Александр Левковский: Феномен Обамы: проходимец на президентском троне. Окончание

 329 total views (from 2022/01/01),  2 views today

«Я не должен говорить вам, что всё обстоит плохо. Все это знают. Масса людей опстались без работы или вот-вот потеряют её. Доллар теряет свою цену, банки разоряются, люди вооружаются для своей защиты, бандиты носятся по улицам…»

Феномен Обамы: проходимец на президентском троне

Сценарий телевизионного фильма
(Авторский перевод с английского. На русском языке публикуется впервые)

Александр Левковский

Окончание, Сцена 30, Сцены 26–29, 22–25, 19–21, 17–18, 10–16, 4–9, Сцены 1–3

ЛевковскийСцена 31 Комнатная съёмка. Студия Шона Хэннети. Хэннети и Эксель.

ЭКСЕЛЬ: Этот ужасный сон был последней каплей, переполнившей чашу моего терпения. Я чувствовал, что я не могу более притворятся, что всё в порядке. Я должен был сбежать куда глаза глядят от этого кошмара. Несколько минут я лежал в темноте, не смыкая глаз. А потом я вдруг вспомнил моего старого друга профессора Тарновского и его служанку Джоан в их квартире на Брайтон-Бич. Вы помните, Шон, что они говорили?

ТАРНОВСКИЙ, ЭКСЕЛЬ и ДЖОАН возникают на экране, в квартире профессора Тарновского.

ДЖОАН (появляется в дверях, неся поднос с двумя тарелками борща): Нет, мистер профессор, вы неправы. Наш Барак не такой. Он будет нашим Спасителем, он изменит нашу жизнь в корне. Он дал нам надежду — надежду на лучшую жизнь. Он обещал надежду — надежду на справедливость. Он даст нам новые дома, новые работы с хорошими заработками. Он перестроит наши старые школы и построит новые. Он искоренит преступность в чёрных гетто и прервёт торговлю наркотиками…

Джоан одевает пальто и целует в щёку Тарновского.

ДЖОАН: Майк, не забудьте ваши лекарства… До свиданья, мистер Эксель. Передайте наш привет Бараку. Скажите, что мы его любим, что он в наших сердцах! (Выходит из комнаты).

Тарновский и Эксель едят борщ.

ТАРНОВСКИЙ: Прекрасная женщина. Она моя нянька и служанка вот уже двадцать четыре года. Ясно, что она помешана на Обаме — и я не обвиняю её. Во всяком случае, её помешательство безвредно. Но вот помешательство друга Обамы, Билла Айерса, — это другое дело. Как он там пишет в своём сумасшедшем Манифесте?

ЭКСЕЛЬ: «Наша цель — мировой коммунизм».

ТАРНОВСКИЙ: А-а, коммунизм, социализм, марксизм-ленинизм, равенство, братство! — как прекрасно это звучит! Вы знаете, Дэйв, почему большинство русских иммигрантов никогда не голосует за демократов — и, конечно, не проголосует за Обаму. Потому что они уже жили под социализмом, и с них достаточно…

Тарновский вытирает губы салфеткой и кладёт свою руку на ладонь Экселя.

ТАРНОВСКИЙ: Дэйв, друг мой, позвольте сказать вам вот что: вы заняты не тем делом, которым можно гордиться. Выбирайтесь оттуда как можно скорее!

СЦЕНА 31 (продолжение). Комнатная съёмка. Студия Шона Хэннети. Хэннети и Эксель

ХЭННЕТИ: Спасибо, Дэйв за принятие вами моего предложения выступить перед нашей аудиторией. У нас осталось ещё пять минут до конца программы, и я хотел бы показать вам и телезрителям отрывок из одного старого фильма — это картина 76-го года под названием «Сеть».

ЭКСЕЛЬ: Я смутно помню эту ленту. Это, мне кажется, фильм о слегка чокнутом телевизионном дикторе, разразившемся бурной тирадой прямо на живом экране, верно?

ХЭННЕТИ: Верно. И его взрыв возмущения относится непосредственно к президенству Обамы, хотя до этого президенства должно пройти ещё тридцать два года. Смотрите!

ХЭННЕТИ и ЭКСЕЛЬ поворачиваются к телевизионному экрану.

На экране возникает измученное лицо диктора Говарда Била (актёр Питер Флинч), с растрёпанными волосами и с тёмными кругами под глазами.

БИЛ (почти кричит): Я не должен говорить вам, что всё обстоит плохо. Все это знают. Масса людей опстались без работы или вот-вот потеряют её. Доллар теряет свою цену, банки разоряются, люди вооружаются для своей защиты, бандиты носятся по улицам и паркам наших городов — и никто не знает, что делать, и никто не видит этому конца! Я не хочу заставлять вас бунтовать. Я не хочу заставлять вас протестовать. Я не хочу, чтобы вы писали своему сенатору. Потому что я не знаю, что вы должны писать. Я не знаю, что делать с депрессией, и инфляцией, и оборонным бюджетом, и русскими, и уличной преступностью. Одно я знаю — прежде всего вы должны обезуметь от злости и бессилия! Вы должны орать во всю глотку: «Я сошёл с ума и я не могу терпеть более! Я человек, чёрт побери! Моя жизнь на кону! Проклятье тем, кто довёл меня до этого состояния!»

Экран гаснет.

ХЭННЕТИ поворачивается к ЭКСЕЛЮ.

ХЭННЕТИ: У нас ещё осталось тридцать секунд. Ваше последнее слово, Дэйв.

ЭКСЕЛЬ: I’m sorry…

* * *

Мультипликация. Зал Нобелевских лауреатов в шведском парламенте. День.

ТЕОДОР РУЗВЕЛЬТ и МАТЬ ТЕРЕЗА стоят перед портретом Обамы.

МАТЬ ТЕРЕЗА (глядя на Обаму, произносит тихим голосом): И это всё, сынок? Это всё, что ты совершил?

РУЗВЕЛЬТ: Всего лишь обещание какой-то надежды и каких-то перемен, а? И не стыдно тебе было брать в руки Нобелевскую премию?

На экране вновь возникает заглавие фильма:

«Феномен Обамы: проходимец на президентском троне»

Под заглавием красуется предвыборный лозунг Обамы — надпись» HOPE and CHANGE» («НАДЕЖДА и ПЕРЕМЕНА») на фоне радуги.

Конец мультипликации.

Конец фильма

Print Friendly, PDF & Email

3 комментария к «Александр Левковский: Феномен Обамы: проходимец на президентском троне. Окончание»

  1. Леонид Лузер, вы ещё живы? А я надеялся, что вы последовали моему совету и переквалифицировались в управдомы. Давненько не читал ваших бредовых описаний банкротства очередной американской фирмы, типа «Sears»!

    А что касается вашего тупого комментария, то довожу до вашего сведения, что по английскому тексту этого «абсолютно графоманского мусора» был в 2014 году поставлен телевизионный фильм силами студии одного из американских университетов. Если вы владеете английским языком на достаточном уровне (в чём я не уверен, так как вы и русским владеете плохо), то вы легко отыщите этот фильм. Enjoy!

    И я умоляю вас ещё раз: поймите, что писательство не для вас. Поймите, наконец, что Бог обделил вас талантом начисто. Займитесь каким-нибудь физическим трудом, или играйте вечерами в домино, или в карты, — но не пишите… Не надо!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *