Александр Левковский: Вайден против Трамфа: сага о грандиозном подлоге. Продолжение

 142 total views (from 2022/01/01),  2 views today

… Ждать мне пришлось недолго — всего одну неделю. Ровно через семь дней я дрожащими руками вскрыла конверт и прочитала адрес в Бедминстере, штат Нью-Джерси, где мне предстоит собеседование с моим возможным боссом через два дня…

Вайден против Трамфа: сага о грандиозном подлоге

Фантастическая повесть

Александр Левковский

Продолжение. Глава 1, 2, 3, 4, 5

ЛевковскийГлава 6. Энн Маневич. Завершая полёт из Принстона в Портланд. Февраль

… Я глянула искоса на Роберта. Он спал в правом кресле рядом со мной, свесив голову набок и причмокивая губами во сне. Убаюкал его наш полёт. Ну и отлично! Не будет беспокоить меня и даст мне возможность подумать о моей встрече через пару часов с его могущественным дедом.

Моя Сессна пересекла прибрежную полосу Нью-Джерси — и теперь подо мной расстилался океан, над которым мне предстоит лететь, в обход Нью-Йорка, до самого Портланда.

В моём воображении вновь всплыл образ Джорджа Фаркаша, чьё имя было указано двадцать два года назад в газетном объявлении в качестве «владельца обширной усадьбы», — единственного человека, которому я не смела перечить никогда. Такая зависимость установилась в наших отношениях с того самого момента, когда я впервые увидела лицо этого человека, изменившего впоследствии мою судьбу…

… Я уже знала тогда до мелочей это худое загорелое лицо, увенчанное густой копной полуседых волос. Я изучала это известное на весь мир лицо на своём компьютере бесчисленное количество раз, готовя себя к той встрече, от которой, я предчувствовала, будет зависеть вся моя будущая жизнь. Я говорила себе, я шептала во сне и наяву как молитву, как клятву, как заклинание мою страстную мольбу, чтобы я ему пришлась по душе, чтоб я понравилась ему! — нет-нет, просто понравиться будет недостаточно! Я должна его очаровать… Ослепить… Поразить… Заставить думать только обо мне… Сделать для него невозможным принять к себе какую-либо иную женщину… Только меня! Только меня! Только меня и никого другого!

Ему пятьдесят восемь; мне — двадцать три. Он дважды разведён; я никогда не была замужем. Ну и что? Я не собираюсь прыгнуть к нему в постель — во всяком случае, не сразу. При его-то деньгах у него, я уверена, не было недостатка в таких прыгуньях.

Где у меня с ним точки соприкосновения? Я должна поразить его именно там, где у меня есть в изобилии мои плюсы. Что его интересует? Чем он живёт? Что возбуждает его? Что… что? В его многочисленных биографиях неонократно подчёркивается, что его страсти — это бизнес, филантропия, изобразительное искусство (ему принадлежат в разных концах мира четыре музея), художественная литертура (по какой-то причине ему, венгру по происхождению и американцу по гражданству, пришлась особенно по душе именно русская литература), теннис и женщины…

Стоп! Теннис и женщины! Пожалуй, вот они — мои искомые точки соприкосновения! Я, без ложной скромности, красива — меня даже, бывало, сравнивали с Софи Лорен и Джиной Лоллобриджидой, — а он, как пишут его биографы «без ума от женской красоты». И вдобавок он помешан на теннисе — он проводит на теннисном корте не менее двух часов ежедневно, — а я, кстати, однажды участвовала (правда, без особого успеха) в юношеском чемпионате Киева… А это значит, — к такой-то матери все разговоры о бизнесе, филантропии, Микельанджело и Антоне Павловиче Чехове! Теннис и моя ослепительная улыбка, подобная улыбке Элизабет Тэйлор! — вот мои главные орудия завоевания Джорджа Фаркаша!

Но ещё до того момента, когда я пущу в ход эти могучие средства завоевания, я должна составить РЕЗЮМЕ — это сущее проклятие каждого, кто вознамерился стать наёмным работником в Соединённых Штатах Америки. Как я уже писала выше, этим видом литературного творчества занимаются специальные организации, одной из которых являлась уже упомянутая мною бруклинская контора под названием «Резюме для победителей». Этот офис находился в двух замызганных комнатушках, на втором этаже мрачного кирпичного дома, как раз над дурно пахнущим складом супермаркета, что расположен на знаменитой среди русскоязычных эмигрантов Брайтон Авеню.

В этом офисе меня встретил лохматый и прыщавый юнец лет двадцати, не более, — с виду, типичный российский второгодник, оказавшийся, однако, чистокровным американцем по имени Брайан, — причём, как оказалось позже, не двадцати лет отроду, а тридцати пяти. Сразу выяснилось, что «второгодник» Брайан — владелец этой конторы. Усадив меня в грязноватое продавленное кресло, знавшее лучшие времена, и предложив мне чашку кофе, он сразу взял быка за рога:

— Энн. — спросил он, — какую категорию резюме вы предпочитаете?

— Брайан, — удивилась я, — разве существуют в этом бизнесе какие-то категории?

— Существуют.

— Сколько их?

— Три.

— А именно?

— Первая — художественная! — представляет собой полностью вымысел и поэтому самая дорогая. Вторая, подешевле, — наполовину правдивая. Третья, абсолютно соответствующая действительности, — самая несложная в изготовлении и потому — наиболее дешёвая. Какая вам подходит?

Я отхлебнула кофе и на минуту задумалась. Третья — полностью правдивая — категория резюме грозит мне абсолютным провалом… И, конечно, первая категория — очень привлекательная, но в то же время весьма рискованная… Остановимся, пожалуй, на второй…

— Энн, — прервал мои размышления Брайан, — если вы хотите сохранить кое-что из вашей биографии, но находите её суммарно не слишком впечатляющей, выбирайте вторую категорию.

Я посмотрела на него с невольным уважением. Этот долговязый тип, несмотря на его грязноватые кудри и лиловые прыщи, просто ясновидец. Откуда ему известно, что я хочу сохранить какие-то детали моего красочного прошлого?

— Брайан, у вас в роду были цыгане?

— У меня в роду были англичане, норвежцы, и есть также в моих жилах две-три капли индейской крови. Почему вы спрашиваете?

— Вы только что прочитали мои мысли. Кто будет составлять вторую категорию моего резюме?

— Я лично.

— А первую категорию тоже вы составляете?

— Нет, для этого я приглашаю мою хорошую знакомую, очень плодовитую журналистку по имени Дженнифер Эйбрамс. Она вообще-то специализируется на великосветских сплетнях, но иногда подрабатывает у меня. У ней прекрасное воображение. Она сейчас пишет свой новый роман. Говорит, что он потянет на Нобелевскую премию.

— Неужели находятся люди, которым надо сочинить полностью фиктивную биографию прямо с потолка?

Брайан усмехнулся и подлил мне горячего кофе в чашку.

— Находятся, Энн… И, особенно, среди ваших соотечественников, российских эмигрантов. Вот совсем недавно ко мне явился один из ваших — судя по бумагам, крупный специалист по самолётам по имени Чердачников Алексей. Язык можно сломать на такой варварской фамилии: Чер-дач-ни-ков! Окончил престижный авиационный институт в Москве и проектировал самолёты у Ильюшина и Сухого. А тут он сунулся в Боинг, Локхид, Пратт энд Уитни — нигде не берут! Боятся, что его подослала ваша разведка. Были такие случаи. Ну он и обратился за помощью ко мне.

— Помогли?

— Ещё как! Я вызвал мисс Эйбрамс. Та провела с этим авиационным мудрецом трёхчасовую беседу и через пару дней выдала ему совершенно новую биографию, где правдивой была только его идиотская русская фамилия и где красочным английским языком описывалось, как владелец этого резюме батрачил два десятка лет на проектировании и расчётах самых крупных железобетонных и стальных мостов чуть ли не через все главные реки России и Украины.

— Авиационный инженер! — на проектировании мостов?

Брайан махнул пренебрежительно рукой.

— Какой там «авиационный инженер»! Дженнифер написала в резюме, что мистер Чердачников окончил в своё время с отличием инженерно-строительный институт по специальности «Мосты и тоннели». Мистер Чердачников обложился учебниками по строительству мостов и через три месяца послал резюме в четыре мостостроительные фирмы в Нью-Йорке и Нью-Джерси. И везде получил предложение на работу. Никто и не подумал спрашивать у него диплом об окончании интитута — здесь это не принято…

… Короче, прыщавый Брайан, по договорённости со мной, сочинил мою новую биографию, где указывалась такая важная деталь: оказывается, я окончила — разумеется, с отличием! — не только факультет иностранных языков (английский и испанский языки), но умудрилась при этом, не щадя юных сил и пренебрегая развлечениями, окончить заочно факультет искусствоведения Петербургского университета с упором на западноевропейское изобразительное искусство! Причём, моя дипломная работа была посвящена подробнoму сравнительному анализу творчества великих испанцев: Гойя, Веласкеса и Эль Греко.

А ещё из моего резюме Джорджу Фаркашу станет известно, что я, оказывается, была двухкратной чемпионкой Киева по теннису.

Важное место в моём жизнеописании заняли также ссылки на мои интеллектуальные хобби, среди которых главнейшее место занимала моя страсть к русской литературе. Тут я, при помощи Брайана, дала волю своему воображению! Резюме просто пестрело не только именами великих русских классиков, но и именами менее известных литераторов типа Надсона, Хлебникова, Северянина и раннего Маяковского… В общем, Джордж Фаркаш будет, несомненно, сокрушён моей из ряда вон выходящей литературной эрудицией.

Ну что ж, я как-будто покрыла в резюме все требования моего потенциального работодателя. Я заплатила Брайану по его прейскуранту за резюме второй категории, попрощалась с ним, отослала резюме таинственному мистеру Фаркашу и принялась ждать…

… Ждать мне пришлось недолго — всего одну неделю. Ровно через семь дней я дрожащими руками вскрыла конверт и прочитала адрес в Бедминстере, штат Нью-Джерси, где мне предстоит собеседование с моим возможным боссом через два дня…

… Моя Сессна миновала, один за другим, штаты Новой Англии, и я стала снижаться, приближаясь к Портланду, штат Мэйн.

— Роберт, — позвала я, — проснись, мальчик. Сейчас я сделаю круг над городом, и ты увидишь чёрный лимузин твоего любимого деда, ждущего нас с тобой около взлётного поля. Мы прилетели…

Продолжение
Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *