстрировал произведения Шолом-Алейхема, Переца Маркиша, Исаака Бабеля, Менделе Мойхер-Сфорима. 25 августа 2018 г. в центре Копыля, где стоял дом М. М.-Сфорима, была открыта мемориальная доска.

Валентина Леонидовна Шуракова (Волчкевич), бессменный с 1985 г. директор Копыльского районного краеведческого музея

В 1988 г. Татьяна Петровна Весна, супруга художника Петра Исааковича (Пейсаха Ицковича) Розина (1913–1984 гг.) передала музею более 200 работ. Розин родился в д. Вошкаты неподалеку от Копыля, учился живописи в Витебске, Киеве и Москве у И.Э. Грабаря, В.П. Ефанова, С.И. Дудника, стал мастером исторического жанра, портрета и монументально-бытовой картины. Произведения художника хранятся в Третьяковской галерее, Русском музее, ряде других музеев России, Украины.

Наталья Николаевна Самохина, профессор из Москвы, обратилась в музей с вопросом, сохранился ли дом Льва Наумовича Клейнборта? Оказалось, что бывшее здание Копыльского райисполкома на площади Ленина ранее было усадьбой Клейнборта, автора книги «Молодая Беларусь». Вскоре после этого Перельманы из Киева, родственники писателя, собираясь на постоянное место жительства в США, передали в музей часть архива Клейнборта, включая ставшую библиографической редкостью книгу «Молодая Беларусь» (Минск 1927 г.), которой не было даже в Национальной библиотеке в Минске. Помещение бывшей усадьбы Клейнбортов два года назад решением Копыльского райисполкома было передано под музей, но требуется ремонт.

Потом были семинары Тамары Вершицкой в Новогрудке в 2010 г., презентация исследований Инны Соркиной по истории местечек Беларуси, в том числе и Копыля (Іна Соркіна, «Мястэчкі Беларусі ў канцы XVIII— першай палове XIX ст.», Вільня, 2010 г.), поездка в Израиль в международную школу истории Холокоста в Яд Вашем, семинары Вадима Акопяна и Ирины Поляковой в Музее истории и культуры евреев Беларуси в Минске. Много дали встречи с выходцами из Копыля и их потомками, которые проживают сегодня в Израиле, США, Швеции, Германии, Польше. На базе Копыльского музея проводит семинары «на колесах» Тамара Барадач, которая привозит из Израиля группы туристов с белорусскими корнями.

Рассказ о гибели еврейской общины в Копыле передан в музей через документы ЧГК СССР и свидетельства очевидцев политики нацистского геноцида. В годы войны в здании музея помещался штаб Второго вспомогательного литовского карательного батальона, который прозвали эскадроном смерти, поскольку он был причастен к уничтожению не менее 20 тыс. евреев в Минске, Койданове, Руденске, Дукоре, Клецке, Несвиже, Слуцке и Копыле. Меня заверили, что в обновленном здании музея в бывшей усадьбе Клейнбортов запланирована еврейская экспозиция. Появятся такие понятия, как «гетто», «геноцид», «Холокост», «праведники народов мира», будут представлены национальный и демографический состав жителей Копыля и Копыльского края в целом, а не обезличенное «мирные жители».

В современном Копыле осталось всего девять дореволюционных зданий. На месте дома, где родился Менделе Мойхер-Сфорим, сейчас городской универмаг (площадь Ленина). Двор, где находилась Большая синагога, занят СШ № 2 им. Тишки Гартного (ул. Комсомольская). Здание бывшей еврейской школы — ныне Центр детского туризма и краеведения (ул. Партизанская). Сохранилось несколько еврейских одноэтажных деревянных зданий по ул. Жилуновича, бывшая кожевенная мастерская Шмуэля Рабиновича (ныне музей) и каменный дом, где размещалась корчма (пл. Ленина).

Мемориальная доска, установленная 28 августа 2018 г. в Копыле на месте дома, где родился Менделе Мойхер-Сфорим, сейчас городской универмаг (площадь Ленина)

Память

В музее мне сказали, что в Копыле свято чтят память о погибших. Один из обелисков расстрелянным евреям установлен в лесу на месте захоронения, у д. Каменщина в 1965 г. Однако о евреях там не было сказано ни слова, вместо этого указывалось о сотнях мирных граждан Копыльского района, погибших от рук немецко-фашистских захватчиков в годы Великой отечественной войны. В 2010 г. после проведения реконструкции состоялось открытие обновленного памятного знака при финансовой поддержке фонда Саймона Марка Лазаруса (Великобритания), фонда семьи Майлса и Мерилин Клетэр и фонда семьи Уоррена и Беверл Гейслер (США). Сюда же два года назад из Киргизии приезжали Иосиф Григорьевич и Наталья Леонидовна Менхусы: здесь захоронены их родственники, погибшие 22 июля 1942 г. В память о погибших чета Менхус установила мраморную доску. Через месяц еще одну мраморную доску установил Яков Михайлович Хмелевский из г. Жукова Калужской области.

Другой памятный знак на территории бывшего гетто установлен в 1990-х годах в центре города по инициативе Бориса Константиновича Богдановича и при участии Виктора Николаевича Борисова, сына спасшейся из Копыльского гетто Ядвиги Лотвин. В Копыльском районе три человека были удостоены почетного звания «Праведник народов мира» от имени Яд Вашем в знак глубочайшей признательности за помощь, оказанную еврейскому народу в годы второй мировой войны. Это Трофим Курлович за спасение Михаила Грушкина в д. Сунаи, Эмилия Степуро и Елена Горская (Степуро) за спасение Виктора Стельмаха в д. Булатники (ныне не существует). Подробности о трагедии евреев в Копыле и Копыльском района, как и выборочный список жертв нацистского геноцида, можно прочитать в книге «Память».[25]

Кладбище в Копыле

Иудейская традиция считает кладбище вторым по важности в жизни общины после синагоги. Евреи, собираясь поселиться на новом месте, всегда оговаривала себе право на собственное кладбище. Это было место за пределами местечка, зачастую у реки, на вершине или на пологом склоне холма. Обычно при кладбище имелся дом омовения. Похороны и поддержание порядка кладбища находились в ведении погребального братства Хевра Кадиша, которое существовало при общине на добровольных началах.

Дата основания иудейского кладбища в Копыле неизвестна, но можно утверждать, что оно появилось не позднее начала позапрошлого века. Кладбище расположено на углу улиц Тимковичская и Тракторная, занимая по периметру 480 м. Условно его можно поделить на две части — новую и старую.

Первая имеет наиболее приглядный вид — территория покошена и внешне больше напоминает парк, чем еврейскую усыпальницу, огорожена импровизированным забором — деревянной продольной доской. Ограждение, правда, не имеет ни входа, ни выхода, ни ворот, ни калитки, но его легко преодолеть, просто перешагнув. Кладбище пережило войну, нацистскую оккупацию, видело гибель общины, и должно было сохранить память о еврейском прошлом в Копыле, для которого евреи сделали так много. Однако когда евреев не стало, о них забыли, за исключением двух послевоенных могилок (1957 и 1962гг.), куда еще приходят родные или их знакомые, о чем говорит ухоженный вид этих памятников.

Дети на могиле Синая Розина. На мацеве надпись на иврите: Tут похоронен дорогой и любимый человек г-н Синай, сын г-на Иегошуа-Дова Розина из Копыля, который умер 11 нисана 5678(24 марта 1918 г.) на 49 году жизни. Да будет душа его навеки завязана в узле жизни
Хава и Фейгл Лидер у могилы своей мамы на еврейском кладбище в Копыле. Надпись на мацеве гласит: «Здесь похоронена ребеццен (жена раввина) Шоше-Дине Мендель, дочь Авраама-Арье Гринштейна, которая умерла  в среду 5 числа 2-го месяца адар 5687 г. (9 марта 1927 г.). Да будет ее душа навеки завязана в венок жизни
Песя Розина на еврейском кладбище в Копыле. Фото из фондов Копыльского районного краеведческого музея

Вторая часть кладбища, подальше, заброшена. Трава по пояс скрывает надгробные плиты, одни из которых накренилась, а другие упали и лежат ничком. Всего уцелело около ста захоронений конца XIX в. — первой половиной ХХ в.

На территории старинного иудейского кладбища в Копыле построен комплекс Горгаза (ул. Заводская, д. 2). 69 его сотрудников успешно справляются с обслуживанием газопроводов 11 агрогородков, 12 сельских населенных пунктов и самого г. Копыль. Природным газом пользуются 14 промышленных и 26 коммунально-бытовых предприятий.

Здание конторы Горгаза по ул. Заводская, построенное на территории еврейского кладбища в Копыле. Фото автора 13 августа 2019 г.
Неухоженная часть еврейского кладбища в Копыле на заднем дворе Горгаза. Фото автора 13 августа 2019 г.

Это случилось относительно недавно, на рубеже шестидесятых и семидесятых годов, когда осуществлялась плановая газификация Копыльского района. В те годы это никого не смущало, да и судьи кто? Исполком местного совета депутатов трудящихся по команде из Минского облисполкома принял необходимое решение, которое было выполнено. Никто даже не думал возмущаться, включая несколько десятков еврейских семей, которые вернулись в Копыль из эвакуации, Красной Армии и партизанских отрядов, а ведь здесь покоились их родственники, бабушки и дедушки, дяди и тети, близкие и друзья, друзья друзей. Они работали, как советские служащие и специалисты, но право голоса у них было отнято.

Я смотрел на здание Горгаза, обновленное недавно нарядным сайдингом из полимеров и думал, насколько уютно чувствуют себя люди, которые здесь устроились? Задумываются ли они, где расположено их рабочее место? Да или нет? Мацевы, разбросанные в беспорядке и сиротливо лежавшие или стоявшие вокруг, — это все, что осталось от людей, которые здесь жили, работали, любили, рожали детей, надеялись, страдали или радовались. И никто из них не предполагал, какое беспамятство им уготовано. То, что сохранилось — это ничтожная часть от былого, если судить по фотографиям, которые мне показывали в Копыльском музее. Кладбище на высоком холме, с которого открывается панорама города. Внизу пролегает оживленное шоссе и бурлит жизнь. Пасмурное небо давит низкими облаками и моросит мелкий дождь. Такое впечатление, что самой природе не нравится то, что происходит, и она плачет вместе со мной. Высокий бетонный забор не для того, чтобы оберегать еврейское кладбище, а для охраны производственных площадей Горгаза.

В музее мне рассказали, что это евреи построили комплекс Горгаза на своем кладбище. Я не поверил и стал уточнять. Действительно, директором этого предприятия в семидесятые годы был Шпунт, заведующим экономическим отделом Копыльского райисполкома — Вайнер, заведующим финотделом райисполкома — Пинчанский, а главным редактором районной газеты «Слава працы» — Шехтман. Все евреи, все при должностях. Почему они промолчали, не возмутились, не протестовали, а выполняли указания?

Это были люди, родившиеся при советской власти, получившие советское образование, члены партии, советские госслужащие. Можно не сомневаться, что в случае протеста, они заслужили бы обвинения в национальной ограниченности, что повлекло бы за собой увольнение с работы и исключение из партии, что в условиях того времени означало запрет на профессию. Интерес к национальной жизни, истории, традиции, языку идиш рассматривались в СССР, как отсутствие патриотизма, национализм и нелояльность к советской родине. Шестидневная война 1967 г. на Ближнем Востоке, утрата дипломатических отношений с Израилем и «железный занавес» со странами Запада это усугубляли, поэтому люди должны были вести себя тихо и послушно, национальное самосознание было утрачено.

Памятный камень на еврейском кладбище в Копыле, открытый 25 августа 2019 г.

Сегодня ситуация принципиально изменилась и можно многое сделать. Инициатива по сохранению еврейского наследия перестала быть наказуемой. В Беларуси появились люди, которые не ожидают руководящих указаний, проявляют интерес и заботу о еврейском наследии. Я очень надеюсь, что еврейское кладбище в Копыле или то, что от него осталось, будет, наконец, взято на учет в коммунальном отделе исполкома Копыля. За ним будут ухаживать не только к памятным датам или приезду именитых гостей не из милости, а по обязанности. Кладбище будет каталогизировано и изучено, а не представлять собой этнографическую пикантную особенность городского ландшафта. Первый шаг в этом направлении уже сделан. 23 августа 2019 г. в Копыле на день города на иудейском кладбище в торжественной обстановке был установлен внушительный камень-валун. Укрепленная на нем памятная доска сообщала на трех языках, иврите и английском и белорусском — «Габрэйскія могілкі ў Капылі. 18-20 стагоддзі».

Продолжение

___

[1] Słownik geograficzny Królestwa Polskiego i innych krajów słowiańskich. Warszawa, 1881, t. 4, s. 386-387).

[2] M.Balinski, T.Lipinski. Starozytna Polska pod wzgledem historycznym, geograficznym i statystycznym. Warsawa, 1846. T. 3, s. 676-678.

[3] C. А. Пятровiч, Б.К. Багдановiч. Капыль. Гiстарычны нарыс. Мiнск, 1974 г., с. 8.

[4] Инна Соркина. «Местечко, в котором я никогда не была» // Мишпоха, №5 (1), 2005, с. 36.;

[5] Менделе Мойхер Сфорим. История одной жизни: воспоминания писателя // Еврейский мир, май 1909, с. 56.

[6] А.И. Паперна. Из Николаевской эпохи. Воспоминания. Т. 2, СПб, 1910 г., с. 5-6.

[7] Национальный архив Республики Беларусь, ф. 11, оп. 2, д. 9, лл. 54, 263-265.

[8] Л. Калядзiнский. «Даследуем Капыль» // Беларускi гiстарычны часопiс, 1996 г., № 4. с. 88-90.

[9] Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона. СПб, 1910 г., т. 9, с. 735.

[10] І. Соркіна, М. Мароз. Сакральнае і секулярнае беларускага мястэчка XVIII — XIX ст. (на прыкладзе Капыля) // “Гістарычна-археалагічны зборнік”. Вып. 32. Мінск 2017, с. 139.

[11] А.И. Паперна …, с. 20.

[12] Российская еврейская энциклопедия. Москва, 2004 г., т. 5, с. 150-151.

[13] Iна Соркiна. «У пошуку Айчыны: жыхары мястэчак у эпоху нацыяналізмаў (на прыкладзе Капыля)» // Гадавік Цэнтра Беларускіх Студый. Том 4, Варшава, 2018 г., с. 124.

[14] К.Г. Карпекин. Иудейские общины в Белорусской ССР. Январь 1919 г. — сентябрь 1939 г. Витебск, 2016 г., с. 176.

[15] Mordechai Altshuler. Soviet Jewry on the Eve of the Holocaust. A Social and Demographic Profile. Jerusalem, 1998, p. 234.

[16] Архив автора. Письмо Леи Музы из Кирьят-Ям 12 мая 1999 г.

[17] В. Левин. Д. Мельцер. Черная книга с красными страницами. Трагедия и героизм евреев Белоруссии. Балтимор: «Вестник», 1996 г., с. 253.

[18] Памяць. Капыльскi раён. Гiсторыско-дакументальная хронiка гарадоў и раѐнаў Беларусі. Мiнск: «Беларуская навука», 2001 г., с. 194, 206, 285, 480.

[19] Р.Д. Нечай. Холокост в Копыльском районе в годы Великой Отечественной войны. Копыль, 2018 г., с. 10.

[20] Государственный архив Российской Федерации, ф. 7021, оп. 82, д. 8, лл. 91-92.

[21] Rüstungskommando Minsk, report of July 25, 1942, in Wolfgang Benz, Konrad Kwiet, and Jürgen Matthäus, eds., Einsatz im “Reichskommissariat Ostland”: Dokumente zum Völkermord im Baltikum und in Weissrussland 1941— 1944 (Berlin: Metropol, 1998), p. 227.

[22] Christian Gerlach, Kalkulierte Morde: Die deutsche Wirtschafts— und Vernichtungspolitik in Weissrussland 1941 bis 1944 (Hamburg: HIS, 1999), p. 700, n.1065.

[23] Г.Р. Винница. Холокост на оккупированной территории Восточной Белоруссии, в 1941-1944 гг. Минск: «Ковчег», 2014 г., с. 301.

[24] Встали мы плечом к плечу. Евреи в партизанском движении Белоруссии, 1941-1944 гг. Сост. И.П. Герасимова. Минск: «Асабы Дах, 2005 г.

[25] «Памяць. Капыльскi раён». Гісторыка-дакументальная хроніка гарадоў і раѐнаў Беларусі. Мiнск: «Беларуская навука», 2001 г., с.194, 202-203, 217-219, 285, 461-465, 468-473.

Print Friendly, PDF & Email

2 комментария к «Леонид Смиловицкий: По следам еврейских кладбищ Беларуси. Копыль»

  1. Дай Б-г автору здоровья за эту рассказ-летопись. Вспомнил маму, уроженку Белоруссии, знатока и любительницу литературы, как рассказывала мне о Менделе Мойхер Спорим. Мои тоже почти все погибли…

  2. В Копыле, на месте ныне существующего ФОКа (спорткомплекс по улице Партизанской), в том месте, где сейчас располагаются места для зрителей (трибуна стадиона), когда-то было татарское (так думаю) кладбище (из детства помню, что на вершине холма над озером там из земли торчали надгробные камни с непонятными письменами и высеченным полумесяцем). А на месте стадиона (кажется так), еще в конце 70-х, начале 80-х годов 20-го века располагался комплекс ветхих деревянных зданий, которое называли «Ганчарня».

    Помню, как начиналось строительство пятиэтажки по улице Партизанской (теперь — дом по ул.Партизанская, №7). Этот дом располагается на склоне, где когда-то располагалось Копыльское КБО (Комбинат бытового обслуживания населения) в старом деревянном здании барачного типа. Когда начали сносить этот барак и, для устройства котлована под фундамент многоэтажки, экскаватор копнул верхний слой земли на склоне, на поверхности появились людские черепа и остатки костей… Я так понимаю, что это, наверное, тоже были «следы» Копыльского еврейского гетто

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *