Григорий Крошин: Мои палиндромины,  или МИРУ — ПУРИМ!

 1,016 total views (from 2022/01/01),  1 views today

На сочинение палиндромов надо было настроиться. Это необычное, хотя и вполне безобидное занятие. Своеобразная игра словами от нечего делать. Лучше всего она у меня идёт, когда стоишь долго в нудной очереди к зубному или к урологу, или на третью вакцинацию от ковида. Хорошо коротается время. Придумал фразу — глядишь, очередь подошла. Только надо ее сразу записать, а то после уролога уже не вспомнишь.

 Мои палиндромины,
или МИРУ — ПУРИМ!

Григорий Крошин

 Ну, впрочем, Пурим здесь напрямую ни при чём. Так, для красного словца. Хотя… в конце повествования всё же чуть-чуть аукнется… А пока…
…Итак: с незапамятных времён, то есть прямо с моего раннего младенчества, меня, рассказывают очевидцы, сильно будоражила странная фраза: «А роза упала на лапу Азора». Сначала я, кажется, услышал её по радио. Там читали «Приключения Буратино» по ролям, причем вслух, , а Мальвина типа диктант писала, если я ничего не путаю. Как раз с этой странной фразой, которую я совсем не понял тогда. В силу возраста, наверное. Или в силу ума… Хотя автор этой радиопередачи по ролям как-никак был, говорят, известный классик Алексей Толстой.
И только много позже, когда я где-то прочёл, что автором той же самой странной фразы был не этот классик Толстой, а другой — Афанасий Фет, всё встало на свои места. Ну, в самом деле, разве мог этот Толстой сочинить такое, смешно даже. Фет — совсем другое дело. Это вообще-то на него похоже.
Хотя, если честно… и фразу Фета я тоже не понял. «А роза упала на лапу Азора»… Откуда взялась эта роза? Почему она вдруг ни с того ни с сего упала? Кто-то её бросил? Тогда кто? И как она точно попала на лапу этого Азора? А, кстати, кто такой Азор? Вообще-то — человек он или зверь? У Фета не указано. У Толстого — тоже… Если человек, видимо, мужик, то откуда у него «лапа»? У мужика?! Ну, правда, если малое дитя… Меня мама, несмышлёного, ласково иногда и звала так: «Лапа, ну съе-е-е-ешь ещё ложечку кашки»… А если зверь какой, то почему на него падают розы? В общем, чушь какая-то под видом классики.
Выручил сосед Яша. Он в нашей коммуналке слыл умным и начитанным. Я — к нему со своими терзаниями, а он полез в бутылку:
— Ты, — поучает, — неправильно эту фразу читаешь. Поэтому тебе и непонятно.
— А как правильно?
— Ты читаешь её, что ли, как всё, по-русски?
— А по какому же ещё? Написано же по-русски.
— Читаешь по-русски, слева направо, да? — Уточняет.
— Я ж не сумасшедший. На каком написано, на таком и читаю.
— Вот! А её надо читать типа по-еврейски: справа налево, сечёщь? В этом весь секрет.
— По какому ещё по-еврейски? Буквы-то русские.
— Именно! А прочтёшь наоборот, всё поймёшь.
Пробую прочесть наоборот, по слогам, справа налево, как у них, у евреев принято: «арозА упал ан алапу азор А»… Ха! Вроде звучит так же, как и у Фета.
— Вот видишь? Всё сходится! — Чему-то радуется Яша. — Теперь-то понял?
— Теперь понял. Но… опять нет смысла… Хоть и по-еврейски… Тупой я, что ли?
— Да нет, — успокаивает, — не тупой. Просто фишка вся тут не в смысле, не надо его искать тут, а в… игре слов, сечёшь? Главное тут, что фраза читается одинаково туда и обратно! Ну, как например, слово «шалаш». Хоть по-русски его прочти, хоть по-еврейски — один чёрт. Вернее, один шалаш. Только в шалаше одно слово, а у Толстого — целая фраза так построена. Вернее, у Фета. Называется — если сказать проще — палиндром. Теперь дошло?
Дошло… И прочно засело. И надолго.

  **********
Потом, с годами, я открыл для себя, что не только меня будоражила возможность читать тексты как слева направо, так и в обратную сторону, а и других, куда более серьёзных товарищей. И даже вообще классиков. И они, на то и классики, не успокаивались на том, чтоб просто читать туда-сюда, но и сами стали выдумывать эти самые палиндромы. Отдельные я стал даже запоминать. Мне, например, очень нравилось то, что придумал Михаил Булгаков, видимо, в свободное от «Мастера и Маргариты» время:
«Аргентина манит негра».
При этом, меня привлекало то, что в этой булгаковской фразе, кроме формального чтения «туда-сюда», был ещё и вполне нормальный, даже мне понятный смысл. Который совершенно одинаково и внятно прочитывался. Хоть слева, хоть справа. Не то, что у Толстого с Фетом в откуда-то взявшейся «лапе» самозванца неопределённого пола Азора.
В том-то и дело, что не у всех даже классиков получалось, чтоб в палиндроме читался в двух направлениях ещё и смысл. Ну, вот у нашего знаменитого поэта Андрея Вознесенского, тоже увлекавшегося литературной игрой, есть известная фраза: «А луна канула»… Читается правильно, и туда, и сюда. Но… о чём это? Какая луна? Куда она канула? Ни туда, ни сюда… Но, конечно, звучит красиво, поэтично, кто ж спорит.
А задолго до Вознесенского палиндромами занимался и друг Маяковского поэт Семён Кирсанов. Стихотворение прямо из этих фраз однажды сочинил — «Лесной перевертень» называется. Такой вот стих:
Летя, дятел,
 ищи пИщи…
Не сук вкусен…
Хорошо. Шорох.
Утро во рту,
и клей елки
течет.
А задолго до Кирсанова целую поэму — «Разин» — целиком, как ему казалось, аж из 410-ти (я пересчитал в столбик!) фраз-перевёртышей сочинил еще один классик — «Председатель земного шара», знаменитый футурист и реформатор русского языка Велемир Хлебников. Поэма из строк-палиндромов — трудное чтение, хотя и вроде туда и обратно, но… Во-первых, далеко не во всех случаях строго выдержан порядок слов, а во-вторых, только иногда за формальностью угадывается смысл… Или я опять тупой…
Я обнаружил таких строк с мало-мальским смыслом… менее десятка: «Топора ропот», «Мор дум о мудром», «Отчина ничто?», «Мы, низари, летели Разиным»… Или вот еще: «Цепь ел слепец»… А в этой последней фразе при обратном чтении, строго говоря, вообще болтается неприкаянно «ь»…
И у Хлебникова (да простит меня Председатель и реформатор) там много таких нестрогостей с туманными смыслами. Ну, например, попробуем прочесть справа налево (и, желательно, понять при этом смысл) фразу: «Вы взвились, осилив взыв». У меня не получилось… Или: «Ворожба обжоров»… Или: «Хохотуньи кинут ох-ох!»… И так далее. Но, работа «Председателя земного шара», конечно, впечатляет: 410 строк! И — заражает.

************
Меня, по крайней мере, стала заражать. Пока еще, правда, вяло, постепенно. Заманчиво было тоже попробовать поиграть в эту литературную игру. Но робость перед авторитетами сковывала.
Пока в году, кажется, в 1960-м или даже прямо в 1961-м, придя однажды на репетицию в эстрадную студию МГУ «Наш дом», рождённую Альбертом Аксельродом, Марком Розовским и Ильёй Рутбергом, где к тому времени уже вовсю трудились мои друзья-мисийцы Аркаша Хайт, Саша Курляндский (вскоре знаменитые авторы мульт-серии «Ну, погоди!»), Саша Торшин, Миша Кочин и Саня Карпов (будущий, кстати, заслуженный артист РФ, актёр сначала театра Аркадия Райкина, а потом — «У Никитских ворот» Розовского), познакомился с удивительным человеком — театральным художником, драматургом, карикатуристом и юмористом Мишей Ушацем. Он уже тогда был известнейшей в Москве, а может, и во всем СССР личностью: архитектор, выпускник МАРХИ, пользовался гипнотическим уважением всех, с кем общался. А альпинисты всех городов и весей, царапали, рисовали, выдалбливали, выкладывали камнями на покорённых ими скалах в качестве пароля одно и то же: «УШАЦЪ»… А на момент нашего знакомства Миша остроумно оформлял спектакли гремевшей тогда студии «Наш дом». И, кроме того, Миша насыщал спектакли своими необычайно остроумными репликами и сюжетами. А еще: он уже в то время сильно увлёкся придумыванием палиндромов.
Мне буквально врезался в мозги его — уже ставший классическим — палиндром: «Лезу на санузел»! Он и окончательно подтолкнул меня на эту скользкую дорожку — тоже попробовать сочинить что-нибудь подобное.
(Кстати, наше знакомство с Мишей Ушацем потом продолжилось ещё и в «Крокодиле», где он часто публиковал свои — иногда в соавторстве с К. Невлером — уморительные карикатуры. А в 2001-м мы даже с Мишей обменялись книжками: он подарил мне с теплыми подписями даже две вышедшие у него в том году книжки: «Все друзья дяди Изи (стихи)» и «ИЗОпалиндромы»).

 **************
На сочинение палиндромов надо было настроиться. Это необычное, хотя и вполне безобидное занятие. Своеобразная игра словами от нечего делать. Лучше всего она у меня идёт, когда стоишь долго в нудной очереди к зубному или к урологу, или на третью вакцинацию от ковида. Хорошо коротается время. Придумал фразу — глядишь, очередь подошла. Только надо ее сразу записать, а то после уролога уже не вспомнишь.
Начальные успехи были сомнительные. Ничего не приходило в голову, кроме примитивного: «Шалаш», «Шанс наш», «Город дорог», «Мура Варум», «Шут Этуш»… Потом, постепенно, с удлинением очередей у врача — вполне актуальное:
«Морг — у базы за бугром»
Главное, хотелось бы, чтоб был не просто формальный порядок слов, читаемый туда-сюда, но все-таки и смысл какой-никакой проглядывался. Порой что-то выходило вроде с относительным смыслом и, кажется, улыбчиво, но, если приглядеться, одновременно и вполне бредово:
«Он не босой особенно»
«Не ты, поп, опытен»
«Яро миражи жарим, оря!»
«И ртом смотри!»…
«Театр тает»
«Тонет енот»
«Пропала ПОРП» (Польская Объединённая Рабочая Партия)
«Угар-то — от рагу»…
«Клопов — во, полк!»
 «Араб у бара
укусил ли суку?»

 «Около МАЗа — молоко»…
«Поела рысь сыр — але-оп!»
«Ужели Луну-дуру дунул и — лежу?»

И тому подобное.
А по мере набирания опыта и пропадания охоты к занятию какими-то полезными делами по дому, стало чуток получаться и нечто, как я считал, уже более-менее осмысленное:
«…А шёл искать такси Лёша»…
«Узник ищет у тещи кинзу»…
«Азу, подлец, ел до пуза»…
«Олесе в мотеле летом весело»…
«А врет, стерва!»…
«Негр ел лак-аллерген»…
«Махорку — крохам!?»…
«Лег на баб ангел»…
«Веер веял для евреев»
Дари негру пурген, и — рад!
Кадр Аваков — во кавардак!
И вот такой лозунг (см. заголовок этого текста):
«Миру — Пурим !»…

А, кстати, вдогонку возражая Фету с Толстым по поводу их «А роза упала на лапу Азора», я дал им достойную отповедь про своё:
«Палиндромины — ни морд, ни лап»…
Ну и есть, скромно признаюсь, несколько палиндромов, которые я считаю некоей своей удачей. Например, диалог:
« — Давитель, лети в ад!
— Он в аду давно»…
Или еще:
«Украли Ларку,
А зубы Ларе били либералы: буза!»…
«И Маг оболган нагло богами»…
«У!.. Сел в цемент немец в лесу»…
«А шёл ты б в быт, Лёша»…
«А не чумазая я, а замучена»…
«Закопан поп напоказ»…
«Увижу маму — живу!
А своим достижением на сегодня считаю этот, обращённый к жене:
«Я И ТЫ — БАЗА БЫТИЯ !»
 Пока всё, ребята. Если кого заразил — извините за внимание.

«Конец сценок»

Print Friendly, PDF & Email

2 комментария к «Григорий Крошин: Мои палиндромины,  или МИРУ — ПУРИМ!»

    1. Хорошо. Правда, у Вас узкая специализация.
      А как Вам: «Он ссал классно»?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *