Михаил Ривкин: Недельный раздел Тазрия – Мецора

 259 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Надо принимать во внимание, что такие понятия как «скверна» и «чистота» относятся к самым древним и архаичным основам прото-израильского культа. Задолго о того, как политеизм стал понемногу уступать свои позиции, эти понятия уже занимали центральное место в мировоззрении наших предков.

Недельный раздел Тазрия — Мецора

Михаил Ривкин

Тума (скверна), во всех её многочисленных проявлениях, это некая глубинная сущность болезней, патологии, разложения, гниения, будь то гниение человека, будь то гниение материальных объектов. Но есть один случай, который явно нарушает это общее правило. Роженица объявляется осквернённой, причём на достаточно длительный срок.

И говорил Г-сподь Моше так: Говори сынам Исраэйлевым следующее: если женщина зачнет и родит мальчика, то она нечиста [осквернена] будет семь дней, как во дни отлучения ее по обычной болезненности ее будет она нечиста [осквернена]. А в день восьмой пусть обрежут крайнюю плоть его. И тридцать три дня должна она оставаться в чистом кровотечении ее; ни к чему священному не должна прикасаться и в святилище не входить, пока не исполнятся дни очищения ее. Если же она девочку родит, то она нечиста [осквернена] две недели, как во время своего отлучения, и шестьдесят шесть дней должна оставаться в своем кровотечении чистом. По исполнении же дней очищения ее за сына или за дочь пусть принесет она ягненка однолетнего во всесожжение и молодого голубя или горлицу в грехоочистительную жертву ко входу в шатер соборный, к священнику. И он принесет это пред Г-спода, и искупит ее, и станет она чиста от течения кровей ее. (Ваикра 12:1-7)

В прошлом году мы предложили вниманию читателей то объяснение, которое даёт этому парадоксу Б. Левин. Его главный тезис состоит в том, что антагонизм «чистый» — «осквернённый» во многом тождественно антагонизму «имунный, безопасный» — «уязвимый, подверженный опасности». Если принять такое допущение, то становится понятным, что законы о роженице основаны на трезвом признании того риска, которому она подвергается. Роженица должна «переждать» в относительной изоляции от всех ритуальных объектов и церемоний этот рисковый период. Иными словами, осквернение роженицы носит не сущностный, содержательный характер, а, скорее характер процессуальный, формальный. Мы знаем, что роженица рискует умереть и осквернить, тем самым, всех, ко будет в этот момент под одной с ней кровлей, и потому «для перестраховки» объявляем её осквернённой. В пользу такого объяснения говорит и то, что после истечения периода осквернения наступает некий промежуточный период, когда роженица ритуально чиста, но некоторые «перестраховочные» ограничения на неё по-прежнему наложены, в первую очередь — запрет входить в Святилище. Смысл этого запрета в том, чтобы избежать самой страшной, в плане ритуального осквернения, ситуации — смерти человека в Святилище, и осквернения, тем самым, самого Святилища.

Такое объяснение вполне логично и обосновано, однако оно ухватывает только некую внешнюю, «видимую глазом», формальную сторону такого в высшей степени сложного явления, как скверна. Роженицу, которая осквернена только виртуально, осквернена «в потенциале», мы декларируем галахически осквернённой, чтобы избежать тех рисков, которые могут реализоваться, а могут и нет. Этот внешний, формальный аспект в законах о роженице имеет место, но это только первый, поверхностный уровень толкования этих законов. Если верно наше исходное допущение, что любое явленное. реализованное проявление скверны имеет своей первичной онтологической основой смерть, разрушение, разложение, извращение естественных законов бытия, то следует искать такого рода основу и в данном случае тоже. И поможет нам тот же Барух Левин:

«В древние времена забота о благополучии матери и ребёнка чаще всего проявлялась как страх перед деструктивными, демоническими, анти-жизненными силами. Этот страх вполне очевиден в других текстах Ближнего Востока, современных библейскому периоду. Мы видим множество заклинаний, направленных против демонов и ведьм, которые, как считалось, могут убить новорожденного и повредить роженице. Есть основания полагать, что подобные страхи были распространены и в древнем Израиле. И хотя библейская религия, разумеется, не допускает таких магических заклинаний, как средства преодолеть все эти угрозы жизни, она предлагает свои ритуальные средства и практические методы обеспечить еврейской роженице и её общине то, что магия должна была бы обеспечить языческой роженице»[i]

Таково рода верования во вредоносных демонов, угрожающих роженице, и магические ритуалы охраны роженицы от злых духов и поныне широко распространены у некоторых примитивных племён. Интересно, что у некоторых народов рисковым, смертельно опасным считался не только момент рождения, но и сам момент зачатия, который тоже «приоткрывал» нечто сокровенное:

«Так, например, народы Невольничьего Берега, говорящие на языке йоруба, верят в существование неких злых духов, именуемых абику, которые населяют леса и пустыни и, сильно страдая от голода, жаждут всегда поселиться в человеческом теле. С этой целью они улучают момент зачатия и проникают в зародыш во чреве женщины. Когда потом рождается ребенок, он чахнет и хиреет, потому что голодный демон внутри его поедает лучшую часть пищи, предназначенной для самого младенца. Чтобы избавить дитя от неприятного жильца, мать приносит демону жертву яствами и, пока он их пожирает, она пользуется его отлучкой, чтобы нацепить своему ребенку на щиколотки железные колечки и бубенчики и колечки на шею. Лязг железа и звон бубенчиков должны, по ее убеждению, удержать демона на расстоянии»[ii]

Далее Дж. Дж. Фрэзер описывает целый ряд обрядов, призванных защитить роженицу от демонов. В Абиссинии после родов мать с новорожденным на руках медленно ходит вокруг огня, а её подруги шумят изо всех сил, отгоняя демонов. Испанский священник описал обряд защиты родов на Филиппинах: Отец вооружается мечом, щитом и копьём и пляшет вместе с друзьями на крыше дома, отгоняя злых духов. Племя бирманских качинов верует, что главная опасность для роженицы исходит от саунов (духов женщин, умерших родами). В момент родов они хотят войти в дом, чтобы забрать «в свою компанию» роженицу и новорожденного, чтобы их погнать, мужчины размахивают над роженицей факелами, заносят меч, устраивают настоящий обыск по всему дому, и гоняются за духами с угрожающими криками. В Калмыкии муж бегает вокруг кибитки в момент родов и кричит «Прочь, дьявол!». У ногайцев, когда рождается мальчик, все члены рода подходят к двери с медными котлами, в которые они колотят изо всех сил. В Бонэ, княжестве на юге Цейлона, мужчины стреляют из ружей, чтобы отогнать злых духов в момент родов. На островах Ару, если роды проходят тяжело, все жители собираются у дома роженицы, бьют в барабаны, орут и пляшут, чтобы отогнать злого духа. У древних римлян тоже практиковались схожие обряды. [iii]

Понятно, что сегодня нам трудно представить себе наших далёких предков за такого рода занятиями: «библейская религия, разумеется, не допускает таких магических заклинаний». Что же касается «своих ритуальных средств», которая она предлагает для защиты роженицы, то на самом раннем этапе эти средства, вероятно, были не альтернативой, а дополнением к магическим обрядам. Ритуальный статус «осквернённой», который источник Р присваивает роженице только в самый момент рождения, в период седой старины мог сопровождать женщину начиная с самых первых родовых схваток. И тогда же начинались соответствующие ритуалы и заклинания, призванные спасти её от злых сил. Надо принимать во внимание, что такие понятия как «скверна» и «чистота» относятся к самым древним и архаичным основам прото-израильского культа. Задолго о того, как политеизм стал понемногу уступать свои позиции, эти понятия уже занимали центральное место в мировоззрении наших предков. Объявляя женщину осквернённой, древние коэны, служившие на «высоких местах» (а именно им принадлежала прерогатива объявлять кто чист, а кто — нет) признавали, тем самым, что женщина переходит «на теневую сторону» Мироздания, вступает в таинственную и опасную лиминальную фазу своего бытия, и любой контакт с ней, не вызванный прямой необходимостью, так же может осквернить. Магические заклинания, которые коэны обращали к божествам «высоких мест», должны были помочь роженице как можно скорее выйти из этой фазы, точную продолжительность которой никто, разумеется, знать не мог. При этом коэн получал ту или иную плату за свои ритуалы, и потому был не очень заинтересован в их быстром завершении. Скорее всего, магические действа продолжались ещё какое-то время после того, как младенец родился на свет. И только спустя некоторое время по благополучном завершении родов коэн, который был и магом-заклинателем и целителем, торжественно объявлял, что женщина вновь чиста

По мере централизации и формализации культа, акценты стали расставлять по-другому. Во-первых, на смену магическим ритуалам пришли молитвы роженицы о благополучном исходе. Мы не встречаем прямых указаний на такие молитвы в ТАНАХе, но молитва Ханы о даровании потомства (Шмуэль 1:10-12) ясно говорит нам, что именно женщины впервые научились общаться со Всевышним словесно, а не только с помощью дымящегося от крови жертвенника. Роженица объявлялась осквернённой только в самый момент появления младенца, и не раньше. Этим решался вопрос о возможном осквернении повитух, помогающих при родах. Продолжительность осквернения роженицы также была строго зафиксирована, в отличие от осквернения, связанного с кожными заболеваниями, когда продолжительность периода осквернения зависела от мнения коэна. В случае появления той или иной патологии на коже, коэн должен был осмотреть больного и объявить его либо чистым, либо осквернённым. Впрочем, и в случае кожных заболеваний функции коэна исчерпывались диагностикой, свою роль целителя он уже утратил. Оставить служителя культа совсем без вознаграждения — это не в духе источника Р, поэтому и в случае роженицы, как и во всех других случаях скверны, окончательное очищение обусловлено принесением грехоочистительной жертвы, которая вручается коэну при входе в Святилище. Но самое интересное, что возвращение от статуса осквернённой к статусу чистой происходит в две стадии. По истечение недели (двух недель) с женщины снимаются все запреты, связанные со статусом осквернённой, она возвращается к нормальному образу жизни. Но при этом благодарственная жертва приносится только через 33 (66) дня пребывания в статусе «чистого кровотечения». Скорее всего, «чистое кровотечение» это щадящий статус, избавлявший женщину от тяжёлых работ и других чрезмерных нагрузок и ограничивающий её доступ в Святилище.

Таков, надо полагать, истинный смысл законов об осквернении роженицы в главе Тазрия.

___

[i] Baruch A. Levine The JPS Torah Commentary Leviticus Philadelphia NY Jerusalem 1989 p.249

[ii] ДЖ. Дж. Фрэзер Фольклор в Ветхом Завете М. Политиздат 1986 стр. 469

[iii] ДЖ. Дж. Фрэзер Фольклор в Ветхом Завете М. Политиздат 1986 стр. 470-72

Print Friendly, PDF & Email

Один комментарий к “Михаил Ривкин: Недельный раздел Тазрия – Мецора

  1. Спасибо, Михаил! Приведённое Вами предсказание естественно вписывается в предсказания из Торы о судьбе еврейского народа. Такое мог знать только Он.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *