Феликс Рахлин: Из моих писем

 850 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Впрочем, среди моих близких друзей один (Изя Маневич) был, как и Вы (уж извините, но воспользуюсь лагерным сленгом) вертухаем, однако подальше даже знаменитого Ивделя: в более чем 1000 км севернее Магадана! Представьте — жив, в городе Днепре (-петровск отброшен в порядке борьбы с коммунистической символикой)… И тоже, как я , журналюга в отставке.

Из моих писем

Феликс Рахлин

  1. 11. 2017

Человеку, служившему в войсках лагерной охраны в зоне г. Ивдель, Свердловской обл.

Старший (не самый старший из всех, но непосредственно предшествовавший хронологически) брат отца был первым в их семье, угодившим в ГУЛАГ, — попал в Ивдель. Его спасло то, что он стал «доходить», и в 1942 его комиссовали, отпустив к жене — умирать. А они, эвакуированные, жили в селе Приволжье, и она там на свежем воздухе и ещё в относительно не вздорожавшее время смогла его спасти. При освобождении оккупированных земель он, по совету мудрого её родича, в большой город не вернулся, а поехал с этим родственником и со своей семьёй: женой с детьми — в моногород Рубежное, Луганской области, где его взяли на работу начальником планового отдела смешторга. Во время так называемой повторной волны (репрессий, когда из живущей в Москве и уже отсидевшей лет по 10 родни (все — по 58-й статье, «антисоветчики», просто жуликов в семье, извините, нет!) несколько отправлено было во вторую ходку, а моих родителей обоих в 1950 в один день посадили и отправили на 10 лет в (ту -ту! Воркуту), он тихо работал в этом торге.

«Вдруг получил он в самом деле»
не управителя доклад —
повестку в Ворошиловград…
Явился, с дрожью во всём теле,
в Облуправленье МГБ,
но там ему — ни ме, ни бе:
вокруг какое-то волненье
и, вместе с тем, оцепененье;
глядит — никто его не ждёт,
он молча вызов подаёт,
но чин, к которому он прибыл,
не предлагает диатрибы,
а отвечает, как дурной:
«Езжайте, дяденька, домой»…

Всё объясню Вам без азарта:
то 5-го случилось марта —
не сбиться б — в тыщу девятьсот
полсотни третий славный год!!!

Сын этого моего дяди , лишь четырьмя годами младше меня, живёт в Нешере, рассказ может подтвердить. Дядя Лёва успел побывать членом Рубежанского горкома партии, к 50-летию «Великого Октября» получить в награду за муки орден Красной Звезды.. А мои родители уже давно покоились в могиле. Получилась одна звёздочка на все 11 человек из нашей ближайшей родни, побывавшей в ГУЛАГе (но двое до него не успели доехать, т. к. были, по мудрому историческому решению Партии и Правительства, расстреляны через 15 минут после вынесения смертного приговора. Один был даже орденоносец, но не Красной звезды, а Красного знамени. Боевого!

Впрочем, среди моих близких друзей один (Изя Маневич) был, как и Вы (уж извините, но воспользуюсь лагерным сленгом) вертухаем, однако подальше даже знаменитого Ивделя: в более чем 1000 км севернее Магадана! Представьте — жив, в городе Днепре (-петровск отброшен в порядке борьбы с коммунистической символикой)…И тоже, как я , журналюга в отставке.
= Ф.Р.
От моего партнёра по переписке:
Бокер тов! Я и не думаю обижаться. Всё в норме, не переживайте.

Из моего письма:
P.S. В русскоязычной газете моё имя упомянуто в таком контексте: «…маститый литератор Феликс Рахлин».  Я начертал рядышком резолюцию: «На бесптичьи и ж… — соловей!»

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *