Лев Мадорский: Страна Кассилия

 325 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Мало кто знает, что сначала было две повести «Кондуит» и «Швамбрания». Позже они были объединены в одну. При этом тема столкновения детей в школе и в жизни с антисемитизмом полностью исчезла. Узнать, сделано ли это было самим Кассилем или по настоянию редактора, мне не удалось.

Страна Кассилия

(К 115-летней годовщине со для рождения Льва Кассиля)

Лев Мадорский

Лев Кассиль

В моём военно-послевоенном, полуголодном, коммунальном детстве были две светлые отдушины — занятия музыкой и книги Чуковского, Маршака, Барто и, конечно, Кассиля, которому 10 июля исполнилось бы 115 лет. Лев Абрамович, в основном, писал для детей (его подтолкнул к этому жанру Маяковский), и, думаю, благодаря такому выбору, писатель избежал ночного звонка в дверь. Его младший брат Иосиф (Оська), как вспоминал Кассиль, «безобидный, чистейшей души человек», который тоже был писателем и написал книгу о жизни студентов, звонка не избежал. В 1937 году он был арестован и через год расстрелян (после смерти Сталина реабилитирован), как «активный участник антисоветской террористической диверсионно-вредительской организации».

Родился Лёва 10 июля 1905 года в Покровской слободе (сейчас город Энгельс) Саратовской области в еврейской, интеллигентной семье. В шесть лет хотел быть извозчиком: целый день катаешься и ещё деньги за это получаешь. Примерно также рассуждал я, когда мечтал в дошкольном возрасте стать водителем трамвая.

С 1923 года Кассиль жил в Москве, где окончил три курса физматфакультета МГУ. Но это было не его. Будущего писателя неудержимо тянуло писать и юный Кассиль пишет 28-30-ти страничные письма родителям. Его хобби детства и юности, перешедшее в профессию — выражать в словах мысли, впечатления, эмоции. Лёва пишет в письмах родителям (жаль, что в 21 веке такие письма становятся артефактами прошлого) обо всём, что видел в Москве. Музеи, выставки, футбольные матчи, спектакли. Письма не смог найти, но судя по тому, что Оська тайком от брата брал их у родителей, перепечатывал и публиковал в саратовской газете под рубрикой «письма из Москвы», они были интересны с литературной точки зрения. Другим хобби Льва с детства и до конца жизни был футбол. Он не пропускал важных матчей и даже иногда выступал в роли комментатора.

Ещё в школе стремление писать находит выход — мальчик издаёт рукописный журнал. Позднее, на третьем курсе физмата МГУ Лев становится корреспондентом газеты «Известия», пишет рассказы для детей, которые публикует в авангардистском журнале «Новый ЛЕФ», где Маяковский был главным редактором. В своих первых, написанных для детей, научно-популярных очерках: «Вкусная фабрика», «Планетарий», «Лодка-вездеход», юный Кассиль ищёт свой путь, вырабатывает свой ни на кого не похожий язык. В 1930 году выходит первая, сразу принёсшая начинающему писателю всенародную популярность, книга.

«Кондуит и Швамбрания» 1930 год

Владимир Владимирович был первым читателем этой главной книги Льва Абрамовича. Книги, которую я в детстве читывал-перечитывал. Сейчас перечитал и почувствовал справедливость фразы, которую приписывают и Льву Толстому, и Станиславскому, и Маршаку: «Для детей надо писать как для взрослых, только лучше». Даже не ожидал, что детскую книгу будет интересно читать сегодня, хотя интерес уже несколько другой. Не столько к приключениям героев сказочной страны, к событиям школьной жизни, февральской и октябрьской революции, увиденных глазами детей, сколько к тому, как умело Кассиль погружается в мир детского восприятия, как легко и естественно раскручивается сюжет, как мастерски написаны портреты героев. Вот, например, портрет директора школы по прозвищу «Рыбий глаз»: «Директор был худ, высок, несгибаем и тщательно выутюжен. Глаза у него были круглые, тяжелые, оловянные». Какие выразительные, прямо-таки ювелирно-точные, мазки большого художника! И это ощущение руки мастера сохраняется от первой до последней страницы. Книга была обречена на успех, как ювелирные работы Фаберже, или, ну не знаю, скрипки Страдивари. Прочитаешь «Кондуит» и начинаешь понимать, что хорошую детскую книгу можно читать с интересом и в 8, и в 50 лет, и старше. Как сказал неизвестный, американский автор: «Хорошая детская литература обращается ко взрослому, спрятанному в ребенке, и к ребенку, спрятанному во взрослом».

Мало кто знает, что сначала было две повести «Кондуит» и «Швамбрания». Позже они были объединены в одну. При этом тема столкновения детей в школе и в жизни с антисемитизмом полностью исчезла. Узнать, сделано ли это было самим Кассилем или по настоянию редактора, мне не удалось.

После успеха «Швамбрании», незадолго до начала войны выходит роман писателя о футболе: «Вратарь республики». Роман становится популярным, но признаюсь честно, перечитать роман, как я перечитывал Швамбранию, хотя он написан для взрослых и в нём тоже чувствуется рука мастера, не смог. Просмотрел по диагонали. Слишком очевидна для сегодняшних читателей идеологизированность, приукрашивание реальной жизни, некоторая искусственность сюжета. Главный герой, не знающий поражений голкипер Антон Кандидов, заболевает недостойной советского гражданина звёздной болезнью, но позже осознаёт ошибки и перевоспитывается. Впрочем, понятно, что роман, с не «хэппи-эндовским» финалом и с более приближенным к жизни описанием событий, вряд ли был бы опубликован. А если и дошёл бы до читателя, то, как видно на примере младшего брата, это могло бы плохо закончиться для автора.

Во время войны

Лев Кассиль выступает по радио в учебных заведениях, воинских частях, на фабриках и заводах, работает корреспондентом для центральных газет на разных фронтах, пишет для детей рассказы о войне.

Кассиль — прирождённый детский писатель

Мы, как правило, переходим в страну взрослых и забываем страну детства. Забываем язык детей, их вкусы, манеру общения. Чтобы писать такие потрясающие произведения для детей, как писал Кассиль, надо сохранить в душе ребёнка. Только тогда можно вести с ним на равных разговор о том, что для него, действительно, важно. Именно на таких разговорах

построены лучшие, послевоенные книги Льва Абрамовича: «Держись, капитан!», «У классной доски», «Зелёная веточка» и другие.

Среди наиболее известных книг Кассиля, которые дети читают до сих пор: «Великое противостояние», «Дорогие мои мальчишки», «Улица младшего сына», «Ход белой королевы», «Черемыш — брат героя», некоторые другие. Главные герои этих книг дети. Иногда книги эти, как и «Вратарь республики», идеологизированы, подростки, как Черемыш в книге «Черемыш — брат героя», втягиваются в классовую борьбу и из 21 века очевидна фальш этой борьбы. Но Лев Абрамович не был провидцем. Уверен, что он писал искренне. Чтобы понять это, достаточно вспомнить наши собственные фальшивые приоритеты до тектонических сдвигов Перестройки. И ещё. Кассиль был фанастом и романтиком. Он верил в светлое будущее человечества и веру свою пытался донести до детей…

Человеческие качества

Льву Абрамовичу на встречах с детьми не нужно было притворяться. По воспоминаниям друзей он всегда оставался человеком активным, весёлым, щедрым, приподнятым над прозой жизни. Читаешь сохранившиеся дневники писателя и понимаешь, что он искренне верил в идеалы революции: «Все, что я делал и делаю, это остается с отцами, а они, молодые, уходят от нас, я теряю их. И самое трудное для меня в том, что во многом (нет, не во всем, но во многом) на их стороне». Конечно, интересно бы узнать, что думал Лев Абрамович о Сталине, о Гулаге. Узнать как можно было оставаться «на их стороне» после расстрела чекистами Иосифа или «дела врачей», но в дневниках писатель об этом не пишет…

Личная жизнь

Кассиль был женат дважды. В первом браке у него двое сыновей. Владимир — врач реаниматолог, заслуженный деятеля наук РФ, скончался в 2017 году. Дмитрий — художник, умер в 2000 году. От второго брака — дочь Ирина, режиссёр-мультипликатор.

Смерть

Умер Лев Абрамович 21 июня 1970 года от инфаркта. В 64 года. По современным меркам, очень рано. Жена рассказала, что смерть наступила, когда Кассиль смотрел по телевизору матч на первенство мира по футболу. Не исключено, что здесь сыграли свою роль связанные с матчем эмоции футбольного фаната. Похоронен писатель на Новодевичьем кладбище.

Многие книги писателя до сих пор переиздаются. По книгам «Кондуит и Швамбрания», «Вратарь республики», «Улица младшего сына» поставлены фильмы. На родине писателя, в городе Энгельсе есть Дом-музей Льва Кассиля и улица его имени, а в сквере его имени на Площади Свободы писателю установлен памятник.

Это был замечательный писатель. Хороший человек. Настоящий друг детей. Таких в этом мире не так-то много…

Print Friendly, PDF & Email

13 комментариев к «Лев Мадорский: Страна Кассилия»

  1. Михаил Поляк10 июля 2020 at 21:41 | Permalink
    С детства помню Оську Кассиля, как он спрашивал у своего папы:»А наша кошка тоже еврей?». А еще он пел гимн так, как услышал: «… С Интернационалом воз пряников в рот людской».
    _____________________
    Да, Оська -это кладезь детского творчества. А я помню, как он, глядя на священника, сказал, как же ему трудно залезать на фонарные столбы в его одеянии. Он решил, что священник, это тот, кто освещает, зажигает фонари. А когда он услышал слово вундеркинд (так кто-то из гостей его назвал), воскликнул: \»А я знаю, что это такое, на нем стукают и печатают!\» Он спутал вундеркинд с ундервудом (печатной машинкой).
    Да, Лев, мы зачитывались Кассилем, знали наизусть его \»Кондуита…\». Но вот о его трагедии(расстреле Оськи) ничего не знали. Спасибо за статью. Она перекликается с моими воспоминаниями. Ведь мои вкусы и литературные предпочтения формировались под влиянием брата.

    1. Спасибо за статью. Она перекликается с моими воспоминаниями. Ведь мои вкусы и литературные предпочтения формировались под влиянием брата.
      —————
      И Вам спасибо, Инна, за отзыв и за цитирование Оськи. Его расстрел «чистого и беззащитного человека» ( слова Льва Кассиля) ещё одна страшная страница сталинских преступлений. Написал и вспомнил митинг в поддержку Сталина в Москве, пару лет назад, приуроченный ко дню рождения злодея. Помню с каким изумлением я смотрел на людей с потретами «вождя и учителя»

  2. С детства помню Оську Кассиля, как он спрашивал у своего папы:»А наша кошка тоже еврей?». А еще он пел гимн так, как услышал: «… С Интернационалом воз пряников в рот людской».

      1. А еще он пел гимн так, как услышал: «… С Интернационалом воз пряников в рот людской».
        ———————
        Спасибо, Михаил! Получилась прекрасная детская интерпретация гимна.

  3. У Льва кассиля помню только рассказы (мои начальные классы). Вот нашла один, который мне тогда понравился. Перечитала сегодня — какая прелесть этот «детский» рассказ.
    http://flibusta.is/b/116464/read
    «Федя из Подплава»

    Он знал уже почти десять букв, когда я военной осенью приехал впервые на одну из заполярных баз Северного флота. Десять букв! Этого было вполне достаточно, чтобы запечатлеть свое имя на торпеде – в назидание Гитлеру и всем фашистам. …
    …Около торпеды вертелся мальчишка лет восьми, худенький, с острым носиком, красный кончик которого был, пожалуй, ближе к безбровому лбу, чем к верхней губе. На мальчишке была большая, явно не по голове, черная пилотка с блестящим якорем спереди, а на рукавах запачканной курточки красовались одна над другой нашивки минера, связиста, артиллериста, комендора, электрика и сигнальщика. Красные стрелы, пересекающиеся молнии, якоря, гаечные ключи, пушки, вымпелы… Нашивок было так много, что они едва умещались между плечом и потрепанным обшлагом, из которого вылезала худая, грязная рука мальчика. Мальчуган деловито оглядывал вывезенную торпеду, обходил ее со всех сторон, затем садился перед ней на корточки и, шмыгая от усердия вздернутым носом, старательно выводил что-то пальцем на смазке, покрывавшей торпеду. Я подошел ближе. Сквозь розовато-коричневую пасту тускло поблескивала металлом протертая пальцем надпись: «AT ФЭДN». Косая перекладинка у буквы «И» была наклонена не в ту сторону, куда следует, буква поэтому выглядела, как знак номера – №, я догадался, что «Э» получилось у мальчика тоже нечаянно.
    – Ну, Федя, – спросил я, – чем это ты, брат, занимаешься?
    – Расписываюсь, – отвечал Федя, искоса взглянув на меня и подправляя пальцем сделанную им надпись.
    – Это зачем же?
    – Пускай видят от кого, – сердито произнес мальчишка. – Они уж мой почерк знают. Я каждый раз расписываюсь.
    – А кто же ты такой будешь?
    – Я? – как будто удивившись, спросил мальчик и, еще выше подтянул нос, посмотрел на меня снизу без всякого одобрения. – Я тут один-единственный у них мальчишка…
    – У кого у них? Чей единственный?
    – Ну, у всех… Флотский. Я отсюда, с подплаву. Не знаете, что ли? – И он отошел от меня к другой торпеде, которую в эту минуту выкатывали на тележке из-под скалы….

    …Так я узнал историю Феди Толбеина, общего сына подводников, воспитанника и любимца североморцев. Его очень баловали на подплаве. Знаменитейшие подводники, Герои Советского Союза – сам прославленный Звездин, напористый Сухарьков, неугомонный Фальковский, – дарили его своей дружбой. И, когда лодка уходила в боевую операцию, Федька всегда провожал своих друзей, стоя на пирсе, и долго глядел вслед ушедшим.
    У моряков Северного флота был обычай делать надписи на смазке торпед. «Гитлеру под микитки», – писали подводники на торпедах. «Фашистским гадам от североморцев», – выводили они на грозных своих снарядах, заряжая торпедные аппараты. «За Киев, за Севастополь…» Как-то Федька напросился, чтобы и ему разрешили сделать надпись. Он знал несколько букв и как умел вывел на торпеде свое имя. И вышло так, что Герой Советского Союза Исаак Аркадьевич Фальковский этой самой торпедой, которую надписал Федька, потопил большой немецкий пароход. Фальковский шел на маленькой лодке – их на флоте называют «малютками». Неприятельские миноносцы охраняли корабль с ценным грузом. Но «малютка» смело проскочила под кораблями охранения, и торпеда с надписью «AT ФЭДN» угодила прямехонько в фашистский пароход. Он взорвался, зарылся носом в воду и вскоре пошел на дно. С тех пор вошло в моду брать в поход торпеды с Фединой надписью. Моряки шутливо уверяли, что у Феди легкая рука и он приносит счастье подводникам.
    Федька целые дни торчал на подплаве. Он играл в классы, вычерчивая их мелом на толстых досках пирса, и, когда кто-нибудь неосторожно ступал в клетку, Федька сердито кричал:
    – Ну, где ходишь? Не видишь – тут заминировано! Обозначено ясно….

    ….Однажды приехали разведчики с Рыбачьего полуострова, из далекого моря на самом краю света. Давно они не бывали на Большой земле. Обступив Федьку, они с веселым и нежным изумлением оглядывали его.
    – Смотри, нормальный дитенок! Точно! – сказал один из них, человек огромного роста. Сквозь расстегнутый воротник его пехотной гимнастерки видна была матросская тельняшка. – Точно! Жизнь, значит, идет своим курсом, пацаны на велосипедах ездят. Порядок!… Жми, жми, браток, качай педали!
    И он подарил Федьке трофейный перочинный ножик….»

    Вот так, уже в детстве, я узнала, что был такой Северный флот, что он воевал всю войну, и что даже командиром одной из подводных лодок был евреем (что тогда приятно удивило). Видимо, под Фальковским подразумевался Фисанович Израиль Ильич (1914-1944 Герой Советского Союза)

    1. Большое спасибо, Сильвия, за Федю Кассиля. Возможно Лев Абрамович придумал этого мальчика. Но как жизненно и точно. Это Кассиль…

  4. Интересно, откуда автор знает, что современные дети знают и читают Кассиля? Как это им может быть интересно?

    1. Интересно, откуда автор знает, что современные дети знают и читают Кассиля? Как это им может быть интересно?
      ———————
      Хороший вопрос, Евгений К.! Я решил так потому, что книги Кассиля до сих пор активно переиздаются. Если бы не было читателей, их бы не переиздавали большими тиражами.

  5. Отзыв по почтк Марка Ф.
    ———————

    2.Посмотрел вашу статью о Л.А. Кассиле. Светлая личность. Вкус, запахи и звуки детства и юности!

    Многие талантливые писатели ушли в детскую литературу, так было безопасней, хотя некоторые и в этом случае пострадали, например, Лев Квитко.

    Империи нужны были враги и жертвы. Евреи и здесь были не в последних рядах.

    Лев Абрамович Кассиль безусловно относится к тому блестящему потоку русских писателей, евреев по происхождению, без которых вообще не состоялась бы русская словесность двадцатого века и детская литература Российской империи советского периода.

    «Золотые россыпи!»

    Отношения Маяковского В.В. и Кассиля Л.А. – отдельная тема, но характерен для обстановки «Нового ЛЕФа» следующий эпизод.

    Рассказывают, в частности сын Л.А. Кассиля, о том, что в присутствии Маяковского в ходе спора ЛЕФовцев о том, как назвать одну из рубрик Лева Абрамович выдал удачную версию. Маяковский в это время вышел в коридор к телефону т.е. предложение Кассиля не слышал. Присутствовавшие приветствовали Кассиля криками:

    «Молодец! Молодец!»

    С. Кирсанов rонстатировал:

    «Одного Кассиля ум одолел консилиум».

    Лев Абрамович направился к Маяковскому поделиться успехом, на что тот, ни секунды не думая, произнес:

    «Мы пахали, мы косили, мы нахалы, мы Кассили».

    Обиженный и расстроенный Кассиль, вернулся к Кирсанову, а тот успокоил его:

    «Не найдя, кого осилить, вы напали на Кассиля».

    1. Cпасибо, Марк, за интересное добавление. Маяковский был ранимый и светлый человек. В этой ситуации, мне кажется, он хотел не обидеть Льва, а хотел продемонстрировать свои возможности в экспромте.

  6. То, что Кассиль писал идеологически выдержанные книги, как бы забыв о смерти брата и о той жизни, которая окружала его, можно понять. Он хотел чтобы его произведения публиковали. Другого пути попросту не было.

    1. То, что Кассиль писал идеологически выдержанные книги, как бы забыв о смерти брата и о той жизни, которая окружала его, можно понять.
      ———————
      Также, думаю, ушли в фантастику Стругацкие, в детективы Вайнеры, некоторые другие.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *