Инна Беленькая: «Бабушка, зачем ты меня отпугиваешь?»

 427 total views (from 2022/01/01),  2 views today

Период жизни ребенка «от двух до пяти» характеризуется самым пристальным вглядыванием в конструкцию каждого слова, пишет Чуковский. Для него в названии предмета должна отражаться его сущность. Как выше говорилось, ребенок бессознательно требует, чтобы в звуке был смысл.

«Бабушка, зачем ты меня отпугиваешь?»

(о сходстве детского словотворчества с древним архаическим словотворчеством)

Инна Беленькая

Фраза, взятая из книги «От двух до пяти» К. Чуковского[1] и вынесенная в заголовок, не имеет ничего общего с глаголом «пугать», «отпугивать», как может показаться на первый взгляд. Двухлетняя девочка говорит бабушке, пытающейся расстегнуть ей пальто: «Зачем ты меня отпугиваешь?». Ей, очевидно, хотелось, чтобы пальто было «запуганным», т.е. застегнутым на все пуговицы, как пишет Чуковский.

Трудно себе вообразить, чтобы кому-нибудь из взрослых пришло бы в голову произвести глагол от слова «пуговица». А для ребенка в оглаголивании слова «пуговица» ничего нет необычного.

Но самое интересное, что подобно этому в иврите слово кафтор «пуговица» и мэхафтэр (застегивает на пуговицы) связывает одноименный корень כפתר и общее происхождение. Т. е. мы видим тот же принцип конструирования глагола, что и у ребенка. Но, может, это случайное совпадение? Или вообще какой-то лингвистический курьез?

Тогда возьмем другой пример. Ребенок говорит: «Отскорлупай мне яйцо» (в значении: очисти). Точно таким же образом происходит оглаголивание слова «скорлупа» в иврите, в котором от одного корня קלףпроисходит, как слово клипа (скорлупа), так и глагол мэкалеф (очищает).

Или следующий пример — оглаголивание слова «ключ». Вместо «я запираю дверь на ключ» ребенок предпочитает говорить «я заключаю дверь» или наоборот «я отключаю дверь». Параллель с этим в иврите можно провести, если рассмотреть глагол «потэах» (открывает), который сконструирован по одному механизму с детским глаголом. Это следует из обобщения одноименным корнем פתח слов мафтэах (ключ) и потэах (открывает).

Как известно, глагол — это «нерв» всякого языка. С этим можно связать то формирующееся в подсознании ребенка представление, что «каждая вещь существует для того или иного точно определенного действия и вне этого действия не может быть понята. В существительном ребенок ощущает скрытую энергию глагола» (Чуковский).

По замечанию Чуковского, «нет таких слов, которые ребенок не превратил бы в глаголы». Ребенок с легкостью сочиняет такие глаголы, как «топорить», «молоточить», «отскорлупать», намакарониться, распакетить.
Моя знакомая рассказывает, что ее двухлетний внук Миша, после того как научился желать «приятного аппетита», увидев за трапезой всю семью, произнес: «Миса аппетитать».

Если ребенку незаметно прямое соответствие между функцией предмета и его названием, он исправляет название, подчеркивая в этом слове ту единственную функцию предмета, которую он успел разглядеть.

Приведем в пример ставшие уже классическими такие детские неологизмы, как «мазелин», «ползук», «кусарик», «копатка», «строганок». А из недавно мной услышанных — «гудильник». Так маленький Миша называет будильник. Здесь нет ни единого слова, которое не было бы связано с динамикой, движением. Всюду выдвигается на первое место действенная функция предмета, его назначение, от которого берет свое происхождение тот или иной глагол.

Это дает основание для сближения детского словотворчества и древнего архаического языкотворчества.

Согласно источникам, на ранней стадии языкотворчества части речи не были дифференцированы. Не было и глагола как самостоятельной части речи. Глагол — последнее образование, и вырастает из той же смысловой основы, что и имя существительное. Как звучит постулат Марра − «все глаголы человеческой речи произведены от имен существительных и равно не различавшихся с ними имен прилагательных» [2]. Поэтому, «если “зуб” и “кусать” на каком-либо языке одного и того же корня, то не “зуб” происходит от глагола “кусать”, а глагол “кусать” от имени “зуб”» [там же].

Примечательна оговорка Марра, касающаяся семитических языков, в которых глагол представляет отправную точку для всех частей речи, но, по его словам, это уже позднейшее явление.

Марр пишет, что во всех языках глагол «видеть» происходит от имени существительного «глаз». Иврит также не составляет исключения: слова аин (глаз) и меаэн (рассматривает) имеют одну смысловую основу и связаны общим корнем.

Как следует из этого, исходным является назначение предмета или его функция, от которой глагол берет свое происхождение. Происходит «оглаголивание» имени существительного, подтверждением чего служат следующие примеры: домкрат (магбэаh) и поднимает (магбиаh), соловей (замир) и напевает (мэзамэр), фосфор (зархан) и светит (зорэах), клад (матмон) и прячет (матмин), ластик (махак) и стирает (мохэк), санитар (ховэш) и бинтует (ховэш), корова (пара) и плодиться, размножаться (пара), цистерна (мэхал) и вмещает (мэхил) и пр.(нужно оговориться, что как в этих примерах, так и других, наряду со старыми словами есть и новообразованные, но они образованы по общим со старыми словами закономерностям).

Такой принцип конструирования глаголов является отличительной чертой иврита и характерен для словотворчества ребенка на ранней ступени его развития, а мышление ребенка имеет много сходных черт с мышлением примитивного человека, на что указывали еще ученые прошлого.

Ребенок в известной мере повторяет развитие человеческого рода и в своем речевом развитии, как можно полагать, воссоздает те приемы словообразования, которые характеризуют этап раннего языкового мышления. Не будет преувеличением сказать, что ребенок перенимает языковое наследие предков, обнаруживая, таким образом, общие тенденции развития языка.

Чуковский пишет, что сплошь и рядом случается, что ребенок изобретает слова, которые уже есть в языке, но неизвестны ни ему, ни окружающим. Один мальчик изобрел слова обутки и одетки, совершенно не зная о том, что именно эти два слова точно в таком же сочетании существуют в течении столетий на севере в Олонецком крае.

Для этого нужно, как считает Чуковский:

«… чтобы ребенок в совершенстве владел теми же приемами построения слов, которые выработал в течение тысячелетий народ»[3]

Это созвучно тому, о чем раньше писал Выготский:

«… нет ничего более ложного, чем представление, что ребенок — это белый лист бумаги, на котором можно что угодно написать. Этот лист уже покрыт какими-то письменами, записанными на нем в первые недели и месяцы жизни ребенка. Но эти письмена на совсем другом языке, часто малопонятном, часто напоминающем язык давно умерший, язык примитивного человека» [4].

Маленький ребенок — не просто недоразвившийся взрослый. Он отличается от взрослого человека не количественно, а качественно. Он мыслит иначе, иначе воспринимает мир и относится к нему иначе, чем взрослый.

Выготский показал, что в ходе развития ребенка смысловая структура слова изменяется, и на каждой ступени развития существует своя особая структура словесного значения. У ребенка в раннем возрасте одно и то же слово может указывать на разные предметы, т.е. одинаковые слова могут иметь разное значение.

В чем заключаются особенности детского мышления? Каким образом происходит перенесение названия с одною предмета на другой? Каков психологический механизм этого перенесения?

Как установил Выготский, эти вопросы получают свое разрешение в особом способе детского мышления, которое он обозначил, как мышление в комплексах, Комплексное мышление принципиально отличается от мышления в понятиях. Когда ребенок усваивает слова, вначале он усваивает внешнюю связь между словом и предметом. Поэтому перенесение значений первых детских слов и объединение ребенком разных предметов в отдельные группы происходит чисто ассоциативным путем: по внешней аналогии, образному подобию или смежности, т.е. не по закону логического мышления, а по закону мышления в комплексах.

К примеру, перекрещивающиеся линии ребенок называет аэропланом и затем называет аэропланом самые разные предметы: раскрытые ножницы, переплет оконной рамы, телеграфные столбы, переплетающиеся ветки деревьев. Один ребенок на протяжении пяти месяцев «узнал» аэроплан в 38 предметах только потому, что в их очертаниях были взаимно перпендикулярные линии (из книги: Жуковский В. И., Пивоваров Д. В «Зримая сущность». — Свердловск, изд. Уральский ун-т, 1991)

В этом случае слово «аэроплан» является для него средством обозначения группы или комплекса конкретных разнородных предметов. Это отвечает тому типу комплексного мышления, который Выготский назвал в своих экспериментах ассоциативным комплексом, так как в его основе лежит любая ассоциативная связь с любым из признаков, замечаемых ребенком в том предмете, который становится ядром будущего комплекса.

Ребенок вокруг этого ядра строит целый комплекс, включая в него самые разные предметы. И «такими естественными комплексами заполняется вся первая глава в истории развития слова», как отмечает Выготский [5]. Т. е., слово в истории своего образования имеет комплексный характер и может обозначать несколько предметов, относимых к одному и тому же комплексу, аналогично тому, как объединяет в комплекс разнородные предметы ребенок.

Одним из важных выводов, к которому приходит Выготский, является тот, что в основе примитивного мышления также лежит механизм комплексного мышления, ибо мышление примитивного человека не совершается в понятиях.

По утверждению Выготского, все существующие языки прошли через стадию комплексного мышления со всеми присущими ему отличительными свойствами

С интересующей нас точки зрения это находит свое соответствие в характере обобщения разнородных слов в иврите, которые также объединяются в корневые группы или на основании их сходства по форме (слово «кадур» обозначает и мяч, и таблетку, и пулю, и патрон, и пилюлю, а слово «габ» — это бровь, курган, насыпь, обод колеса, спина, хребет, загорбок), или по образному подобию (агур — журавль и агуран — подъемный кран; накар — дятел и нэкэр — шило), или по цвету (каспит — ртуть и кэсэф — серебро) и т.д.

По мнению Выготского, процесс становления речи у ребенка можно сопоставить с тем процессом, который претерпевает речь в своем историческом развитии. Слова не выдумываются, а происходят от других слов по образному признаку. Образ создает слово.

Повторение ребенком слова до тех пор не имеет для него смысла, пока он не соединит с ним известных образов. Согласно Чуковскому, ребенок бессознательно требует, чтобы в звуке был смысл, чтобы в слове был живой осязаемый образ, а если этого нет, то, ребенок сам придаст непонятному слову желательные образ и смысл: вместо компресса ребенок говорит «мокресс», вместо милиционера — «улиционер», на экскаватор говорит «песковатор», на синяк — «красняк», а молоко у него — «белако». Последнее слово принадлежит уже знакомому нам маленькому Мише.

Удивляет образность, выразительность этих неологизмов, благодаря чему они больше отвечают истинной природе слова, его смыслу, чем исходные.

Это стремление наглядно изобразить предмет, живописно передать его природу обнаруживает и древнее словотворчество. Древний человек мыслил образами, формой выражения которых была метафора.

Обратимся к ивриту. В этом плане показательно образование новых слов. Спрашивается, почему? При внимательном рассмотрении новые слова суть производное старых корней. Обобщение их в одну группу со старыми словами идет путем установления связей между ними по сходству, внешней аналогии, сравнению, то есть по общим со старыми словами закономерностям, в которых метафоризации значений отводится основная роль.

Например, слово сакнай (пеликан). В корневом гнезде слово сакнай объединено общим корнем со словом сакит (мешочек). В этом случае не нужно больших усилий, чтобы увидеть в такой связи между этими предметами сходство по внешнему или образному подобию и представить их в своем воображении.

Один из видов нарушения сердечного ритма — мерцательная аритмия — на иврите обозначается словом пирпур (трепыхание, (биение). Оно связано общим корнем со словом парпар (бабочка). Сравнение мерцательной аритмии с бабочкой очень точно передает характерное свойство этой сердечной патологии — сбой нормальной ритмичной работы сердца, как следствие поражения так называемого «водителя ритма».

Не менее образный рисунок возникает при названии другого заболевания — цирроза печени. На иврите это заболевание обозначается словом шахэмэт, которое имеет одну языковую основу со словом шахам (гранит). Даже не сведущий в медицине человек поймет, что это метафорическое сравнение указывает на основной патологический признак этой болезни печени — изменение ее нормальной мягкой консистенции.

Образная картина, которая вырисовывается как в этом, так и в других случаях, явно несет на себе отпечаток богатого воображения.

Как полагал Гумбольдт, богатство воображения, стремление наглядно представить предмет, живописно передать его природу свидетельствует о «сохранении юношеского облика языка». В связи с этим он считал правомерным ставить вопрос о его поэтапном развитии, ступенчатом подъеме на все более совершенные этапы, «когда язык, юношески буйствовавший в своем чувственном проявлении, все более сосредотачивается на точности выражения внутренней идеи» [6].

Период жизни ребенка «от двух до пяти» характеризуется самым пристальным вглядыванием в конструкцию каждого слова, пишет Чуковский. Для него в названии предмета должна отражаться его сущность. Как выше говорилось, ребенок бессознательно требует, чтобы в звуке был смысл.

— Почему ручей? Надо бы журчей. Ведь он не ручит, а журчит.

— Почему сверчок? Он сверкает?

— Корова не бодает, а рогает.

Но созвучие слов характерно и для древнего языкотворчества. О значимости созвучий, которые являются неотъемлемой частью древнего языка и лежат в основе древнейшего способа словообразования, существует большая литература. Вот как об этом пишет ученый гебраист А. Десницкий в своей монографии «Поэтика библейского параллелизма» [7]:

«Если для А.А. Блока выражение «чудь начудила, да меря намерила» было скорее языковой игрой, то для библейского автора подобное звуковое сходство наверняка стало бы поводом подробно рассказать, как именно начудила чудь и что именно намерила меря, и как эти события повлияли на дальнейшую судьбу этих народов».

Здесь мы подробно не будем на этом останавливаться, т.к. это отдельная большая тема.

Единственно, что нужно отметить, что такое созвучие слов не случайно. Это является отзвуком той ранней эпохи словотворчества, когда, по выражению О.М. Фрейденберг, «не только язык, а каждая отдельная фраза представляла собой систему, в которой слова повторяли друг друга, и семантически, и фонетически, и ритмически».

И в заключение надо сказать следующее. Как пишет российский лингвист и психолог, профессор Ревекка Марковна Фрумкина,

«… за последние десятилетия в лингвистике произошла пpактически полная смена паpадигмы. Изменились способы конструирования предмета лингвистического исследования. Кардинально преобразился сам подход к выбору общих принципов и методов исследования <…> Язык представляется как средство доступа к мыслительным процессам. Именно в языке фиксируется опыт человечества, его мышление» [8].

В связи с этими изменениями значительно повысился интерес исследователей и к детскому словотворчеству.

«Человек рождается, наделенный возможностью владения языком. Однако этой возможности еще предстоит реализоваться. Чтобы понять, как именно это происходит, психолингвистика изучает развитие речи ребенка <…> много внимания уделяется изучению детских неологизмов в области словообразования, поскольку это дает возможность изучать динамику порождения речи», по словам автора. С этими словами трудно не согласиться.

Согласно автору, «психолингвистика изучает язык прежде всего как феномен психики. С точки зрения психолингвистики, язык существует в той мере, в какой существует внутренний мир говорящего и слушающего, пишущего и читающего. Поэтому психолингвистика не занимается изучением “мертвых” языков, где нам доступны лишь тексты, но не психические миры их создателей».

Но здесь, мне кажется, требуется внести небольшую поправку. Естественно, что у психолингвистики свои цели и задачи, которые диктуют и соответствующие научные методы и подходы. Но искусственное сужение рамок исследования не всегда идет на пользу предмету исследования.

Автор справедливо указывает, что большое внимание «уделяется изучению детских неологизмов в области словообразования, поскольку это дает возможность изучать динамику порождения речи». Но что такое детские неологизмы?

Как мы убедились, детское неологизмы находят свою аналогию в древнем словообразовании, что явствует из оглаголивания имен существительных («Бабушка, зачем ты меня отпугиваешь?») и не только. Из психологии детского развития выросла концепция комплексного мышления Выготского, результатом чего можно считать появление нового подхода к изучению языковых явлений. Взятый им за основу генетический подход позволил установить связь между закономерностями примитивного мышления и особенностями словообразования на раннем этапе языкового развития. Его вывод — все языки прошли через стадию комплексного мышления.

Выготский не использовал теорию комплексного мышления применительно к какому-либо конкретному языку, ограничиваясь в своих исследованиях рассмотрением отдельных примеров. Но его разработки, открывающие новые подходы к изучению языка, могут быть с полным основанием приложимы к подобным исследованиям, о чем свидетельствует изложенное выше.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Чуковский Корней. От двух до пяти Москва ТЕРРА –КНИЖНЫЙ КЛУБ 2001.
  2. Марр Н. Я Яфетидология. — Жуковский-Москва, Кучково поле, 2002, с. 347.
  3. Чуковский Корней. От двух до пяти Москва ТЕРРА –КНИЖНЫЙ КЛУБ 2001, с. 35.
  4. Выготский Психология — М.: Эксмо-Пресс, 2000, с. 132.
  5. Там же, с. 367.
  6. Гумбольдт В. Избранные труды по языкознанию. — М.: «Прогресс», 2000, с. 180.
  7. Десницкий А. Поэтика библейского параллелизма.
  8. Фрумкина Р.М. Психолингвистика: что мы делаем, когда говорим и думаем. Препринт WP6/2004/04. — М.: ГУ ВШ.
Print Friendly, PDF & Email

39 комментариев к «Инна Беленькая: «Бабушка, зачем ты меня отпугиваешь?»»

  1. AK
    29 января 2021 at 0:10 | Permalink
    Инночка, кажется вы невнимательно читали некоего автора по фамилии Крамер.
    ____________________________
    Но вы на меня не сердитесь? Между прочим, когда я задала этот вопрос Евгению, я на самом деле думала про вас. Это была в некоторой степени провокация, которая сработала на 120%.

  2. Инночка, кажется вы невнимательно читали некоего автора по фамилии Крамер. Это, конечно не грех, но уж точно не добродетель! 🙂
    Вот и журнал Лэхаим пишет: «… существовала империя, которую называли «Ойкуменой», состоявшая из городов, созданных по одному типу, из разных народов, рас, но устроена эта империя была повсюду одинаково, хотя, если я правильно понял, какого-то центра или столицы у империи не было.
    Что же эту мифическую «средневековую империю» объединяло? Правильно, евреи. Автор начинает книгу с перечисления исторических загадок, на которые нет ответов. Прежде всего – распространенность форм иудаизма, то, что некоторые предметы и имена, схожие с иудейскими, существуют во многих местах земного шара: и в Эквадоре, и в Японии; дальше он пишет об арамейском языке как о некоем праязыке, откуда произошли «иудо-греческий», «иудо-персидский», «иудо-латынь», «иудо-иберо-романский», «иудо-итальянский», «иудо-французский», «иудо-португальский» и, само собой, «иудо-немецкий», или идиш (он, конечно, был раньше немецкого, и немецкий уже от него произошел). Потом эти средневековые языки развились в современные, и теперь они совсем не похожи на своего предшественника.

    Что же делали в этой «империи» евреи? Мы знаем, что они жили обособленно в гетто и что во всех странах их не особо любили. Все правильно, считает автор. Потому что евреи были кровеносной системой «империи», – они собирали повсюду деньги, дань, мыт. То есть были мытарями. Кто же любит сборщика налогов? И поскольку финансы были у них, то евреи всем заправляли в «империи»: контролировали власть, строили города по единому плану, даигали прогресс, вообще, являлись тем, что связывало весь разрозненный средневековый мир воедино.» немудрено, что и географические названия — еврейские. (Может быть, где-то арамейские — это надо проверить).

    Если кто-то является собирателем и распределителем денег, его надо охранять. Чтобы охранять евреев, были созданы рыцарские ордена: тамплиеры, тевтоны и т. д. Так функционировала великая еврейская империя… это дурнал Лэзаим цитирует автора «А.Синельников, «Великая империя евреев»

    1. Читай: «журнал «Лэхаим», а не дурнал лэзаим!
      Весь предыдущий мой пост связан с вопросом Инны о Саргасовом море ( инфо: Евгений).

  3. Zvi Ben-Dov28 января 2021 at 16:49 |
    Вот вам ещё…
    Более тридцати лет назад маленький сын моей коллеги по работе говорил:
    «Мама, почему то, что мы плюём называют «слюни»? Мы же их ПЛЮЁМ — значит это ПЛЮНИ!»
    ________________________
    Прямо как у Чуковского: «слюнка, например, у детей превращается в плюнку: потому что «мы не слюем, а плюем».

    А вы, Zvi Ben-Dov, не хотите написать продолжение «От двух до пяти»?

    1. Я — методолог, а не про заек и не поэтому 🙂
      А прозу и стихи пишу для проверки той или иной методологической идеи, хотя иногда слегка затягивает.
      Более тридцати лет назад я придумал несколько развивающих игр для детей 3-4 лет проверил их на своей старшей дочке, написал несколько коротюсеньких статеек и на этом с детьми у меня всё закончилось.

  4. Eugene28 января 2021 at 15:34 |
    С детства слышал, что есть такое в Атлантике Саргассово море. И вот только недавно узнал, что название имеет происхождение из иврита: עשב סרוג ( эсеф саруг), что означает: сплетенная трава.
    ___________________________
    А как вы думаете, каким образом оно (море) получило это название?

  5. Zvi Ben-Dov 28 января 2021 at 15:21 |
    Дочкины “афоризмы”
    _____________________
    Ну, чУдные просто, возьму себе на заметку

    1. Вот вам ещё…
      Более тридцати лет назад маленький сын моей коллеги по работе говорил:
      «Мама, почему то, что мы плюём называют «слюни»? Мы же их ПЛЮЁМ — значит это ПЛЮНИ!»

  6. Eugene
    27 января 2021 at 21:19 |
    Ну у Вас там какие то авторитеты: Марр, Гумбольт etc. У меня авторитет — это иврит
    ________________________
    Вот как раз у лингвистов Марр и etc не числятся в авторитетах. У вас, вы пишете, «авторитет — это иврит». Но ведь одно другому не мешает.

    1. С детства слышал, что есть такое в Атлантике Саргассово море. И вот только недавно узнал, что название имеет происхождение из иврита: עשב סרוג ( эсеф саруг), что означает: сплетенная трава.

  7. Дочкины “афоризмы”

    О двоюродной бабушке: «Это моя бабучатая (иногда бабушняя) тётя» (калька с «внучатная племянница»)

    — Ну едь уже! Вперёд!
    — Пер(е)дю…

    — Обгоняй!
    — Ладно, сейчас обогну…

    Погубить — это поцеловать?

    Захлебнуться — это подавиться хлебом?

    Сиденья слишком новые. Нужно их припопить.

    Какое весёложизнечное существо!

    Я хотела этот экзамен пересдать, но вместо этого его перезавалила. Теперь придётся перевзять этот курс.

  8. AK
    28 января 2021 at 0:37 |
    Инна, здравствуйте. В связи с темой детского словотворчества куда вы бы отнесли современное погуглить, лайкнуть, отфрэндить, захайлайтить? Глаголы образуются по всем правилам грамматики, но из иностранных слов. Популярность этих неологизмов столь велика, что в России вышел закон, регламентирующий (в основном запрещающий) их употребление. Здесь тоже отголоски архивного словобразования? Очень может быть — народ зримо дичает.
    _______________________________
    Я бы не стала делать такие обобщения. Это все закономерно, новые слова должны быть адаптированы. Язык – живой организм и пресечь употребление неологизмов какими-то указами — гиблое дело. Если не будет потребности в этих словах, они сами исчезнут.

  9. Глаголить, вообще произносить, \»Г\» — это ״hey -артикль\», ЛА — это от \»лашон\» — язык, ГОЛ — это КОЛ — голос на иврите. Вот откуда ноги растут.

    1. Слово «глагол» — это существительное, а вот слово «глаголить» — это уже глагол

  10. Инна, здравствуйте. В связи с темой детского словотворчества куда вы бы отнесли современное погуглить, лайкнуть, отфрэндить, захайлайтить? Глаголы образуются по всем правилам грамматики, но из иностранных слов. Популярность этих неологизмов столь велика, что в России вышел закон, регламентирующий (в основном запрещающий) их употребление. Здесь тоже отголоски архивного словобразования? Очень может быть — народ зримо дичает.

  11. Eugene27 января 2021 at 18:45 |
    Инна, если вы лингвист,
    _________________________
    И с чего это вы взяли?

    1. Ну у Вас там какие то авторитеты: Марр, Гумбольт etc. У меня авторитет — это иврит. Как говорит один герой Э.Ремарка в Тени в раю: “Когда наши предки уже достигли вершин культуры, древние германцы в звериных шкурах еще сидели на деревьях на берегах Рейна и плевали друг в друга.”
      Когда евреи учили своих детей Танаху на сакральном языке, славяне продавали своих детей в рабство. Кстати многих из них евреи обучали в своих школах.

  12. Инна, если вы лингвист, то я Вас понимаю, что трудно и не хочется отказываться от всего того, чему тебя учили, вот и держишься за этот багаж, хоть он и сомнительный, но зато свой родной. Но что делать: » Где бы тут на двор окошко» — молвил (мила — ивр.) он , вышиб ( шавар -ивр. — разбил) дно, и вышел он»

  13. Eugene27 января 2021 at 15:28 |
    у глагола «ввергать» я нашел то существительное из которого он образовался — это «борег» בורג (винт) , т.к. когда кого-то свергают, часто «откручивают» голову.
    ______________________________
    Вы очень изобретательны. Это прямо по теории археометра Бершадского. Это он считает, что все русские слова от ивритских корней образовались. И вы тоже?

    1. Не только слова, первые русские были евреи из Крыма, רשעים рашаим, греки прозвали «руссим» у них же нет буквы «ш». Кстати Бершадский кажется в моем городе живет Беер Шева. Привет ему , он прав. А что 1000 лет Хазарского Каганата прошло не оставив следа.

    2. Не только русские слова, но и многие мировые топонимы и гидронимы, т.к. на первые карты наносились имена на иврите или арамейском. Пример пролив на Новой Земле — Маточкин Шар (ворота на иврите) Карское море (Холодное в отличие от Баренцова, т.к. Замерзает).

    3. Метод ассоциаций поручика Ржевского (корнет->кларнет->тромбон->…дальше неприлично) позволяет практически с математической точностью найти ивритские корни у любого слова 🙂
      Я считаю, что из этого в результате получится книга, которая будет пользоваться спросом у всех категорий населения Израиля — независимо от рода их деятельности 🙂

  14. «Язык представляется как средство доступа к мыслительным процессам. Именно в языке фиксируется опыт человечества, его мышление» [8].»

    Вот например выражение: «Застыл, как вкопанный» Если бы этот лингвист знал иврит, то помнил бы, что русский язык — это диалект иврита. «Застыл» на иврите קפאתי КАФАти, созвучно КОПАть, вот и примитивное мышление на ранных этапах языкообразования и зафиксировало эту схожесть в ином смысле, как будто это. Не «замерз», а «замер» (значит пора закапывать).

  15. Вот глаголы от слова «слово» образовались от его перевода на иврит «мила» מילה : МОЛвить, МОЛить, МОЛчать…..

  16. Вот, например, слово «подмышки» мне не удалось конвертировать в глагол, а у глагола «ввергать» я нашел то существительное из которого он образовался — это «борег» בורג (винт) , т.к. когда кого-то свергают, часто «откручивают» голову.

  17. Е.Л.
    26 января 2021 at 21:58 |
    Образование глаголов с помощью конверсии. Таким образом глаголы образуются главным образом от существительных: dust (пыль) — to dust (сметать пыль); a bomb (бомба) — to bomb (бомбить); water (вода) — to water (поливать); a hand (рука) — to hand (вручать); a head (голова) — to head (возглавлять);
    a finger (палец) — to finger (нажимать пальцем); winter (зима) — to winter (зимовать). Количество глаголов, образованных от существительных конверсией, очень велико
    __________________________
    Ефим, вы меня не поняли. То, что любое слово может быть конвертировано в глагол, не вызывает возражений. И в русском так же: работа-работать, игра-играть, кашель – кашлять, пыль-пылить, пот-потеть, зима –зимовать, бомба- бомбить, война-воевать и т.п. Я над этим думала. Но это же совсем другое, отличное от того, что ребенок создает или, что мы видим в иврите, уж не буду повторяться, приводить примеры.

  18. Е.Л.
    26 января 2021 at 19:11 |
    Подставляете меня под удар, дорогая Инна. Глагол означает «объевреить», «перехитрить», «обмануть». Поэтому я не рискнул сразу.
    __________________________
    Я примерно тоже так думала. И вы правы, это по архаическим «лекалам» образовано. Аналогично этому цыган — выцыганить, т.е. стрельнуть, выменять, променять, выклянчить. Но вот насчет «легиона» я сомневаюсь. Возможно, что-то и сохранилось, как «пережиточные формы» (Марр), потому что, по Марру, «в лексическом составе каждого языка, в различных его слоях выявляется творчество совершенно отличное от нашего восприятия мира, как результат отложения доисторического мышления».
    Из этого следует и определенный подход к языку, не как «к однородному массиву, а как к составу из различных наслоений в результате отложений стадиальных трансформаций из языков более древних систем» (Марр). И с этим нельзя не согласиться.

    1. Образование глаголов с помощью конверсии. Таким образом глаголы образуются главным образом от существительных: dust (пыль) — to dust (сметать пыль); a bomb (бомба) — to bomb (бомбить); water (вода) — to water (поливать); a hand (рука) — to hand (вручать); a head (голова) — to head (возглавлять);
      a finger (палец) — to finger (нажимать пальцем); winter (зима) — to winter (зимовать). Количество глаголов, образованных от существительных конверсией, очень велико.
      Подробнее: http://englishgu.ru/obrazovanie-glagolov-v-angliyskom-yazyike/#ixzz6kgZ8QMnM

  19. Benny B
    26 января 2021 at 17:10 |
    Я это к тому, что начиная с эпохи Мишны и тем более Талмуда — иврит развивается с идеей «очень важно избежать двусмысленностей и недоразумений».
    Этот этап внешне похож на «детский этап» языка, когда глаголы образуются от корней имён-существительных (отношение между существительными и глаголами это «1 to 1»).
    Но это только внешнее сходство. По сути иврит уточняет модель «m to n» (глаголы к существительным), упрощая её до «1 to 1» там, где это уменьшит недоразумения.
    _____________________________
    Ну какое же это «внешнее сходство», Бенни, если имеется в виду назначение предмета, его функция, от которой глагол берет свое происхождение. А это уже область семантики – значения слова. Поэтому можно безошибочно «угадать» глагол: ширма – отделяет, беженец – выкидывается, губка – впитывает и пр. Любопытно, а что это за модели, про которые вы пишете, можно на примерах объяснить, как эти модели работают?

    1. Ну какое же это «внешнее сходство», Бенни, если имеется в виду назначение предмета, его функция, от которой глагол берет свое происхождение.
      =====
      Я как раз и пробовал объяснить, что эти функции бывают РАЗНЫЕ:
      Модель «1 to 1»: пуговицу застегивают, скорлупу очищают — а также краской красят, дело делают, рассказ рассказывают.
      Модель «m to n»: повторять, наблюдать, описать и т.д. можно дело, рассказ, процесс, путь и т.д.

      В первой модели у существительного есть единственное действие, которое а)главное и б)наиболее простое.
      В этой модели образования глагола от корня существительного не мешает, а нередко и помогает избегать недоразумений. В современном иврите: иерусалимская «Академия языка иврита» делает это специально.
      Именно эту модель дети осваивают первой — а взрослые её используют с целью максимально однозначного выражения своих мыслей.

      Вторая модель более сложная логически и гораздо более мощная в применении — но она может создавать недоразумения вроде «что ты меня попросил повторить: действие или рассказ?».
      В этой модели образования глагола от корня существительного является архаикой и проблемой.

      P.S.: спасибо за статью, из обсуждения я вышел.

  20. Михаил Поляк 26 января 2021 at 16:10 |

    Очень верно, что иврит, сохранивший свою структуру с дпевнейших времен, очень полезен лингвистам.
    __________________________
    Как говорят, уважаемый Михаил, вашими бы устами….

  21. Ефим Левертов26 января 2021 at 17:07 |
    «В сороковых годах девятнадцатого века в американский сленг вошел глагол to jew». Как Вы думаете, что означает здесь глагол to jew?
    __________________________
    Дорогой Ефим, мне кажется, нельзя этот глагол выхватывать из контекста. Можно ведь так и ошибиться. Если вас не затруднит, то дайте свой перевод, а потом я отвечу на все ваши вопросы и постараюсь развеять ваши сомнения (вы ведь усомнились в правоте моих утверждений)

    1. Подставляете меня под удар, дорогая Инна. Глагол означает «объевреить», «перехитрить», «обмануть». Поэтому я не рискнул сразу.

  22. По-моему в войне 1956-го года в ЦАХАЛе был очень неприятный случай: артиллерия обстреляла позиции египтян, потом их атаковала и заняла пехота, а после этого фицер-пехотинец поговорил по рации с артиллеристами. Пехотинец что-то плохо расслышал и он сказал «повтори», имея в виду «скажи снова». Артиллерист понял это как «сделай снова» — и артиллерия снова обстреляла эти позиции. В результате погибли десятки солдат ЦАХАЛа.

    Я это к тому, что начиная с эпохи Мишны и тем более Талмуда — иврит развивается с идеей «очень важно избежать двусмысленностей и недоразумений».
    Этот этап внешне похож на «детский этап» языка, когда глаголы образуются от корней имён-существительных (отношение между существительными и глаголами это «1 to 1»).

    Но это только внешнее сходство. По сути иврит уточняет модель «m to n» (глаголы к существительным), упрощая её до «1 to 1» там, где это уменьшит недоразумения.

  23. Дорогая Инна!
    Спасибо за интересную статью. Но почему Вы пишете: «Всюду выдвигается на первое место действенная функция предмета, его назначение, от которого берет свое происхождение тот или иной глагол. Это дает основание для сближения детского словотворчества и древнего архаического языкотворчества». Почему Вы приписываете это явление детскому словотворчеству, если это характерно для вполне взрослых англоязычных джентльменов? Примеров этому легион, но я приведу очень рискованный в нашей аудитории пример. Вот я читаю в израильской книге «Евреи США»: «В сороковых годах девятнадцатого века в американский сленг вошел глагол to jew». Как Вы думаете, что означает здесь глагол to jew?

  24. Насчет журавля и подъемного крана: здание средневекового устройства для подъема судов на набережной в Гданьске называется Журав. Да и колодцы в деревнях осеащалм журавлями.
    Очень верно, что иврит, сохранивший свою структуру с дпевнейших времен, очень полезен лингвистам.

  25. Лев Мадорский26 января 2021 at 8:10 |
    Спасибо, Инна! Очень точные и ценные наблюдения.
    _____________________________
    Спасибо, Лев, — не зря старалась.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *