Сергей Баймухаметов: «Моя мама работает иностранным агентом…»

 540 total views (from 2022/01/01),  2 views today

Недалек тот день, когда в разговорах детсадовцев на извечные темы о работе родителей появятся заявления: «А моя мама работает иностранным агентом!»… Откровенная попытка заткнуть независимой журналистике рот лишает гражданское общество языка, на котором оно еще недавно могло разговаривать с властью.

«Моя мама работает иностранным агентом…»

Сергей Баймухаметов

Сергей БаймухаметовПочему для телеканала «Дождь» (внесенного в реестр СМИ-иностранных агентов) сделано исключение, и вопрос о нем рассматривался на заседании Совета по развитию гражданского общества и правам человека?

* * *

Вопрос провокативный. Однако для него были и есть основания. Действительно, «иностранными агентами» объявлены 45 физических лиц и средств массово информации. Но только «дело» телеканала «Дождь» стало обсуждаться на заседании Совета по правам человека. Почему? Остальные 44 СМИ и физических лица не в счет? Или они не так популярны, как «Дождь»?

Да, в этом есть доля… нет, не истины, а реальности. Для нашего сознания одно — объявить иноагентом отдельного, малоизвестного широким массам гражданина, и совсем другое — телеканал с миллионной аудиторией.

Но есть еще и переход «количества» в «качество». Проще говоря — «достали», терпение лопнуло.

Итак, состоялось заседание СПЧ, на котором были выслушаны объяснения представителя Минюста, заданы вопросы и получены ответы. Телеканал внесли в список иноагентов, потому что он распространял материалы, изготовленные СМИ-иностранными агентами и физическими лицами, а также получал финансы из-за границы.

Моменты спорные. Во-первых, и государственные СМИ распространяют информацию из иностранных источников, считающихся иностранными агентами. Во-вторых, телеканал отрицает получение иностранных денег. Однако на заседание СПЧ его представителей не пригласили.

Через 3 дня Минюст сообщил, что телеканал получил 130 тысяч евро от Европейского Союза за освещение отношений между ЕС и Россией. Редакция «Дождя» ответила, что договор с ЕС был заключен в 2018 году, о нем официальные инстанции знали, такой же договор в разные годы с ЕС заключали другие СМИ, в том числе правительственная «Российская газета». Средства от иностранных источников, по информации Роскомнадзора, получали также государственные ИТАР-ТАСС и Russia Today TV.

Это что, избирательная юстиция? В переводе с латыни — «справедливость».

В-третьих, выяснение этих деталей и подробностей безусловно необходимо, но в то же время оно означает, что мы начинаем играть по навязанным нам правилам. А суть ведь — в самой сути. Чтобы ее осознать, надо абстрагироваться и даже абсурдироваться. Или же упростить ситуацию до предела.

Что и сделала член СПЧ журналистка Ева Меркачева. Ее отчет с заседания сейчас широко распространяется в СМИ и социальных сетях:

«Спрашивали про другие СМИ, в частности про ПАСМИ (Первое антикоррупционное СМИ), признанное иностранным агентом после получения на свой счет пожертвования от гражданина Украины в 5 тысяч рублей. В общем, любое СМИ можно признать ИА. Так же, как и любого журналиста, как физлицо.

Из вопросов, что задавали, какие выводы можно сделать.

— Если журналист поехал в пресс-тур, который оплатила иностранная организация, может быть признан ИА? Ответ — да.

— Если журналист поехал на международную конференцию, где проживал за счет организаторов, может быть признан ИА? Ответ — да.

— Если журналист участвует в международном конкурсе и выиграл, ему оплатили поездку за наградой, вручили премию, может быть признан ИА? Ответ — да.

— Если у журналиста за рубежом проживают друзья и родственники, которые перечислили ему на день рождение денежный подарок, он может быть признан ИА? Ответ — да.

— Должны ли доказать, что журналист или СМИ ведут политическую деятельность для признания их ИА? Ответ — нет (это требуется только для НКО).

— Должны ли физлица, признанные ИА, в соцсетях к каждому своему посту делать маркировку? Ответ — да.

Последнее вообще заслуживает отдельного упоминания. Нельзя без слез видеть, как признанная иностранным агентом журналистка Елизавета Маетная публикует фото своего маленького ребенка, подписывая капслоком: «ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ…»

Здесь Ева Меркачева поставила три точки. Дескать, понятно всем. Нет, не всем. Для широкого читателя расшифруем: фотография ребенка Елизаветы Маетной сопровождается обязательным для нее дополнением: «Данное сообщение (материал) создано и (или) распространено иностранным средством массовой информации, выполняющим функции иностранного агента, и (или) российским юридическим лицом, выполняющим функции иностранного агента».

Недалек тот день, когда в разговорах детсадовцев на извечные темы о работе родителей появятся заявления: «А моя мама работает иностранным агентом!» — «И мой папа — тоже!»

Если продолжать заданную линию, то можно писать в Роскомнадзор и Минюст, чтобы признали иноагентами Первый канал, ВГТРК, ТАСС, Russia Today и другие, поскольку у них есть заграничные корреспонденты, которые используют в работе сообщения иностранных СМИ, признанных иноагентами.

Продолжением этой гипотетической абсурдистской линии в реальности стало заявление председателя СПЧ Валерия Фадеева, что «в СПЧ не нашли нарушений», то есть решение о включении телеканала «Дождь» в список иноагентов — законно.

Это как? Специально собрались, задавали представителю Минюста нелицеприятные вопросы, получили красноречивые ответы — и признали, что все правильно?

Ничего удивительного, если рассматривать все происходящее не в деталях, не в конкретике, а в общем и в целом, аллегорически, образно, в художественном ключе. Например, по аналогии с притчей об инвалиде войны в керосиновой лавке.

Тут надо пояснить — для молодых современников. До 70-х годов в городах и поселках были керосиновые лавки — огороженные уголки на рынках. Там гражданам в их бидоны наливали керосин из больших цистерн. Занимали очередь с утра. Долго ждали, пока привезут. На жаре, в облаке керосиновой вони от цистерн. Однажды какой-то одноногий инвалид войны не выдержал, и стал кричать, материться, обличать существующие порядки. Приехала милиция, стала запихивать буяна в автозак. За него вступились бабки: «Да он же сумасшедший, он не понимает, что орет!» Сержант остановился. А инвалид продолжал обличать. Сержант послушал-послушал и сказал бабкам: «Да никакой он не сумасшедший! Он все правильно говорит! А ну-ка лезь в машину!»

По логике этой притчи заключение СПЧ можно считать вполне обыденным.

Следует обязательно сказать, что члены Совета по правам человека Николай Сванидзе, Павел Гусев, Ева Меркачева, Леонид Никитинский, Иван Засурский, Екатерина Винокурова, Александр Сокуров, Генри Резник, Александр Асмолов, Наталия Евдокимова, Александр Верховский и Владимир Ряховский не согласились с заявлением председателя СПЧ и выступили с открытым письмом, в котором выразили свою позицию:

«Мы расцениваем кампанию по «зачистке» информационного пространства от так называемых «оппозиционных СМИ», которая ведется в последнее время, как крайне деструктивную и опасную для общества.

По сути, это введение цензуры и запрета на профессию, а также лишение миллионов российских граждан РФ права на информацию и права выбора между различными источниками информации…

«Оппозиционная», то есть критическая по отношению к органам власти позиция является нормальной и правильной для независимых медиа…

Откровенная попытка заткнуть независимой журналистике рот лишает гражданское общество языка, на котором оно еще недавно могло разговаривать с властью. Это приведет лишь к обострению раскола в российском обществе на большинство, которое смотрит государственное телевидение, и не такое уж меньшинство, предпочитающее альтернативные ему СМИ. Именно такой раскол, а вовсе не профессиональная работа «оппозиционных» журналистов представляет реальную угрозу национальной безопасности России».

Естественно, журналисты вышли на одиночные пикеты протеста.

Естественно, их стали хватать, бросать в автозаки и увозить в участки. Одиночные пикеты, разумеется, разрешены законом. Но полицейские считают, что пикетчики не выдерживают положенные 50 метров расстояния между ними. А это уже нарушение закона…

А жизнь продолжается. В том числе и охранительно-бюрократическая. Минюст опубликовал приказ об отчетности НКО-иноагентов. Чтобы вести эту отчетность, придется расширить штаты соответствующих государственных структур. А выполнить его практически невозможно, потому что невозможно каждое мероприятие общественной (подчеркнем) некоммерческой организации согласовывать с органами юстиции. Мало того, невозможно на год вперед предусмотреть и согласовать, например, персональный состав участников мероприятий.

Нельзя не сказать и о языке документа: «Сообщение о заявленных для осуществления программах, иных документах, являющихся основанием для проведения мероприятий должно подаваться ежегодно не позднее 1 ноября года, предшествующего году, в котором будет осуществляться программа (проводиться мероприятия)».

Видимо, язык соответствует сути. А нельзя, чтобы все было просто и ясно?

Например: «Конгресс не должен издавать ни одного закона… ограничивающего свободу слова или печати».

Это первая поправка к Конституции США, принята в 1789 году. До сих пор действует и до сих пор ясна и понятна.

Кстати, у нас часто говорят, что закон об иностранных агентах есть и в США, и наши власти всего лишь дали зеркальный ответ. На самом деле американский закон относится только к тем юридическим и физическим лицам, которые финансируются правительствами иностранных государств.

Print Friendly, PDF & Email

3 комментария к «Сергей Баймухаметов: «Моя мама работает иностранным агентом…»»

  1. Заслуженный сексот

    Когда родившись, ты мычал
    И под себя ходил —
    Он на коллег уже стучал
    По мере скромных сил…

  2. В Рассее идёт операция «Чистое поле» и в её (этой операции) рамках «зачистят» всё, что шевелится 🙂

  3. Прав был Путин, заявивший, что это еще не 37 год, это пока еще двалцатые, а иностранные агенты напоминают тогдащних лишенцев и кулаков, а Совет по правам человека — троцкистов недобитых

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *