Михаил Ривкин: Недельный раздел Рээ

 227 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Иудаизм не был бы иудаизмом, если бы на одном дыхании с устрожающим законом не ввёл бы «противовесом» закон облегчающий. И только в своём диалектическом единстве, компенсируя и дополняя друг друга, два эти закона смогли создать качественно новую норму культа…

Недельный раздел Рээ

Михаил Ривкин

Но вот, наконец, закончились все вступления и прологомены, исторические экскурсы и строгие призывы соблюдать Закон. Мы дошли до «жёсткого ядра» книги Деварим — до того кодекса законов, который послужил первичной основой имеющегося у нас ныне текста этой книги.

«Девтерономический кодекс занимает приблизительно половину Второзакония — главы 12-26»1

Этот кодекс состоит из целого ряда разделов и регламентирует как ритуальную сферу, так и законы общественных отношений, включая государственное устройство, имущественное право, законы ведения войны, брак и семью.

Ритуальное законодательство (Деварим 12:1–13:1)

Самая первая заповедь, как и следовало ожидать, это запрет «высоких мест» и установление единого и единственного для всего Израиля места служения Всевышнему.

Совершенно уничтожьте все места, где народы, которых вы изгоняете, служили божествам своим, на горах высоких и на холмах, и под каждым зеленеющим деревом. И разрушьте жертвенники их, и разбейте столбы их, и ашейрим их сожгите огнем, и истребите имя их с места того. Не делайте подобного для Г-спода, Б-га вашего; А только к месту, какое изберет Г-сподь, Б-г ваш, из всех колен ваших, чтобы водворить там имя Свое, к тому обиталищу Его обращайтесь и туда приходите. И приносите туда всесожжения ваши и жертвы ваши, и десятины ваши, и возношение руки вашей, и обеты ваши, и дары ваши, и первенцев крупного скота вашего и мелкого скота вашего. И ешьте там пред Г-сподом, Б-гом вашим, и радуйтесь вы и семейства ваши всякому произведению руки вашей, которыми благословил тебя Г-сподь, Б-г твой. (там 12:2-7)

Это — самое важное для Девтерономиста правило. Более того — это та основа, на которой базируется вся дальнейшая система ритуальных законов. Важно понимать, что радикальная централизация культа это не только изменение в религиозных церемониях, не только требование сосредоточить весь жертвенный ритуал в одном единственном месте. Этот закон исходит из совершенно очевидного для аудитории Девтерономиста исходного допущения, что любой убой скота возможен исключительно как интегральная часть священного ритуала жертвоприношения, которое можно совершать только в святилищах, и которое могут совершать только принадлежащие к сословию коэнов специально обученные жрецы, которым, разумеется, отходят по праву и самые лучшие части принесённого в жертву животного. Само по себе поедание мяса всегда воспринималась как священная ритуальная трапеза «перед Г-содом», чьё символическое участие в этой трапезе обозначалось специальным возлиянием (или кроплением) крови животного на жертвенник. И эта трапеза, от начала до конца, проходила в святилище. До тех пор, пока в Стране Израиля было много таких святилищ, все эти законы не очень осложняли жизнь простых израильтян. Ближайшее святилище находилось на расстоянии нескольких часов ходьбы, все коэны, которые там служили, были знакомы с окрестным населением. Поэтому, когда нужно было забить животное, его вели в такое святилище, тамошние коэны честно совершали необходимые ритуалы, а семья не спеша поедала мясо во время ритуальной трапезы.

Такова была, в общих чертах, система ритуальных жертвоприношений и связанная с ней сложная система взаимоотношений между народом Израиля и коэнами, особым сословием жрецов. Система эта существовала с незапамятных времён и, в целом, доказала свою эффективность, как функциональную (основа стабильного общественного устройства), так и сугубо религиозную (адекватное выражение религиозных чувств народа Израиля). Что же изменилось? Почему царь Йошийаху в 622 г. до н.э., и царь Хизкияху, лет на сто раньше, решили провести столь радикальную реформу, создававшую немалые сложности для простых людей, и поистине губительную для коэнов «высоких мест»? Среди учёных-библеистов нет единого мнения по этому вопросу. Наряду с объяснениями социально-политическим, государственно-административными и экономическим, предложены и объяснения сугубо теологические, вероисповедальные. В рамках нашей краткой заметки приведём только одно такое объяснение:

«Наличие множества мест Б-гслужения по сути своей предполагает язычество». /…/

В гл. 12, после повеления разрушить «все места», где совершали свои ритуалы Кнаанейцы, в том числе их жертвенники, обелиски, священные деревья, Девтерономист продолжает:

«Не делайте подобного для Г-спода, Б-га вашего. А только к месту, какое изберет Г-сподь, /…/ приносите туда всесожжения ваши и жертвы ваши, и десятины ваши, и возношение руки вашей» (там 12:4-6).

Едва ли не самое важное в этом повелении не поступать подобно язычникам — это запрет приносить всесожжения, жертвы, дары и приношения на «высоких местах». Девтерономист ещё раз возвращается к этому запрету:

«… остерегайся, не приноси всесожжений твоих во всяком месте» (там 12:13).

Общая логика изложения понятна и последовательна: правильное, угодное Всевышнему Б-госужение строится по принципу «от противного»: ни в коем случае нельзя хоть в чём-то повторять ритуалы семи племён Кнаана. Даже в мелочах, даже без всякого злого умысла, даже механически, из соображений простого удобства. Всякое такое повторение это хитрая ловушка. Начинается это уподобление с мелких ритуальных деталей, а заканчивается жуткими и Б-гомерзкими сценами жертвоприношения детей:

Остерегайся, чтобы ты не попал в сети, следуя им, по истреблении их от лица твоего, и не искал Б-гов их, говоря: «как служат народы эти божествам своим, так буду делать и я». Не делай так Г-споду, Б-гу твоему; ибо все, чего гнушается Г-сподь, что Он ненавидит, делали они божествам своим; ведь даже сыновей своих и дочерей своих сжигают они на огне божествам своим. (там 12:30-31)

Таким образом, жертвоприношения и всякие религиозные ритуалы во множестве мест запрещены уже в силу того, что Кнаанейцы так делали.

Это объяснение отчасти похоже на более простое: запрет множества культовых объектов и мест жертвоприношения проистекает из требований монотеизма. Но в изложенном варианте централизация культа не есть, сама по себе, средство утвердить монотеизм. Сама практика множества жертвенников вызывала неизбежные ассоциации с язычеством, она отдавала политеизмом.2

Однако эта совершенно верная и мудрая идея неизбежно вызвала своей практической реализацией целый ряд побочных последствий. Радикальная централизация культа противоречила многим устоявшимся обычаям и социальным нормам, чем, вероятно, и объясняются все те трудности, с которыми Хизкияху, а затем Йошийаху столкнулись. Во-первых, сельским жителям теперь следовало вести предназначенных на убой животных на большое расстояние, иногда это занимало несколько дней. Понятно, что такой перерыв в сельскохозяйственных работах сильно вредил простым крестьянам. Фактически это означало, что хозяин животного вынужден был ждать одного из трёх главных праздников Израиля, когда сельхоз-работы прекращались, чтобы отвести животное на убой. Во-вторых, вести с собой женщин и детей было очень сложно, пешком они просто не дошли бы до места, им нужна была повозка, запряжённая либо ослами, либо волами, а это тоже накладно. В результате женщины и дети могли остаться без мясной пищи очень надолго. В третьих, ритуал совершали совершенно незнакомые коэны, которые зачастую могли злоупотребить своим положением и забрать себе больше мяса животного, чем то предписывал закон. В-четвёртых, поедать жертвенное животное можно было только в состоянии ритуальной чистоты. Мужчина, и, тем более, женщина, выходя из ворот своего дома ритуально чистыми, не могли быть уверены, что достигнув через несколько дней святилища, они, по независящим от них причинам, не утратят ритуальной чистоты, и не обретут статус «нечистого». Все эти устрожения неизбежно вызвали бы серьёзное сопротивление централизации культа, но автор Девтерономического кодекса нашёл блестящий выход из положения.

Иудаизм не был бы иудаизмом, если бы тут же, на одном дыхании с этим устрожающим законом не ввёл бы «противовесом» закон облегчающий. И только в своём диалектическом единстве, компенсируя и дополняя друг друга, два эти закона смогли создать качественно новую норму культа, с одной стороны — облагораживающую обычный жертвенный ритуал, приближающую его, насколько вообще это возможно, к возвышенным идеалам монотеизма, с другой стороны — максимально упрощающую жизнь простого израильского крестьянина.

В чём же состоит этот компенсирующий, облегчающий закон? Девтерономист, в отличие от всех более древних кодификаторов законов Израиля, вводит строгое и последовательное разделение между жертвоприношением, как священным ритуалом, и простым убоем скота для еды. Первое выполняется только в священном месте и только коэном, второй — в любом месте и любым мужчиной, по мере необходимости.

Но сколько угодно душе твоей можешь резать и есть мясо по благословению Г-спода, Б-га твоего, которое Он дал тебе во всех вратах твоих; нечистый и чистый могут есть сие, как газель и как оленя. Только крови не ешьте; на землю выливайте ее, как воду (там 12:15-16)

Когда расширит Г-сподь, Б-г твой, предел твой, как Он говорил тебе, и ты скажешь: «поел бы я мяса», потому что душа твоя пожелает мяса, то сколько угодно душе твоей ешь мяса. Если далеко будет от тебя то место, которое изберет Г-сподь, Б-г твой, для водворения имени Своего там, то зарежь из крупного и из мелкого скота твоего, который дал тебе Г-сподь, как я повелел тебе, и ешь во вратах твоих по всему желанию души твоей. Только как едят газель и оленя, так ешь это; нечистый и чистый могут есть это. Но старайся не есть крови, ибо кровь есть душа; не ешь же души вместе с мясом. Не ешь ее; на землю выливай ее, как воду (там 12:20-24)

Ритуал убоя домашнего скота максимально приближается, таким образом, к ритуалу убоя диких животных, которых крестьяне иногда ловили и поедали. Требование ритуальной чистоты отпадало, что позволяло забивать скот в любой удобный для хозяев день. Единственным рудиментом священного ритуала оставался строгий запрет на поедание крови, и требование полностью обескровить тушу забитого животного, перед тем, как есть мясо.

___

1 ריצארד אליאוט פרידמן מי כתב את התנ»ף? דביר ירושלים 1995 עמ’ 107

2 Jeffrey H. Tigay The JPS Torah Commentary Deutoronomy Philadelphia NY Jerusalem 1996 p.455

Print Friendly, PDF & Email

2 комментария к «Михаил Ривкин: Недельный раздел Рээ»

  1. Вспоминаю статью, где рассказывалось, что в июне 1967 г. главный военный раввин, вошедший в Старый город Иерусалима вместе с армией, призывал Моше Даяна взорвать мечеть Эль-Акса к чёртовой матери! Что соответствовало требованиям Торы. Даян, археолог всё-таки, отказался внять этому призыву, то есть отказался следовать требованиям Торы. Думаю, что Даян поступил разумно.

    1. Взрывать древнюю мечеть М. Даяну, конечно, было не нужно, но вот сказать по поводу Храмовой горы, что нам не нужен «этот Ватикан», и отдать ее иорданскому вакфу было величайшим преступлением Мапая.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *