Галина Феликсон: Серебряный звон

 1,047 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Чтоб из будней сделать праздники
В череде угрюмых лет,
Очарованные странники
Нас ведут из тьмы на свет.

Серебряный звон

Галина Феликсон

Тончайшими струйками льются слова,
Серебряным звоном полна голова.

Слово о поэтах

В жизни всё взаимосвязано,
Свыше всё предрешено:
Если слово кем-то сказано,
Где-то сбудется оно.
Разрушая зла обычаи,
Разбивая твердь оков,
Люди самые обычные
Ткут мечты из добрых слов.
Меж событьями и странами
В мире вечной мерзлоты
Очарованные странники
Создают из слов мосты.
Душам, войнами изломанным,
Захлебнувшимся в крови,
Дарят тонкую соломинку
Слов надежды и любви.
На крутых ступенях вечности
Меж кромешной черноты
Рассыпают человечеству
Веры нежные цветы.
Чтоб из будней сделать праздники
В череде угрюмых лет,
Очарованные странники
Нас ведут из тьмы на свет.
И безвестными солдатами,
Защищая доброту,
На крестах молвы распятые,
Умирают на посту.

СЕРЕБРЯНЫЙ ЗВОН

Серебряный век и серебряный звон
Угас, как костёр и растаял, как сон.
Но светлые звуки серебряных струн
Хрустальными искрами радужных лун,
Волшебным мотивом серебряных строк
В альбомах остались, как нежный цветок.

Не властен бег времени над серебром.
Оно чуть тускнеет в движенье земном.
Но если к нему прикоснуться душой,
Воскреснет, сверкнув лучезарной звездой,
Серебряный звон и серебряный свет,
Печальный и тихий далёкий рассвет.

Легко, как снежинки, порхают слова,
И, к счастью, от них не осталась зола.
Воскресли из пепла, из жара огня,
Опять серебром колокольным звеня.
Истории миг и эпоха добра
Для нас сохранили венец серебра.

Тончайшими струйками льются слова,
Серебряным звоном полна голова.

РАЗМЫШЛЕНИЕ

Я на правую руку надела
Перчатку с левой руки

А.Ахматова

Я больше ничего Вам не скажу,
Не напишу и не заплачу даже.
Ненужных слов оборванную пряжу
Корявыми узлами не свяжу.
Перчатку со слабеющей руки
Не оброню на лестнице в смятенье.
Минувшего замученные тени
Меня не сбросят, как ферзя с доски.
Поверьте мне, что не сойду с ума,
Не стану бить в отчаянье посуду
И, упреждая Ваши пересуды,
Костёр любовный загашу сама.
Холодный взгляд и жёсткая ухмылка
Больней стилета острого в груди.
Пусть нет надежд на счастье впереди,
Но джинн любви навек закрыт в бутылке.
Тоска по Вас рассыплется песком,
Раздавленная тонким каблуком.

*   *   *
Памяти Марины Цветаевой

Святая ли, грешная —
А вам-то что?
Я просто нездешняя.
Походкой небрежною
Шагаю по вечности
В старом пальто.
И тоненьким шарфиком
Кудри связав,
Танцующим шагом,
Отточенной шпагой,
Пером по бумаге
Врываюсь в зал,
Где весело кружится
Нарядный бал —
Брильянты и кружевца,
Блеск света и музыка,
Сильфиды и музы.
Но здесь я — никто.
Походкой небрежною
Святая и грешная
Шагаю по вечности
В старом пальто.
А вам-то что?

*   *   *
М.Цветаевой,  А.Ахматовой

Прекрасные дамы,
Марина и Анна!
Я вам подражать не хочу.
Но так уже вышло:
Душою и мыслью
По вашим дорогам лечу.

Как часто в бессилье
Ломаются крылья,
Слова разлетаются прочь.
Блеснёт на минуту
Короткое утро,
И сутками тянется ночь.

Мы в чём-то похожи.
Шагреневой кожей
Вдруг сжалось пространства кольцо.
Лишь в зеркало гляну,
Марина и Анна,
Там чудится ваше лицо.

И бледные щёки,
И ровные чёлки,
И пропасть бездонная глаз.
Марина и Анна,
За времени гранью
Я встречу когда-нибудь вас.

*   *   *
Как хороши, как свежи будут розы,
Моей страной мне брошенные в гроб.
И. Северянин   

Меж войн, проклятий и тоски,
Меж революций,
Гримасам жизни вопреки
Поэзы льются.
Плывёт муаровый закат
Над пьяной грязью
И щедро дарит всем подряд
Цветные стразы.
Летят стихи, как мотыльки
В потоках света,
И сыплют розы лепестки
На гроб поэта.

ПО ГОРОДУ СУДЬБЫ

На улице моей беды стоит
ненастная погода…
Б.Окуджава

По городу Судьбы иду неспешным шагом
От площади Любви на улицу Тоски.
И тень, как верный пёс, скользит бесшумно рядом,
Меня отгородив от радостей мирских.

На площади Любви танцуют под оркестры,
И каблуки стучат под цокот кастаньет.
Там лето круглый год. Там весело и тесно.
В окошках никогда не гаснет мягкий свет.

Там за моей спиной взрываются петарды,
Взлетает фейерверк, как пёстрый звездопад.
Под звон гитар поют задумчивые барды.
Но только для меня дороги нет назад.

На улице Тоски на голых ветках иней.
На всех календарях лишь осень да зима.
Окутывает тьма полотнами тугими
Промёрзшие насквозь унылые дома.

По городу Судьбы под дождевой вуалью
Шагаю тяжело сквозь грохот зимних гроз
Из тупиков Беды на серый пляж Печали,
Где плещется волна солёная от слёз.

Присяду у воды на вытертых ступенях:
Я слишком долго шла. Мне некуда спешить.
Под струями дождя я тоже стала тенью
Без тела, без души, без страха, без обид.

Навстречу тяжело качнулся мир огромный,
В котором нет тепла и бесконечна ночь.
Лишь тень у ног моих свернулась псом бездомным
И тычется в ладонь, не в силах мне помочь.

АКТЁР
Памяти Андрея Миронова

Пропускаю мир через себя,
Как кинжал, как шпагу, как копьё.
Мучаясь, рискуя и любя,
Не пойму, где ваше, где моё
В шумном балагане бытия.

Пропускаю время сквозь себя,
Ниткой сквозь игольное ушко,
Перепутав завтра и вчера,
Не изведав трудно и легко,
Не познав ни злости, ни добра.

Примеряю маски все подряд —
От шутов до пылких королей.
Каждый день вхожу, как на парад,
В мир марионеток и теней —
Сам себе и маршал и солдат.

Оставаясь цел и невредим,
Восхожу на плаху и в костёр.
Всех времён и всех народов сын,
Лицедей, артист, фигляр, актёр —
В тёмном зале раб и господин.

Как пророк над скопищем слепых,
Я вживляю душу в пафос слов,
И глотая всех подмостков пыль,
Жизнь свою и честь отдать готов
За восторги ветреной толпы

Меркнет свет, а я не доиграл.
Уплывает сцена — вот беда.
Публика молчит. Антракт? Финал?
Где аплодисменты, господа?
Слишком рано занавес упал…

МЕНУЭТ

Играю менуэт на струнах слов
В грохочущем захламленном сарае,
Где лязг листов железных заглушает
Причудливую музыку стихов.

Серебряными струйками звеня,
Танцует летний дождь на мокрых крышах.
Сарай оглох. Он ничего не слышит
За грозным рёвом трудового дня.

Сарай дрожит от грома молотков.
А в зале у горящего камина
Две барышни за белым клавесином
Сплетают менуэт из хрупких слов.

Рассветы пахнут тёплым молоком.
В солёных волнах кружатся дельфины.
В сарае — клочья пыльной паутины
И ржавый прах скрипит под каблуком.

Здесь для воздушных замков места нет.
Но пусть меня не слышат и не знают,
Я всё равно в грохочущем сарае
На струнах слов играю менуэт.

*   *   *
Бездарный графоман, старик в сединах,
Пустой юнец —
Кто не поэт? Кто не писатель ныне?
Кто не певец?
Сегодня каждый мнит себя талантом,
Воткнув чело в венец.
Лишённый слуха рвётся в музыканты,
В художники — слепец.
Чем кончатся подобные дерзанья
В наш странный век?
Возможно, снова станет обезьяной
Сверхчеловек.
И на ветвях раскачиваясь шустро,
Свободе рад,
Навяжет нам новейшее искусство
Мохнатый брат.

Print Friendly, PDF & Email

2 комментария к «Галина Феликсон: Серебряный звон»

  1. В Предпоследней строфе стихотворения «Актёр» пятая строка звучит так:
    «За восторги ветреной толпы.»
    Галина Феликсон

  2. Эстетика. Эстетика стиха. Удивительно ли, что цикл стихов назван Серебряный звон? Удивительно ли посвящение стихов Марине Цветаевой и Анне Ахматовой, поэтессам Серебряного века? Нет, конечно же. Ничего удивительного в том нет. Эстетика. Соединившая начало века 20-го и начало века 21-го. Эстетика, заставляющая позабыть о психопатическом состоянии мира и прикоснуться к прекрасному. К эстетике стиха.
    Спасибо Автору.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *