Владимир Фрумкин и Яков Фрейдин: Том и Джерри — родители американского либерализма

 1,050 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Истоки либеральной болезни надо искать в самом начале жизни — в детстве, когда формируется психика и закладываются моральные качества человека. В прежние годы дети впитывали реалии жизни через литературу и кино, а в последние десятилетия — в основном через телевизор. В 1940 году на экраны вышел первый эпизод мультфильма «Том и Джерри», где, на подобие Давида и Голиафа, сильный и агрессивный кот Том охотится за маленьким и слабым мышонком Джерри, который всегда побеждает своей смекалкой. Несколько поколений американских детей выросло на эпизодах этого мультфильма.

Том и Джерри — родители американского либерализма

Владимир Фрумкин и Яков Фрейдин

Яков Фрейдин
Яков Фрейдин
Владимир Фрумкин
Владимир Фрумкин

Страны, как и люди, рождаются в муках, постепенно взрослеют, мужают, стареют, а потом неизбежно умирают. Они могут приходить в упадок, могут болеть, а потом выздоравливать и снова становиться сильнее. Взросление занимает столетия, упадок и болезни могут длиться десятилетиями, а смерть иногда занимают лишь несколько дней. Вот и великая и процветающая Америка сегодня серьёзно больна, больна уже более пятидесяти лет. Болезнь эта психического свойства и называется «либерализм». Она, как рак, разъедает прежде свободную и творческую душу американского народа. Более двух сотен лет американский народ заметно отличался от всех прочих упорством, трудолюбием, бескомпромиссной приверженностью свободе, стремлением к индивидуальному успеху и примату личности над государством. Именно эти качества американцев создали могущество и процветание страны. В прошлом народ США отличался изобретательностью, упорством, конкурентоспособностью, умением преодолевать трудности и побеждать. Однако эти бойцовые качества в наше время не просто исчезают, но считаются чем-то даже неприличным и позорным. Добиваться успеха, становиться более образованным, вырываться вперёд — теперь не достоинства, а постыдные недостатки. Либеральная философия прославляет равенство не перед законом, что было бы естественным, а требует признания равенства людей по их способностям — того, что противоречит законам природы. Невозможно из дурака сделать умного, из лентяя — трудягу, из слабого — сильного. Такие попытки делались 100 лет назад в СССР и через 70 лет привели к полной деградации и распаду страны. Одинаковость неизбежно ведёт к застою, распаду и умиранию. Лишь в сравнении можно выбрать лучшее, только в борьбе и конкуренции рождается прогресс. Сегодня эти очевидные истины отвергаются половиной населения США, заражённого либерализмом.

Истоки либеральной болезни надо искать в самом начале жизни — в детстве, когда формируется психика и закладываются моральные качества человека. В прежние годы дети впитывали реалии жизни через литературу и кино, а в последние десятилетия — в основном через телевизор. В 1940 году на экраны вышел первый эпизод мультфильма «Том и Джерри», где, на подобие Давида и Голиафа, сильный и агрессивный кот Том охотится за маленьким и слабым мышонком Джерри, который всегда побеждает своей смекалкой. Несколько поколений американских детей выросло на эпизодах этого мультфильма. Естественно, у них возникало сочувствие и симпатии к слабому мышонку, и презрение к сильному, но неумелому коту. С каким персонажем идентифицируют себя юные зрители? Конечно же, с этим обаятельным и находчивым малышом! Эта эмоциональная реакция впитывается в сознание и подсознание, она становится устойчивым условным рефлексом. Постепенно возникал стереотип, который вырастающие дети переносили на взрослых — нужно сочувствовать маленькому и слабому и презирать большого и сильного. Молодые люди инстинктивно становятся на сторону слабого. Тот же критерий срабатывал у молодёжи за пределами литературы и кино, в реальной жизни. Он проявлялся в их отношении к расовой проблеме, к феминизму, бездомным, к движению за права сексуальных меньшинств и ко многому другому, вплоть до международных отношений. Это нормально, это вполне по-человечески — обожать мышь Джерри и их реальных прототипов, а также хорошо относиться к людям — к тем, кто слабее, кто заслуживает любви, сочувствия и поддержки. Заслуживают однако не все! Любовь часто бывает слепа. Увы, многие не в состоянии вовремя проконтролировать свои чувства и трезво, «по-взрослому», без романтики взглянуть на предмет своей любви, на его истинную сущность и лишь затем решать, кто ее достоин, а кто нет…

У взрослых людей приобретенные в детстве рефлексы корректируются, фильтруются зрелым сознанием, поверяются накопленным опытом и впитанной ими «взрослой» культурой. В головах молодых американцев 70-80-х годов надежного фильтра массовой культуры не было. Их интеллект не получал той информации, которая была доступна среднему классу предшествующих поколений. Им не хватало необходимого багажа, недоставало знаний в таких областях, как история, экономика, география, международная политика. Они слабо знали классическую литературу, живопись, музыку. Allan Bloom в книге «Закрытие американского разума» и Sisan Jacoby в книге «Эпоха американской неразумности» описали первую из «культур отмен», созданную американскими левыми — отмену классического канона в гуманитарном образовании, отказ от многовековой наследия культуры, созданной «Мертвыми Белыми Мужчинами». Белых большинство, значит они априорно виноваты.

По формулировке великого Оруэлла, «некоторые животные более равны, чем другие», а по понятиям левого либерализма: слабые и малые имеют больше прав, чем сильные и умелые. Таким образом, провозглашённое ими «всеобщее равенство» превращается в свою противоположность, где процветает расизм-наоборот и дискриминация любого, кто выше их низко установленной планки в искусстве, науке, технике, и во всех прочих областях человеческой культуры. Порой дело доходит до полного идиотизма. У либералов возникла гипертрофированная склонностью романтизировать реальность, сострадать обделенным, пострадавшим и обиженным в прошлом. Инфантильность такого рода эмоций обычно приводит к абсурдным решениям и требованиям типа: переделать шоу в Диснейленде, где Принц целует заколдованную Белоснежку. «Он целует спящую девушку без её согласия!» — кричат инфантильные идиоты. «Никуда не годится! Придумать новый финал!»

У инфантильных либералов слабый Джерри всегда прав, а сильный Том всегда виноват. Заговорите с нынешними студентами о Ближнем Востоке, об Израиле — и вы немедленно вспомните хищного Тома, преследующего бедного Джерри: у евреев есть государство, крепкая экономика, мощная армия. А у палестинского меньшинства нет почти ничего. Они — страдающая сторона и нуждаются в нашей поддержке. Да, слабенькому «Джерри» приходится прибегать к террору и убивать мирных жителей — а как ещё справиться с сильным «Томом»? Режиссер и независимый журналист Ами Горовиц провёл эксперимент: он останавливал студентов на кампусе университета Портленда (Орегон) и предлагал им пожертвовать деньги на террористические операции ХАМАСа против гражданских объектов в Израиле: кафе, школ, больниц и синагог. Ему удалось собрать сотни долларов. Всего за один час… Гуманные защитники расовых меньшинств, верные союзники геев, лесбиянок, бисексуалов и трансгендеров, не задумываясь, жертвуют свои кровные деньги террористам, жаждущим крови мирных израильтян. Как тут не вспомнить русского философа Николая Бердяева, который предупреждал о том, насколько опасна «смесь ложной чувствительности и аффектированной сострадательности с жестокостью и злобной мстительностью. Сентиментальность часто ведёт к жестокости. Это — закон душевной жизни». Или Фридриха Ницше, сказавшего о том же парадоксе другими словами: «Ах, где в мире творились большие глупости, как не у сострадательных? И что в мире причиняло большие страдания, как не глупости сострадательных

К Америке наши левые гуманисты относятся примерно так же, как к Израилю. По той же причине: большая, мощная, богатая… значит виноватая во всех мировых бедах. Антиамериканизм стал частью идеологии «пробудившейся» половины страны. Ему обучают в школах при помощи двух программ: «Проект 1619» и «Критическая расовая теория». Ненависть американцев к Америке — новый феномен. Такого острого неприятия ее истории, традиций, ценностей у ее граждан не было никогда.

Удастся ли здоровой половине Америки излечить вторую половину?

Вебсайт Я. Фрейдина: www.fraden.com

Print Friendly, PDF & Email

11 комментариев к «Владимир Фрумкин и Яков Фрейдин: Том и Джерри — родители американского либерализма»

  1. В истории не раз бывало, когда эволюция от общинной особи к индивидуальной личности оборачивалась своей мерзкой изнанкой. Триумф социализма в истории 20-го века тому примером. Это даже не «остановка в пути», но едва ли не возвращение ко временам фараонов…

  2. Мне непонятно почему авторы считают маленького, но умного Джерри, который побеждает большого, но глупого Тома, как бы основателем современного «либерализма». Ведь мораль сказки в том, что ум важнее силы, а ума ведь надо набираться. Глупым либералом скорее можно было бы назвать известного кота Леопольда, призывавшего мышей жить дружно. Правда, в США его не знают. Но может быть там есть аналогичная притча?
    Вот в русских сказках всех побеждает Иван-дурак, причем благодаря «халяве»: щуке, трем из ларца, коньку-гобунку и т. п. Видимо эта любовь к «халяве» заложена глубоко в психологии народа.

    1. «…мораль сказки в том, что ум важнее силы, а ума ведь надо набираться…»
      Да кто вам сказал, что дети видят в сказке какую-то мораль? Всё у них впечатывается лишь на рефлекторном уровне — слабый, значит хороший, а сильный, значит плохой. Вот и вся «мораль» на уровне мозжечка. А всякие тонкости, вроде «лучше быть умным, чем сильным», эта мудрость для умных — а умных-то в нашем мире: раз, два, и обчёлся. Помните, как Марк Твен сказал (цитирую по памяти): «Если в 20 лет ты не либерал — у тебя нет сердца. Если в 30 лет ты либерал — у тебя нет мозгов.» Та же идея, что и у авторов — молодёжь почти вся либеральная из-за сердечного сострадания к слабому да малому. А чтобы к 30 годам поумнеть — для этого надо иметь мозг в голове, а не только в спинном мозгу.

  3. Серёжа
    — 2022-02-25 19:18:36(293)

    Либерализм в своём исконном значении — единственный образ мысли и восприятия человека цивилизованного, гуманного или просто думающего. То, что это слово по-наглому спёрла левая шпана и называет им свои бредни, не должно позволять людям, осведомлённым о его корне и смысле, повторять за ними. Условно правые или попросту истинно прогрессивные взгляды не содержат абсолютно никакого противоречия с либерализмом, и более того — на нём базируются.
    ==================
    «ЛИБЕРАЛИЗМ В СВОЁМ ИСКОННОМ ЗНАЧЕНИИ — ЕДИНСТВЕННЫЙ ОБРАЗ МЫСЛИ И ВОСПРИЯТИЯ ЧЕЛОВЕКА ЦИВИЛИЗОВАННОГО, ГУМАННОГО ИЛИ ПРОСТО ДУМАЮЩЕГО.»
    Согласен с пояснениями/уточнениями.

    «Исконное значение» — смысл этого замечания не определим ясно. И либерализм, включая классический есть феномен исторический. Либерализм покоится на признании естественных прав человека и защите личности от произвола власти (а без существования власти – всегда склонной к произволу — нет общества). Обе посылки полны напряжений перед лицом истории картины «естественного человека». Тем ни менее никаких непротиворечиво однозначных идей у нас нет и вряд ли таковые возможны. С этим надо жить. Так что либерализм не есть естественный образ мысли, но исторически сформированный, со всеми вытекающими из этого его напряжениями и способностью опускаться до «левизны». Но я выбираю либерализм, соглашаясь с Вами. Не случайно, нацизми коммунизм видели в либерализме врага. И, да, так называемые «левые» в Америке и Европе искажают либерализм до его противоположности. ( См. Деннис Прагер: «В чем разница между либералом и левым?» — http://club.berkovich-zametki.com/?p=58203), а «правые» иной раз идут на поводу «левых», соединяя слова на подобие: «либеральный фашизм».
    Надо учитывать, что в либерализме, не осознающим свои границы, есть опасность быть искаженным до опасных карикатур. Как осознать эти границы? Вечный вопрос идеологий. И тут важно прислушиваться к консерватизму с его критикой либерализма. Как заметил Р. Скрутон («Разговор с Роджером Скрутоном» — http://club.berkovich-zametki.com/?p=59948) :
    «В политической сфере я думаю, консерватизм возник в 18 веке как ограничительная модификация либерализма. Благодаря Локку и Монтескье и некоторым другим, правящей элите стало очевидным, что свобода имеет серьезную политическую ценность, которую следует реализовать и сохранять. Это мне кажется очень важным, но это также чревато опасностью для социальной стабильности. Если вы полностью освободите людей от социальных ограничений и тем самым дадите вырваться силам анархии, люди окажутся дезориентироваными при принятии важных решений. Так что я думаю, консерватизм возник, особенно среди мыслителей, подобных Бёрку и Юму, как модификация либерализма. Консерватизм указал, что свобода имеет смысл, только, если ею пользуются люди, признающие свои обязательства, пользующиеся свободой ответственно. Но ответственные люди существуют только в социальном контексте, который формирует их, а этот контекст сам существует только благодаря институтам, обычаям, традициям, ограничениям, которые консерватизм стремится сохранить».

    Вот и оказывается сегодня, что защита «исконного значения» либерализма дело рук консерваторов, защиты того образа жизни, к которому привел классический либерализм (при всех его внутренних трениях) к середине 20 века (после войны) и который сегодня под угрозой как со стороны «левых», так и со стороны «правых», мечтающих законсервировать прошлое без почвы в традициях, поддерживавших классический либерализм (Habeas Corpus в новом информационном, глобализующийся мир, устойчивые не политические независимый от власти ассоциации на местах, семья…) Парадокс? С ним надо жить и надеяться защитить либерализм в этом «поврежденном мире»

  4. Либерализм в своём исконном значении — единственный образ мысли и восприятия человека цивилизованного, гуманного или просто думающего. То, что это слово по-наглому спёрла левая шпана и называет им свои бредни, не должно позволять людям, осведомлённым о его корне и смысле, повторять за ними. Условно правые или попросту истинно прогрессивные взгляды не содержат абсолютно никакого противоречия с либерализмом, и более того — на нём базируются. Семантика, скажете? Может быть, только мне так не кажется.

    1. Вы правы, Сережа, что понятие либерализма, синонимичное свободолюбию, неомарксисты извратили. Но это обычное дело. В Израиле уже почти все называют арабов Иудеи и Шомрона палестинцами, хотя Палестина прекратила свое существование в 1948-м. Или вот небольшая часть правого берега р. Иордан почти все почему-то зовут «Западным берегом». Именно так с заглавной буквы, как будто это страна.

    2. Да, в терминологии есть проблема. Но это не так уж важно. Здравомыслящие люди понимают разницу между «либерализмом» и «либерастией».

  5. Уважаемые авторы!
    Сострадание к слабому, больному и бедному изначально заложено во всей европейской культуре, допустим от Диккенса, но на самом деле гораздо раньше. Это сострадание является стрежнем классической русской литературы. А теперь вы хотите нас излечить от этой «болезни»? Не толкаете ли вы всех к Гитлеру?

    1. Сострадание к слабому, больному и бедному изначально заложено во всей европейской культуре, допустим от Диккенса, но на самом деле гораздо раньше. Это сострадание является стрежнем классической русской литературы. А теперь вы хотите нас излечить от этой «болезни»? Не толкаете ли вы всех к Гитлеру?

      Сострадание вовсе не обязательно предполагает главным начальником назначить слабого, армейские нормативы подгонять под больного и поручить бедному управление экономикой. Неудачника стоит от гибели уберечь, но богоизбранным его считать все же не стоит, а то он, как у Фучика, примется «мстить всем, кто выше его физически или духовно, т.е. решительно всем».

    2. «Не толкаете ли вы всех к Гитлеру?»

      Этот вопрос лишен смысла. Понятно, что борьба с нездоровым либерализмом двигает общество в сторону другого края шкалы — к фашизму. И что с того? Если маятник отклонился, скажем, влево до предела, он, естественно, начинает двигаться вправо — в сторону другого предела. Так вот, не нужно отклонять маятник до предела — он должен висеть (приблизительно) посредине. И если либерасты не уймутся, США и Европу ждут неприятные времена, вплоть до гражд. войны. Автор этой заметки не предлагает обществу начать игнорировать проблемы слабых, больных и бедных. Он предлагает, во-первых, не объявлять слабость и бедность нормой, а во-вторых — не объявлять здоровье и силу патологией. Вот и всё!..

      1. Леонид Рифенштуль:
        «Не толкаете ли вы всех к Гитлеру?»
        Этот вопрос лишен смысла…
        :::::::::::::
        Великолепное суждение!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *