А.Н. Яковлев. Большевизм — социальная болезнь ХХ века. Публикация Оскара Шейнина

 52 total views (from 2022/01/01),  6 views today

Давным-давно, более 40 лет назад, я понял, что марксизм-ленинизм это не наука, а публицистика, людоедская и самоедская. Поскольку я жил и работал в высших орбитах режима, в том числе и на самой высшей, в Политбюро ЦК КПСС при Горбачеве, я хорошо представлял, что все эти теории и планы это бред…

А.Н. Яковлев. Большевизм — социальная болезнь ХХ века

С. Куртуа и др. Чёрная книга коммунизма. М., 1999
(перевод книги с франц., Париж, 1997)
Статья академика А.Н. Яковлева: с. 5–32, 1999

Публикация Оскара Шейнина

[1] Книга, предлагаемая вниманию читателя, уже издана во многих европейских странах. Она серьёзна, масштабна, туго набита фактами, многие из которых уникальны своей новизной, подчас невероятностью. Это своего рода исследование о раковой опухоли большевизма, которая беспощадно уничтожала поколение за поколением во всём мире, и прежде всего в России. Книгу создали зарубежные историки. Жаль, что не российские, но замечательно, что это исследование выходит в русском издании.

Что же это за явление — большевизм, основанный В. Ульяновым в 1903 г.? Задумаемся над таким простым фактом. В ХХ веке пять раз менялось название страны на политической карте мира: Российская империя, до 1917 г., Российская республика, 1917 г. РСФСР, 1918–1922 гг., СССР, 1922–1991 гг., Российская федерация, Россия, с 1993 г. (1991–1993? О. Ш.). Четыре раза мы меняли гимн: Боже, царя храни, до 1917 г.; Марсельеза, 1917.; Интернационал, 1918–1944; Союз нерушимый, 1944–1991; нынешний гимн: Песня без слов, с 1993 года. (Снова тот же вопрос, О. Ш.).

Резали, кромсали административно-территориальное деление страны, переименовывали города, некоторые по несколько раз, дошли до абсурда типа Ленинградская область с центром Санкт-Петербург, Свердловская область с центром Екатеринбург и т.д.

О чём это говорит? Ставлю отточие …

[2] Ленин в начале века патетически воскликнул: Дайте нам партию революционеров, и мы перевернём Россию! Перевернули. Поставили с ног на голову, и что получили? Ничего, зато потеряли целое столетие. На то же столетие отстали от цивилизованных стран. Убиты десятки миллионов людей. Страна нищая, отсталая, а нация биологически вырождается. И перспективы выздоровления страны и нации отнюдь не радужны. Почему? Потому, что наше общество, пусть ещё не смертельно, но всё ещё запредельно отравлено ложью. Мы всё ещё продолжаем жить в каком-то кошмарном сне. Боремся за свободу, а живём по-советски.

Самое ужасное, что существует на белом свете, это извращение прекрасного. Большевистский режим родился из революционной решительности, на словах вдохновляемой гуманистическими идеалами. Ленинцы были убеждены, что только насилие является универсальным и единственным средством осуществления этих идеалов.

Большевизм и фашизм — две стороны одной и той же медали, медали вселенского зла. Целью большевистского террора было создание якобы идеального бесклассового общества, идеологически чистого как дистиллированная вода. Гитлеровский террор был более предсказуемым: очистить для начала Европу, а затем и весь мир от неполноценных народов, прежде всего славян и евреев (евреев и славян — О. Ш.). Славяне и евреи, затем жёлтые (и японцы? О. Ш.) и чёрные — это ясно и понятно: на планете Земля должны жить только белокурые бестии.

В политическом завещании Ленина, которое стало 58-й статьёй Уголовного кодекса СССР 1926 г., первый пункт определял любое действие или бездействие, служащее ослаблению власти, преступлением. Вместо презумпции невиновности — презумпция виновности. Ибо кто не с нами, тот против нас (это взято из Нового завета, Матфей 11:23 — О. Ш.). Люди с первого дня гражданской войны, развязанной Лениным, стали жить в условиях тиранической, уголовной анархии.

Кажется несовместимы эти понятия — чудовищная деспотия и анархия. Увы, это было так. Любой негодяй-чекист мог единолично приговорить к смерти любого классово неполноценного, по его определению, человека. Сталин демократизировал этот процесс, упорядочил уголовную анархию, доведя число негодяев до троек. Именно благодаря анархии преступная власть стала как бы невидимой и всегда праведной: власть хороша, люди плохи.

В итоге высшим средством созидания стала борьба всех со всеми и за всё. Вспомним этот абсурд. В СССР боролись с буржуазной идеологией и традицией, боролись за повышение производительности труда и партийности искусства, за нового человека и с пережитками прошлого. Вели нескончаемые битвы за урожай, за сверхплановый выруб леса и распашку целины, за 100%-ю коллективизацию и за мир во всём мире.

[3] Гитлеризм кристально ясен как бандит-насильник. Фашисты демонстративно сжигали книги на площадях, коммунисты сожгли их в сотни раз больше, но тайно, по списочкам, с обязательной точностью. Кстати, сжигание книг, прежде всего Библии, Корана, произведений Достоевского, сотен других авторов, началось по инициативе Крупской, жены Ленина.

Как известно, все режимы, в том числе и демократические, во время войны прибегают к информационной автаркии, ограничивают распространение информации, свободу передвижения людей и идей. Большевизм это сделал политической константой мирного времени. Радио глушили, свирепость цензуры доходила до абсурда, выезд за рубеж был закрыт, жёны неверных мужей бегали в парткомы, где их, неверных мужей, воспитывали. Не случайно же Ленин запретил все буржуазные газеты, издавались только коммунистические. Партия решала, какие книги читать, какие песни петь, о чём, как и зачем говорить.

Контроль над информацией и закрытие границ, ГУЛАГ и беззаконие, прочие издевательства над живой жизнью служили тому, чтобы псевдореальность воспринималась как подлинная реальность. Перевоспитание масс было доведено до такой степени, что люди перестали быть, а начали казаться, играть верноподданническую роль везде и во всём. В миру нельзя было показать, что ты не веришь своим глазам и ушам, что белое это чёрное, с языка рефлекторно срывалась одна ложь. Житие во лжи стало обязательно-принудительным и потому набатно-солженицынское Жить не по лжи стало национальной идеей по демонтажу тоталитаризма: его хирение и вырождение стало явью во времена гласности, столь памятной многим и столь дорогой лично мне.

[4] Советский Союз после гитлеровского разбоя — все эти ужасы, даже вместе взятые, не идут ни в какое сравнение с тем, что представляла из себя наша Родина после семи неполных лет ленинской тирании. Россия и её народ были ограблены до нитки. Золото, бриллианты, валюта были прикарманены высшей партийной кастой для мировой революции, но прежде для самих себя.

Физически было уничтожено дворянство. Уничтожено купечество, предприниматели, интеллигенция, цвет армии — офицерство. Перебиты миллионы крестьян, стёрт в порошок рабочий класс, от имени которого якобы и вела свои бандитские дела ленинская шайка.

Экономика развалилась. Погиб лучший в мире речной флот, гордость российского купечества. Замерли, заросли бурьяном лучшие в мире железные дороги. Порушена, превращена в прах лучшая в мире банковская система. Разграблены и изничтожены тысячи лучших в мире аграрных хозяйств, в которых производительность труда и урожайность были выше, чем в Западной Европе и Америке. Замерла лучшая в мире система народного образования, созданная Александром II и усовершенствованная Столыпиным (слишком хвалебно. О. Ш.).

Среди большевиков Сталин был хитрее всех, коварнее всех, рассчитывал свои действия на годы вперёд, знал тюремную и ссыльную жизнь, обладал невероятной, фантастической памятью, натренировался фотографически читать тексты, терпеть не мог ни оппонентов, ни конкурентов, в чём был схож с Лениным, виртуозно матерился, в быту был скромен, осмотрителен, патологически ненавидел революционеров (? О. Ш.) всех мастей, в том числе и своего учителя Ленина, особенно его жену Крупскую. Но, как законченный циник и прагматик, лучше других понимал, что в единоличные вожди можно въехать только на спине Ленина, поэтому объявил себя его лучшим учеником, продолжателем дела, вбил в мозги партийцев, что Сталин это Ленин сегодня (Микоян, 1939. О. Ш.).

[5] В истории не было большего руссконенавистника, русофоба, чем Ленин. К чему бы он ни прикасался, к человеческому, социальному, экономическому, всё превращалось в кладбище. Ограблены и живые, и мёртвые, и даже могилы. Всё разворовано, всё оболгано, всё уничтожено. Так завершилась величайшая афера, спланированная германским генеральным штабом, лично фельдмаршалом Людендорфом, наставником и кумиром Гитлера.

Поскольку весь марксизм был построен на религии классовости, прежде всего нужно было отменить религию истинную. И Маркс, и особенно Ленин, родившийся в многонациональной и разнорелигиозной империи, понимали, что загнать человечество в рай коммунизма можно только исключительно насилием, в том числе и духовным, создав монорелигию атеизма для всех.

Ленин — патологический мракобес религии атеизма. Почему мы забываем о мегамракобесии марксизма-ленинизма? Разве не первым в мире патриарх Тихон уже 19 января 1918 г. предал анафеме большевиков и страстно призвал верующих не вступать с извергами рода человеческого в какое-либо общение?

Ущербность всей советской и постсоветской марксологии, как истинной, т.е. критической, так и мнимой, т.е. апологической, просматривается в её запредельно материалистическом уклоне, атеистической предрасположенности. Всё то же топтание на марксовом информационном поле. Всё одни и те же Гегель, Фейербах, Кант, Лассаль.

Идеологический монополизм обеспечивал всеобщий контроль за всеми и каждым. Умы и души идут по тому же разряду, что и вещи. Несогласные уничтожаются или изолируются. Свободный труд, свободная мысль, свободное слово упраздняются. Поиск истины под запретом. Наука и искусство большевизируются. Более того, в ранг идеологических сфер переводятся агрономия, медицина, электроника — всё и вся.

В системе моновласть — монособственность отрицательные обратные связи (мнимая информация) считаются положительными. Отсюда чудовищное искажение действительности, статистическое строительство (? О. Ш.) рая земного. Юридические нормы подменяются инструкциями и предписаниями, верховенство права — верховенством политической власти снизу доверху. Поскольку нравственно лишь то, что служит построению коммунизма, трудовая и интеллектуальная селекция заменяются политико-идеологической, карьеристской. Практика большевизма усиливала вредоносность феодального атавизма о делении труда на производительный и непроизводительный, на чистый и грязный, на престижный и непрестижный.

[6] Экспроприация средств производства, передел чужого имущества не только не сделали трудящихся богаче; напротив, в силу неумолимой логики экономического развития и законов морального возмездия привели к унизительному люмпенству. Экспроприация деформировала психику, сознание людей. Она подорвала стимулы к труду, размыла ответственность людей за собственное благосостояние.

Пролетарский интернационализм, с которым марксизм связывал большие надежды, и прежде всего решение национального вопроса, преодоление национального эгоизма, расизма, шовинизма, антисемитизма, привёл к противоположным результатам. Как выяснилось, большевизм, освобождающий человека от ответственности за своё экономическое положение, деформирующий его экономическое и социальное мышление, делает его податливым к ультранационалистической идеологии. Националистический экстремизм, будучи одной из форм современного фашизма, словно смерч сметает всё на своём пути, оставляя за собой развалины.

Участие трудящихся в октябрьском перевороте и в вызванной им гражданской войне не только не очистило их от старой грязи, а, напротив, озлобило их, надломило духовно и морально. Взаимная нетерпимость приобрела характер массового психического заболевания. Революция оказалась не праздником справедливости, а вакханалией мести, зависти, расправы. Возведя нетерпимость и ненависть в государственную идеологию, большевизм сделал всё возможное и невозможное, чтобы превратить людей в соучастников вандализма.

[7] Люди всегда творили преступления. Творили и организованно, и спонтанно, но такой преступности власти, которую породил большевизм, в истории не было. И всё под прикрытием заботы о всём человечестве. Террор — вот путь переделки человеческого материала во имя будущего. С человеческой точки зрения этому названия просто нет. Трудно синтезировать в одно понятие социальный каннибализм, каинизм, геростратство, иудин грех (действиями Иуды руководил вселившийся в него дьявол, см. Новый завет — О. Ш.) в своём законченном развитии, от предательства Учителя (повтор невежества — О. Ш.) до предательства Отца, что и Святому Писанию неведомо.

Пренебрежение к конкретному человеку большевики полностью взяли из марксизма, но не только. Были и свои, российские традиции — нигилизм, нечаевщина, анархизм. Маркс в конце концов отбросил рассуждения о гуманности и любви, которые были в его первых произведениях. Он уже не говорит о моральной справедливости, хотя беспрерывно морализирует, изобличая и осуждая своих врагов. И всё это выросло в утверждение, что нравственно всё, что соответствует интересам революции, пролетариата, коммунизма.

Именно с такой моралью и расстреливали заложников в гражданскую войну, уничтожали крестьянство, строили концентрационные лагеря, переселяли целые народы. Примат иллюзорного будущего над человечностью давал полную свободу не стесняться в средствах, быть по ту сторону добра и зла, когда дело шло о власти, насильственных действиях, репрессиях и т.п. Действительные ценности — доброта, любовь, сотрудничество, солидарность, свобода, верховенство закона и т.д. оказались непригодными, излишними, они ослабляли классовое сознание.

Есть раны, которые не заживают. Как могло случиться, что миллионы ни в чём не повинных людей были уничтожены по прихоти небольшой группы преступников, а ещё миллионы были обречены на бесконечные страдания, оказавшись изгоями общества, жертвами злой государственной машины? И всё это при молчаливом или шумливом одобрении других миллионов, сбитых с толку и едва ли отдающих себе отчёт в том, что они тоже принадлежат к расстрелянному поколению. Трагедия не только в мёртвых, но и в живых.

Миллионы людей честно трудились, радовались, были счастливы, растили детей, мечтали о лучшем будущем. Они верили в это будущее и отвергали тех, кто, как им внушалось, мешал быстрому бегу к этой вожделенной минуте счастья. Проклятые времена, но и времена противоречивые, с разделёнными сердцами и душами, с совестью, исковерканной лживой верой.

[8] Нынешний большевизм — красно-коричневый. Он рвётся к полной власти с остервенением маньяка. Способ захвата всё тот же — тотальная ложь. Ложь о гибнущей России, о потерянном рае, о великих завоеваниях социализма. Как в своё время Ленин лгал и клеветал на всё, что мешало ему захватить власть, так и сейчас оппозиция всё и вся представляет исключительно в негативе, всё в тех же ленинских традициях. Геббельс только повторил Ленина, требуя былинной клеветы на всё тот же проклятый демократический Запад.

Кто виноват, что в России вселенский бардак? Кто его вытворил, выпестовал, вылелеял? Абсолютно полное экономическое ничтожество большевиков засеяло всё пространство и время нашего бытия миллионами микро и макрочернобылей. Пространством от Калининграда до Чукотки, временем 70 годами с гаком, с 1917 г. С приходом Ленина к власти и с приходом военного коммунизма.

[9] Я знаю, о чём пишу, и мне нелегко это далось. Вступил в партию во время войны, воевал, прошёл в КПСС длинный путь от секретаря первичной парторганизации до члена Политбюро. В 1991 г., незадолго до мятежа (до путча — О. Ш.) был исключён из КПСС. За мои долгие годы многое узнал, а ещё больше понял. Про меня написано столько всякой дряни, что захлебнуться можно. На себе испытал всю мерзопакостность продавцов товара из мира теней. Не скажу, что легко всё это читать и слышать, но спасает то, что я глубоко верю в будущее свободной России. А коли так, то всякий вздор заслуживает лишь презрения и ничего другого.

Возродиться на большевистском пепелище, а тем более построить гражданское общество неимоверно трудно, ибо прощание с ленинско-сталинским фашизмом слишком затянулось. Прорыв к свободе обременён нетерпимостью, кровью, пренебрежением к человеку, всеобщим доносительством и всеобщим притворством, и потому в результате и получается нечто несуразное, топкое, скользкое.

Официальные догмы большевизма жёстко и неукоснительно диктуют политику насилия как повивальной бабки истории (Маркс, Капитал, т. 1, гл. 31. О. Ш.) насильственных революций как локомотивов истории; классовой борьбы вплоть до полного уничтожения одного класса другим, т.е. диктатуры пролетариата, уничтожения частной собственности; отрицания правового государства и гражданского общества; попрания прав наций и прав человека; отрицания семейного воспитания, установления мировой империи коммунизма.

Это вероучение, несмотря на уже доказанную историей теоретическую абсурдность и практическую несостоятельность, дышит и сегодня. Оно мимикрирует, приспосабливается, извивается, крутит хвостом во все стороны. Будучи злейшим врагом демократии, большевизм активно паразитирует на её принципах с тем, чтобы захватив власть, похоронить демократию, как это уже случилось после октябрьской контрреволюции в 1917 г. Ещё вчера большевики — последовательные интернационалисты, а сегодня — национал-патриоты. Теперь пролетариат уже не богоизбранная, наднациональная и единственная секта, призванная владеть миром, а всего лишь соборные трудящиеся, которые, согласно очередному мифу национал-большевиков, связывают с ними национал-патриотические надежды на спасение России. Итак, одна секта, интернационал-большевистская, без особых церемоний превращается в другую, в национал-патриотическую.

Ещё вчера они — воинствующие безбожники, уничтожающие храмы и расстреливающие священников, сегодня, не моргнув глазом, перекинулись в радетели религии. Ещё вчера частная собственность была для них воплощением социального зла и смертельным грехопадением, а сегодня они сами с жадностью хватают всё, что плохо лежит. Ещё вчера, будучи у власти, они физически уничтожали всех инакомыслящих, а сегодня живописуют себя чуть ли не главными защитниками свобод и конституционности. И прочее, и прочее, чему предел за горизонтом.

[10] Но все эти увёртки, клоунады с идеологическими переодеваниями, как и прежде, пропитаны ритуальной ложью и корыстью. Узнай Ленин о подобных перевоплощениях, он бы в гробу перевернулся, хотя сам переделывал марксизм в угоду призраку коммунизма, который, по Марксу, бродяжничал по Европе. Впрочем, тут своя, большевистская логика, основанная на принципах революционной целесообразности и проституированной диалектики. В начале столетия большевизм во имя химеры мировой пролетарской революции превратил Россию в свою экспериментальную колонию, а народы России в подопытное селекционное стадо для выведения особой породы человека. Результат известен; Россия облилась кровью и отстала, а её народ поставлен на колени. Ради той же неутолимой жажды власти на крови большевизм готов сегодня продать за власть и своё капище, всесильное и непобедимое марксистко-ленинское учение.

Как и многие десятилетия назад, большевизм с его основными политическими игроками и трубачами, РСДРП (б), ВКП (б), КПСС и КПРФ, объявившей себя наследницей КПСС, вместе с другими группировками, включая фашистские, является преградой прочной свободе человека и зрелому демократическому устройству в России, источником раскола и политической нестабильности, не утихающего страха. С точки зрения их вождей, нынешняя власть это режим национальной измены, оккупации, национального предательства, кремлёвских власовцев. Продолжая питаться агрессией, взращённой за семь десятилетий их же властью, равно как и растерянностью людей в условиях быстрых общественных перемен, большевики упорно ведут дело к новому социальному взрыву и гражданской войне.

[11] Спросим себя, почему и откуда сегодня идут наша нервозность и наш страх. Да потому, что Ленин и Сталин ещё живы, что идеология взаимной неприязни и подозрительности, равенства в нищете, иждивенчества продолжает угнетать и эксплуатировать нас, не даёт разогнуться согбенным спинам, мешает свободному дыханию. Идеология нетерпимости целенаправленно превращена большевиками в государственную. И вот многие десятилетия мы ожесточённо боремся, не ведая ни милосердия, ни сострадания, не жалея ни желчи, ни чернил, ни ярлыков, ни оскорблений, ни наших детей и внуков, не страшась Бога, лишь бы растоптать ближнего, размазать его как грязь, испытывая при этом сладостное удовлетворение.

По меркам истории Россия очень быстро идёт к обретению свободы, этой подлинной идеологии человека и его всеохватной религии. Но путь к торжеству свободы России может быть прерван в любой момент, если не поставить вне закона большевистскую идеологию человеконенавистничества, всеобщей борьбы, равно как и организации, исповедующие насилие, агрессивный национализм и национальную рознь, расизм, антисемитизм, шовинизм.

Только излечившись от большевизма Россия может рассчитывать на сегодняшнее и грядущее здоровье и благополучие. Поэтому я неоднократно обращался к российской и мировой общественности, к Президенту России, к правительству, генеральной прокуратуре, Федеральному собранию и Конституционному суду с призывом возбудить преследование фашистско-большевистской идеологии и её носителей, см., например, моё Обращение к общественности. М., 1996.. Никто мне не ответил кроме коммунистов, которые обратились в Генпрокуратуру с требованием привлечь меня к ответственности за посягательство на свободу слова. Не смешно ли?

[12] Большевизм не должен уйти от ответственности 1. За насильственный и незаконный государственный переворот 1917 г. и начавшуюся вслед за ним политику красного террора. 2. За развязывание братоубийственной гражданской войны, в результате которой была разрушена страна, а в ходе бессмысленных и кровавых боёв было убито, умерло от голода, эмигрировало более 13 миллионов человек. 3. За уничтожение российского крестьянства. Попраны нравственность крестьянской России, её традиции и обычаи. Производительные силы деревни подорваны настолько, что и сегодня страна закупает прокормление за рубежом. До сих пор власти не дают крестьянам землю. В наши дни думские большевики упорно блокируют решение земельного вопроса, понимая, что без этого любые реформы обречены на провал. 4. За уничтожение христианских храмов, буддистских монастырей, мусульманских мечетей, иудейских синагог, молельных домов, за расстрелы священнослужителей, гонения на верующих и преступления против совести, которые покрыли страну позором. 5. За уничтожение традиционных сословий российского общества, офицерства, дворянства, купечества, корневой интеллигенции, казачества, банкиров и промышленников. 6. За практику невиданных фальсификаций, ложных обвинений, внесудебных приговоров, за расстрелы без суда и следствия, истязания и пытки, за организацию концлагерей, в том числе для детей-заложников, за применение отравляющих газов против мирных жителей. В мясорубке ленинско-сталинских репрессий погибло более 20 (более 60, см. конец этого параграфа — О. Ш.) миллионов человек. 7. За уничтожение всех партийных движений, в том числе демократической и социалистической ориентации. 8. За бездарное ведение войны с гитлеровским фашизмом, особенно на её первоначальном этапе, когда вся регулярная армия, находящаяся в западных районах страны была пленена или уничтожена. И только стена из 30 миллионов погибших заслонила страну от иноземного порабощения. 9. За преступления против бывших советских военнопленных, которых из немецких концлагерей перегнали как скот в советские тюрьмы и лагеря. Практически все крупнейшие стройки СССР стоят на костях политзаключённых. Ими сооружались химические заводы, урановые рудники, северные поселения и многое другое. 10. За организацию травли учёных, литераторов, мастеров искусств, инженеров и врачей, за колоссальный урон, нанесенный отечественной науке и культуре. По преступным идеологическим мотивам были подвергнуты остракизму генетика, кибернетика, прогрессивные направления в экономике и языкознании, в литературном и художественном творчестве. 11. За организацию расистских процессов (против Еврейского антифашистского комитета, космополитов-антипатриотов, врачей-убийц), направленных на разжигание межнациональной розни, на возбуждение низменных инстинктов и предрассудков. 12. За организацию преступных кампаний против любого инакомыслия. Все, кто рассуждал или писал не по его директивам, неотвратимо обрекались на тюрьмы, ссылки, спецпоселения, психбольницы, увольнения с работы, изгнания за границу, травлю в печати и другие изощрённые издевательства над личностью. 13. За сплошную и всеохватывающую милитаризацию страны, в результате чего народ вконец обнищал, а развитие общества катастрофически затормозилось. До сих пор радетели большевистской милитаризации саботируют переход военного производства на гражданское.

В конечном итоге, большевизм не должен уйти от ответственности за установление диктатуры, направленной против человека, его чести и достоинства, его свободы. В результате преступных действий большевистской власти погублено более 60 миллионов человек, разрушена Россия. Большевизм, будучи разновидностью фашизма, проявил себя главной антипатриотической силой, вставшей на путь уничтожения собственного народа. Эта неудержимо злобная сила нанесла немыслимый ущерб генофонду народа, его физическому и духовному здоровью.

[13] Во имя спасения страны и всего мира необходима последовательная и решительная дебольшевизация государства и общества. Было бы пагубным для России повторение ошибок, допущенных демократической властью после августовских и октябрьских событий 1991 и 1993 гг., когда вдохновители и организаторы военных мятежей были странным образом прощены. Более того, перед ними распахнуты двери для продолжения антинародной деятельности и подготовки ползучего переворота, признаки которого очевидны.

Я против охоты на ведьм, тем более, что основные преступники уже покинули сей мир. Да и то сказать, все мы вольно или невольно, прямо или косвенно были соучастниками или молчаливыми свидетелями сотворённого Зла. Рано или поздно никому из нас не избежать покаяния. Речь идёт о другом. Я призываю к последовательной диктатуре Закона в России, и только Закона, включая неукоснительное исполнение решения Конституционного суда относительно компартии. Новое нашествие большевизма должно быть предотвращено, чтобы коммунистические оккупанты навсегда остались на помойке истории, как это сделал Запад в отношении гитлеризма.

[14] Так уж сложилась моя судьба, что я много и въедливо изучал работы Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина, Мао и других классиков марксизма, основателей новой религии, религии ненависти, мести и атеизма. Это не прошло даром; именно классики сделали меня убеждённым антикоммунистом, противником мракобесного, коварного своей простотой и доступностью учения.

Давным-давно, более 40 лет назад, я понял, что марксизм-ленинизм это не наука, а публицистика, людоедская и самоедская. Поскольку я жил и работал в высших орбитах режима, в том числе и на самой высшей, в Политбюро ЦК КПСС при Горбачеве, я хорошо представлял, что все эти теории и планы это бред и что главное, на чём держался режим это номенклатурный аппарат, кадры, люди, деятели. Деятели были разные: толковые, глупые, просто дураки. Но все были циники, все до одного, и я в том числе. Прилюдно молились лжекумирам, ритуал был святостью, истинные же убеждения держали при себе. Любое деяние, доведённое до абсурда, неизменно становится фарсом. Сталин, Хрущев и Брежнев не жалели ни денег, ни времени на создание чудовищного по масштабности и нелепости культа Ленина. Он стал советским богом, его труды, ни одна его глупость или банальность не подлежали сомнению (Каждая кухарка может управлять государством. О. Ш.) В любом зачуханном кабинете даже малюсенького советского чиновника, партийного, государственного, мундирного, в застеклённом шкафу сзади или сбоку столоначальнического кресла неизменно стояли 55 томов Полного собрания ленинских статей и брошюр. В своей подавляющей массе чиновники никогда не пользовались этими книгами, но они как галстук были обязательной составляющей кабинетного интерьера номенклатуры всех мастей.

После ХХ съезда в сверхузком кругу своих ближайших друзей и единомышленников мы часто обсуждали проблемы демократизации страны и общества. Избрали простой как кувалда метод пропаганды идей позднего Ленина. Надо было ясно, чётко и внятно вычленить феномен большевизма, отделив его от марксизма прошлого века. И поэтому без устали говорили о гениальности позднего Ленина, о необходимости возврата к ленинскому плану строительства социализма через кооперацию, через государственный капитализм и т.д. Группа истинных, а не мнимых реформаторов разработала (разумеется, устно) следующий план: авторитетом Ленина ударить по Сталину, по сталинизму. А затем, в случае успеха, Плехановым и социал-демократией бить по Ленину либерализмом и нравственным социализмом по революционности вообще. Начался новый виток разоблачения культа личности Сталина, но не эмоциональным выкриком, как это сделал Хрущев, а с чётким подтекстом: преступник не только Сталин, но и сама система преступна.

[15] Потом появилось моё определение большевизма. В законченном нынешнем варианте оно выглядит так;

С исторической точки зрения большевизм это система социального помешательства с физическим уничтожением крестьян, дворянства, купечества, всего слоя предпринимателей, духовенства, интеллектуалов и интеллигенции. Это крот истории (Гегель. О. Ш.) вырывший братские могилы от Львова до Магадана, от Норильска до Кушки, это основанная на всех видах угнетения эксплуатация человека и экологический вандализм; это античеловеческие заповеди, вбиваемые с беспощадностью идеологического фанатизма, скрывающего ничтожемыслие; это фугас чудовищной силы, который чуть было не взорвал весь мир.

С философской точки зрения это субъективное торможение объективных процессов, непонимание сути общественных противоречий; это мышление категориями социального нарциссизма и рефлекторное неприятие любого оппонента; мегатоннаж догматизма, промежуточный и конечный результат потребительски-расчётливого отношения к истине.

С экономической точки зрения это минимальный конечный результат при максимальных затратах ввиду волюнтаристского отрицания (несуществующего — О. Ш.) закона стоимости анархия производительных сил и бюрократический абсолютизм производительных отношений, консервация научно-технической отсталости; нарастание застойных явлений; уравниловка как универсальный и может быть единственный способ винтикообразить людей.

В международном плане он оказывается явлением одного порядка с германским нацизмом, итальянским фашизмом, испанским франкизмом, полпотовщиной, с современными диктаторскими режимами, каждый из которых имеет свои особенности, хотя их суть остаётся одной и той же.

Продолжение
Print Friendly, PDF & Email

10 комментариев к «А.Н. Яковлев. Большевизм — социальная болезнь ХХ века. Публикация Оскара Шейнина»

  1. Не зря Яков перешел от разоблачений Яковлевым коммунизма к Байдену. Еще раз напомню пророчество умного Микояна («От Ильича до Ильича без инфаркта и паралича»), предупредившего в 1962-м Кеннеди, что его левая политика умиротворения большевизма приведет Америку к коммунизму, как на Кубе.
    Как-то нечетко у Яковлева насчет ответственности нынешних социалистов за прошлое. Непонятно, в чем она будет по его мнению выражаться? Если в повсеместном осуждении, это одно дело, а если опять репресии, то что
    …? В Америке уже начались бойкоты и увольнения. Сколько можно наступать на грабли!

    1. «его левая политика умиротворения большевизма приведет Америку к коммунизму, как на Кубе» — и что, привела? Или Кеннеди изменил политику? Или те, кто его убил, изменили и спасли Америку?

      1. Aharon L.! Кеннеди достоин самого высокого уважения за то, что сумел выйти из идиотской ситуации, созданной Хрущевым, и которая грозила мировой катастрофой. Но его идея умиротворения и разрядки с СССР, поддержанная Никсоном и Бушем, в конце концов привела к Обаме и BLM-погромам. Правда им пришлось сменить объект кого защищать от капитализма.

        1. Кеннеди убит в 1963 — Обама стал президентом в 2009 — BLM возникло в 2020
          И все-таки, Михаил, Вы умолчали о главном. Это решения ХХII съезда партии ̶с̶ ̶ц̶е̶н̶т̶р̶а̶л̶ь̶н̶о̶й̶ ̶л̶и̶н̶и̶и̶ сделали Кеннеди президентом… далее по списку. Так выпьем за Никиту Сергеевича. А вот, будь Сталин жив, никаким BLM бы не пахло, как в Северной Корее. Это, если зрить в корень.
          Кстати, я забыл спросить на каком языке Микоян беседовал с Кеннеди? Неужели Кеннеди знал русский? Или был переводчик? И после этого Микоян доруководил до второго Ильича?

          1. Уважаемый Soplemennik! Спасибо, но стерильные воспоминания мне не очень интересны. Как и имя этого исключительно порядочного переводчика. Он стучал только своему куратору от КГБ. Его лозунг был: никому больше!

    2. Американцы до сих пор со слезами вспоминают маккартизм (конец 1940-х по 1957), как лучшие времена. И зачем они только выбрали Кеннеди в 1961м? Он же чуть не привел к власти коммунизм !

  2. Такая же агитка, как и коммунизм. И написана тем же языком и с той же мерой убедительности.
    Возвращает в ту же точку из которой появился марксизм.

  3. «Давным-давно, более 40 лет назад, я понял, что марксизм-ленинизм это не наука, а публицистика, людоедская и самоедская. Поскольку я жил и работал в высших орбитах режима, в том числе и на самой высшей, в Политбюро ЦК КПСС при Горбачеве, я хорошо представлял, что все эти теории и планы это бред и что главное, на чём держался режим это номенклатурный аппарат, кадры, люди, деятели. Деятели были разные: толковые, глупые, просто дураки. Но все были циники, все до одного, и я в том числе…»

    Дорога ложка к обеду. Признание себя циником слишком запоздало — и выглядело в «лихие 90-е» даже несколько пакостным. В эти мерзейшие годы даже пресловутый брежневский застой смотрелся куда благостнее…

  4. И тишинаааа…
    Мне казалось, что книга Александра Яковлева вызовет бурную полемику. Не помню, когда она была издана, но оказалась она черезвычайно современной. Напоминание о ней пришлось ко времени. Книга эта — напоминание о временах не столь далёких и ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ нам нынешним…
    «Не повторяйте ошибок прошлого!» Повторяют. Повторяют с невиданным большевистским энтузиазмом.
    В книге запомнился маленький эпизод, касающийся автора. Уже перестройка в самом разгаре(или в стадии угасания?) и «собратья» по партии дружными усилиями исключают члена Политбюро ЦК КПСС из партии… «За социализм с человеческим лицом!» — лозунг перестройки. И сталинский оскал…
    В принципе, исключили за ПРАВДУ. И за ПРИНЦИПИАЛЬНОСТЬ. Исключавшие оказались людьми беспринципными.
    Всё это современно. Тем и интересно напоминание о книге Александра Яковлева.
    Позволю себе дополнить реплику небольшим видео. Случайно нашёл в ютубе молодую пару Артёма и Валю с детьми Катей и Соней. Тверская область, Старицкий район, деревушка. Оба, и Артём, и Валя — с высшим образованием.Оставили город, перебрались в деревню, где купили развалившийся дом.https://www.youtube.com/watch?v=xI49und4wIw
    https://www.youtube.com/watch?v=4UTc9RyVvso&t=2s
    Я просмотрел много видео с ними. Нигде, ни в одном их видео я не нашёл ГОСУДАРСТВА. Полное отсутствие ГО-СУ-ДАР-СТВА… Оказывается, и так можно жить. А идеология есть, как же без неё… ИДЕОЛОГИЯ ТРУДА.

    Для сравнения из недавней статьи Штайна: «Если удастся реализовать план Джо Байдена «Build Back Better», который включает такие вещи, как бесплатные детские сады для всех, масштабную программу создания рабочих мест по защите климата, возможно, даже оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком, Соединенные Штаты начнут напоминать современное европейское государство всеобщего благосостояния.
    Были бы трамписты умны, они бы просто переняли наследие Байдена.»

    Пытаюсь представить себе «масштабную программу создания рабочих мест по защите климата…»
    А КТО РАБОТАТЬ БУДЕТ? КТО БУДЕТ СОЗИДАТЬ? Нет ответа в программе Байдена, есть лишь тезис о государстве всеобщего благосостояния, как у большевиков…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Арифметическая Капча - решите задачу *